Это не игра

— Итак, — Рапунцель шумно выдыхает, заходя в помещение, и оглядывает всех. — А где Эльза?.. Девушка смотрит на Олафа, который улыбается в экран телефона, а потом несколько раз щелкает пальцами, заставляя парня поднять голову. — Она выскочила за кофе, — с улыбкой проговаривает парень и обращает внимание на дверной проём, в котором появляется Джек. — Доброе утро, — протягивает тот и садится за стол рядом с Юджином. — Олаф, раф взять не удалось, — нараспев заявляет белокурая, заходя в зал. Она замирает, наткнувшись взглядом на Фроста, но приходит в себя быстрее, чем ожидала, и ставит перед Олафом стаканчик. — Взяла эспрессо. Сливок не было, а на молоке ты не любишь. — Спасибо, — парень делает глоток, пока Эльза усаживается на стул. — Ну, раз все в сборе, я могу начинать, — с улыбкой проговаривает Рапунцель, оглядывая всех за столом. Однако ее слова совершенно не волнуют ни Эльзу, ни Джека. Если белокурая прожигала взглядом дыру в стаканчике кофе, то пепельноволосый прожигал ее в девушке. И та это чувствовала, однако, не понимала ни этого взгляда, ни того, что она чувствовала. Ей казалось, что она теряет тонкую связь, которая образовалась в их душах. Рапунцель с воодушевлением рассказывала о своей идее и о том, каким образом хочет воплотить её в реальность, показывая красочную презентацию, с надеждой, что всем это нравится. И это было так. — Ну, как-то так, — тяжело выдохнув и с волнением смотря на присутствующих, выдыхает Рапунцель. — Рап… — замолкнув, Эльза начинает негромко хлопать. — Это браво! — Полностью согласен, — проговаривает Джек и начинает поддерживать Разенграффе, а та пытается держать лицо. — Тогда завтра встречаемся в 9:30 у школы. Адрес я сброшу смс-кой, — девушка радостно хлопает ладошками и получает положительные кивки. Помещение начинает понемногу пустеть. Каждый уходит по свои делам. — У нас запись через час с продюссером, — выдыхает Олаф, откладывая телефон. — Пойду, возьму ещё по кофе и поедем, ладно? — Да. Я на парковке, — белокурая слегка улыбается и спускается с порога офиса. Оказавшись около своей машины, девушка хочет достать ключи, но понимает, что что-то не так. — Сумка… — хлопнув себя по лбу, девушка возвращается к зданию и направляется в сторону зала, где была несколько минут назад. — Нет, — от знакомого тембра белокурая замирает около полуоткрытой двери. — Я не буду этого делать. Брови Эльзы сходятся на переносите, но подслушивать дальше она не собирается. Как бы не хотела знать, что происходит в его жизни, она должна это прекратить. Иначе сгорит вновь. Белокурая резко распахивает дверь, и на нее устремляется удивлённый взгляд. Она бы пошла сейчас. Подошла бы к стулу, забрала сумку и молча ушла. Но его взгляд… Она будто бы увидела что-то знакомое в его глазах. То «что-то», что было у того Джека, которого она знала. Шумно втянув воздух, девушка пересиливает себя и подходит к стулу за сумкой. — Я перезвоню, — парень сбрасывает вызов, в то время, как девушка уходит в сторону выхода. — Эльза. Она замирает на полпути, но не поворачивается. Ждёт его дальнейших слов, но их нет. Почему она не уходит? Стоит и ждёт какого-то чуда? Но чуда не будет… — До встречи, — тихо выдыхает парень, и она прикрывает глаза, стараясь притормозить подходящие слезы, после чего молча уходит. Прикрыв глаза, Фрост тяжело выдыхает и набирает номер абонента, с которым был разговор до этого. В это же время девушка чуть не врезается в Олафа на входе. — Эй, — парень ставит стаканчики на подоконник и приобнимает белокурую за плечи. — Ты в порядке? — Олаф… — тихо шепчет девушка. — Давай напьемся? — Кто ты и где Эльза? — Не смешно, — серьезно проговаривает белокурая. — Эльза, если ты