Пока море помнит

Западные земли, Ланниспорт Визериса встречали так, как просил Рейгар: тепло, достойно и без той пышности, которая часто выдавала тревогу быстрее, чем бедность. Ланнистеры, конечно, не могли отказаться от золота совсем. Оно жило в их стенах: в светильниках, в застежках, в том, как слуги склоняли головы, будто даже это движение имело цену. Но в тот день золото не кричало. Оно лежало в доме глухим светом, как напоминание: этот род достаточно богат, чтобы не доказывать этого каждому вошедшему. Рейгар вышел во двор один. Так было правильно. Не потому, что Элейн нужно было скрывать. Они скрывали ее слишком долго, и, возможно, именно поэтому предстоящий удар теперь обещал быть тяжелее. Но первый взгляд короля, первое узнавание, первое разочарование Визериса должны были коснуться именно Рейгара. Не ее. Король спешился медленнее, чем Рейгар помнил. В нем еще оставалась та же мягкая улыбка, та же доброжелательная усталость человека, который хотел мира сильнее, чем умел удерживать его в руках. Но с годами в Визерисе появилась хрупкость. Не в теле только. В самом присутствии. Будто человек, стоящий перед Рейгаром, давно научился носить корону, но так и не привык к ее весу. Отто Хайтауэр уже стоял рядом: прямой, сдержанный, почти безупречный. Он не смотрел вокруг с любопытством. Такие люди не смотрят. Они измеряют и изучают - Ваше Величество, - Рейгар склонил голову - Рейгар! - Визерис улыбнулся так, будто увидел давно потерянного родственника, а не человека, который девять лет прятался от него и четыре из ниъ держал тайну Рейгару стало почти жаль его. Почти. - Ты изменился, - сказал Визерис, оглядывая его, будто не узнавая - Вы тоже, мой король, - король тихо рассмеялся на это замечание - Возраст не всем к лицу… то, что я меняюсь я чувствую каждое утро, к своему сожалению, - Визерис говорил так, будто это не имеет значения - Принц, - Отто чуть склонил голову - Лорд Хайтауэр, - они обменялись вежливостями, и каждая из них была достаточно гладкой, чтобы ее можно было принять за любезность, и достаточно острой, чтобы порезаться. Первый день прошел в разговорах, которые будто бы ничего не решали. Именно поэтому они имели значение. Говорили о портах, дорогах, пошлинах, урожае, морских ветрах и торговых привычках западного побережья. Джейсон Ланнистер развлекал короля историями, где сам почти всегда оказывался прав, красив и слегка недооценен. Джоханна, сидевшая рядом, мягко возвращала мужа с высоты собственного великолепия туда, где разговор еще мог оставаться полезным. Тиланд говорил мало, но когда говорил, зал слушал иначе. Рейгар же больше наблюдал. Он знал цену первым дням. Люди расслаблялись, если не слышали прямого вопроса. Короли начинали считать себя гостями, если их не встречали как угрозу. Десницы позволяли себе быть чуть менее осторожными, если вокруг слишком хорошо подавали вино… За обедом Визерис спросил о дорогах, которыми Рейгар путешествовал последние годы. Спросил почти легко, будто речь шла о погоде, но под этой легкостью лежало другое. Что ты делал со свободой, которую я тебе дал? Рейгар провел пальцем по краю кубка: - Дороги честнее двора, - на другом конце Джейсон хмыкнул. - Дороги грязнее двора! - Поэтому и честнее, - Визерис улыбнулся, но Отто посмотрел внимательнее. - И чему же они вас научили, принц? Рейгар поднял глаза, в них будто плясало пламя - Что люди говорят правду быстрее, если рядом нет дракона, - за столом стало тише. Визерис подал голос первым. - Стормфайер в Королевской Гавани… - заметил он, но попытался сделать голос как можно более… скучающим и незаинтересованным - Да. - Ты оставил его там перед отъездом… - Да. - Почему? Рейгар посмотрел на короля. Вопрос был простым только на поверхности. За ним стояло все: кровь, право, сила, ожидание, обида дракона, оставленного в Яме, и человек, который хотел понять, почему тот, кому дали огонь, вышел к людям без него. - Потому что люди не приглашают к своему столу человека, за спиной которого горит пламя, - Визерис долго молчал. В его лице мелькнуло что-то странное: почти гордость, почти сожаление. - Ты мог пользоваться им. Дороги стали бы короче, разговоры шли бы проще… - Мог - И не стал - Я хотел, чтобы сперва услышали меня, - Тиланд не поднял глаз от кубка, но