База крепких отношений

      — Хённи!              — Феликс, блядь, какого хрена наивная фея не спит ночью под контролем двух рыцарей?              Хёнджин завершил своё расписание и с нетерпением ждал, когда сможет поехать домой и отдохнуть. Минхо, который обычно оставался с ним до последнего, уже два часа как уехал, чтобы провести время с Джисоном. Возможно, это и к лучшему, что его менеджер постепенно устанавливает между ними более профессиональные границы, чем это было до их крупной ссоры. Однако это не делает ситуацию менее болезненной. К тому же, оставшись в одиночестве, Хёнджину пришлось прогонять от себя странные мысли о Феликсе, и, как только ему это удалось, раздался телефонный звонок.              — Пожалуйста, помоги мне.              — Звони своим любимчикам, — поморщился айдол.              — Не могу, мне стыдно.              — А передо мной — нет?.. Ах да, главный гондон в ваших жизнях.              — Нет, просто ты, ну, такой, не осудишь, — прошептал неуверенный голос Феликса в трубку.              — Ахах, сам проебаться люблю. И что надо? — неожиданно для себя полностью расслабился Хёнджин. Феликс позвонил ему, а не своим церберам, если разложить карты правильно, он ещё и в выигрыше может остаться. Но следующая часть его немного шокировала.              — Забери меня, пожалуйста.              — Откуда тебя забрать… В два часа ночи?! — сдержать удивление Хёнджину не удалось.              — От парня…              — Какого ещё?.. Почему ты шепчешь?.. — не выдержал айдол и повысил голос.              — Я в ванной прячусь, — продолжал выдавать нелепую информацию брат Минхо.              — Зачем? — в голосе Хёнджина прозвучало смирение.              — Свидание. Мы смотрели кино у него дома, а потом он захотел меня поцеловать.              Ну, охуеть. Хёнджин был не уверен насколько ему нужна эта информация сейчас и почему опять какое-то странное неприятное чувство скребёт от неё внутри.              — Просто скажи: «Нет». Никто не будет насиловать маленького девственника, геи не насильн…              — Я стесняюсь, он бегает рядом с ванной и ругается.              — Блядь, сейчас приеду, адрес хоть помнишь?              — Спасибо, Хённи!              — Да что с тобой делать-то?..              Получив адрес с грустным смайликом в конце сообщения, Хёнджин немного облегчённо выдохнул и потащился до студии трирачи. Трудоголики по-любому ещё на месте.              

***

             — Какого хрена в два пятнадцать ночи мы куда-то едем? Я поел в компании, не голоден, если ты решил меня угостить.              Несмотря на абсолютное равнодушие к предложению Хёнджина подвезти, так как они в принципе жили недалеко (но ранее Хван никогда ещё не снисходил до того, чтобы поработать водителем Чанбина), тот всё же обратил внимание, что они едут в противоположном от их района направлении.              — Какого хрена ты в это время не спал, а работал?              — Чан…              — Заебал всю компанию. Чонин опять спал у кофеварки. Скажите спасибо, что я Минхо отвлекал, и он не заметил.              — Я уже сто раз говорил с Чаном, но он такой… Не контролирует себя, когда пылает энтузиазмом в работе. И не то чтобы специально. А Чонин смотрит на него, как на личное божество, и во всём потакает, телефон никогда не выключает, нахер не посылает, наоборот, восторгается любыми безумными идеями. Сам виноват. Но, надеюсь, их союз продлится дольше нескольких месяцев, и наш очередной менеджер не уволится. — вздохнул Чанбин. — Куда мы едем?              — К Сынмину.              В машине повисло молчание.              — Нахрена? Мы в ссоре, и об этом все знают, — тихо сказал Чанбин удивительным образом не разозлённый, что Хёнджин похитил его из студии и везёт к бывшему.              — Угу. А он на свидании, — прямо в лоб проинформировал Хёнджин и покосился на соседнее кресло, чтобы оценить реакцию. Которая не заставила себя долго ждать.              — Что?! Он охуел, что ли?! — вспыхнул Чанбин за доли секунды и нервно застучал пальцами по приборной панели.              — Вы же расстались? — усмехнулся Хёнджин, подливая масло в огонь чужой злости.              — Два дня назад! — почти проорал Чанбин.              — А ты думал, он вечность будет ждать тебя?.. Не понимаю, вы мне постоянно затираете, как нужны отношения, а сами…              — Ты тоже странный — лезешь в наши отношения, — буркнул Чанбин немного успокоившись и устыдившись своей резкой вспышки.              Они оба замолчали. Чанбин, на скромный взгляд Хёнджина, как-то совсем быстро успокоился, поник и опустил руки на свои колени.              — Что тебя так напугало? — вздохнув, всё же решил выяснить айдол.              — Я боюсь подвести группу.              — А просрать два года отношений — нет?              — Ты даже в них не веришь. И всегда был против ради чего бы то ни было жертвовать карьерой.              — Почему все стрелки на меня? — не собираясь отвечать, фыркнул Хван.              — Да, я боюсь, Хёнджин. И это нормально. Меня полностью устраивает скрывать ориентацию и отношения в настоящий момент, не хочу никаких радикальных решений и менять свою жизнь. А Сынмина это… Бесит. Он считает, что двум популярным айдолам нормально жить вместе. Приезжать в компанию вместе. Обедать вместе. И совершенно не парится, скольких людей можно подвести просто этими нашими отношениями. По всему агентству сплетни ходят, с нами уже несколько раз проводили «беседы». А ему всё мало, его это тупо веселит, нарываться.              — Ну, они могут только пригрозить.              — А ещё ставить камбеки на неудачное время, менять даты тура, да и банально не заниматься нашим продвижением. Контракт не формальность, неприятностей можно отхватить, если на него постоянно забивать.              — Но белка же не заморачивается?..              — Знаешь, что сказал Джисон, когда мы взяли его в группу? «Я всё брошу ради Минхо — моей родственной души», — Хёнджин презрительно хмыкнул, а Чанбин продолжил, не обращая на это внимания, — мол, он нас сразу предупреждает о своих приоритетах. И что, если будет скандал, он выберет не группу. Якобы, давая нам самим решать брать его, с такими установками или нет.              — Но вы же забили на это и взяли?..              — Я тебе больше скажу, знаешь, как громко мы с Чаном поржали над этим заявлением? Ему было семнадцать!              — Ахахах, — теперь засмеялся Хёнджин. — Вы реально проебались.              — Угу, столько лет прошло, а я уверен, ничего не изменилось. Он просто закроет эту дверь, не колеблясь и долго не раздумывая. Как будто тут даже нет выбора. Вся твоя жизнь или Минхо. У них столько договорённостей, компромиссов, ограничений, и даже это не разрушает их, а странным образом укрепляет связь, — вздохнул Чанбин. — В общем, в их паре за мозг отвечает Минхо, он знает контракт Джисона лучше нас всех и контролирует, чтобы тот нигде не проебался и случайно не спустил свою карьеру в унитаз из-за их отношений. Как и тебя в прочем пытается приструнить…              — Он слишком много на себя берёт, — проворчал Хёнджин. — Вот и занимался бы своим любимым хомяком, а не лез ко мне.              — Минхо заботи…              — Вернёмся к тебе!              Чанбин хмыкнул.              — Но мы с Сынмином не такие как они. Я слишком много вложил в то, чего мы достигли.              — Сынмин, знаешь ли…              — Для него это другое. Веселье, развлечение, поиграться.              — Это ты так думаешь. Спроси, как часто он разговаривает с родителями после того, как стал айдолом. Или сколько платит самым лучшим преподавателям вокала перед каждым выступлением. Он такой неуверенный в себе и в том, что делает, а ещё партнёр из-за своей трусости срывается на нём.              — О чём ты?..              — А может, ты просто не его человек, — усмехнулся Хёнджин, он и так натрепался, Сынмин его закопает с этими откровениями.              — Где ты этого понабрался? — хмуро буркнул Чанбин, но, к радости Хёнджина, кажется, крепко задумался. — Тебе-то… А, впрочем, с кем там у Сынмина свидание?              — Придурок! — охренел с того, как быстро его раскрыли, Хёнджин. — Как ты?..              — Кто бегает по всей компании в его поисках?.. — устало улыбнулся Чанбин.              — Заткнись! Просто приглядываю, чтобы его случайно не трахнули! Минхо и в этом обвинит меня!              — Да, самое смешное — Минхо, который считает, что это ломка, и не догадывается, что по его младшенькому брати…              — Блядь! Приехали! — резко затормозила машина, вот нахрена Хёнджин полез в эти отношения. Пусть бы сами разбирались. Грёбаный Феликс, это он во всём виноват!              Но Чанбин, видимо, раскаялся в своих громких предположениях, и они оба какое-то время переваривали информацию в тишине машины, не двигаясь, чтобы выйти на предстоящие разборки.              — Прости, Хёнджин, правда. Я просто очень нервничаю. Ты прав, нам надо с ним спокойно поговорить, даже если это ни к чему не приведёт.              — Не надо было трогать Сынмина. Трахался бы скрытно на вечеринках, как раньше, и не знал проблем, — буркнул Хёнджин.              — Я изначально нихера с ним не хотел. Увлёкся, пытаясь обезопасить его от этих придурков с вечеринок и их «игр». Всё-таки в этих занудных хороших парнях прослеживается что-то привлекательное?.. — снова с ухмылкой посмотрел на Хёнджина Чанбин. — И очень сложно от них отказаться. Смотри, не повторяй моих ошибок, приглядывая за своим Феликсом. Ты этим либо восстановишь отношения с Минхо, либо похоронишь.              — Я не собираюсь ничего делать с Феликсом!              Чанбин усмехнулся и решительно выбрался из машины первым.              

