university secret

Феликс уже сто раз пожалел, что влюбился. Изначально волноваться и ощущать бабочек в животе при виде своего объекта симпатии было очень даже приятно, но ровно до того момента, пока собственное настроение не стало полностью зависеть от их общения. Если за день Хенджин активно обращал на него своё внимание и с ним как-то взаимодействовал, то для Ли этот день становился самым лучшим. Он приходил в свою комнату, плюхался на кровать и улыбался, уже представляя их следующую встречу. В такие вечера Джисон часто выслушивал, какой Хван прекрасный. И пусть во многом был с ним не согласен, всё же видеть друга таким счастливым – настоящая радость. Он лишь надеялся, что тот не разобьёт Ликсу сердце. И не зря надеялся. Ведь в большинстве случаев Ли приходил после учебы в ужасном состоянии. Плохое настроение, красные глаза от слез и ненависть к себе – всё это последствия молчания между ними. Моментов, когда Хван общался только со своей компанией и даже не смотрел в сторону Феликса, было слишком много. Обычно так и происходило, и их общение ограничивалось лишь "привет" и "пока", но в какие-то особенные дни Хенджин мог вдруг подбежать, схватить Ликса за плечи и начать в шутку трясти. Или подуть в ухо и заглянуть в глаза. Всё это для него было лишь баловством, развлечением от скуки, но в такие мгновения тело Феликса предательски реагировало на все его касания, сердце ускоряло ритм, к щекам приливала краска, а в голове крутилась одна единственная мысль. Какие на вкус его губы? И это было настоящим безумием, ведь Ли хотелось проводить с Хваном как можно больше времени, он был готов пожертвовать чем угодно ради этого, но, казалось, тот не отвечал взаимностью. Каждый раз Феликс, ступая на порог университета, гадал, подойдёт ли тот сегодня или сегодняшний день опять начался зря. Видеть, как Хенджин улыбается и обнимает не его – было особым видом пыток. И как бы сердце вдребезги не разбивалось при мысли, что для Хвана он никогда не будет на первом месте, Ли продолжал смотреть на чужие взаимодействия. Обычно, когда становилось особенно больно или их молчание затягивалось на длительный срок, блондин, рыдая, клялся себе, что перестанет мечтать об этом человеке. Он понимал, что для Хенджина он мало что значит и что будет лучше, если он будет глушить свои чувства на корню. Ли осознанно старался избегать его и игнорировать в ответ, но как только Хван всё же возвращался, блондин сразу же прощал его и вновь на что-то надеялся. Так случилось и в этот раз. В какой-то из дней Хенджин вдруг нашёл его среди толпы и предложил им с Джисоном присоединиться к их тусовке в ближайшем баре в эти выходные. И именно поэтому сейчас Феликс, надев свою любимую белую рубашку и уложив волосы, в приподнятом настроении ждал друга. Они уже немного припаздывали, а всё потому, что Хан долго не мог найти свой телефон и уже успел обматерить всё на свете, в то время, как тот был у него в руке! Феликс чуть не прибил его за это. Дорога до бара заняла у них примерно полчаса. Заходя внутрь, блондин изо всех сил надеялся, что сегодняшний вечер пройдет как нельзя лучше. Найдя нужный столик, где расположились их друзья, Ли удивлённо посмотрел на пустующие два места. – Они скоро придут. Хенджин как всегда закатил истерику, что ему не в чем идти, и Чанбину чуть ли не силой пришлось его тащить, – объяснил Сынмин, заметив растерянность на чужом лице. – А, – кивнул Феликс, поджав губы. Джисон дёрнул его за руку, и он сел на стул рядом. – Как