Ради тебя

      Будние дни казались чрезвычайно сложными для человека, который не в состоянии слушать нудные лекции после пяти часов сна. Но выбора не оставалось, кроме как слушать монотонную речь о теме урока.       В основном первую неделю нас валили контрольными тестами, так что особо интересного не происходило, кроме как Кушида набирала достаточно популярности, что её знали все параллели и отзывались о ней очень положительно.       Не смотря на то, что в следующем месяце мы можем не получить наши баллы, они тратят их с баснословной скоростью. Как бы потом это не отразилось на классные баллы…       Но сейчас это не важно. Я не выспалась, а значит новая тема понята плохо, и мне придётся позаниматься, хотя бы вечером. —… Зачем так рано вставать? Почему нельзя ближе к обеду? Как же хочется спать… — Ты в порядке? — поинтересовался Аянокоджи, слыша моё недовольное бормотанье под носом. Я подняла голову с парты, посмотрев на одноклассника снизу вверх. Как долго он здесь стоит, интересно знать. — Очень хочу спать… — хрипло повторила я, посмотрев на Аянокоджи. Выгляжу, наверное, не очень, если вспомнить свое отражение в зеркале утром. — Постой, Кушида-сан! — Хорикита зачем-то окликнула её, знатно удивив меня. Даже интересно стало, зачем? — Пожалуйста, не зови меня больше, это раздражает. — заявила она холодно, вопреки ожиданиям других учеников. — Кикё-тян, прошу, хватит звать Хорикиту. Я ее не переношу. — голос был едва различим за закрывшейся следом дверью. — Хорикита-сан… — устало протянула я, не вставая с места. — Может сходишь со мной… — Нет. — отрезала она, не удостоив меня своим взглядом. — Я оплачу за тебя в кафе. — предложила я, надеясь на согласие с её стороны. — Не заинтересована. — Хорикита словно ледышка. Её можно вообще уговорить без шантажа или манипуляций? — Как жаль… — разочарованно вытянула я слова, но я не желала соглашаться с таким ответом. — Согласна. — закончив собираться, Хорикита вышла из класса. — Аянокоджи-кун, мне нужна твоя помощь. — Какая? — он взял свою портфель и вышел вслед за мной, возможно заинтересованный такой внезапной переменной в моих действиях. — Сам поймешь… — быстро пробормотала я, прижав указательный палец к губам, говоря: "молчи это секрет". В теле больше не чувствовалось той усталости как в кабинете, лишь забавная лёгкость и радость.       Стоило мне подойти к ней спешным шагом, как её ход ускорился. Меня вовсе не задело, скорее позабавило. Мне нравилось дразнить кого-то, подливая масло в огонь. Она не исключение, поэтому я сравнялась с ней, так же ускоряя свой темп. Наконец мы дошли до выхода из учебного заведения, и стоило нам сделать всего шаг на выход, я повернулась к Аянокоджи подать сигнал, чтобы тот не отставал. Но кажется он не заметил моего жеста, ведь к нему подошёл Хирата. Интересно, зачем?       Я схватила Хорикиту за запястье и потащила в сторону ближайшего кафе. Хочу провести с ней время, узнать её ни как персонажа аниме, а как человека, которого хочу видеть рядом с собой ближайшие три года обучения. Хочу видеть и знать Хорикиту Сузуне как подругу, как человека.       Оглядываясь по сторонам, я заметила небольшое заведение ещё незаполненное другими студентами. Подходящее место для времяпровождения с ней. Однако снова уволочь её за собой не получилось, как-будто стала тяжелее. Её сопротивление и нежелание куда-то идти с малознакомым человеком неудивительно, удивительно другое, ведь такая с виду хрупкая девушка настолько сильна, что не двигается с места, не смотря на все мои приложенные силы потянуть её. И в какой-то момент притянулась к ней именно я. Боясь, что упаду, схватилась за неё.       В голове словно током прошло, как Аянокоджи в одной из серий аниме щекотал её, пытаясь пробудить её от мыслей. Хорикита боится щекотки, и я начала действовать. Она взвизгнула и стала напряжённо ёжиться на месте, слегка покраснев. —… П-погоди… П-прекрати, прекрати сейчас же…!