***

             — Я за блондинчиком.              — Какого?.. Когда он успел позвонить тебе! Всё шло нормально! — недоумённо уставился на Хёнджина Сынмин, явно разозлённый.              — Маленькое динамо, я же тебя предупреждал. Но он сильно испугался. Просто верни его мне, и забудем об этом.              — Хёнджин!              Мелкий парень, проскочил мимо Сынмина и, врезавшиись в айдола, прижался к нему, едва того не повалив на пол от неожиданности.              — Прости, — хмыкнул Хёнджин, не касаясь Феликса, пожал плечами. — Короче, он…              — Я не понимаю, — хмуро перебил Сынмин, обращаясь к Феликсу. — Ничего бы тебе не сделал! Что за идиотская реакция? Я даже секса не хотел!              Но Ликси даже не поднимал на него взгляд.              — Прости!              — Думаю, у нас ничего не выйдет, — махнул на парочку рукой Сынмин.              Хёнджин заржал.              — Определённо. Вот, я тебе привёз другого, — айдол поманил к себе топчущегося на месте у лифта Чанбина. — Выясняйте отношения.              — Бин?              — Прости, Сынмин, я был неправ.              Феликс соизволил отлепиться, когда дверь перед ним закрылась, и, быстро краснея, извиниться. Хёнджин закатил свои прекрасные глаза и промолчал, но даже заехал на машине по пути в круглосуточное кафе и купил им колу и чизбургеры.              — Спасибо!              Айдол в ответ только хмыкнул сонному Феликсу, не отвлекаясь от дороги. Они практически не разговаривали, занятые едой. Ликси лишь снова краснел, когда кормил из своих рук или подносил трубочку занятому рулём айдолу. Стараясь не задумываться о том, что и с одной рукой Хёнджин вполне бы справился с управлением.              — Почему ты всех боишься, а меня — нихуя? — недовольно зашипел Хёнджин, потому что Феликс, как только машина остановилась на парковке, прижался к нему снова.              — Ты гондон снаружи, а внутри…              — Тоже гондон!              — Я в это не верю, — пробормотал Феликс, утыкаясь куда-то в район чужого плеча. Было максимально неудобно обниматься вот так крепко в машине, но шокированный внезапными действиями Хёнджин не ворчал, а только вздыхал и неловко гладил по голове одной рукой, внутренним голосом оправдываясь, что её просто некуда больше пристроить в маленьком пространстве, а другая случайно соскользнула на чужую спину.              — Ещё разочаруешься, как Мин…              — Он не разочарован! Ему…              — Да похуй мне. Я не люблю скриншип! Отлепись к чертям! — придя в себя, попытался отпихнуть его Хёнджин.              — Потерпишь! Мне надо утешиться, и только ты тут под рукой! — буркнул Феликс, прижимаясь только крепче.              — Блядь, а! — смирился Хёнджин. — Давай поднимемся, здесь тесно!              — Ты привёз к себе?! — растерялся Феликс, наконец отрываясь от айдола и оглядываясь в темноте улиц.              — Я не нанимался водителем вам всем, — но, заметив нерешительность на чужом лице, вздохнул и предложил, — давай вызову тебе такси? Почти три утра. Не то чтобы я сильно парился, но Минхо будет недоволен моим помятым видом, у меня расписание с восьми!              Но Феликс набрался смелости. Ну и его дурацкое любопытство.              — Нет, всё в порядке, я тебя не боюсь.              Хёнджин фыркнул.              Особо осмотреть квартиру, к сожалению, не удалось. Все двери были закрыты. Хёнджин лишь из коридора, даже не включая свет, открыл дверь в какую-то явно гостевую комнату, невзрачную и ничем не примечательную, кроме огромной кровати, пихнул туда Ликси, а сам прошёл в соседнюю.              — В душе есть запасное нижнее бельё и полотенце, не стесняйся!              Феликсу стало неуютно, почему-то он сразу понял о предназначении комнаты.              