Мой дорогой Инквизитор

Дождь закончился еще до рассвета. Над Скайхолдом висел прохладный туман, лениво цепляясь за зубцы крепостных стен. Камень под ногами был влажным, а с карнизов размеренно падали редкие капли. Где-то во дворе уже гремели тренировочные мечи. Кухня, должно быть, работала с самого утра — ветер приносил запах свежего хлеба и чего-то пряного. Я только успела сделать первый глоток горячего травяного настоя, когда в дверь трижды постучали. — Входите. Лелиана появилась, как всегда, бесшумно. — Доброе утро, Инквизитор. Она положила на стол небольшой свиток. — Пропал один из наших разведчиков. Я развернула карту. — Где? — На юге Изумрудных могил. Я невольно улыбнулась. — Только не говори, что он снова решил сократить путь через древние эльфийские развалины. — Нет. — Уже хорошо. — Он пошел в деревню. Я подняла глаза. — И? — Не вернулся. — Просто исчез? Лелиана кивнула. — Деревня пуста. — Венатори? — Следов нет. — Разбойники? — Тоже. Она ненадолго замолчала. — Разведчики говорят, что ночью там слышны голоса. Я почувствовала, как рядом кто-то подошел. Солас. Он молча посмотрел на карту. Потом на название деревни. И едва заметно нахмурился. — Что? Он не ответил. Только еще несколько секунд изучал карту. — Если рассказы верны... возможно, это не голоса. — А что? Он посмотрел на Лелиану. — Эхо. Она понимающе кивнула. — Именно поэтому я прошу тебя взять с собой Соласа. — Еще кого? — Варрика. Я усмехнулась. — Разумеется. — И Коула. На этот раз усмехнулся уже Варрик, стоявший в дверях. — Ну все. — Что? — Если в деревне действительно водятся призраки, они сами попросятся обратно в Тень. Изумрудные могилы Лес встретил нас влажной прохладой. Солнечный свет пробивался сквозь густые кроны, рассыпаясь по тропинке золотыми пятнами. Варрик шел впереди. Коул бесшумно двигался рядом, будто вовсе не касался земли. Солас, как обычно, отстал на несколько шагов. Я давно заметила эту привычку. Ему нравилось наблюдать. Не идти первым. Не вести разговор. Просто слушать. В какой-то момент Коул вдруг остановился. Посмотрел на Варрика. Совершенно серьезно произнес: — Варрик, ты снова думаешь про Бьянку. — Это потому что я несу ее. — Нет. Другую. ... Тишина. ... Варрик: — Я сейчас очень надеюсь, что ты про арбалет. Я согнулась от смеха. Даже Солас тихо выдохнул носом. Это длилось меньше секунды. Но я заметила. Конечно заметила. — Не смотри так, — сказал Варрик. — Как? — Будто сейчас запомнишь это и потом будешь смеяться надо мной всю жизнь. Я пожала плечами. — Не обещаю. Еще через некоторое время Коул посмотрел уже на меня. — Ты устала. — Нет. — Да. — Нет. — Да. — Коул... — Ты врешь не мне. Себе. Варрик прошел мимо. — Добро пожаловать в мой каждый вторник. Я тихо прыснула. — Он всегда такой? — Иногда хуже. — Я слышу. — Конечно слышишь. К полудню они сделали привал. Варрик разжег небольшой костер. Я присела на поваленное дерево. Солас устроился немного поодаль, прислонившись спиной к стволу старого дуба. Он что-то читал. Или делал вид, что читал. Коул неожиданно поднял голову. Посмотрел сначала на меня. Потом на Соласа. Потом снова на меня. — Солас смотрит на нее уже две минуты. ... Все замолкли. ... Солас спокойно перевернул страницу. — Уже нет. ... Я закрыла лицо ладонью. Варрик медленно поставил кружку на землю. — Нет, Инквизитор. — Что "нет"? — Не проси меня. — О чем? — Делать вид, что я ничего не заметил. Я почувствовала, как начинают гореть щеки. — Варрик. — Я молчу. — Вот и молчи. — Уже. Коул непонимающе посмотрел на нас обоих. — Но ты же только что говорил. — Видишь? — тяжело вздохнул Варрик. — Вот