Пообещай, ну пообещай же

***

Воздух в комнате был удушливым от множества цветов, которые культ высаживал по территории всей общины. Азур ненавидел этот запах. Он всегда означал ритуалы, боль и страдание бедных животных. Но сейчас это отступало назад, все из-за Ту Тайм, которые сидели на краю алтаря, свесив ноги вниз. Ту Тайм были «чудом культа». Их привели сюда, перекроили из травмированной сиротки в эталон вероисповедателя Спавну, что когда-то было просто человеком, стало нечто большим. Их костяной хвост, сегментированный, с заостренным концом, лениво постукивал по каменному полу, отстукивая секунды — тук-тук-тук. Они были одни. Старейшины ушли на очередное скучное совещание, оставив «материал» под присмотром друг друга, Азуру было отчасти плевать на присмотр, но не плевать на Ту Тайм. Взгляд травника невольно возвращался к подвижной конечности. — Ты снова пялишься, — голос Ту Тайм был низким, с хрипотцой. Они не подняли головы, ковыряя ногтем трещину в каменной плите. Азур залез ближе. Сердце колотилось где-то в горле. — Я не пялюсь. Я изучаю... Архитектуру! Ту Тайм фыркнули. Это был смешок, лишённый тепла, но Азур знал, что они не злятся. Если бы они злились, хвост бы не двигался. — Архитектуру? — переспросил культист, наконец поднимая взгляд. Их глаза, тёмные, как черная дыра, в которых плескался отблеск свечей, встретились с его глазами. — Ты странный, Азур. Даже для таких как мы. Травник придвинулся ближе. Между ними оставалось не больше вытянутой руки. — Я знаю о чём ты думаешь. — сказал он тихо. — Это бесконечное... одиночество. Тебе не надоело быть игрушкой в их руках? Ту Тайм напряглись. Их хвост замер, перестав стучать. — Не смей говорить так о наставниках, Азур. Да благословит тебя Спавн. Вера нашему спасителю поможет нам и объеденит даже в самые темные времена... — Нет, — Азур протянул руку. Он не посмел коснуться их лица, но его пальцы замерли в миллиметре от чужой щеки, чувствуя исходящий от неё жар. — Нас объединяет поклонение чему-то эфимерному, сам посуди. Я хочу лучше понять тебя и твою привязанность к этому месту, милый. Ту Тайм резко выдохнули. И в этот момент их хвост пришёл в движение. Он скользнул вперёд, обвиваясь вокруг руки Азура, притягивая его ближе. Травник охнул от неожиданной силы. Костяные сегменты были холодными, но внутри, казалось, пульсировала жизнь. — Ты хочешь стать ещё ближе? — прошептали они, наклоняясь к его уху. — Тогда перестань придумывать дурацкие отмазки. Сердце Азура пропустило удар. Он уткнулся носом в плечо Ту Тайм, вдыхая их запах — смесь стали и старых книг. — Твой хвост... — выдохнул он. — Что с ним? — Ту Тайм усмехнулись, но усмешка вышла нервной. — Ты хочешь прикоснуться к нему? Не глупи, его боятся даже старейшины. — Чего мне боятся? — сказал Азур с несвойственной ему твёрдостью. — Я хочу знать, какой он на ощупь. Какой ты на ощупь. Он аккуратно провёл кончиками пальцев по основанию хвоста, там, где тот соединялся с позвоночником Ту Тайм. Они вздрогнули, и по их телу пробежала дрожь. Чужие руки вцепились в его плечи. — Что ты делаешь? — спросили они, но в голосе не было протеста. Было любопытство. — Позволь мне одну шалость, мой хороший, — ответил он, скользя пальцами выше по костяным сегментам. Он надавил чуть сильнее, массируя ямку. Ту Тайм выгнулись дугой, их дыхание сбилось окончательно. Хвост сжал уже талию Азура, почти до боли, но травник не возражал. Боль смешивалась с наступающим возбуждением, создавая коктейль, который был крепче любой настойки. — М, Азур, я могу тебя им ранить, не делай таких неожиданных движений... — Ты не сделаешь мне больно, — прошептал Азур, наклоняясь и прижимаясь губами к их шее. Он целовал кожу, чувствуя, как под губами бьётся пульс. — Ты можешь причинить боль всему миру, но не мне. Я хочу, чтобы ты были собой. Полностью. Он спустился ниже, целуя их плечо, ключицу, край мантии. Ту Тайм издали нечто похожее на стон, но достаточно тихое. Они прикусили губу, чтобы не закричать. Стены комнаты были тонкими. — Скажи мне, что ты чувствуешь, — сказал он, сжимая основание хвоста. Ту Тайм дёрнулись, и хвост на мгновение ослаб, освобождая его, но затем снова сомкнулся, уже на бёдрах. — Я чувствую... жар, — пробормотали они. — И холод одновременно. Это приятно... Азур это нормально? — слегка затуманенным взглядом пробормотали они. Азур поднял голову и посмотрел им в глаза. . В них не было ничего от привычного сумасшествия, одержимости и пустоты. Осознанный, пусть и расплывчатый, взгляд обычного мальчика. — Я хочу, чтобы ты запомнили этот момент, — сказал он, в очередной раз медленно проводя по костяному гребню хвоста. — На случай, если ты начнешь терять себя. Ту Тайм слишком жестко схватили его за волосы, притягивая к себе. Их лбы соприкоснулись. Они замерли на мгновение. — Ты знаешь, что они делают с теми, кто слишком сильно привязывается друг к другу? — спросили они тихо. — Знаю, — ответил Азур. — Они разделяют. Или уничтожают. Или переделывают. Но я не боюсь. Это единственное реальное чувство, которое у меня было за всю мою никчёмную жизнь. Я не откажусь от него. — Азур чуть отстранился и приулыбнулся — Знаешь, клясться в этом прямо у разваленного алтаря достаточно мило... Ту Тайм наклонили голову и поцеловали его. Азур ответил, растворяясь в ощущении. Их хвост скользнул ниже, обвивая его ногу, притягивая его ещё ближе. Азур чувствовал каждое движение кости через ткань своих штанов. — Я хочу большего, — выдохнули они в его губы. — Я знаю. Я тоже, — ответил он. Ту Тайм ловко спрыгнули с плиты и потянули Азура за собой. Коридоры показались бесконечными до комнаты культиста. Они ловко затянули Азура к себе и закрыли дверь. Ту Тайм непривычно резко замерли перед травником, первый шаг за ним... Он медленно расстегнул их мантию, не торопясь. Он хотел насладиться каждой секундой. Сначала открылись плечи, затем подтянутая грудь, покрытая мелкими шрамами, оставленными ритуальными клинками. Знал каждый и большую часть обрабатывал своими руками. Он поцеловал каждый из них, как будто мог вылечить полностью. Они ответили тем же, стягивая с травника одежду. Их руки были не такими нежными — нет должного ухода. Ту Тайм сжимали кожу, оставляя следы, которые будут краснеть до утра. Азуру это даже нравилось. Ту Тайм понятули его к подобию кровати, скорее широкому футону. Азур по инерции припал сверху. Он посмотрел в лицо культиста: на их тяжёлое дыхание, красные щёки и каплю пота, стекающую со лба. Их хвост обвился вокруг руки Азура, сжимая её, словно она брала его в заложники собственной страсти.