Особенно оно почувствовалось в душе с абсолютно прозрачной перегородкой в спальню. Он открыл шкафчик и едва не словил сердечный приступ от смущения, когда на него посмотрела целая гора различных баночек со смазкой и презервативов с разными вкусами. В другом лежали одноразовые предметы гигиены, а в третьем — чистое нижнее белье в пакетах. Больше от греха подальше он никуда не полез, обойдясь богатой нереализованной фантазией, которая тут же дорисовала различных неприличных игрушек и прочего.              С кровати открывался «потрясающий вид» на прозрачную перегородку для душа. Феликс повернулся в другую сторону и встретился со своим покрасневшим отражением на огромном зеркале вдоль стены. Ладно хоть не на потолке.              — Извращенец! — почти взвыл в свои ладошки Феликс и постарался задвинуть дурацкие фантазии об идеальном для него, судя по всему профессиональном, учителе «сексуального профиля».              Засыпать здесь было максимально некомфортно, бурная фантазия никак не отключалась, и поэтому, провертевшись пару минут, он решительно встал и, пройдясь дальше по коридору, проник в соседнюю комнату, с разбегу запрыгивая на кровать к ошарашенному его действиями Хёнджину.              — Какого?!              — Научу тебя ценить личное пространство! Джисон постоянно жалуется, что ты без разрешения заваливаешься к ним домой и валишься на диван спать!              — Ты ёбнулся? Это другое!              — Мне некомфортно на твоем траходроме! Чувствую себя одноразкой в этой комнате разврата!              Хёнджин обомлел от такой наглости.              — Скажи мне честно, ты учился в какой-то католической школе для мальчиков, такой зажатый?!              Феликс промолчал, но его правдивое лицо, будь оно проклято, просто кричало о том, что айдол попал в точку.              — Не всё время, пока мы с семьёй несколько лет жили в Австралии, — глупо оправдывался Ликси.              — Серьёзно?! Ладно. Теперь и я ощущаю себя гнусным совратителем. А Минхо тоже?..              — У него не настолько религиозная семья, он учился в обычной, но тоже для мальчиков, — вздохнул Феликс.              — Вали хотя бы на диван! Кухня-гостиная прямо по коридору!              Но Ликси слишком приятно было обнимать живую подушку. Объятия всегда приносили ему больше утешения, чем разговоры. Он ещё не наобнимался в полной мере, чтобы успокоиться от неловкой ситуации. Точнее, от бесконечности стыдных и стрёмных моментов этой ночи.              — Я сделаю тебе массаж!              — Да мне… Хорошо.              — Правда?              — Да, — хитрый блеск глаз Хёнджина не скрыла даже темнота. Феликс подумает об этом потом, — но я сам скажу когда.              — Ладно.              Если Хёнджин настраивался спокойно поспать (он даже в душ не пошёл, настолько вымотался), то план провалился. Феликс не то чтобы сильно душил объятиями (хотя недотрога внутри него был категорически недоволен таким раскладом), но постоянно ёрзал рядом.              — Теперь-то что не так?!              — Хёнджин… Что ты думаешь насчёт свиданий?              — Тебе пятнадцать? Спи, блядь, уже и желательно на диване!              — Нет, ну, в плане привыкнуть друг другу, чтобы я смог, ну, всякое там?..              Феликс даже не пошевелился. Он сам удивлялся, почему так испугался банального поцелуя с симпатичным парнем на свидании у него дома, а теперь лежит в кровати Хёнджина, крепко к нему жмётся и совсем ничего не боится. Возможно, потому что айдол скорее смешно злился и терпел, и никаких дурных мыслей, глядя на Ликси, у того в голове явно не возникало.              — Всякое?.. Ты имеешь в виду секс? А мне что с этого?              — Ну, ты можешь быть свободным в любом плане.              — Я и сейчас свободен.              — Секс без обязательств, который тебе нравится, как итог?              — С девственником? Ты же понимаешь, я за дверь выйду, и секс с любым в подсобке будет лучше, чем с тобой.              