За закрытой дверью

Еще долго после того, как Уилл заснул, Ганнибал сидел неподвижно. Его глаза оставались открытыми в темноте, устремленными в потолок — не потому, что он не устал, а потому, что кто-то должен был охранять этот момент. Ритм дыхания Уилла наполнял его уши, как колыбельная, написанная специально для него. И под этой рукой судьбы, все еще лежащей на его сердце, он почувствовал что—то пугающее: Теперь оно билось по-другому. Надежда. Утро наступило спокойно, казалось,барьеры были разрушены, недоверие, гнев и обида превратились в хрупкое прощение и принятие. Новый виток совместной греческой трагедии. Уилл начал формулировать свои собственные новые предположения о Потрошителе, составленные с обновившимся статусом Ганнибала в его жизни. Утренний свет просачивался сквозь занавески, как жидкое золото, наполняя комнату мягкими оттенками. Ганнибал по—прежнему почти не спал, но всю ночь с тихой преданностью присматривал за Уиллом. Теперь, почувствовав движение рядом с собой, он слегка пошевелился, его ресницы распахнулись без спешки или тревоги. Сначала он ничего не сказал. Просто медленно повернул голову к профайлеру и молча изучал его: растрепанные со сна волосы, усталые, но спокойные глаза, человек, который наконец перестал убегать от правды - или, возможно, просто нашел новый способ принять ее. Ганнибал сначала не двигался, позволяя Уиллу приблизиться к нему, как дикому зверю, наконец-то нашедшему убежище. Затем, медленно, его рука легла мужчине на спину - не требуя - просто удерживая. Тихий вздох вырвался из его груди, когда он прижался щекой к макушке Уилла. По кончикам пальцев Ганнибала пробежала легкая дрожь. - Я много заплатил этой ночью.- произнес Уилл позволяя мужчине прижиматься к его волосам. Это было странно, пугающе нежно, как будто змей обволакивает тебя, прежде чем поглотить. Когда мужчина вздрогнул от его прикосновения, Ганнибал издал тихий, мрачный звук - похожий на урчание в животе хищника. Но он не отстранился. Он просто придвинулся ближе, его дыхание зашевелило волосы у уха Уилла. Ганнибал протянул руку и провел пальцем по линии подбородка профайлера, нежным, обещающим прикосновением. - Кто мы теперь?- тихо спросил Уилл, оцепенело сидя под движением руки Ганнибала. Это отразило улыбку на его лице, которую мог вызвать только Уилл, словно выманивая ее из темного угла. - Я бы назвал тебя нулевой точкой отсчета, - мягко сказал он, проводя большим пальцем дальше вверх по щеке, обводя тени под глазами, словно тот был сделан из тончайшего фарфора. Его взгляд скользнул вниз, к губам мужчины, почти с жадностью, затем он намеренно отвел его в сторону. Ему потребовалась вся его выдержка, чтобы отстраниться, отодвинувшись на несколько шагов, чтобы он мог изучать темными глазами, в которых не было и следа сдержанности. Уилл глубоко вздохнул, повернувшись на бок, встал и направился в ванную. Ганнибал сел на пустой кровати, с безудержным восхищением наблюдая, как профайлер удаляется, освещенный лучами солнца, сбегающими по его кудрям. Профайлер умылся прохладной водой, задумываясь, сколько раз ванна спасала его от неудобных ситуаций, сейчас она не могла решить ни одну из них. Теперь когда выбор был сделан, придется сделать все, чтобы в академии имя Доктора Лектора теперь звучало как можно реже и только в качестве консультанта. Он знал, что каннибал был слишком поглощен своими новообретенными способностями, чтобы сохранять контроль, но маленькой целью Уилла было подтолкнуть его к краю пропасти и дать себе время подготовиться. - Ты задумчивый этим утром.- произнес Ганнибал останавливаясь в дверном проёме. Его голос звучал как бархат сквозь пар. Он стоял прямо перед зеркалом, не сводя глаз с отражения Уилла - вода стекала по его лицу, шея была напряжена.