Новая жизнь.

Слишком много времени прошло в молчании. Каждый бешенно прокручивал в голове план выхода из такой замысловатой ловушки. Каждый, кроме Игоря, конечно. Убитый горем, он не нашёл ничего лучше, чем на пьяную голову попытаться идти и разбираться с новой главой полиции "один на один". Усмирив его, мужчины уложили Грома в гостевую комнату, где когда-то, только переехав, спал Сергей. Тогда тоже было неспокойное время, хотя ничего криминального в их жизни не происходило, прошлое всё таки не отпускало. Им повезло: их травмы сделали их союз настолько крепким, что без друг друга они уже не могли, даже улучшив своё ментальное состояние. Вопрос отношений не поднимался никогда, и, кажется, вряд-ли поднимется в ближайшее время. Разумовскому в целом никогда не нравились все эти рамки и чёткие разграничения отношений, что он видел вокруг себя. И Олега такая расплывчатость, видимо, тоже устраивала. Сергей взглянул в его сторону. Телефон Игоря уже долгое время оставался в слегка трясущихся руках мужчины, хотя видео, снятое Дубиным, было короче минуты. Прислушавшись, стало понятно, что за ключевой момент он пересматривал. —Of course, Otto, I understand what I'm saying. Write to him in the evening. Either he or I take Razumovsky, and this time he won’t hide behind mental problems — на кадрах Голландец говорил настолько зло, что казалось, будто он рычит и сейчас набросится на любого, кто попадется ему на глаза. Лицо Олега не выражало никаких эмоций. Он был где-то далеко, совсем не здесь, наверное, если прислушаться, можно было услышать скрип шестерёнок, исходящий из его головы. Отступать было поздно. Он не знал точных мотивов иностранца, но было ясно точно: Хольту нужен он, а не Серёжа. Август раскопал их старые всклоки, которые они с Серёжей так старательно закапывали. Серый - пешка в весёлой игре Августа, ему не жалко ей пожертвовать, в случае чего. Мерзотно. Чужой телефон падает из рук, и Волкова не покидает ощущение, что он вот вот упадёт. Куда - ещё неясно. Сердцебиение стало слишком громким, кровь в висках слишком больно пульсирует. Мгновение - и он вспоминает забитого в угол психушки Серёжу. Ещё одно - вспоминает первый раз, когда за долгое время его увидел, по маленькому телевизору, на базе. Ощутив что-то теплое, Олег резко выбивается из колеи воспоминаний. Перед глазами рыжие волосы, чей обладатель крепко обнимает Волкова. Тепло. Подняв глаза, Сергей заметил, что на лице мужчины наконец можно увидеть очертания эмоций - это было беспокойство. Беспокойство за самого Сергея, само собой. С самого детства Олег мало переживал о себе, скорее всего ради своего же благополучия. Чем меньше переживаешь о себе, тем трезвее твои решения. —Волче, пожалуйста, послушай меня. — У Разумовского далеко не всегда получалось быть таким рассудительным, но сейчас это была самая важная его миссия. —Да, этот мудак заставит кого-то тебе писать. Возможно, пришлют кого-то сюда. Но всё будет хорошо, слышишь? Мы вместе с этим справимся, и вместе забудем, как страшный сон. Забудем, забудем. Слишком многое им уже пришлось забыть. Или попытаться забыть. Ещё раз обняв друга, Олег вышел на балкон. Свежий воздух всегда приходил на помощь. Телефон - старый, с неизвестным наименованием, поскольку название марки давно стёрлось, - завибрировал. Как кстати. Нервно разблокировав его, Волков лишь увидел сообщение от скрытого номера: "Завтра, главное отделение полиции, 10:00. Ты один". Не знай он заранее плана Хольта, он бы просто проигнорировал сообщение. Эта мысль пугала. Ведь если на кону стоит жизнь или здоровье Серёжи, Олег не раздумывая пожертвует всем. Теперь же он знал, что не прийти просто не может. Не простит себе.        