здесь сегодня шумно, – огляделся Чонин, что расположился в самом дальнем углу дивана. – Завтра на учёбу, хули они все припёрлись? – А сам-то, – усмехнулся Ким. – Мне можно. Вот скажи, когда в последний раз мы здесь были? – тот задумался, – Не помнишь? Да потому что пиздец как давно! – Ладно, ты прав. – вздохнул Сынмин, а в следующую секунду его брови взлетели вверх и он воскликнул: – Ой, смотрите кого принесло! Я уж думал, мы вас не дождёмся. – Заткнись, – Хенджин плюхнулся на стул, и Ли отсчетливо почувствовал запах сигарет. Видимо, он только что покурил, поэтому они так долго. – Я с ним больше не поеду! – жаловался Чанбин, сев рядом. – Вы представляете, что он учудил? – Что? – в один голос произнесли друзья. – Мало того, что он сначала закрылся в комнате и мне пришлось чуть ли не выламывать дверь, чтобы его оттуда вытащить, так ещё потом в его бошку пришла просто гениальная идея! – Хван в это время недовольно поглядывал на друга, поправляя воротник своей рубашки. Выглядел он и вправду потрясно: белая блузка с расслаблено болтавшимся галстуком и накинутый сверху чёрный кожанный бомбер. Феликс так засмотрелся, что Джисону пришлось ткнуть его локтем. – Он мне говорит: «хочу пиво, пошли в магаз» – продолжал Бин, – Вот нахуя пить по дороге, если ты всё равно идешь в бар? А потом Хенджин... – Ещё слово и ты – труп! – закрыл ему рот Хван, недовольно на него посмотрев. – Хенджин, ну нам же интересно! – протянул Чонин, забавляясь происходящим. – Обойдетесь. Давайте лучше что-нибудь уже закажем. – Ну блин, почему всё самое интересное происходит именно тогда, когда вы остаетесь вдвоём? – и тут Феликс почувствовал, как его хорошее настроение начало стремительно падать. Хван даже не поздоровался с ним, а теперь в шутку продолжал бороться с Чанбином, будто остальных тут и вовсе не было. – Пойдём купим что-нибудь, – потащил его к барной стойке Джисон. За ними потянулись и все остальные. В итоге все взяли виски и только один Феликс пил сейчас джин-тоник. Настроения напиваться в хлам у него не было, и он даже подумывал о том, чтобы поскорее уйти. – А вы видели его лицо? – хохотал Хенджин, которого уже хорошенько так торкнуло, – Мне кажется, он вообще больше никогда не зайдёт в нашу комнату! – У него теперь точно психологическая травма, – Ли уже давно не понимал, о чем они говорили. Каждый раз, когда Хван смеялся, он пытался поймать его взгляд, но тот все время был направлен не на него. От осознания, что брюнету на него совершенно все равно, становилось тошно. – Феликс, кинь куда-нибудь, – это единственное, что услышал Ли от Хенджина за этот вечер. Тот протягивал ему свой бомбер, и он, конечно же, выполнил его просьбу, положив вещь рядом с собой. Ему на меня всё равно. – Может пойдём танцевать? – предложил вдруг Чонин, на что все одобрительно закивали и стали подниматься со своих мест. Внутри Феликс поселилась надежда, что, может, хоть здесь им с Хваном удастся как-нибудь поконтактировать, но все его мечты разом были разрушены, когда он услышал: – Бинни, мне лень, давай посидим, – тихо сказал Хенджин, закинув на него свою ногу и положив голову на плечо. В этот момент Ли отчаянно захотелось выколоть себе глаза. Я так больше не могу. Это послужило последней каплей, и парень почувствовал, как к глазам начали подступать слезы. Никому ничего не сказав, он выбежал из бара и сел в первое такси. Внутри всё разрывалось от боли, а в голове крутилась одна единственная мысль: Я больше никогда к нему не подойду. Всё кончено.