-Я вижу, как у тебя учащенно бьется пульс прямо здесь. Он поднял палец и легонько постучал по своему горлу, имитируя трепещущую артерию мужчины. -Ты думаешь, что убегаешь от меня, -Но ты забываешь, мне не нужно преследовать. - Нет, Ганнибал, ты пришел ко мне, потому что я хотел знать, можешь ли ты играть на моих условиях. Я уже сделал это однажды, играл на твоих. Я - и жертва, и тот, кто рубил с плеча, И тот, кто расследовал дело. Ганнибал остановился, и это заставило его задуматься. - Не по воле своей научившись рычать, Взявши лук, отпустила стрелы - тихо выдохнул он с ноткой удивления в голосе. - Ты... Он сделал еще один шаг вперед, почти с любопытством протянув руку и положив ладонь на стойку над раковиной, снова привлекая Уилла к себе. - Я хочу, чтобы ты прекратил манипулировать мной. Во-вторых, я не буду убивать вместе с тобой, но хочу знать, когда ты будешь охотиться. В-третьих, мне нужно время..освоиться. – профайлер выставил свои ультиматумы, сжав губы в тонкую линию, серьезно глядя на Ганнибала, мужчина понимал, что прямо сейчас очень рискует. Некоторое время доктор молчал, в его темных глазах промелькнул странный огонек, намек на восхищение. Он приподнял бровь, с любопытством склонив голову набок. - И ты думаешь, я соглашусь на эти условия? - спросил он с ноткой черного юмора в голосе. -Думаю, у тебя нет другого выбора, тебе повезло, что я решил сыграть в свою игру. Он улыбнулся - медленно, с опасным выражением на лице. - Твои условия приняты. Уилл внутренне выдохнул, часть напряжения спала.-Спасибо. - прошептал тот в губы Ганнибалу и повернулся к зеркалу, выхватывая из стакана зубную щетку. - Умно, - пробормотал он, наклоняясь вперед, чтобы коснуться лбом изгиба шеи Уилла. У него возникло ощущение, что его только что перехитрили. Он обвил рукой талию мужчины, притягивая его к своей груди в крепком, собственническом объятии. Тепло его кожи, аромат его волос, мягкость его тела. Рука, лежащая на талии, начала скользить вверх, словно исследуя грудную клетку, просто чтобы почувствовать. - Я собирался приготовить завтрак. - Не ожидал, чего-то другого.- произнес профайлер, невольно вздрогнув, когда пальцы Ганнибала на мгновение дотронулись до обнаженной кожи под краем футболки. Ганнибал медленно, снисходительно выдохнул, как будто Уилл только что преподнес ему идеальный подарок. -Хорошо. В этом слове прозвучало тихое одобрение. Он в последний раз поцеловал мужчину в плечо, прежде чем, наконец, неохотно отстранился. Ганнибал направился на кухню, на ходу закатывая рукава, и звук аккуратно раскладываемого столового серебра эхом разнёсся по комнате. Уилл, уткнулся в свой ноутбук сосредоточившись на электронных письмах из академии. Там были приглашения на конференции, просьбы заменить некоторых профессоров. Он уже чувствовал, насколько невыносимой будет следующая неделя. Ганнибал, забавляясь, наблюдал за происходящим из соседней комнаты. Он чувствовал запах раздражения, доносившийся с другого конца гостиной. Он знал Уилла. Знал, как распознать напряжение в его плечах, беспокойную энергию в его руках, малейшие признаки стресса, которые он пытался скрыть. Профайлер устало потер глаза и ,захлопнув крышку ноутбука, принялся собирать разбросанные по полу документы. В тот момент, когда мужчина вошел на кухню, Ганнибал был уже там. Одним плавным движением он прижал Уилла к столешнице, зажав между краем и своим телом. Тот раздраженно нахмурился и, ловко обойдя Ганнибала, выскользнул из-за стойки. -Хочешь кофе? Мужчина с разочарованием и яростью наблюдал, как Уилл отошел и начал готовить кофе, как будто его даже не толкали. -Я подвезу тебя.