Подслушано

За прошедший месяц осень окончательно вступила в свои права, превратив город в унылое серое месиво из бесконечных дождей и опавших листьев. Но в жизни Дениса изменилось гораздо больше, чем просто цифра на календаре. — Слышь, Ден, у тебя ластика нет? А то я тут поначертил херни какой-то, — раздался над ухом знакомый голос. Денис вздрогнул, торопливо выплывая из собственных мыслей, и поднял голову. Илья стоял прямо у его парты, лениво опершись на неё рукой. На нем была простая черная толстовка, капюшон небрежно закинут на затылок, а в зеленых глазах больше не было того пренебрежения. За прошедший месяц такие моменты перестали казаться Денису чем-то из разряда фантастики. Лёд между ними не просто треснул – он растаял, оставив после себя просто бытовую связь. Илья больше не считал его «серой мышью». Теперь он мог запросто подойти перед уроком, узнать как дела, показать тупейший мем или просто коротко кивнуть при встрече. — Да, держи, — Денис полез в пенал и протянул Илье потрепанную стёрку. — От души, — Илья забрал ластик. На какую-то долю секунды его пальцы скользнули по ладони блондина. Коломийца будто слабым разрядом тока прошило. Он инстинктивно сжал руку в кулак, пряча её под парту, пока Илья этого не заметил. — Выглядишь сегодня посвежее, кстати, — Илья покрутил ластик в руках, криво усмехнувшись. — А то обычно как мертвый ходишь. Хоть выспался сегодня? — Выспался, — кивнув соврал Денис. «Выспался». Ну конечно. Илья выпрямился и направился обратно к своей парте, а Денис проводил его взглядом, чувствуя, как щеки предательски начинает заливать краской. В кармане его куртки лежал мобильник. Денис знал, что если сейчас откроет чат с брюнетом на купленном твинке, то увидит там длинные, путаные сообщения, отправленные сегодня в половине четвертого утра. За этот месяц Дрейк стал для Корякова кем-то вроде личного дневника. В сети Илья сбрасывал свою вечную маску крутого беззаботного, доверяя Дрейку то, о чем никогда бы не рассказал своим друзьям. Он писал о том, как родители снова орали на него из-за оценок, как ему тошно от этой вечной необходимости строить из себя лидера, как ему хочется наконец окончить школу, чтобы это прекратилось. Денис знал об Илье всё. Каждую его слабость, каждый страх, каждую мелкую деталь его жизни. И это медленно превращалось в манию. Денис ловил себя на том, что на уроках он не слушает учителей – он просто считает, сколько раз Илья поправит волосы, сколько раз вздохнет, как дернутся его плечи, когда он будет залипать в телефон. Он коллекционировал эти жесты в реальной жизни, сопоставляя их с ночной перепиской. Это не была влюбленность. По крайней мере, это Коломиец упрямо вбивает себе в голову последние, может, года два. Он отказывается признавать очевидное, ведь это «не правда», это просто интерес, просто желание собрать на одноклассника-придурка компромат, не более того. С Даней они за это время тоже разобщались, вроде как. Рыжий по прежнему не кажется блондину кем-то важным, или типо того, однако последний все равно рассказывает ему все новости касаемо взаимоотношений с Коряковым, ведь так или иначе Кашин иногда может дать ценные советы в этом плане. Хорошо знаком, и все такое. Но, кажется, скоро это больше не понадобится, ведь Денис заучил каждую мелочь, он уже сам знает, что стоит делать или писать, а что нет. Что уж там говорить, он специально завел себе второй аккаунт в телеграме, купив номер в каком-то канале, просто чтобы общаться с Ильёй было удобнее для последнего. — Так, десятый класс, — голос учительницы геометрии раздался над притихшим классом. — Дам вам самостоятельную, у вас как раз осталось двадцать минут. Один вариант на парту. — она оглядела класс, видя недовольные лица, а после, кажется, решила сделать небольшую пересадку, — Кашин, пересядь-ка на последнюю к Антону, а ты, Коряков... — она вздохнула, — Садись к Коломийцу. Может, за счет чужих мозгов хоть тройку себе заработаешь. Даня медленно повернулся к Денису, легко улыбнувшись и кивнув, показывая, что он и сам-то не против. Он молча сгреб свои вещи и поплелся