•

Джисон, заметив отсутствие друга, тут же ему написал. Ответ пришёл сразу. Феликс сказал, что уехал домой, и в этом Хан не нашёл ничего удивительного, ведь он видел, как Хенджин лип к Чанбину. Было обидно за друга и он уже сам думал последовать его примеру, как вдруг его кто-то окликнул. Обернувшись, он широко распахнул глаза. – Епт, – выругался Джисон и направился к барной стойке, где сидел никто иной, как Ли Минхо. – Здравствуйте, профессор Ли. – Ну здравствуй, Джисон, – от парня не ускользнуло то, с каким интересом тот на него теперь смотрел, а после – как еле заметно прошёлся языком по губам. В его руке был стакан с виски, который он почти допил. – Давно ты тут? – Где-то час, пришёл отдохнуть с друзьями, – Хан невольно засмотрелся на обнажённую шею и выступающую ключицу, которую рубашка, съехавшая в сторону, перестала прикрывать. Сейчас его преподаватель выглядел таким расслабленным, что даже находиться рядом с ним не доставляло какого-то дискомфорта. – Вы кого-то ждёте? – Да, – кивнул тот, – Уже должен был подойти. – Понятно, – поджал губы Джисон, понимая кого тот мог ждать. Последнее время он старался вообще не вспоминать тот случай, чтобы лишний раз не думать о Минхо, который и так отчего-то крепко засел в его мыслях. – Джисон, ты вот мне скажи, каково это прыгать с третьего этажа? – тот хитро улыбнулся, а Хану в этот момент захотелось сбежать. Ведь как объяснить преподавателю тот свой ужасный поступок, за который теперь было очень стыдно, и то, как, чуть не обосравшись, он пытался спуститься. Ему крупно повезло, что все его кости остались целы. – Не понимаю, о чем вы, – прикусил губу и отвёл взгляд Хан, на что Ли усмехнулся. – Ну конечно же, – а после обратился к бармену: – еще два виски, пожалуйста. Протянув второй стакан удивленному парню, Минхо, глядя прямо в глаза, спросил: – Выпьешь со мной? – Да. – после секундных раздумий отозвался тот, не понимая такую доброту преподавателя, – За что будем пить? – За удачу. – и они чокнулись. – Давно хотел спросить, сколько вам лет? – спустя время поинтересовался Джисон, чувствуя, как тело наполнил алкоголь и мысли в голове наконец успокоились. – Двадцать шесть, – Ли допил отстатки спиртного и вальяжно раскинулся на стуле, всматриваясь в лицо парня. От этого взгляда стало немного как-то неловко, но Хан старался всячески это игнорировать. – Почти угадал, – удовлетворённо отметил студент, – А то я изначально думал, что здесь преподают одни злые старики! – Если преподаватель молодой, это не значит, что с ним обязательно будет легче. – Это точно, – без злобы согласился Джисон, вспоминая их первую встречу, когда Минхо выгнал его за дверь. – Эй, ты что, на меня намекать вздумал? – пьянно возмутился Ли и даже в шутку хлопнул его по руке. – У меня вообще-то идеальный характер! Вот кто бы тебе ещё из преподавателей выпить купил, а? – Конечно-конечно, у вас самый лучший характер, – засмеялся Хан и подумал, что встретившись они при других обстоятельствах, быть может, могли быть стать даже хорошими друзьями. И пока они с друг другом веселились, к ним вдруг подошёл какой-то парень и приобнял Минхо со спины. – Я не вовремя? – Ты всегда вовремя, – оглянулся на него Ли, – Знакомься, это – Джисон, студент первого курса, я у него веду. А это – Джо, он с четвертого курса. – Приятно познакомиться. – Взаимно. Хан видел недовольный взгляд нового знакомого в его сторону и понимал, что те стоны скорее всего принадлежали именно ему. Так же он осознал, что этот Джо ему совсем не понравился, и захотел побыстрее уйти. С грустью подумав, что так пообщаться с Ли Минхо у него вряд ли ещё когда-то получится, Джисон произнёс: – Ладно, мне уже пора, до свидания, профессор Ли. – Пока, Джисон, – бросил тот, а Хан внутренее улыбнулся, хоть и понимал, что тот так сказал только потому, что много выпил. Вероятно, уже завтра они вновь вернутся к их обычному общению. Стараясь больше не нагружать голову лишними мыслями, он вышел из бара.