поэтому мне иногда хочется пить. Даже Солас едва заметно улыбнулся, не отрывая взгляда от книги. К вечеру они добрались до деревни. Она оказалась именно такой, как описывала Лелиана. Тихой. Слишком тихой. На площади стояла бочка с дождевой водой. Возле одного дома покачивались на ветру детские качели. Двери были распахнуты. На столе в ближайшем доме лежал недоеденный хлеб. Будто люди вышли всего на минуту. И не вернулись. Коул остановился. Его лицо стало непривычно серьезным. Он закрыл глаза. — Они спали. Никто не перебивал. — Очень устали. Очень боялись проснуться. А потом... Он резко открыл глаза. — Не смогли. По моей спине пробежал холодок. Солас медленно подошел к колодцу в центре площади. Положил ладонь на старый камень. Закрыл глаза. Я видела это уже не впервые. Он слушал Тень. Не ушами. Чем-то другим. Спустя несколько секунд он открыл глаза. И впервые за весь день в его взгляде мелькнула тревога. — Завеса здесь очень тонкая. — Разрыв? Он покачал головой. — Хуже. — Хуже разрыва? — Здесь две стороны почти перестали различать друг друга. Варрик нахмурился. — Переведи. — Пока люди спят... Тень приходит к ним сама. Коул тихо произнес: — Они не поняли, что проснулись уже не дома. ... Остаток вечера ушел на поиски источника. Им оказался старый каменный круг в лесу. Не эльфийский. Еще древнее. Камни были покрыты символами, которых не узнал даже Солас. — Такое бывает? — спросила я. Он посмотрел на резьбу. Потом медленно улыбнулся одним уголком губ. И без слов пожал плечами. Мол, мир все еще способен его удивлять. Это почему-то успокоило меня больше любого ответа. Мы работали почти до темноты. Солас чертил вокруг круга защитные знаки. Я с помощью Метки постепенно укрепляла Завесу. Коул удерживал мечущихся духов, разговаривая с ними так спокойно, словно успокаивал испуганных детей. А Варрик... Стоял на страже. И периодически отпускал комментарии. — Никогда не думал, что буду охранять людей, которые ремонтируют саму реальность. ... Когда все закончилось... Лес вдруг стал другим. Стих шепот. Воздух словно стал легче. Где-то высоко запела птица. Первая за весь день. Я выдохнула. И только сейчас поняла, насколько устала. Меня слегка качнуло. Совсем немного. Не от боли. От усталости. Я уже привычно собралась сделать вид, что ничего не произошло. Но знакомая рука осторожно коснулась моей спины. Не поддерживая. Скорее спрашивая. "Можно?" Я подняла глаза. Солас. Он ничего не сказал. Я тоже. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Потом я сделала то, о чем не успела подумать. Шагнула вперед. И обняла его. Совсем тихо. Без порыва. Без слез. Просто прижалась лбом к его плечу. Я почувствовала, как он застыл. Настолько неподвижно, что на мгновение мне показалось — я ошиблась. Что сейчас он мягко отстранится. Вместо этого я ощутила осторожное движение. Его ладонь медленно легла мне между лопаток. Очень легко. Будто он боялся, что крепче — уже нельзя. Я никогда раньше не замечала, каким теплым может быть человек, который почти всегда кажется спокойным, как зимнее озеро. — Спасибо, — тихо сказала я. Он не ответил. Только подбородком едва коснулся моих волос. Настолько невесомо, что я сначала решила — показалось. Где-то неподалеку послышался приглушенный голос Варрика. — Нет. Коул удивленно спросил: — Почему? — Потому что если мы сейчас выйдем, нас убьют. — Кто? — Не знаю. Но очень вежливо. Я тихо рассмеялась прямо Соласу в плечо. И почувствовала... Нет, не смех. Его. Он тоже смеялся. Почти беззвучно. И почему-то именно это показалось мне самым счастливым моментом за последние несколько недель.