***

Движения были в достаточно быстром темпе, однако их хватало чтобы сполна испить друг друга. Азур гладил волосы, руки, торс возлюбленного, словно зависимый от прикосновений. — Скажи, что ты чувствуешь, — попросил травник, притягивая их к себе, уже зарываясь лицом в сухие волосы. — Я бы... Многое хотели тебе сказать, но... Обойдёмся простым спасибо. Да благословит тебя Спа- Азур поцеловал её в уголок губ, затем в щёку, в висок. — Ты не можешь затыкать меня таким способом! — возмутился культист. Азур поводил себе небольшой смешок и даже остановился на пару секунд. — Могу. Слушай, знаешь... Этот культ — просто сон. Нас ждёт что-то другое. Мы выберемся, вот увидишь! Ту Тайм откинулись на подушку. У них не было сил даже спорить о том, что никуда они уходить не будут. Ту Тайм издали протяжный стон, и Азур почувствовал, как внутри возлюбленного словно что-то ломается. Их тело содрогнулось в кульминации. Хвост сжался вокруг Азура с такой силой, что он на мгновение потерялся в пространстве, но затем хватка ослабла, превратившись в ласковое поглаживание. Азур обнял их, гладя по спине, вдоль позвоночника, к основанию хвоста, продолжая свою ласку. Он хотел, чтобы это длилось вечно. — Оставлю право выбора за тобой, — сказали они тихо, касаясь его щеки. Азур улыбнулся, и эта улыбка была первой искренней за многие дни. — Мы построим свой собственный мир. И в нём не будет места для этих бессмысленных ритуалов. Будем только мы.. И твой хвост. Ту Тайм уже нахмурились и собирались читать лекции о Спавне и важности ритуалов, как вдруг прыснули из-за окончания предложения. — Ты одержим моим хвостом. — Да, — согласился Азур без капли стыда. — И я не собираюсь это скрывать. Они счастливые лежали на футоне Ту Тайм под звуки завывающего ветра, укрытые только лёгким покрывалом и ощущением того, что они наконец-то нашли друг друга. Хвост Ту Тайм лениво вился вокруг ноги Азура. Культитст был счастлив, смотря в карие глаза напротив.

***

Ту Тайм смотрят на свои окровавленные ладони, оплетенные пасленами. Еще теплое тело, лежащее рядом, заливает их, и без того тёмную, мантию кровью. Культист смотрит в светлое небо, как ночь уступает яркому утру. Осталось несколько часов до восхода солнца. На рассвете не проснулся никто.