Феликс понимал. Он из-за этого и переживал. Но слова Хёнджина задели неожиданно сильно и больно. О чём он вообще думает? Скромный подавляющий себя учитель английского и всемирно известный сексуальный айдол? Джисон прав, пора спуститься обратно на землю и поискать зануду. Как-то Ликси активизировался ненормально последнее время. В шкафу намного комфортнее существовать, не замечая своей ущербности, пора в него обратно. Немного перезагрузиться и снова попробовать, он же не мечтал стать просто очередной чей-то галочкой. Может, Минхо или Джисон найдут ему опытного зануду. Но… Тот же Сынмин, хороший парень, к сожалению, совершенно не привлекал Ликси в том самом плане. Получится ли у него вообще переспать с кем-нибудь, кто не вызывает такого сильного трепета и бабочек где-то внутри живота, как дурацкий самый привлекательный парень на планете.              — Минхо меня за это потом не убьёт? — заметив его напряжение, к удивлению Феликса, пошутил Хёнджин. Ликси, конечно же, мечтал демонстративно обиженно отвернуться и, возможно, даже пнуть Хвана с кровати, после его обидных слов, но сила притяжения к нему победила. И он даже хватку усилил, а Хёнджин поморщился, но не заворчал.              — Конечно, нет. Он сам догадывается, что существует проблема.              — Проблема?              — Я не могу с разбегу к кому-то в кровать. А мне уже не пятнадцать. Это кажется другим странно и глупо. Я боюсь кого-то разочаровать просто на пороге квартиры.              — Ты слишком замороченный и проблемный, — не жалел на него нелестные эпитеты Хёнджин.              — Я знаю, — но Феликс не стал спорить. — Еще я в шкафу и не собираюсь оттуда. Но хотел бы отношений.              — Что ты под этим понимаешь? — вдруг заинтересовался Хёнджин.              Ликси снова оживился.              — Ну, знаешь, типа, с базами?              — Что это?              — Такая система… Вроде американская. Не важно. Короче, есть базы, и они разделяются свиданиями. Типа три свидания и первая база — поцелуй, ещё там немного, и вторая база… В одежде. Ну и так далее.              — А секс — это какая база?..              — Четвертая?..              Хёнджин закатил глаза.              — И я, типа, абсолютно свободен?              — Да! Это нужно мне привыкнуть, а потом…              — И снова пойдёшь со своими базами?..              — Я надеюсь, мне будет проще встречаться, когда у меня будет хоть какой-то сексуальный опыт. И я смогу, ну, быстрее это всё, как принято.              — Минхо не скажем?              — Ты опять пытаешь выдавить из меня что-то мерзкое? Я не собираюсь ничего делать за его спиной.              — Ты уже взрослый? Сам же сказал, — фыркнул Хёнджин.              — Я знаю, что ему будет больно и неприятно, — ответил Феликс.              — Он тебе не разрешит.              — Я сказал, что поговорю и расскажу ему, а не что он будет принимать решения за меня.              — Ты такой правильный, аж тошнит…              — Предложу, пожалуй, тому стилисту…              — Он говно в сексе и пассив, не выйдет, аххаха              — Ты и его?.. А, впрочем, зачем я спрашиваю. Ладно, я передумал, ещё заразишь меня чем-нибудь!              — Ёбнулся? Я предохраняюсь и проверяюсь каждый месяц!              — Ты не помнишь, что творишь, когда обдолбан, не ври себе.              Хёнджин заиграл жевалками и, оторвав от себя вяло сопротивляющегося Феликса, отвернулся.              — Ясно всё с тобой, мы не договоримся.              Ликси тоже недовольно отвернулся. Собственно, он и не надеялся, но задуматься об этом и погрустить не успел, сон всё-таки одолел быстрее.              Феликс приготовил завтрак. Он проснулся раньше Хёнджина (как и в его любимой новелле на его груди), но совсем не романтично закапал домашнюю футболку айдола слюнями и, чтобы его не поймали с поличным, быстро сбегал в нормальный душ у того в комнате. Затем, оказавшись на стильной, но совершенно обезличенной, как из каталога, кухне, решился с завтраком. Ликси давно не готовил, домашняя еда перепадала редко лишь на ужине брата, а жутко хотелось не уже очередной бутерброд из старбакса. И нормальный кофе.              — Чё это ты? Мы даже не потрахались? — напугал его уже готовый к выходу, модно одетый, причёсанный, и минимально, но накрашенный, Хёнджин.              — Элементарная благодарность, — буркнул Феликс. Ощущая себя особо некомфортно в своей несвежей вчерашней одежде.              — За то, что я тебя спас от хорошего парня? — заржал Хёнджин.              Феликс мрачно на него посмотрел и заткнул его рот свежеприготовленным горячим омлетом.              Конечно, ему было стрёмно, особенно утром. Открывать глаза от стыда не хотелось и ехать в компанию снова увидеться с неудачным свиданием. Он и сам не понимал, что случилось.              Изначально они договорились на кафе, и Феликс просто долго ждал, когда Сынмин закончит расписание. Ну, вот где-то к двенадцати ночи тот отзвонился и грустно сказал, что ничего не выйдет, слишком поздно куда-то идти. Но Ликси набрался смелости и предположил, что они могут поужинать и у того дома. Он думал, что достаточно осмелел, но, конечно же, нет. Сынмин очень обрадовался, был милым и улыбчивым. Правда, сжёг их ужин, но они уплели завалявшийся рамен, и Феликс быстро приготовил на десерт брауни. Всё шло хорошо — включили фильм, поболтали и поели, но Сынмин неожиданно близко наклонился, и Ликси запаниковал, хотя они всего лишь обсуждали поцелуи, и он посетовал, что хотел бы попробовать. Сынмин весело предложил помочь даже пока по-дружески, и вот Феликс… В ванной паникует. Ким тоже на нервах, стоит рядом с дверью и интересуется, что произошло, просит выйти. Ликси понимал, что Сынмин хороший и добрый, никогда не обидит и вообще друг его брата. Но он в одно мгновение осознал, что не хочет, чтобы его целовали дружески. Не Сынмин. Почему-то, когда он думал о поцелуе, ему вспомнился Хёнджин, вот он автоматически и набрал его номер. Не Минхо же звонить, и не Джисону, который уже, наверное, в кровати с тем, мысленно оправдал себя он.              — Можно мне чистую футболку? — вернувшись в реальность из своих мыслей, робко спросил Феликс, не задумываясь о последствиях. Хёнджин, с удовольствием дожевавший омлет, только закатил глаза.              

***

             — Ты опять спишь на ходу с открытыми глазами! Скажи уже Чану…              — Ты сам с Хёнджином!..              — Не огрызайся, а учись на моих ошибках, глупый ребёнок. Иди отдыхай, я прикрою.              — Прости, Минхо-хён, но я хочу остаться, сегодня сложный день!              — В таком состоянии ничего не получится. Ты ещё не хочешь уво…              — Нет-нет, я люблю свою работу, пойду отдохну. Не звони, пожалуйста, Чан-хёну, я приехал пораньше, успею расслабиться до начала рабочего дня.              Минхо махнул на него рукой. Джисон стоял на парковке компании рядышком с ругающимися менеджерами, хихикал и подставлял лицо солнышку, наслаждаясь в кои-то веки свободным утром.              — Да всё равно Хёнджин опять где-то проёбывает расписание! Ну я ему… — и Минхо резко замолчал.              Как по волшебству, прямо перед ними у компании, остановилась на парковке знакомая машина. Откуда вышел Хёнджин, а рядом с ним, в один момент оказался, сонный растрёпанный домашний Феликс в чужих шмотках. Который с утра ничего не соображал, а только, когда выходил из машины под недоумённым и крайне шокированным взглядом Минхо и весёлым от Джисона, осознал, как они выглядят со стороны.              — Ликси, ну какого?!.. — на всю парковку возмутился Минхо.              — Я всё объясню! — покраснел Феликс и кинулся к ним, мимоходом пнув самоуверенно ухмыляющегося Хёнджина, ведь тот, засранец, ещё и бесстыдно бровями поиграл в адрес дико разозлённого Минхо.