•

– Ликс, вставай, – Джисон аккуратно потянул одеяло. – Нет. – друг снова накрылся с головой. Хан понимал, что после того, как Ли вчера снова разбили сердце, поднять его с постели будет нелегко. – Ну давай же, – предпринял вторую попытку Джисон, – У нас сейчас пара математического анализа, зачем нам потом отработка? – Мне похер, иди без меня. Парень тяжело вздохнул, а потом вдруг резко дернул одеяло на себя, скинув его с Феликса полностью. – Ты совсем обнаглел?! – заорал друг, а Хан с ужасом смотрел на его красные глаза и мешки под глазами. Видимо, он рыдал всю ночь. – Ликс, – он сделал небольшую паузу, – Этот уёбок не стоит твоих... – Заткнись. – Нет! Сколько ты будешь ещё себя мучить? – взорвался Джисон. – Что было неделю назад, напомнить? Ты опять дал ему шанс, и что теперь? Ему на тебя насрать, Феликс! Пойми это уже и перестань на что-то надеяться! – Ты думаешь блять я этого не знаю? – Ли был на грани истерики. Он сел на кровать и уткнулся лбом в ладони, – Будто это так легко: взять и отпустить человека! Ты думаешь, мне всё это нравится? Молчание. – Меня это в край заебало, знаешь ли, – уже тише произнёс он, – Я так больше не могу, Джи... Больше не могу его видеть. Хочется уже отчислиться нахуй, чтоб больше никогда с ним не встречаться... – Ликси, – Хан сел рядом, аккуратно обняв его за плечи, – Прости... Я не хотел на тебя кричать. – Угу, – и что-то мокрое скатилось по его щеке, а потом разбилось об пол. – Может тебе стоит переключиться на что-то? Старайся меньше о нём думать. И не стоит ждать его после пар. – он аккуратно смахнул очередную каплю с чужого лица, – Ну же, не плачь... Я понимаю, что тебе сейчас плохо, но это скоро пройдёт. Ты сможешь разлюбить его, я уверен. – Ну зачем он так? – Феликс поднял на него свой взгляд, – Почему он не может общаться нормально? Я не понимаю его! То всё нормально, а то потом он делает вид, что мы не знакомы. Я так от этого устал! – Он просто дебил, Ликс, и он тебя не стоит. – Чтоб я ещё раз к нему подошёл – да никогда! Он больше для меня не существует. – решил для себя Феликс и в миг подскочил. В его глазах заплесали озорные искорки. – А давай не пойдём на первую пару и закажем пиццу? От такой смены настроения Ли Джисон удивленно заморгал. На самом деле он ни за что бы не хотел ссориться с профессором Ли и прогуливать его пары, особенно после того, как они хорошо пообщались в баре, но бросить друга в сложной ситуации он просто не мог. Поэтому, уже с грустью представляя, как будет оправдываться перед Минхо, Джисон сказал: – А давай.

•

А расплата за свой поступок ожидала Джисона спустя несколько дней. Пара математического анализа стояла второй, и парни к её началу уже сидели на своих местах. Хан очень надеялся, профессор Ли не будет к нему слишком строг. К тому же он ещё не успел взять разрешение на отработку пары. – Всем здравствуйте, – Минхо наконец зашёл в аудиторию, и по его лицу было заметно, что настроение у него ужасное. На секунду их взгляды пересеклись, и Джисон ясно ощутил электрический ток, прошедший по всему телу. Выражение же лица Ли осталось непроницаемым. Он сел за свой стол и открыл список группы. – Так, пройдёмся по отсутствующим. Кэтрин есть? – девушка подняла руку, а Минхо пошёл дальше по списку. И в тот момент, когда Хан был готов услышать своё имя, профессор вдруг назвал совершенно другого человека. Джисон непонимающе захлопал ресницами, а потом растерянно посмотрел на друга. Тот ответил ему сочувствующим взглядом. – Я всех назвал? – задал вопрос преподаватель, уже закрывая журнал. – Нет! Меня не назвали! – сразу же среагировал Хан. – Да неужели, Джисон? – усмехнулся вдруг Минхо, – А я-то думал, ты больше не ходишь на мои лекции. – Что? – Не хочешь объянить причину, по которой тебя не было несколько дней назад? – Я... – мозг отказывался нормально думать, – Я был болен. Пиздец. – Да что ты говоришь? – профессор Ли внимательно на него посмотрел, словно оценивая, а Джисону в этот