- недовольно проворчал Ганнибал, принимая чашку с кофе из рук Уилла. Тот подавил улыбку, глядя на край своего стакана. *** Ганнибал скользнул на водительское сиденье — все еще явно раздраженный, но не в силах сдержать легкую усмешку, когда он взглянул на Уилла, сидевшего на пассажирском сиденье. Бентли заурчал, пробуждаясь к жизни, - под ними раздался ровный, мощный звук. Спустя пол часа, напряжённого молчания, машина заехала на парковку академии Куантико. Уилл обернулся и сжал руку недовольного мужчины, поспешно целуя того в щеку. Он открыл дверцу машины, выскальзывая на парковку. Ганнибал смотрел, как Уилл уходит, и в его глазах по-прежнему читался опасный взгляд, но теперь в нем была отдаленная нежность. Он старался получать удовольствие от своей работы, он действительно старался. Остаток дня прошел как в тумане. Пациенты не помогли - все, о чем мужчина мог думать, это о том, как сильно он скучал по Уиллу. Ему хотелось обхватить руками тонкую шею этого человека, романтика в понимании Ганнибала несколько граничила с декадентской садомией. Следующие четыре дня шли похожем ритме. При таком плотном графике у обоих мужчин почти не оставалось времени на встречи, обычно он забирал Уилла с работы и отвозил домой, как джентльмен, получая легкий поцелуй и возвращаясь к себе, довольствуясь малым. Ганнибал страдал. Он привык получать в жизни все, что хотел. А теперь ему пришлось наблюдать, как его возлюбленный ускользает от него, лишь попробовав его на вкус, поцелуем, прикосновением или взглядом, прежде чем Уилл снова вернется к своей работе. В конце недели их хрупких отношений у профайлера выдался свободный вечер, и он подумал о том, что был был рад провести его с Ганнибалом. Уилл подъехал к офису психиатра, когда рабочий день того, уже должен был подходить к концу. Он вошел в кабинет Ганнибала, тут же замечая, что мужчина не один. Светловолосая женщина, примерно его возраста, склонилась к психиатру, что-то тому объясняя. Ганнибал был сосредоточен на каких-то бумагах, едва слушая ее. Блондинка, казалось, тоже это знала, потому что в следующую секунду она положила руку на плечо Ганнибала в полу интимном жесте. У Уилла перехватило дыхание от ее дерзости. Затем он вспомнил, о новой секретарше, которую психиатру пришлось нанять, когда прошлая уехала со своим мужем в другую страну. Ганнибал едва слушал новую секретаршу, его мысли были больше сосредоточены на бумагах, лежащих перед ним. Он ненавидел бумажную работу - всегда предпочитал более практический подход к своей работе. Девушка была немного чересчур внимательной. Ее рука на его плече, то, как она наклонилась, слишком близко. Но он был так поглощен своими мыслями, что просто позволил этому случиться. Пока не поднял глаза и не увидел Уилла в дверном проеме. Тот стоял, нахмурив брови. - Привет, дорогой.- Это был первый раз, когда он назвал Ганнибала по имени, отличному от доктора Лектера или Ганнибала, и он хотел, чтобы секретарша поняла, какие отношения между ними существуют. Однако та лишь холодно улыбнулась и поздоровалась с ним, не убирая руки с плеча психиатра. Вспышка удивления пробежала по телу Ганнибала, когда он услышал голос Уилла. Он поднял голову и встретился взглядом с мужчиной. Вид нахмуренного лица его возлюбленного был почти восхитительным, очаровательно. - Мне кажется Доктор Лектор, не нуждается в вашей помощи. По-моему, ваш рабочий день закончился пятнадцать минут назад. Хороших выходных.- процедил Уилл, продолжая стоять в дверном проёме, скрестив руки на груди. Ганнибал почувствовал, как его захлёстывает волна удовлетворения. Блондинка убрала руку с его плеча и бросила на профайлера раздраженный взгляд. - Бумажная работа еще не закончена, - запротестовала она. -Я думаю, доктор Лектер решит, когда работа будет закончена, не так ли? Ганнибал откинулся на спинку стула, не сводя глаз с Уилла, прежде чем медленно поднять руку, чтобы отослать секретаршу. - Вы слышали его, - пробормотал он мрачным от одобрения голосом. Та застыла, переводя взгляд с одного на другого, прежде чем, наконец, собрать свои вещи и уйти. Ганнибал проводил ее взглядом, дождавшись, пока за ней захлопнется дверь, и повернулся к Уиллу. Его глаза заблестели. - Мне нравится, когда ты отстаиваешь границы своих интересов.