***

—... — Кто-то не умеет извиняться. — невозмутимо намекнула я, размешивая свой салат.       Хорикита выглядит мрачнее, чем обычно.       Но и я не меньше раздраженна. Щека всё ещё болит. Я всё ещё чувствую, как она горит после такой-то случайной пощёчины. — Ничего страшного, могу научить тебя. — она сохраняла ровный тон голоса и своё холодное спокойствие. — Что-о? — я перевела свой недовольный взгляд на неё. Она буквально использовала мои слова против меня же.       Мы долго смотрели друг на друга, однако никто из нас так ничего и не сказал.       Может виновата и я, но на это были причины. Мне хотелось, чтобы она хотя бы раз просто пообедала и пообщалась с кем-нибудь как обычный подросток. Ничего катастрофического не произойдёт, если она поговорит о каких-нибудь глупостях хотя бы минуту. Иногда отвлечься от учёбы тоже хорошо. — Всё-таки я первая, кто тебя повёл в кафе, пусть и силой. — Нашла чем гордиться. — она сделала глоток чая.       На это я лишь цокнула, закатив глаза. — В любом случае, нам нужно сотрудничать. Всё же с трудом пришлось вытянуть информацию из Чабаширы-сенсей. — я сделала глоток цитрусового сока. — Хотелось бы знать, сможем ли мы сдать промежуточные тесты…       Мы втроём молчали. Даже Аянокоджи, сидящий между нами. Он ничего не говорил и не вмешивался, пока мы грубили друг другу.

***

      Так прошло ещё пару дней.       Тихие перешептывания с дальних углов кабинета, почти невнятное бормотание учителя, лёгкий скрежет ручки по бумаге - всё это успокаивало, от чего мои глаза невольно слипались.       Я… буду надеяться… что мы напишем экзамены хорошо. — Йоу! Извиняйте за опоздание. — я вздрогнула, и мой сон напрочь улетучился. Это ворвался в класс Судо, громко хлопнув дверью. Не обращая внимания на то, что уже давно полным ходом идет урок, он сонно зевнул и плюхнулся на свое место.       Напугал. Ну хотя бы извинился.       А учителю хоть бы хны. Не собираясь сделать замечание Судо, он продолжает свой урок. В обычной школе за такое поведения ученика отправили бы прямо к директору, или вызвали бы родителей. По возможности бы исключили, если такое продолжалось долгое время. Однако здешним учителям, похоже, было совсем плевать. Сами же ученики поначалу вели себя куда спокойнее и сдержаннее, но в последнее время совсем расслабились. По началу даже активно занимались, но чем ближе конец месяца, тем небрежней становилось их отношение к учёбе. Раздражает на самом деле.       Конечно, были и ребята вроде Хорикиты или Аянокоджи, старательно занимающиеся и внимательно слушающие. Но как по мне, это уже никуда не годится.       Третий урок – история. Занятие ведет Чабашира-сенсей. Она вошла в класс, как только прозвенел звонок. Настрой учеников изменился. Видимо всё ещё помнят тот разговор. — Ребята, пожалуйста, ведите себя потише. Сегодня у нас необычный урок. — В смысле, Сае-тян-сенсей?       Ей уже придумали прозвище, таким образом показывая своё неуважение к своему же классному руководителю. — Месяц заканчивается, так что будет небольшой тест. Передайте это назад. — она раздала ученикам на первых партах стопки бумаг.       В нем было по несколько вопросов по каждой из основных пяти пройденных за месяц тем. — Эх, как же всё сложно. Не хочу его писать. — Не беспокойтесь, это для промежуточной проверки, поэтому ваши результаты не пойдут на табеля. — сказала она монотонным, успокаивающим голосом, оглядывая всех нас. — Списывать, само собой, запрещено. Надеюсь, вы помните, что эти тесты повлияют на ваши баллы. В конце концов, всё зависит от вас.       Тестирование началось, и я просмотрела вопросы. Всего их было двадцать, по четыре на каждый предмет, и за каждый правильный ответ присуждалось пять баллов. То есть, правильно ответив на все, можно набрать сто баллов. Вопросы были не сложными, это даже слегка радовало.       Они выглядели куда легче, чем те, что были на вступительных экзаменах.       Я осмотрела всё тестирование, пока не заметила, что три из двадцати заданий на уровень выше остальных. Последнюю математическую задачку было и вовсе не решить без использования достаточно сложных уравнений. Здесь легко запутаться, потому я не очень-то и люблю математику. И скорее всего, я его не буду решать. — Ох… почему эти задания такие трудные?       Они предназначались кажется не для старшеклассников-первогодок. Разница между ними и остальными заданиями была колоссальной, это можно было ожидать от школы Продвинутого Воспитания. Видимо таким способом учителя решили оценить наши способности.       Чабашира-сенсей ходила по классу, наблюдая за учениками. Я взглянула на Хирату и заметила, с какой легкостью он заполняет бланк ответов. Похоже, у него будут хорошие оценки. Завидую.       Я же провозилась со своим тестом до самого звонка. Надеясь, что не попаду в топ три худших учеников в классе по оценкам.