в конец класса, а на его место, шумно отодвинув стул, плюхнулся Илья. — Ну че, отличник, спасай, — негромко сказал брюнет, придвигая к блондину чистый двойной лист. — Я в геометрии вообще нихуя не понимаю. Напиши там че-нибудь умное, я тебе завтра куплю за это.. да че захочешь короче. — Ладно, — тихо выговорил Денис, не сильно возражая. Он уткнулся в лист, начав выписывать решения. Пальцы едва заметно подрагивали, но он заставлял себя сосредоточиться на цифрах, лишь бы не думать о том, как близко сидит Коряков. Последний тем временем откровенно скучал. Писать он ничего не собирался, а потому откинулся на спинку стула, вытянулся и полез в карман брюк, доставая телефон. Коломиец краем глаза отчетливо видел, как сосед под столом, прикрывая экран ладонью, открыл Телеграм. Пальцы чужие быстро заскользили по клавиатуре. Денис старался не обращать внимания, как и проговорилось выше, думать только о числах, но краем глаза все равно видел, что делает его одноклассник. Коряков набрал какое-то сообщение, а после – отправил. Глухой, но невероятно отчетливый вибросигнал раздался из рюкзака Коломийца, который висел на крючке парты. Илья на секунду замер. Его палец завис над экраном. Он медленно повернул голову к блондину, прислушиваясь. У Дениса сердце ушло в пятки. Он заставил себя не смотреть на рюкзак, а с удвоенной силой начать чертить треугольник на листе, хотя ручка от напряжения едва не прорывала бумагу. — Тебе уведом пришел, — негромко заметил Илья, всматриваясь в его профиль. — А... да, — Денис с трудом выдавил из себя спокойный тон, поправляя съехавшие очки свободной рукой. — Это... это просто мама, наверное, забей. Щас выключу нахер, мешает. Стараясь не делать резких движений, он достал до рюкзака, расстегнул молнию и залез внутрь. Нащупав прохладный корпус телефона, он вслепую судорожно постарался включить на мобилке «Не беспокоить». Только когда экран погас, Денис наконец-то смог сделать первый нормальный вдох. Он быстро вернул руку на стол и снова стал выводить злополучный треугольник, надеясь, что сосед не заострит внимание на этом. Последний лишь пожал плечами, абсолютно не заинтересовавшись оправданиями. Для него это было самым обычным делом – подумаешь, уведомление на телефон пришло. Он снова уткнулся в свой мобильник, быстро печатая новое сообщение Дрейку. Очкарик краем глаза видел, как палец Корякова нажал на отправку. В рюкзаке на этот раз было тихо. Ни звука, ни вибрации. Блондин мысленно воздал благодарность всем существующим богам за то, что успел вовремя отключить вибросигнал. Ещё одна секунда промедления – и второе уведомления прямо в момент отправки сообщения Илье показалось бы подозрительным. — Ну че там, долго ещё? — Через минут десять Коряков шумно зевнул, потягиваясь. Судя по всему, ему еще, как ожидаемо, не ответили, и он снова заскучал. Затем он бесцеремонно заглянул в листок Дениса. — О, нифига ты накатал. Это всё синусы эти? — Косинусы, — тихо поправил его Денис, радуясь возможности перевести тему на учёбу. — И их теорема. — Да без разницы, — Илья махнул рукой, но пододвинулся ещё ближе, чтобы рассмотреть написанное на листке. — Главное, пиши разборчиво, а то физику мы еле сдали из-за твоего почерка. Денис на секунду замер с занесенной над бумагой ручкой. «Из-за твоего почерка». Коряков произнес это так просто. Илья ведь списывал с его почерка. Илья ведь держал в руках тетрадь с этим почерком. А еще смотрел фотографии, отправленные Дрейком, с этим же почерком. И прямо сейчас он сидел рядом и смотрел, как Денис выводит точно такие же буквы «т» и «д», которые за такое время могли уже впечататься в память. Да ладно, он же не заметил этого за месяц. Почему сейчас должен? — Постараюсь, — выдавил в ответ, заставляя себя писать чуть более размашисто и небрежно, ломая свою привычную «каллиграфию», лишь бы перестраховаться. Собеседник же удовлетворительно хмкнул, и, кажется, окончательно потерял интерес к процессу. Вот и славненько. Осталось жалких десять минут, о чем оповестила преподавательница. Слава богу. Это последний урок, а значит, что после – домой. Радует. Звонок раздался ровно через десять минут, как и обещали. Класс мгновенно наполнился грохотом отодвигаемых стульев и разного рода разговоров. — Ну всё, свобода, — Илья потянулся и небрежно забрал листок, чтобы отнести на учительский стол. — Ладно, Ден, бывай. Спас. Денис лишь тихо угукнул, торопливо запихивая тетради в рюкзак. Ему нужно было успокоить пульс и наконец-то достать телефон, чтобы проверить, что там настрочил Коряков, пока они сидели за одной партой. Даня подошел к его парте, молча закинул рюкзак на плечо и выразительно выгнул бровь. Денис покачал головой, мол, «не сейчас, дома расскажу», в ответ Кашин лишь понимающе кивнул и пошел к выходу. Юноша специально затягивал время, чтобы не пересекаться с Ильей на забитом первом этаже. Он долго собирал вещи, медленным шагом шел по коридорам, и в конечном счете вышел из учебного заведения одним из последних. Осенний воздух встретил его мелкой, противной изморосью. Небо затянуло тучами, а под ногами хлюпали мокрые листья. Денис натянул капюшон куртки пониже и пошел по асфальтовой дорожке вдоль школьного забора, направляясь в сторону парка, за которым начиналась его родная улица. — Слышь, Денчик! Притормози! — раздался сзади знакомый голос. Денис вздрогнул и обернулся. Илья догонял его быстрыми шагами, перепрыгивая через лужи. Капюшон его куртки был накинут на голову, а руки он по привычке держал в карманах. — Ты домой? — спросил брюнет, без приглашения пристраиваясь рядом и подстраивая свой шаг под медленный темп блондина. — Ну... да, — тихо ответил парень. Сердце снова предательски ускорилось. — Мне за парк. — О, мне туда же, к кенту надо зайти, — Илья шумно выдохнул. Они вошли под тень старых парковых деревьев. Дождь здесь почти не ощущался, скрытый тяжелыми ветвями, но сырость висела в воздухе. Наступило молчание – не то чтобы давящее, но довольно неловкое. Коломиец ждал, пока Коряков выдаст какую-нибудь дежурную шутку, или просто уйдет вперед, но последний этого не сделал, а лишь отметил одну деталь. — Погода мерзость, — он поморщился, доставая из кармана одноразку. — Да, есть такое, — юноша кивнул, отводя взгляд в противоположную от Ильи сторону. Ну не нравилось ему, что его одноклассник курит. Вот вообще, — Ну она тут как-будто всегда такая. Он пожал плечами, легко улыбнувшись. — Тож верно, — Коряков сделал затяжку, выпуская изо рта сладковатый, химозный пар, — Меня еще репет заебал просто, вот честно! Коломиец вопросительно выгнул бровь, делая вид, что он не в курсе того, что его собеседник уже две недели дополнительно занимается с репетитором, который на него давит, желая видеть хорошие результаты. — Репет? Ты занимаешься с кем-то? — Да, пытаюсь алгебру разбирать, — Илья пожал плечами, — но че-т не очень эффективно, этот додик не учит, а только орёт. Да, это правда. Денис помнит один раз, после которого Коряков писал ему о том, что хочет размазать ебальник тому пидору, который его обучает. — Ну и придурки в наше время репетиторами становятся, — проговорил блондин, — бля, тут проще уже самому разбираться. — Если бы я еще в пятом классе на матешу не забил, то да, а так только с репетом и надо. — хорошо, что он хотя бы сам это осознает. — Ну я могу помочь если что, — Денис пожал плечами, совсем не надеясь на то, что брюнет согласится на такое предложение, — я много че знаю, так-то.. На лице собеседника показалось короткое замешательство, а после он улыбнулся. — А хули нет? — Илья глянул на блондина, — можно попробовать, ты-то адекватный. Наверное, за столько времени можно было уже привыкнуть к тому, что одноклассник не считает очкарика пустым местом, однако он все равно невольно расплылся в глупой улыбке. — Давай тогда завтра после школы ко мне, попробуем че-нибудь сделать. — Забились, — брюнет кивнул, после чего они шли дальше молча. Блять, зачем он это сделал? Знает же, что просто не сможет заниматься с Ильей, ему это будет сложно даже не из-за того, какой тот кретин, а из-за того, что он не сможет совладать с собственными чувствами и нервозностью, вечно преследовавшей ее рядом с Коряковым. О боже..