- восторженно произнес мужчина, пока его глаза изучающе скользили по профайлеру. -А мне не нравится, когда секретарши хотят переспать со своим боссом.- Уилл сел в кресло в центре комнаты, на знакомое место, где они с Ганнибалом провели много бесед. Ганнибал наклонился вперед, подперев подбородок рукой. - Ты ревнуешь? - Это психотерапевтический вопрос, Доктор Лектор? Мужчина издал негромкий смешок, его глаза все еще были устремлены на профайлера - в его взгляде полыхал веселый огонек. - Нет, - поддразнил он. - Это реальный вопрос. Он немного понизил голос, теряя веселость и переходя на что-то более серьезное. - Я искренне спрашиваю, ревновал ли ты меня к ней. - Ганнибал, я не дурак, ты красивый, богатый мужчина, а я просто неряшливый учитель с расстройством восприятия. Ганнибал старался скрыть раздражение в своем голосе, его слова звучали размеренно и ровно. -Ты гораздо больше, чем неряшливый учитель с расстройством восприятия, и ты, прекрасно это знаешь. -Ладно, я бы не отказался чего-нибудь выпить.- произнес Уилл, не желая продолжать эти дебаты. Медленная ухмылка тронула губы психиатра - он был доволен, что мужчина наконец-то сдался, совсем чуть-чуть. Он встал и направился к бару с напитками. - Что бы ты хотел? - пробормотал он, проводя пальцами по бутылкам, прежде чем, наконец, выбрать виски, зная, что это любимое виски Уилла. Он щедро наполнил два бокала, прежде чем вернуться к профайлеру. Его пальцы соприкоснулись с пальцами мужчины, когда он протягивал ему стакан, а глаза впились в лицо Уилла, ожидая хоть какой-то реакции. Те же напряженные брови и задумчивый взгляд. Он взял виски из рук Ганнибала, не глядя на него. Внутри него боролись Сцилла и Харибда. Он мог видеть, как мысли проносятся в голове Уилла - напряжение, неуверенность, замешательство. Психиатр хотел подтолкнуть его, заставить его признать. Но он сдержался и вместо этого сделал еще один глоток, ожидая, когда тот заговорит первым. Уилл выпил его залпом и, очевидно, достигнув определенной степени опьянения, встал со своего места и, прикрыв глаза, собственнически, жадно прильнул к губам Ганнибала. Тот ответил не сразу, и тогда профайлер прикусил губу мужчины, отчего у того пошла кровь. Только теперь Уилл поднял глаза на Ганнибала и отстранившись сел, наполняя второй стакан виски. Ощущение губ профайлера на своих губах - вкус виски во рту, острая боль от укуса - это почти свело психиатра с ума. Он, затаив дыхание, наблюдал, как Уилл отстранился и сел обратно, звук разливаемого виски эхом разнёсся по комнате. Ганнибал высунул язык, чтобы ощутить вкус крови. Он наклонился вперед, прижимая большой палец к распухшей губе - ровно настолько, чтобы боль вновь разлилась по телу. Уилл мрачно усмехнулся, почти ненавидя и себя и Ганнибала за ревность. - О чем мы собираемся поговорить сегодня? Огонек торжества промелькнул в глазах Ганнибала при этом звуке. Он сделал еще глоток, позволяя виски согревать его грудь, пока обдумывал вопрос и все то, что хотел сказать и сделать. В конце концов, он остановился на том, о чем, как он знал, они оба думали. - Я тут подумал. - сказал Ганнибала, незаметно сдвигая свое кресло ближе. Он сделал паузу, позволяя предвкушению продлиться всего мгновение, прежде чем очень обдуманно добавить. - О границах. Уилл кивнул.- Думаю тебе и так вполне ясны грани. Это был ответ без ответа, Ганнибал ухмыльнулся, понимая, что только усложнил задачу.