Рейгар знал, что тот услышал каждое слово, каждую букву этого разговора - Осторожный выбор, - произнес Отто - Нет, - легко ответил Рейгар, - просто слишком долгий. К этому больше не возвращались. Но Визерис с той минуты смотрел на него иначе: как на человека, который мог взять силу и решил обойтись без нее, но все еще не понимал «почему» Элейн появилась к ужину. Ее представили как дочь Тиланда Ланнистера Не как жену принца Пока. Рейгар стоял у края зала и смотрел, как Визерис приветствует ее с обычной добротой, не подозревая, что говорит с женщиной, из-за которой весь его замысел уже мертв. На ней не было ничего вызывающего: теплое золото ткани, тонкая вышивка у рукавов, волосы собраны спокойно, без притязания. Она выглядела не как тайна, которую прячут, а как факт, который еще не произнесли. Девушка была умна и прекрасно понимала, как именно стоит держаться перед тем, чьи планы разваливаешь - Ваше Величество,  - Элейн присела в поклоне - Леди Элейн, - сказал Визерис, - ваш отец говорил о вас меньше, чем следовало - Тиланд вообще говорит меньше, чем следовало бы любому живому человеку, - рассмеялся Джейсон - Это потому, что ты говоришь за двоих, - ответил Тиланд. За столом засмеялись. Даже Элейн. Рейгар позволил себе задержать на ней взгляд чуть дольше, чем следовало. Отто заметил. Тиланд тоже. Но если Отто насторожился, Тиланд только спокойно отпил из своего кубка. Позднее, когда пир стал шумнее, Элейн вышла на открытую галерею. Ненадолго. Просто вдохнуть воздух без вина, свечей и чужого любопытства Рейгар нашел ее там. Она стояла у каменного перила и смотрела вниз, на городские огни. Ветер трогал край ее рукава. В золоте платья она казалась частью дома, но Рейгар знал: даже среди своих она умела быть одинокой: - Ты хорошо держалась. Она не обернулась: - Это звучит как похвала перед казнью, - осторожно произнесла она - К всеобщему сожалению, я не умею иначе, - в ответ усмехнулся Рейгар - Умеешь. Просто редко стараешься, даже для меня… Он подошел ближе, остановился рядом. Снизу доносились голоса, скрип колес, лай собак, плеск воды у пристани. Ланниспорт жил своей жизнью, будто в замке не решалась чужая судьба. - Визерис спросил о Стормфайере, - сказала Элейн. - Да - Ты скучаешь по нему? - вопрос оказался неожиданно мягким, Рейгар посмотрел на свои руки. - Драконы не любят слово «скучать» - А ты? - А я не понимаю его… - она едва улыбнулась и произнесла - Но все же скучаешь, - он не ответил. Элейн приняла это за «да» - Я иногда думаю, что часть тебя все это время оставалась в Королевской Гавани. Не при дворе. Не рядом с королем и его семьей, а там, с ним… в Яме, - Рейгар смотрел на огни - Возможно… - И теперь тебя возвратят не только к Визерису… - Скорее да, чем нет, - Элейн кивнула, будто он подтвердил то, что она давно знала - Тогда, если мы окажемся там, сначала иди к нему. - Ты хочешь приехать в замок одна? - он повернулся к ней, в голосе звучало удивление - Я не одна. Со мной будет половина наших слуг, мои сундуки и все взгляды Красного замка… ведь для них я тайна! - Элейн… - она наконец посмотрела на него и не дала ему договорить - Он ждал тебя дольше, чем они, дольше, чем король и Рейнира. И, вероятнее, честнее. Эти слова тронули его глубже, чем она могла представить. Рейгар коснулся ее руки… коротко, почти незаметно. Она сказала это спокойно. Но пальцы ее на миг сжались в ответ. На следующий день состоялся частный обед. Визерис хотел видеть Рейгара. Отто был рядом. Это уже говорило достаточно. Рейгар пришел с Элейн. Она шла рядом, не держась за него, но и не отставая. На ней было платье цвета топленого молока с тонкой золотой вышивкой у рукавов. Ничего вызывающего. Ничего, что просило бы признания. Именно поэтому ее присутствие выглядело весомее. Визерис поднял глаза. Улыбка замерла: - Леди Элейна? - Отто посмотрел на нее, потом на Рейгара, - думаю, - мягко продолжил Визерис, - этот разговор касается семейных дел. Рейгар остановился рядом с креслом. - Именно поэтому она и останется, - Рейгар был тверд в своих словах, и тишина наполнила комнату Элейн не дрогнула. - Рейгар... - Визерис посмотрел на него внимательнее. - Нет ничего, что я хотел бы скрыть от своей жены, - слово прозвучало спокойно. Не громко. Не как вызов. И все же оно