***

Воскресенье, 21:07.       Встав со стула, я посмотрела на свой рабочий стол, на котором валялись несколько тетрадей по разным предметам.       В теле больше не чувтвовалась та привычная усталость во время самостоятельных занятий после уроков, однако оно всё же затекло в сидячем положении.       Я встала, согнув руки в локтях и положив их на бедра, начала вращать туловище. Было приятно ощущать несильно растяжение в боковых мышцах и спине.       Пока я разминала свое тело параллельно вспоминала день, когда писали тест.       Многие были не готовы к такому неожиданному тесту, видимо из-за того, что нас предупреждали на счёт них в средней школе. Однако, не смотря на это, мне показалось, что они легко отвечали на вопросы.       Что же на счёт Судо Кена то… он посещает уроки, правда приходит с опозданием. По слухам, с ним поговорил Хирата. Подробностей не знаю, однако вот что известно.       Наш лидер класса все же пытался с ним поговорить и после этого Судо стал посещать уроки, не знаю что именно там произошло, но Хирата смог уговорить Судо посещать занятия. Просто превосходный лидер класса. Хехе.       Но я всё ещё не уверена, что никто не вылетит из нашего класса. Возникает чувство, словно интуиция шепчет мне в ухо что-то вроде: «исключение одного ученика неизбежно».       И я боюсь, что это из-за моего вмешательства в оригинал истории. Но я ведь просто хотела помочь, почему всё должно идти под откос? Я… не понимаю. Что если, я правда поступила не правильно? Тогда ведь будет поздно что-то исправить.       Ха… ну и ладно. Если и так, то возможно это пойдёт на пользу классу. Правда ведь…?

***

      Первый день месяца мая. Прозвенел утренний звонок. Следом за ним в класс вошла Чабашира-сенсей, со свернутым плакатом в руках. Ее лицо всегда выглядело мрачным и серьезным, как у Хорикиты. — Учитель, у вас месячные? — Ике хватило смелости произнести это в полный голос. — Итак, начинаем утренний классный час! — Чабашира-сенсей проигнорировала Ике. — Сенсей, что на счёт наших тестов? Какие там результаты? — я начала интересоваться, не сдерживая своего любопытства. — Терпение. — коротко ответила учитель встав за трибуну. — Результат… довольно интересный, класс D.       Что она имеет под «интересный»?       Она разозлилась? Или ей что-то не понравилось? Чабашира-сенсей выглядела зловеще. — Чабашира-сенсей, не совсем понимаю вас. Что именно интересно? Неужели всё так плохо? Если, конечно, имеете в этом смысле.       Видимо разговор на первом классном часу не помог, и наши баллы всё так же равны нулю как в оригинале… так получается? Иначе не объяснить её и без того хмурое выражение лица. — Плохо? Как мягко сказано, Китамура-сан.       Её голос звучал очень строго, словно она поднесла остриё кинжала прямо к горлу. Однозначно плохо. Наверно, у нас 0 баллов, раз она в таком-то настроении. — Баллы были зачислены на счета учеников ещё утром. Сбой в системе маловероятна. Понимаете о чём я.       Класс загомонил в смятении. На наши счета ведь даже одного йена не перевели. — Учитель, можно вопрос? Я все еще не понимаю, — поднял руку Хирата. По виду он беспокоился не столько о своих баллах, сколько об остальных учениках. Как и ожидалось от лидера класса. Снова взял инициативу в свои руки, — Пожалуйста, объясните, почему нам не начислили? Мы ведь почти не нарушали дисциплину… да и тест мы…       Кто бы говорил. — Пятьдесят два прогула и опозданий за месяц, семьдесят один случай болтовни и использования телефонов во время урока. Я подсчитывала все ваши нарушения с самого первого дня. В этой школе ваше поведение и оценки отражаются на количестве получаемых баллов. Я вас предупреждала в день вступительной церемонии, что эта школа оценивает учеников по их способностям. Помню, что мы обсуждали с вами об этом и на классном часу. В итоге 100,000 йен, которые вы могли получить в начале месяца, просто растворились. А это значит, что за прошедший месяц ваша ценность в глазах школы упала.       