- Тогда, что насчёт инициатив? Уилл замер взвешивая все за и против, мужчина выбрал меньшее из двух зол, он потянулся и взял доктора за руку, переплетя их пальцы. -Собирай свои вещи и поехали домой, я очень устал. Эти слова почти заставили его вздрогнуть от облегчения - от нетерпения. - Да, - тихо сказал Ганнибал, почти сразу. Он наклонился, не в силах удержаться, чтобы не запечатлеть горячий, продолжительный поцелуй на подбородке Уилла. Он воспользовался моментом, чтобы выключить лампу и запереть дверь своего кабинета, прежде чем повернуться и подойти к профайлеру. Выражение его лица было тщательно нейтральным, но то, как слегка дрожали его пальцы, выдавало нетерпение. Он остановился перед Уиллом и протянул руку. -Пойдем. Тот позволил ему взять себя за ладонь, небольшие уступки. Он видел, как дрожали пальцы Ганнибала, когда тот протягивал руку. Не говоря больше ни слова, он переплел свои пальцы с пальцами Уилла и повел их к парковке. Ночная прохлада приятно окутывала профайлера, а осознание того, что впереди у него два спокойных выходных, вселяло надежду на отдых. Ганнибал открыл перед ним дверцу Бентли, и Уилл уселся на переднее сиденье, которое уже было приспособлено под его параметры. Это приятное осознание, что его незначительное присутствие в жизни Ганнибала понемногу укоренялось. Психиатр сел на водительское место, завел машину и выехал задним ходом с парковки. Он протянул руку и положил ее на бедро Уилла. - У тебя усталый вид. - У меня два выходных,надеюсь, что академия забудет обо мне на эти два дня.- Уилл устало прикрыл глаза, остро чувствуя движения чужой руки. -Какие планы на выходные? Та статья, которую ты прислал мне о когнитивных различиях людей с аутизмом, была странной. Это вызвало у него тихий смешок, и его пальцы продолжили нежно водить по бедру Уилла - почти рассеянно. Бентли остановился, профайлер вышел в свежий предсумеречный туман, окутывающий здание роскошного особняка, ему нравился дом Ганнибала, почти так же, как и его собственный, только здесь постоянно ощущалось присутствие чужих глаз. Элитные коттеджи, всем интересно, с кем Ганнибал приезжает время от времени. Мужчина медленно выдохнул, пока они шли - рука Уилла была теплой в его руке. - Эта статья, - начал он низким и размеренным голосом, - была редуктивной. В нем различие рассматривалось скорее как недостаток, чем как вариативность - распространенный недостаток среди тех, кто боится того, что не может классифицировать. Он взглянул на Уилла, и глаза его заблестели в лунном свете. - Но ты видишь это по-другому. Не так ли? Ты не видишь беспорядка, ты видишь закономерность. - Мне не понравилась снисходительность автора. У него самого нет никаких расстройств, но он пишет о вещах, которых не понимает, и пытается притвориться, что понимает – произнеся это Уилл замолчал, отмечая как резко задернулась занавеска в соседском окне, когда его взгляд случайно скользнул по чужому дому. Ганнибал удивленно фыркнул на это, закрывая за ними дверь, не сводя глаз с мужчины. Он взял пальто и повесил их, прежде чем снова взять мужчину за руку. - Как редко можно встретить человека, который видит спектакль насквозь. Этот психиатр основывался на понимании эмпатии, как сценария. Но ты не играешь. Ты чувствуешь. Ты живешь в тишине между нотами. - Музейный экспонат, иногда мне действительно кажется, что я чем-то похож на него. Ты, с твоими костюмами, натянутой улыбкой, идеальными ужинами - ещё более экспонат из нас двоих. Ганнибал издал тихий смешок, его рука теперь нежно сжимала запястье Уилла, пальцы играли с нежной кожей на нем. - Музейный экспонат, да.