момент захотелось сбежать. Выдерживать взгляд этих кошачьих глаз было просто невыносимо, они будто видели насквозь. – А я вот беседовал как-то с преподавателем по экономике, и он мне говорил, что на его второй паре ты был живее всех живых и даже что-то ему доказывал. Выходит, ты болел только на моей паре? Что же это за болезнь такая, бедный ты мой? Хан понял, что облажался. Его щеки моментально покраснели, и он даже не пытался больше оправдываться. Кто-то с соседних рядов начал смеяться и перешептываться между собой. – Так ладно, я понял, – после некоторого времени произнес Минхо, – В этот раз я закрою глаза, но если такое повториться, то вопрос будет обсуждаться уже с ректором. Ты понял? – Да. – Отлично, тогда начнём. В этот раз мы с вами продолжим говорить про непрерывность функций. Лина, повтори, пожалуйста, определение точек разрыва функций, которое я задавал вам выучить. – Предельная точка области определения функции, в которой функция не является непрерывной, называется точкой разрыва функции. – Молодец, – улыбнулся профессор, глядя на встревоженые лица студентов и на то, как они активно принялись листать тетради, – Есть желающие рассказать классификацию точек разрыва? В ответ была гробовая тишина. – Феликс, давай. Для друга это был словно приговор. Ведь именно эту тему они с Джисоном пропустили и до сих пор не попросили конспекты лекции. Ли медленно поднялся со своего места, стараясь не смотреть на преподавателя. Он уже представил, как его будут перед всеми отсчитывать. – Ну? – прервал молчание Минхо, нетерпеливо глядя на растерявшегося студента. – Есть несколько классификаций... Первая... – Устранимый разрыв, – послышался чей-то шёпот. – Устранимый разрыв, – уже громко повторил Феликс, – Второе – это... – Достаточно, – неожиданно прервал его преподаватель, тем самым спасая его. – Пускай теперь продолжит Джисон, а ты садись. – Я не учил эту лекцию, профессор. Но я могу вам рассказать любую другую. – решил сразу признаться парень. В глубине души он надеялся, что Ли пожалеет его. Но как же он ошибся. – Я ведь предупреждал, что будет, если вы будете неподготовлены к занятию? – в этот момент Хану очень сильно захотелось ему врезать. Почему в какой-то момент он мило с ним беседует и даже угощает выпивкой, а потом ведёт себя, как настоящая сука. Ведь он видел, что Феликс тоже ничего не знал, но решил пожалеть его, а ему, Джисону, сейчас попадёт по полной программе. – Да? Студенты испуганно закивали, видя, как преподаватель начал злиться. – Джисон, напомни, пожалуйста, всем. – Два, дополнительный вопрос к зачёту и отработка, – озвучил себе приговор парень, – но, профессор Ли, может я могу... – Нет, – отрезал Минхо и что-то черканул у себя в журнале, – жду тебя на отработке во вторник. – Но профессор, – Джисон резко встал и гневно посмотрел на Ли, – Вы ведь знаете, что остальные лекции у меня все идеально выучены! Давайте просто в следующий раз я вам расскажу эту лекцию, не ставьте, пожалуйста, два. – Надо было раньше думать, – равнодушно отозвался Минхо, – Двойку я уже тебе поставил и своё решение менять не собираюсь. – Ну и пожалуйста, – вдруг психанул Хан и принялся запихивать все свои вещи в рюкзак. – Что ты делаешь? – тихо удивился Феликс. – Сваливаю, больше не могу видеть его рожу. Резко встав, он стремительно направился к выходу, даже не взглянув на Ли. Преподаватель молча за ним наблюдал и даже ничего не сказал, когда дверь с грохотом захлопнулась, лишь улыбнулся краешком губ. Но этого никто не заметил.

•