Чабашира-сенсей говорила как робот, безо всяких эмоций. Сомнения в классе, возникшие еще в начале учебы, в конечном счете оправдались самым наихудшим образом.       Ценность класса D в сто тысяч баллов была потеряна всего за один месяц. Это то, чего боялась в самом начале обучения…! — Чабашира-сенсей, неужели всё действительно настолько строго… — Что? Разве мы с вами это не обсуждали? Инициатором разговора о «Правилах школы Продвинутого Воспитания» была Китамура-сан. Мне казалось, что вы всё поняли, класс D. Неужели ваши головы проветрились стоило вам лишь переступить порог этого кабинета?       Теперь взгляды одноклассников направлены на меня.       Толку после прошлого разговора было совсем ничего. Первую неделю все ходили как на иголочках, кроме Судо. Но чем дальше, тем меньше они чувствовали себя в клетке. Видимо из-за класса C. Не смотря на то, что у них есть прогулы и опаздывания, они не потеряли столько очков как мы. Почему? Да и во главе у них непростой ученик. Было бы превосходно, если мы с ним не встречались не пересекались один на один. Не хочу опозориться, не хочу проблем. — Я абсолютно уверена, что вас учили дисциплине. Все девять лет обязательного обучения вам твердили, что за такие дела по головке не погладят, что разговаривать во время уроков и опаздывать нехорошо. Вы не поняли, потому что я не объяснила? Такое оправдание здесь не прокатит. Если бы вы вели себя так, как должны вести себя студенты, ваша ценность не упала бы. Ответственность лежит только на вас! — ее рассуждения были абсолютно правильными. В конце концов все знают, что такое «хорошо» и что такое «плохо». — Неужели вы думали, что поступив в старшую школу, вдруг станете получать по сто тысяч баллов в месяц безо всяких условий? В этой школе, созданной правительством Японии для воспитания идеальных граждан? Советую прислушаться к здравому смыслу. Думали, все для вас будут делать за просто так?       Класс выглядел растерянным, оглядываясь по сторонам и смотря друг на друга с жалостью. — Надеюсь, вы меня поняли. В общем, давайте перейдем к главному, — она расправила скрученный плакат и закрепила его на доске магнитом.       Лицо Хираты выражало растерянность. Часть класса так ничего и не поняла.       Прозвенел звонок, обозначая конец классного часа.       Ученики взирали на плакат с той же неуверенностью, мало что понимая. — Это… результаты каждого из классов? — Хорикита пыталась разобраться, хотя и не была до конца уверена.       На плакате числились классы от A до D, а напротив каждого из классов виднелись числа. У нашего класса D было 0. У класса C – 490, класс B – 650. И лучший результат у класса А – 940. Каждый класс потерял разное количество очков. — Эй, вам это не кажется странным? — В этом месяце вы делали, что хотели. Теперь школа ничего не запрещает. Ваши действия, а именно опоздания и разговоры, просто влияют на количество баллов у вас. Вы вольны распоряжаться баллами, как захотите. Мы за этим не следим. — Так нечестно! Мы не можем жить нормально с такими правилами! — выкрикнул молчавший все это время Ике. Ямаучи также бился в истерике. Он уже потратил все свои баллы. — Я больше не могу молчать! Распределение баллов выглядит странным! Почему только мы должны страдать?! Как другие классы вообще смогли сохранить свои баллы?! Вам не кажется это странным?       