- повторил он почти задумчиво. Но затем он покачал головой, его глаза мрачно блеснули. За веселой маской скрывалась мрачность. -Мне всегда было интересно, кем были твои родители, что вырастили графа в костюме совершенства. – произнес Уилл высвобождая запястье из хватки психиатра, чтобы направиться вглубь дома. При этих словах у него вырвался тихий, горький смешок, и на этот раз это был холодный смешок. - У меня не было родителей, - сказал мужчина резким тоном, - и я не граф. Я монстр, дорогой. Это не миф. -Кто тебя вырастил? Знаешь, иногда я понимаю, как мало знаю о твоем прошлом. Я знаю твое настоящее, но это все, что мне было позволено знать. Когда он заговорил, его голос оставался нейтральным. - Ты знаешь те части моего прошлого, которые я позволил тебе увидеть, - сказал он тихим шепотом. - И ты знаешь те части, которые тебе было любопытно увидеть. Он никогда раньше не раскрывал такой личной информации. Но это был Уилл, не так ли? Человек, которого он подпустил ближе, чем кого-либо за последние десять лет. Наконец Ганнибал медленно выдохнул, и напряжение немного спало с его мышц. Он начал медленно отвечать. Уилл сел а одно из кресел у камина, отмечая как его отблески красиво разлились по заостренному профилю Ганнибала. Тот последовал за ним без возражений, уголки его рта приподнялись, психиатр двигался со спокойной грацией. - После смерти Миши меня вырастил жених моей сестры. Человек по имени Роберт Лектер - так называемый граф. Он дал мне имя и деньги. – произнес он, закидывая ногу на ногу, в привычном жесте. -Все это время я искренне думал, что твоим отцом был Лектер, а не муж твоей сестры. Его отец. Пальцы Ганнибала вцепились в ткань брюк, впиваясь в ноги. На мгновение огонь в камине показался слишком громким в тишине комнаты, но он заставил себя оставаться собранным. Он слегка улыбнулся, не отрывая взгляда от лица Уилла. - Я не большой поклонник своего приемного отца, - пробормотал он. - Я нахожу его вульгарным и безвкусным. Он наклонил голову, изучая выражение лица собеседника. - Как ты думаешь, в чем еще ты был неправ. Главный вопрос не в том, что ты во мне не так понял. Вопрос в том, захочешь ли ты меня по-прежнему, когда маска спадет. - Я увидел трещины в твоей маске и не испугался их.- глаза Ганнибала в свете огня приобрели медовый блеск с вкрапление кровавых отливов. Уилл невольно засмотрелся, отмечая магнетическую притягательность этой игры пламени. - Нет, - пробормотал он. - Ты ведь никогда не боялся меня, не так ли? Больше всего на свете тебе было любопытно. -Я думаю, что там под маской скрывается твой личный Бог. В какого Бога ты веришь, Ганнибал, кого скрываешь, вот чего я до сих пор не понял. Ты цитируешь Священное Писание, но в то же время старательно собираешь статьи о разрушенных и горящих церквях, особенно когда есть жертвы. На мгновение он замолчал, уставившись на огонь и пытаясь подобрать подходящую фразу. - У меня нет Бога. -Ты цитируешь то, во что не веришь? - По той же причине, по которой я цитирую диалоги Платона и читаю Шекспира, - тихо, почти весело сказал Ганнибал. - Потому что они прекрасны. Он облизал губы, не отрывая проницательного, расчетливого взгляда от лица Уилла. - И, конечно, потому, что мне нравится звук моего собственного голоса. - Звук твего собственного голоса.- профайлер разразился смехом. - Я почти уверен, что у тебя есть свой собственный портрет. При этих словах он наклонил голову, и в его глазах зажглось мрачное веселье. - Дориан Грей? - пробормотал он низким и игривым голосом. - Как лестно с твоей стороны сравнивать меня с декадентствующим нарциссом. Он медленно наклонился вперед, и его голос стал почти страстным. - Мои грехи не скрываются на картинах. Они на тарелке. - Да, сравнивать тебя с юным нарциссом - значит забыть о твоих дионисийских вакханалиях. Хотя он тоже не был скромен в своих притязаниях. Но твоя тарелка, как и чаша Христа, наполнена кровью.