В столовой в этот раз было очень душно. Парни специально сели возле открытого окна, чтобы не задохнуться в этом многообразии запахов. В тарелке Джисона одиноко лежала недоеденная котлета, в то время, как Феликс уплетал уже вторую порцию макарон. – Мы с Хенджином не виделись уже два дня, – нарушил тишину Ли. – Он больше не подходит. Я решил его игнорировать, а ему вообще как будто похер. – Он мудак, Ликс. – Знаю, но я надеялся хоть на что-то. – грустно вздохнул блондин, – Мог бы хоть раз подойти и сказать «привет». Неужели это так сложно? – Для него, видимо, да. Он теперь всё время крутится возле Чанбина, даже мне как-то противно стало. Вот они снова посрутся, и он вновь прибежит к тебе, я уверен. – Только в этот раз я его пошлю. – Блять. – Что? – Тихо, не смотри туда! – Куда? – Поздно... Джисону хотелось исчезнуть, потому что кого он точно не хотел видеть, так это Джо, что направлялся теперь прямо к ним. Он был одет так, словно собирался на какую-то вечеринку, но точно не на учёбу. И пусть многие смотрели на него с восхищением, Хану же стало противно от одного его вида. Он вообще не планировал с ним как-то ещё взаимодействовать после их знакомства в клубе. – Я подсяду? А то места совсем закончились, – и он, не дожидаясь ответа, сел на ближайший стул. – А ты вообще кто? – не понял Феликс, смотря то на него, то на Хана. – Джо, знакомься, это Феликс – мой друг, – а после обратился к Ли, – А это – Джо, он... Дальше язык не повернулся, и он замолк. – Нас познакомил Минхо, – улыбнулся парень, а после поправил, – профессор Ли. Феликс поднял одну бровь и внимательно посмотрел на Джисона, ожидая объяснений. Но по чужому лицу было понятно, что они будут потом, и что общество Джо ему совершенно не нравится. – Ну приятно познакомиться, – подытожил Ли и принялся доедать свои макароны. – Джисон, как тебе учиться на первом курсе? Сильно преподы достают? – повернулся к нему Джо и начал бесцеремонно его разглядывать. – Да нет, нормально всё, – отмахнулся тот. Он невольно посмотрел на часы, желая поскорее пойти в аудиторию. Но до конца перерыва оставалось ещё целых тридцать минут. – А сам ты всё учишь? Сильно сложно? – Да пойдёт, – Хан всё никак не мог понять, к чему этот разговор. При их первой встрече по Джо нельзя было сказать, что он был рад его видеть, тогда к чему сейчас всё это? – Ну хорошо, а то сам знаешь, что говорят, – и он хитро улыбнулся, а Джисон вдруг почувствовал, как какое-то нехорошее предчувствие начало расползаться внутри. – А что говорят? – Ну что ты лекции не учишь и с пар сбегаешь, – теперь он уже в открытую смеялся над парнем, с удовольствием наблюдая, как учащается чужое дыхание. – А не подскажешь случайно, кто именно говорит? – Хан с силой сжал кулаки. Он чувствовал, что ещё чуть-чуть и он со всей силы вмажет этому Джо. – А ты много чьи пары прогуливаешь? – продолжал издеваться парень. – Да что тут происходит? – не выдержал Феликс, совершенно ничего не понимая. – Я потом тебе расскажу, а сейчас, кажется, у кого-то будет разбита губа, – начал вставать со своего места Джисон. – Эй, придурок, притормози, – Джо тоже встал и уже собрался уйти. По его лицу было заметно, как ему приносило удовольствие чужое унижение.– Мне на тебя, честно сказать, поебать, но если я увижу, что ты к нему лезешь – убью. Понял? – Ты че, ебнутый? Нахуй он мне сдался! – Джисон наконец понял, к чему был весь этот цирк. Оказывается, Джо просто ревновал. – А то я не видел, как ты с ним пил! – Так он мне сам предложил! – Ну да, конечно, – скривился Джо, – Он никому никогда не предлагает. – А может ты о нём многого не знаешь? – вдруг тоже улыбнулся Джисон, видя, как на миг на чужом лице появилось смятение. – Чушь не неси. Минхо только мой, уяснил? – Профессор Ли?! – ахнул Феликс, широко распахнув глаза. Теперь же он не ел свои макароны, а с ошарашенным лицом смотрел на парней. – Да меня парни вообще не привлекают, если ты об этом. Особенно такие, как он. Уяснил? – в той же манере ответил Хан. – Я тебя предупредил. Дальше решай сам. – напоследок бросил Джо и ушел. – И что это было? – Ли внимательно смотрел на друга, ожидая ответов. Джисон в какой-то момент вдруг начал громко смеяться, осознавая весь сюр ситуации. И пусть парни его совершенно не привлекали, злить Джо ему крайне понравилось. – Он такой придурок, ты не поверишь, – а после Хан ещё минут двадцать рассказывал Ли о ситуации в баре.