изменило комнату сильнее крика. Отто первым повернул голову к Элейн. Визерис не двигался. - Жены, - повторил он за принцем - Да - Как давно? - Почти четыре года, - теперь тишина стала густой... - Четыре… - медленно выдохнул Отто Не вопрос. Подсчет. Визерис опустился в кресло. - Почему я не знал? Рейгар не сел. - Потому что вы не интересовались, - это была правда, но очень опасная. Лицо Визериса исказила боль осознания - Я дал тебе свободу, - прошипел он - Да. - Я думал, ты вернешься… - Я вернулся. - Не так! - эти слова сорвались у него слишком быстро. В них было больше, чем политика. - Вы хотели, чтобы я вернулся тем человеком, для которого уже выбрали место, - спокойно ответил Рейгар, он наконец сел, Элейн рядом Визерис ничего не сказал. - Король хотел защитить будущее королевства, - вдруг вмешался Отто - Тогда ему следовало быть более точным в своих желаниях и проговаривать их заранее. - Вы прекрасно понимали свое положение, вы – принц рода Таргариен! - Я понимал, что мне дали свободу и я воспользовался ею. - И дом Ланнистеров, разумеется, счел это удобным, - Отто перевел взгляд на Элейн. Элейн впервые заговорила: - Дом Ланнистеров счел это браком… - ее голос был мягким. Но не слабым. Отто задержал на ней взгляд. Визерис устало прикрыл глаза. - Рейнира... Имя повисло над столом. Рейгар ответил не сразу. - Я ничего ей не обещал… ни ей, ни вам - Но она надеялась. - Надежда не становится обещанием только потому, что о ней молчат, - это было жестоко. И, возможно, необходимо. Визерис открыл глаза. - Ты мог бы стать королем рядом с ней… Элейн опустила взгляд на свои руки. Рейгар остался неподвижен. - Народ знает тебя, - продолжил Визерис, - лорды слушают. Ты видел королевство не из-за стен Красного замка. Ты мог бы стоять рядом с ней! Удержать ее! Удержать трон! - Если Рейнира станет королевой, трон будет ее, вне зависимости от того, где буду стоять я, - ответил Рейгар - Ты знаешь, что мир не таков - Знаю. Но если вы уже не верите в ее право править без мужа, зачем называть ее наследницей? Отто резко повернул к нему голову. Визерис побледнел. Не от гнева. От того, что вопрос попал туда, куда он сам боялся смотреть. - Я не могу жениться на Рейнире, - сказал Рейгар уже мягче, - не потому, что хочу оскорбить вас. Не потому, что отказываюсь от крови. А потому что уже дал слово. Визерис посмотрел на Элейн. Впервые по-настоящему. Не как на дочь Ланнистера. Не как на препятствие, а как на женщину, которую выбрали - И ты счастлив? - спросил он неожиданно. Вопрос был обращен к Рейгару, но Элейн почувствовала его на себе. Рейгар посмотрел на нее. На этот раз не скрывая. - Да Элейн закрыла глаза на мгновение. Этого было достаточно. Визерис увидел. И что-то в нем сдалось. Не приняло. Но перестало бороться именно сейчас. - Вы оба поедете в Красный замок, - сказал он наконец. Отто повернулся к нему. - Ваше Величество... - Я сказал оба, - повторил Визерис. Он смотрел на Рейгара. - Если ты уже сделал выбор, я хочу понять, какого человека ты выбрал. И каким человеком стал сам. - Как пожелаете, Ваше Величество, - Рейгар склонил голову - Нет, - тихо сказал Визерис, - не как пожелаю, - он устало провел рукой по лицу, - как должно быть. Когда король уехал, дом Ланнистеров не сразу выдохнул. Джейсон, услышавший об их разговоре, назвал это самым интересным обедом за последние десять лет и получил от Джоханны такой взгляд, что даже он решил ненадолго замолчать. Тиланд встретил Рейгара в коридоре, у покоев пары уже вечером. - Вы говорили слишком прямо, - заметил львиный лорд - Вы этим недовольны? - Нет… - он посмотрел в сторону комнаты, где была Элейн - Она держалась хорошо, - произнес Рейгар - Она всегда такая…но это не значит, что ей не больно. Рейгар промолчал. Тиланд подошел ближе. - В Красном замке ей будет труднее, чем здесь. - Я знаю. - Нет, - спокойно сказал Тиланд. – Вы пока еще ничего не знаете. Но узнаете… ты слишком мало прожил там и был мал, а она никогда не покидала границ западных земель… - Рейгар посмотрел на него с некоторым пониманием. - Вы доверяете мне? - Да, - Тиланд ответил быстро и без колебания, возможно, слишком быстро, - поэтому и говорю прямо. Береги ее не от двора только. Но и от себя тоже! Эти слова остались с Рейгаром дольше, чем он хотел.