А у него башка варит оказывается… я всегда думала, что он тугодум, но тут такое… впечатляет. — Я скажу вам, но в этом нет никаких уловок. За весь прошедший месяц классы оценивали по одним и тем же критериям. Тем не менее они не потеряли столько же баллов, сколько вы. Это факт. — Я не совсем понял, объясните нормально, Сае-тян-сенсей! — возмущался Ике, размахивая руками перед собой.       Чабашира-сенсей стала только мрачнее тучи. — Как я говорила в первый наш день, что школа Кудо Икусей в первую очередь ценит дисциплину, а баллы получают в ходе спец. экзаменов. Вы, класс D, не сможете опуститься ещё ниже, так как вы уже давным-давно на дне. Если вы считаете это несправедливым высказыванием, то докажите это, попав и выпустившись из класса А.       Ничего не скажешь против этого заявления. К тому же, у меня складывается чувство, словно время повернули вспять. — Однако класс D первый, сумевший потерять все баллы за первый же месяц. С другой стороны, могу только восторгаться тому, как роскошно вы жили до сих пор. Достойно восхищения… — отнюдь не искренние аплодисменты Чабаширы-сенсей разнеслись по притихшему классу. — Опустившись до нуля, мы так и будем вечно получать по ноль баллов? — Скорее всего, ваш уровень останется нулевым до самого выпускного. Но не волнуйтесь, комнаты в общежитиях все еще ваши, а в столовой есть бесплатные обеды. С голоду не умрете.       Жить в жесткой экономии вполне возможно, но большинству это вряд ли понравится. Все-таки мы прожили месяц, предаваясь всевозможным излишествам. Внезапно начать себя ограничивать будет для многих из нас непростым испытанием. — Теперь остальные классы будут над нами издеваться? — с грохотом пнул парту Судо. — Ты еще держишься за свою гордость, Судо? Тогда постарайся и сделай худший класс лучшим. — Что? — Ладно, у меня для вас еще плохие новости, — с этими словами она прикрепила к доске второй лист. На нем значились имена всех учеников нашего класса. Рядом с каждым было число, — Глядя на это, я понимаю, сколько же идиотов в классе D, — она оглянулась на учеников и пристукнула каблуками, — Перед вами результаты теста, написанного вами несколько дней назад. Я была просто в восторге от ваших потрясающих способностей. Серьезно, чем вы, черт возьми, занимались в средней школе? — за исключением нескольких учеников, практически у всех меньше 60 баллов. Если опустить невероятную оценку Судо в 14 баллов, следующим будет Ике с 24. Средний проходной балл был порядка 65, — Если бы этот тест учитывался, семеро из вас уже были бы исключены. Хорошо, что его результаты не отразятся на итоговых оценках, не так ли? — Исключение…? — Что непонятного я сказала? Если вы провалитесь на экзамене в конце семестра или года хотя бы по одному предмету, вас исключат. На данный момент, это относится ко всем, у кого меньше 32 баллов. Вы самые настоящие отбросы. Вас всех могут исключить по совершенно разным причинам, как в зависимости от тяжести преступления, так и за неуспеваемость. Вы поступили в столь уникальное место, но не ждите хорошего обращения. Чтобы продержаться на плаву, нужно не только иметь высокие оценки и хорошую дисциплину, но также важно единство класса. В одиночку вы не добьетесь ничего.       На листе со списком была красная линия, отделявшая семерых учеников от остальных. Лучшим из них был Кикучи с 31 баллом. Те, кто расположились в списке ниже него, однозначно провалились. — Сае-тян-сенсей, не шутите так… это ведь чушь полная…! — нервно смеялся Ямаучи. — У меня тоже слов нет. Но таковы школьные правила, так что готовьтесь к худшему. — Как учитель и сказала, тут полно идиотов, — сказал Коенджи с самодовольной улыбкой, подпиливая ногти. — Что это ты, Коенджи? Твои оценки небось тоже красные! — Хех, ты хорошо посмотрел, мальчик? Взгляни-ка еще раз. — Что? Хм, Коенджи… а? — просматривая от самого низа, он дошел до вершины. И наконец увидел имя Коенджи Рокуске. Трудно поверить, но Коенджи был на вершине рейтинга – 90 баллов. А значит, он справился с одними из самых сложных задач. — Никогда бы не подумал, что Судо такой же тупой, как и я, — саркастично произнес Ике на весь класс. — Эта школа под управлением государства, и многие выпускники действительно получают высшее образование и легко трудоустраиваются.       