собираешься напиться в баре или клубе, то мне придется остаться трезвым, — с ухмылкой проговаривает парень и, взяв стаканчики, протягивает один белокурой. — Это ещё почему? — Эльза забирает свой кофе и прищуривается. — Придется отгонять от тебя парней. — Олаф, — протягивает девушка и делает глоток кофе. — Ты точно заноза. Все, жду у себя в девять. Отсалютовав парню, Эльза выходит из здания и садится в свою машину. Оставив кофе в подстаканника, она складывает руки на руль и, опустив на них голову, шумно выдыхает. — Джексон Оверланд Фрост… Зачем ты появился в моей жизни? — она уже не сдерживает слезы и всхлипывает. Самое страшное, что она осознает, что из нее вырывается не только ситуация с Джеком, но и все наболевшее. Начиная с родного отца, аварии и заканчивая сейчас. Она не вывозит всего этого на своих плечах. Она хочет закрыть глаза и оказаться далеко от всего этого. Хочет забыть. — Разенграффе, — белокурая поднимает голову и сквозь слёзы смотрит прямо на вход в здание, возле которого Джек что-то с улыбкой печатает в телефоне. — Соберись, черт тебя подери! Девушка ударяет по рулю и попадает на кнопку сигнала. Машина издает громкий звук, что привлекает внимание пепельноволосого. Осознав происходящее, девушек быстро опускает козырек, чтобы парень не видел ее лица и, открыв зеркало, начинает быстро стирать с лица слезы. Сделав глубокий вдох, она заводит мотор и выезжает в сторону временной студии. Нахмурившись, Джек провожает машину взглядом и спускается к своей. Прыгнув в средство передвижения, он едет в обратную сторону. К дому его родителей. Оказавшись на месте, парень выходит из машины и быстро проскальзывает внутрь дома, где ему навстречу сразу бежит Эмма и прыгает на шею. — Привет, малышка, — тепло выдыхает парень. — Папа дома? — Да, но… Они с мамой из-за чего-то очень громко поссорились, — тихо выдыхает девушка, а Джек лишь кивает. — Не волнуйся, они помирятся. Как твоя игра на скрипке? — Никак… У меня ничего больше не выходит. — Эй, — пепельноволосый щелкает сестру по носу. — Выше нос. У тебя все получится! — Ладно. Папа в кабинете. — Отлично. Мы с тобой ещё поболтаем. — Джек, — выдыхает Эмма, когда ее брат достигает лестницы. — Что такое? — Почему ты не знакомил меня с Эльзой? — Фрост хмурится. Он с непониманием смотрит на сестру. — Прости. Ты же этого не помнишь. — Ничего, — парень быстро поднимается по лестнице и, без стука, входит в кабинет отца. — Держи, — тут же выдает Оверланд, протягивая сыну бумаги. — Спасибо, — Джек забирает нужное и садится на диван. — Ты уверен в своих действиях? — Полностью. Не был бы уверен — не делал бы. — В этом мы похожи, — мужчина смотрит в окно, а парень на него. — Эмма сказала, вы с мамой поссорились, — тихо начинает парень. — Да, но это временно. Просто… В последнее время слишком много работы, — Оверланд тяжело вздыхает. — Я во многом виноват перед вами и начну это исправлять. Жаль, что понял я это поздно. Ты столько раз пытался вбить мне это в голову, а я зациклился на своем. Дошло только, когда чуть тебя не потерял. И когда увидел Эльзу… Пепельноволосый долго смотрит на отца, в глазах которого затаилась грусть. — Па, знаешь. Один учёный — Альберт Эйнштейн — сказал: «Кто никогда не совершал ошибок, тот никогда не пробовал что-то новое». Я уверен, что ты ещё все исправишь. Тем более, ты уже сделал к этому шаг. Стал мягче, что ли, относиться к нам. Это прогресс. — Правда? — Да, — Джек поднимается с дивана и протягивает отцу руку. — Ещё раз спасибо. Оверланд крепко жмёт сыну руку и встаёт, после чего притягивает того к себе и обнимает. — Я постараюсь, сын. — Ты справишься. Я поехал. Обещал Гейл выслушать ее предложение по поводу какого-то