•

В эту ночь Джисону не спалось. Он с грустью осознал, что те вещи, что раньше приносили ему удовольствие, теперь же не приносили никаких положительных эмоций. Даже секс с Ненси, что случился этим вечером, оставил после себя прежнюю неудовлетворённость. Хан не понимал, что в нём поменялось за последнее время, а в голове лишь крутилась их последняя пара с профессором Ли. Легко было догадаться, что тот специально спросил Джисона, чтобы поставить ему плохую оценку. Только зачем? Ведь до этого они неплохо так пообщались. Ничего лучше не придумав, Хан на свой страх и риск вышел из комнаты. Уже было двенадцать, и всё общежитие погрузилось в зловещую тишину. Парень тихо спустился на этаж ниже и зашёл в общую кухню. Подойдя к окну, он аккуратно достал из кармана смятую пачку сигарет, что осталась на чёрный день. Щелкнула зажигалка, и в следующую секунду лёгкие приятно заполнил никотин. Немного расслабившись, Джисон и не заметил, что на кухню зашёл кто-то ещё. – И почему-то я не удивлён, что встретил здесь именно тебя, – Хан резко обернулся и чуть не выронил от неожиданности сигарету. Он хотел было спрятать её, но потом передумал. – А я наоборот не ожидал вас увидеть, – на его глазах Ли Минхо открыл холодильник и внимательно осмотрел содержимое, – я думал преподаватели живут в другом общежитии. Разве тут не только студенты? – Как видишь, – он достал хлеб с маслом и колбасу, а после сел за стол, принявшись делать бутерброды. После недолгого молчания Минхо вдруг произнёс: – Не знал, что ты куришь. Джисон лишь пожал плечами, не зная, что ответить и вновь затянулся. – А какая ваша комната? – 443. – О, а я этажом ниже, в 332-ой, – на этом их диалог снова прекратился. Ли успел уже сделать себе несколько бутербродов и с большим удовольствием их ел, в то время, как Хан докурил и выбросил сигарету в окно. – И как часто теперь студенты курят по ночам? Не боишься, что поймают? – кто именно поймает пронеслось в голове, но Джисон отогнал эту мысль. Минхо теперь смотрел на него оценивающе, и если б не темнота, парень бы заметил улыбку на его лице. – А сами? Ли усмехнулся. – Почему тебя не было на лекции? – в этот раз его голос прозвучал серьёзно, – Только не ври. – Ликсу разбили сердце, я пытался его успокоить, – Хан отвёл взгляд, погрузившись в разглядывание пейзажа за окном. Ему было неловко. Но почему после того, как он это произнёс, на душе вдруг стало легче? – Ясно. – И вы даже не скажите мне, что это не причина? – Почему я должен так сказать? – этот вопрос поставил парня в тупик. Он никак не расчитывал, что преподаватель сможет его понять. – Не знаю... Вы же влепили мне два. – Потому что ты не выучил лекцию и к тому же соврал. – То есть, чисто теоритически, если бы я сказал правду, то вы бы меня не спросили? – предположил вдруг Хан. – Думаю, нет, – честно ответил Минхо. – Вы обиделись что-ли? – и Джисон улыбнулся, замечая, как Ли отвел вгляд и принялся смотреть в окно. Он молчал. – Ну профессор Ли, простите меня, пожааалуйста. – Ой, заткнись ты, – буркнул Ли, но в его глазах теперь плесали весёлые искорки, – Вот только попробуй не выучить хоть одну лекцию, я тебе столько двоек влеплю, что на всю жизнь запомнишь! – Да-да, конечно, – Джисон видел улыбку на чужом лице, и улыбался сам. Отчего-то общение с преподавателем приносило ему огромное удовольствие. – А что мы с вами будем делать на отработке? – Что ты будешь делать на отработке, – поправил Минхо, на что Хан театрально закатил глаза, – Писать тест по теме, которую ты не знал. – Как скучно! – Могу дать итоговый зачёт по всем темам, если так хочется, – парень чувствовал на себе вгляд Ли, который, казалось, прожигал его насквозь. Джисон не помнил, чтобы кто-либо из этого знакомых смотрел на него так заинтересованно. Это притягивало и пугало одновременно. – А вы правда можете?! – А ты правда хочешь? – Ну не то, чтобы сильно... – Всё с тобой ясно, – усмехнулся Минхо, а потом неожиданно поднялся, начиная идти в сторону двери, – Мне уже пора, спокойной ночи. – Спокойной ночи, профессор Ли, – Хан всё ещё стоял у окна. – И да, Джисон, – парень внимательно на него посмотрел, – не гуляй по ночам. И он вышел. Хан несколько раз моргнул, осознавая, что никогда до конца не сможет понять Ли Минхо. Порой тот вел себя, как настоящая сука, и хотелось как следует ему врезать, а то, наоборот, разговоры с ним поднимали ему настроение. Понимание, что та пустота внутри, что была с ним последнее время, вдруг куда-то изчезла – заставило парня хорошенько удивиться. С Минхо хотелось общаться. Хотелось общаться всё больше и больше, и Джисон всерьёз испугался этой мысли. В ту ночь он вновь не мог заснуть.