Печальная правда всех учеников. Если хочешь… — Исполнить все свои мечты можно, только пройдя путь до класса А. Остальным ученикам школа ничего не гарантирует. — Это же полнейший абсурд! — подскочил очкарик Юкимура. У него был такой же высокий балл, как и у Коенджи. — Стыдоба! Нет ничего более жалкого, чем трясущиеся и паникующие мальчики, — вздохнул Коенджи, словно что-то из слов Юкимуры его задело. — Да какого черта? Сколько можно повторять, что я пришёл строить карьеру баскетболиста? Мне учёба нахер не нужна! — У тебя высокие стремления, Судо-кун. Устроить карьеру баскетболиста… неплохо. Но… — ранее подорвавшийся с места Судо напрягся, ожидая разных исходов разговора. — Спортивной академии незачем бестолковый тупица без базовых школьных знаний. Не думай, что пробиться в спорт легко, что там не нужны оценки и результаты школьных тестирований. Хочешь получить аттестат - возьмись за свою голову.       Я смотрела как Судо стиснул зубы, сжимая руки в кулак до побеления костяшек, при этом сверля парту озлобленым взглядом не смея смотреть сенсею в глаза. Наверное, это не то, что он представлял себе. — Вы, кажется, плохо поняли в прошлый раз… Эта школа воспитывает будущее Японии, тех на кого можно рассчитывать страну. Зачем во главе нужен такой мусор вроде вас, класс D? Такие как вы, недоумки, будут пригодны лишь как скот. Избавится от вас не составит труда, как только перестанете быть полезными.       Под таким давлением Судо сел на стул ошеломленный такой искренностью. — Вы, класс D, сборище тупиц. Таких как вы вокруг полно. — она смотрела, как класс смотрел на неё с неприкрытым гневом. — Думаете это несправедливо по отношению к вам? Пожалуйста, вперёд, докажите эту неправоту.       Атмосфера была накаленной. Злость, обида, несправедливость, разочарованность - в тала в воздухе. — Экзамены будут через три недели, в середине семестра, так что постарайтесь не вылететь из школы. Уверена, вы все сможете сдать тесты, не переступив за красную линию. Постарайтесь справиться с ситуацией и вести себя подобающим образом.       Чабашира-сенсей покинула класс, захлопнув за собой дверь. Ребята с оценками ниже красной линии сидели удрученные. Даже обычно горделивый Судо сейчас пристыженно опустил голову. — Коенджи, — начал Юкимура, поправив свои круглые очки указательным пальцем. — Разве тебе не обидно состоять в классе D?       Видимо он хочет закончить тот разговор, который прервал крик Судо. — Обидно? С чего бы? Не понимаю. — Потому что нам сказали, что наш класс – кучка отбросов и что наши шансы получить высшие образование и работу ничтожны…! — Ха! Это все бессмыслица! Мне незачем отвечать на такие глупые рассуждения, — ответил тот, продолжая пилить ногти. Он даже не смотрел на Юкимуру и нас не менее шокированных его словами, пока говорил: — Эта школа просто не разглядела еще всего моего потенциала. Я ценю, уважаю и отношусь к себе лучше, чем к кому-либо другому. Даже если школа распределила меня в класс D, это ровным счетом ничего не значит. Если, к примеру, меня исключат, тоже ничего страшного. В конце концов потом они будут умолять меня вернуться.       Очень похоже на Коенджи. Эта самоуверенность немного пугает. Конечно, если тебе плевать на школьную систему оценки, в ней нет смысла. Если учитывать его интеллект и физические способности, трудно представить, что ученики из класса А чем-то лучше Коенджи. Хотя, возможно, его отправили в класс D из-за характера.       