конкурса. — Хорошо. Удачи! Эльза отбивало пальцами по столешнице такт мелодии, пришедшей в голову, попутно прописывая слова в блокнот. Все это сопровождало вино, и девушка была уже достаточно пьяна. Когда рифма вновь сложилась, и девушка была довольна работой, она села за синтезатор, унеся с собой полный бокал. Все шло само по себе, она не понимала, в какой момент песня сама сложилась. Текст подходил идеально, и девушка шумно выдохнула спустя три часа. Поставив мелодию на всю громкость, она стала осматривать кухню и вернулась к столу, где вылила остатки третьей бутылки в бокал. Родителей не было и это её радовало. Алкоголь перемешался с мелодией, а написанный ею же текст Элизабет уже успела заучить. Осмотрев гостиную, она резко вспомнила о том, как они проводили время тут с Джеком и ее родителями. Она уже тогда чувствовала, что потеряет это. И она потеряла… Сердце неприятно обожгло. Слезы уже не было смысла держать, а в горле застрял ком. Мелодия пошла на повтор, а бокал с вином летит на пол, разбиваясь на десятки осколков, как и ее сердце. — Собираю наши встречи, наши дни, как на нитку — это так долго, — девушка подходит к дивану и упирается в его спинку, опустив голову и тяжело дыша, пытаясь успокоиться, но все тщетно. — Я пытаюсь позабыть, но новая попытка колет иголкой, — подняв голову, она подходит к камину рассматривая фотографии. — Расставляю все мечты по местам, крепче нервы, меньше веры день за днём, да гори оно огнём, — девушка всхлипывает, остановившись на общей с ней, Анной, родителями и Джеком фотографии. — Только мысли всё о нем и о нем, о нем и о нем… Одним рывком руки девушка скидывает все рамки с поверхности, стекло которых бьётся о паркет, а по щекам нещадно текут слезы. — Я к нему поднимусь в небо, — все статуэтки с пола улетают вслед за фотографиями. — Я за ним упаду в пропасть, — диванные подушки летят с мягкой поверхности. — Я за ним, извини — гордость. Я за ним одним, я к нему одному. Белокурая падает на диван и с шумным выдохом проводит по волосам, стараясь сдерживать накатывающую истерику. — Я к нему поднимусь в небо. Я за ним упаду в пропасть. Я за ним, извини — гордость. Я за ним одним, я к нему одному. Понимаю, что для вида я друзьям улыбаюсь — это не просто, — она медленно поднимается. — Я поставила бы точку, но опять запятая — это серьёзно, — она подходит к стеллажу с машинками, но не решается их тронуть. — Разлетаюсь от тоски на куски на осколки — все без толку день за днём, да гори оно огнём, — но находит там ножницы и смотрит на подушки на полу. — Только мысли всё о нем и о нем, о нем и о нем… Моментально белокурая оказывается у декоративных подушек и со всей злостью втыкает ножницы в одну из них. — Я к нему поднимусь в небо. Я за ним упаду в пропасть.Я за ним, извини — гордость. Я за ним одним, я к нему одному. Девушка не жалеет свою жертву, решая выпотрошить из нее все. — Я к нему поднимусь в небо. Я за ним упаду в пропасть. Я за ним, извини — гордость. Я за ним одним, я к нему одному. Как только обе подушку оказываются полностью искалечены, девушка прижимается к стенке, подтянув к себе колени и обняв их. И уже ничто не сдерживает ее истерику… — Я к нему поднимусь в небо. Я за ним упаду в пропасть. Я за ним, извини — гордость. Я за ним одним, я к нему одному. Я к нему поднимусь в небо. Я за ним упаду в пропасть. Я за ним, извини — гордость. Я за ним одним, я к нему одному, — в попытке встать, она подаёт на колени. — Я к нему поднимусь в небо… Я к нему поднимусь в небо. Я за ним упаду в пропасть. Я за ним, извини — гордость. Я за ним одним, я к нему одному. Уже не сдерживая крик, девушка продолжает изливаться слезами, и среди этого слышится тихий щелчок двери. — Эльза?