Ночью уснуть не удалось, поэтому ближе к утру Волков начал прокручивать у себя в голове разные варианты событий. Быть готовым атаковать - само собой разумеющаяся часть подготовки к встрече. Игорь, протрезвев, обзвонил, как он выразился, "доверенных лиц", чтобы вместе с ними окружить отделение, что само собой пустовало на время визита Олега. —Брат, ты послушай. — от Игоря всё ещё несло перегаром, хотя последние несколько часов рассуждал он внятнее всех, кто ещё был в этом замешан. —Не кипишуй главное, а то и правда на статью накатаешь, знаю, как ты драться умеешь. Просто будь готовым. Серый твой звонил, я сказал, что мы пошли дело Августа доставать, мол я знаю, где оно может быть, туда сюда. За него тоже не переживай. - Лёгкие похлопывания по плечу и напутственные слова, на удивление, и правда немного успокоили мужчину. Все способы подготовки, что он мог устроить за ночь, он собрал. Прийти, поговорить, в случае нападение атаковать в ответ. Ему хватит нескольких минут, чтобы просто убить этого напыщенного индюка. Он всего за день позволил себе слишком многое. С такими мыслями мужчина прошёл ко главному входу полиции. Олег переступил порог, и у виска мгновенно почувствовался холод металлического ствола. —Good morning, Baby! — возглас был настолько громким и наигранным, что Олег не смог не сморщиться от такого сюрприза. Но, кажется, пока что до этого никому не было дела. — Otto, проверь территорию на наличие дополнительных слушателей. —Август приблизился к уху Олега, не убирая пистолет с виска, — Нам они очень помешают. Мелкие разряды тока пощекотали уши. Приняв приказ, высокий, крепкий мужчина с белой бородой направился к выходу, оставив Волкова один на один с назойливым мужчиной, одетым в вычурный белый костюм. Кажется, начинать говорить он пока не собирался. —Зачем я здесь? — Как только Олег начал говорить, Хольт, словно по команде, развернулся к нему лицом, и, развернув пистолет боком к виску, резко попытался ударить. Вовремя это заметив, Волков успел сделать шаг в сторону и взять чужую руку с пистолетом, зафиксировав её в одном положении. Нет, к такому он был точно готов. Август, кривясь от боли, щёлкнул пальцами свободной руки, и в ту же секунду Олега ударили сзади чем-то тяжелым и тупым. Потеря концентрации - ошибка, которая раньше почти не происходила с ним. Раньше. Отвлеквшись и слегка ослабив хватку, мужчина почувствовал удар в живот. Да, Август Ван Дер Хольт был явно в хорошей форме и с более агрессивными мотивами, нежели Олег. Заходя в помещение, мужчина прокручивал в голове слова Игоря и всё больше понимал, что вообще не хочет драки. Не хочет чужой боли, мерзких звуков, напряжения. Быть готовым и хотеть - разные вещи, но, видимо, это была отправная точка: выбора уже нет. Пнув ногой кого-то, стоявшего сзади, он набросился на Хольта. Кровь в голове пульсировала. Удар. Руки тряслись, хотя в быстрых движениях это было незаметно никому, кроме самого Олега. Удар. Помощник Августа в отключке - с его виска течёт кровь. С виска Олега тоже. Она неприятно пахнет, и выглядит ужасно. Ещё один удар - в лицо иностранца, лежащего на полу. И ещё. И ещё. Конечно, у глупого Голландца даже не было чёткого плана. Если не вдаваться в подробности жизни Олега, сложно подумать, что он может делать такие вещи. Зверские. Именно нечеловечные, аморальные, все те ужасные слова, которые он бы никогда не хотел больше ассоциировать с собой. Снова не вышло избежать этого. Повсюду кровь, во рту неприятный металлический вкус. Он снова не смог избежать драки. Выходя из здания, мужчина заметил, насколько сильно пострадал - царапины, ссадины и синяки покрывали почти всё открытое дело, в груди справа неприятно жало, а на затылке и виске волосы были мокрые и красные. Он снова не смог избежать. Снова не смог. Опять.