Честно, я о нем не знаю ровным счётом ничего. В аниме его не так хорошо раскрыли, как других персонажей. Он казался мне очень странным. В какой бы ситуации он не находился всегда вёл себя самоуверенно и всегда улыбался, несмотря на оскорбления в его сторону. Злился лишь в случаях плохого отношения к девушкам на его глазах. Но я не считаю это плохой чертой, мне даже нравится это. Хотелось бы знать кто он такой. — Раз уж на то пошло, я не собираюсь идти в университет или искать где-то работу после выпуска. Давным-давно решено, что я возглавлю в будущем конгломерат Коенджи. И неважно, в классе А я или в D.       Да ладно, я такого не помню. Конгломерат значит. Ему и вправду незачем так волноваться, в какой бы класс он не попал в A или D это не важно. Учёба в этой школе скорее всего для галочки, не больше.       Не найдя возражения в ответ, Юкимура сел.       Я смотрела на плакаты. Дисциплины у нас нарушалась, однако не настолько, чтобы упасть до нуля. Да и я нарушила её разок. Правда, из-за хлопка двери я вся передернулась и даже из паники взяла ручку, начиная писать вслед за учителем. Боже… надеюсь этого никто не видел.       Можно ли посчитать хотя бы примерно количество баллов, которые вы читают за опаздывания разговоры?       Я достала свой телефон, сфотографировав результаты тестов и баллы классов. — Надеюсь очень поможет. — Ребята, когда занятия начнутся, прошу всех быть внимательнее. Особенно тебя, Судо-кун, — Хирата привлек внимание класса, встав у доски. — Блин, ну да. — В этом месяце мы ничего не получили. Эта проблема сильно повлияет на нашу дальнейшую жизнь в школе. Мы же не хотим продолжить в таком же духе до самого выпуска? — Конечно нет! — крикнула одна девушка в ответ.       Хирата кивнул ей, продолжив: — Конечно нет! Тогда у нас нет выбора, кроме как постараться получить их в следующем месяце. Поэтому мы должны работать все вместе. Не должны опаздывать и разговаривать на уроках. Конечно же, использовать телефоны на занятиях тоже запрещено. — Ха? С чего бы нам тебя слушать? Если баллы так и останутся на том же уровне, нам незачем прекращать. — Однако, если мы так и будем опаздывать и разговаривать на уроках, ничего и никогда не изменится. Ноль останется нулем, даже если в минус не опуститься. — Не понимаю. Я ведь говорю, если они останутся нулем есть ли смысл стараться? Если мы будем выкладываться на занятиях, не похоже, что бы это помогло повысить наши оценки, — Судо недовольно фыркнул и скрестил руки на груди.       Заметив это, Кушида вмешалась: — Разве нам не сказали, что не опаздывать и не разговаривать на занятиях – это очевидная норма для любой школы? — Ага, я согласен с Кушидой, таким и должно быть нормальное поведение. — Ты так это объясняешь, потому что тебе так удобно. Если баллов больше не станет, все бессмысленно. Говори подобные вещи, когда выяснишь, как повысить наши баллы. — Не думаю, что Судо-кун не прав во всем. Прости, что смутил тебя, — Хирата кивнул раздраженному Судо, — но, Судо-кун, если мы не будем работать вместе, баллов нам не видать – это факт. — Вообще-то, мы можем поднять баллы не только за счёт тестирования на бумаге. — на одном дыхании сказала я, кое-как набрав смелости. Не особо люблю такие разборки, но баллов и вправду катастрофически не хватает. Все удивлённо пялились на меня, в их глазах читалось подобие: «объясни подробнее». — Это только догадки, если что. Обычные догадки. Чабашира-сенсей говорила ещё на первом классном часу о каких-то спецэкзаменах, я думаю, что можно и там получить баллы. Под спецэкзаменами, я