Мята и шоколад

      Сан так и не ушёл в свою комнату.       Ему казалось, что, как только он закроет дверь, этот едва уловимый аромат омеги снова исчезнет, растворится в ночной темноте. Парень остался спать на диване в гостиной, укрывшись тем самым бежевым пледом, который появился в этой квартире вместе с Соён. Разбудил его густой, тёплый запах свежесваренного кофе. И мяты.       Сан довольно зажмурился, сделал глубокий вдох и улыбнулся.       Соён стояла у плиты, сосредоточенно помешивая что-то в сотейнике. На ней была домашняя футболка, растянутый ворот которой приоткрывал острую ключицу. Отросшие волосы были небрежно стянуты резинкой в дерзкий хвостик.       — Доброе утро, — не оборачиваясь, произнёсла она, когда Сан подошёл к столу.       — Доброе, — сонно ответил альфа.       Соён поставила на стол тарелку со своими фирменными блинчиками и села напротив.       Они ели молча. Никто не хотел разрушать это хрупкое равновесие лишними объяснениями и разговорами о вчерашнем. Но это больше не было вежливым молчанием. В какой-то момент они одновременно потянулись к клубничному джему и соприкоснулись. Соён не отдёрнула руку. Несколько долгих секунд их пальцы лежали рядом на стеклянной вазочке. Потом омега едва заметно улыбнулась и подвинула джем к Сану.       После завтрака Соён предложила сходить за покупками. В холодильнике после недели «холодной войны» было угрожающе пусто.       Сан толкал тележку, Соён шла рядом, выбирая продукты.       — Возьмём эти помидоры?       — Слишком кислые. Лучше те, они слаще.       — Сладкоежка, — тихо хмыкнула Соён.       Сан отвернулся, чтобы скрыть улыбку.       — Не забудь рис.       — Уже взял.       По пути к выходу из торгового центра они шли мимо цветочного магазинчика. Сан остановился. Замешкался, зацепившись взглядом за знакомые жёлто-оранжевые бутоны в витрине. И обернувшись к девушке, осторожно спросил:       — Можно?       Соён взглянула на него, закусив губу. И после секундной заминки кивнула. Сан облегчённо выдохнул и скрылся в магазинчике. Через пару минут он вернулся и порывисто протянул ей яркий солнечный букет.       Девушка осторожно приняла его. В уголках лисьих глаз сверкнули озорные искры. Весь путь домой она шла, спрятав нос в жёлтых цветах.       А Сан смотрел на неё украдкой и улыбался.       Воскресное утро почти превратилось в катастрофу.       Сан вызвался помочь с приготовлением завтрака. В итоге он сначала разбил яйцо мимо миски, потом потянулся за тряпкой и опрокинул стакан с молоком. В довершение всех бед он умудрился чихнуть, пока отмерял по указанию Соён муку. Кухня утонула в белом облаке. Сан был готов провалиться под землю от стыда.       И в этот момент Соён засмеялась. Сначала сдержанно, потом всё громче и заразительнее. Сан не устоял и захохотал следом.       — Кажется, кухня после тебя требует генеральной уборки.       — Зато весело, — развёл руками парень.       — С этим не поспоришь.       Они прибрали учинённый Саном бардак и продолжили готовку. В тесноте кухни пара постоянно сталкивалась, извиняясь и хихикая, как подростки.       Вечером они опять смотрели фильм в гостиной. Соён забралась на диван с ногами и поёрзала, устраиваясь поудобнее. И через некоторое время осторожно опустила голову на плечо альфы. Сан медленно наклонился и легко коснулся губами взъерошенной девичьей макушки — всего на миг. Соён не пошевелилась. Только прижалась чуть сильнее, словно во сне.       Последующие дни не были какими-то особенными. Наверное, именно поэтому Сан запомнил их лучше всего.       Совместные завтраки стали традицией. Сан научился не сжигать тосты, за что Соён ему долго и со смехом аплодировала. Они перестали вздрагивать от случайных прикосновений и даже устроили потасовку у холодильника, не поделив последний ломтик арбуза. Соён взяла в привычку поправлять галстук Сана перед выходом и подкладывать в его сумку сладкие батончики, если тот говорил, что может задержаться на работе.       Двери их комнат теперь всё время были открыты. Их феромоны постепенно смешивались в гармоничный коктейль и теперь в квартире тепло и уютно пахло острой мятой и шоколадом.       В следующую пятницу вечером на телефон альфы пришло сообщение от Хонджуна: “В среду день рождения Соён. Не облажайся”. Сан несколько секунд смотрел на экран, а потом поднял глаза на стоящую у окна девушку.       Сан улыбнулся. Всё правильно. К чёрту давление семей, к чёрту договор, к чёрту планы! Ещё месяц назад он был уверен, что ему нужна идеальная омега. Теперь он понимал, что идеальных людей не существует. Зато есть одна невозможная, шумная, дерзкая девчонка, которая танцует у плиты в его кардигане. И именно без неё Сан больше не представлял своей жизни.