считаю это какие-нибудь мероприятия. Например, тот же день спорта. Примерно такое представляю. — В этом есть смысл, Китамура-сан. Спасибо за информацию. — Но если подумать.. И смотря на наш класс, здесь собрались интересные… а, ну… мм… эм… лю… ди. Да, интересные люди. Хирата неловко улыбнулся мне, видимо понял о чём идёт речь. — Я имею ввиду то, что мы совсем разные. Например я хороша в учёбе, что не скажешь о моих физспособностях. Наверно, есть люди в нашем классе, которые наоборот хороши в спорте, чем в учёбе, как Судо-кун. По нему видно, что он долго занимается спортом. — Ага, я с начальных классов занимаюсь баскетболом. Мне необходимо быть выносливым и сильным. — И например, Хирата-кун. Хорош как в учёбе, так и в спорте. — староста улыбался. — Что если в классе A каждый ученик хорош как Хирата-кун? — Тогда почему Хирата-кун в классе D? Он же хорош во всём. — задала одна девочка из середины. — Ну возможно, они там намного лучше.. Но Чабашира-сенсей говорила о наших с вами дефектах. Возможно он есть даже у Хираты-куна.       Неловкую тишину прервал звонок.       После занятий Хирата готовил доску для обсуждений. Он попросил класс остаться, чтобы обсудить дальнейшие действия. Но я отказалась, сил совсем нет. Так ещё и Хорикита ушла. — Эм… Китамура-сан… мы ведь друзья? — о чём ты, девочка? Мы с тобой не общались месяц после того случая на классном часу, а сейчас зовёшь меня своим другом? Совсем из ума выжила. — Если честно, я потратила все свои баллы. Мне уже немного помогли остальные девушки, но я подумала попросить еще и у тебя. У тебя ведь есть баллы.. — Баллы может и есть, но я не уверена что их хватит ещё и на тебя. Понимаешь? — Ну хотя бы две тысячи, мне очень нужно.. — Если прям очень, только в долг иначе не переведу. —… — Каруидзава молчала, такой исход явно не ожидала. — Ладно… — Какая бы помощь мне не понадобится, ты поможешь мне, Каруидзава-сан. — она кивнула, я не то, что видела, знала, что ей это не понраву. Однако, если вдруг Хорикита или Аянокоджи попросят о невозможном меня, я могу попросить об этом Каруидзаву. Прости меня, пожалуйста, иначе никак. — У тебя не так много контактов… — заглядывала в мой телефон Каруидзава. — Хорикита-сан, Аянокоджи-кун, Кушида-сан… ты что всех по фамильно записала? Никакой клички или хотя бы по имени…       Блин. Может помолчишь пожалуйста. Я просто стараюсь сохранять дистанцию, не больше. К тому же, это простое уважение, нет? — А… это… твоё дело. Не подумай ничего, просто мнение…       Она заметила, что я раздражена. Но самое главное, она не язвит как обычно. Или хотя бы не скажет в духе - «Да забей ты, я же просто сказала свои мысли вслух. С кем не бывает.». Примерно такое что-то. — Я сохранила твой номер. И уже перевела. — я посмотрела в её голубые глаза. Красивые. — Надеюсь ты запомнила с каким уговором я тебе скинула их. И чтобы ты не расслаблялась на этот счёт, я записала наш с тобой разговор. — она нахмурилась, но кивнула и ушла, цокнув. — Аянокоджи Киётака из класса D, подойди, пожалуйста, в учительскую. Тебя ждёт Чабашира-сенсей.       Аянокоджи? Вроде бы да, звали его в этот момент. Но никак не могу вспомнить почему.       Я собрала сумку и вышла из класса, обдумывая возможные варианты приглашения в учительскую. Из-за баллов? Баллы… баллы… баллы…       Ничего не приходит в голову, но это точно связано с баллами. Пятьдесят, баллы. Пятьдесят баллов. Точно…! Там вроде они говорили на счёт его проходных баллов. Он ведь набрал ровно половину баллов на тесте по всем предметам.       Что там происходит в учительской? Что теперь нас ждёт? Почему наши баллы не изменились? Сможем ли мы теперь подняться до класса A? Но нужен ли мне этот класс? Сколько вопрос, а ответов..