Ночное небо. Палуба корабля.

Ричард сидит за столом, в руках у него столовые приборы, а в тарелке остывает сытный ужин. Он размазывает еду по тарелке, не в силах положить кусок в рот. Рыжая лампа прямо над ним иногда моргает и шатается, погружая его в темноту. В голове только одна мысль: "Что делать дальше?". Он отодвигает от себя пищу и падает лицом на свои руки. Хочется плакать, только вот возможности нет. Еще вечером Лололошка поставил корабль на якорь и ушел отдыхать. Они оба ушли. Только вот, в отличие от мироходца, Ричард не отдыхал. Он выплакал все, что можно, из своих глаз под тихий храп Ло из соседней комнаты. Его беспокоило, что они съезжали, бросив все, хотя это был единственный возможный шанс. Он волновался за Чарли и родителей, ведь он просто бросил их. Волновался за то, что будет на материке и об их дальнейшей жизни. Ричард уверен, что Лололошка со своим бешеным темпом жизни найдет неприятности или вообще уйдет от него.

А что его держит?

Они никто друг другу

...

Ричард устало вздохнул. Глаза жгло, а внутри будто пустота. За окном бушевал ветер и, кажется, начинался дождь. Парень с тяжестью встал из-за стола и направился на палубу. Гуляя под открытым ночным небом, на душе становилось спокойнее. Сильный ураган бил в лицо и закладывал уши, а волосы мокли и развевались в разные стороны. Думать о плохом было невозможно. Ричард прикрыл глаза и зашагал вперед, уверенно и почти без страха. Он открыл глаза только тогда, когда животом уперся в острый нос корабля. Бескрайний океан длился дальше горизонта, а от темно-синих волн веяло глубиной и интересом. Чем-то таким, что заманивало Ричарда. Он наступил кроссовком на одну из перекладин, но крепче вжался в ограждение. Дождь бил в лицо крупными каплями, что доставляли дискомфорт. Где-то вдали громыхнула молния, но Ричард даже не дрогнул. Доски палубы скрипнули, но за шумом дождя этого не было слышно. Ричард почувствовал, как корабль пару раз качнулся, кажется, это волны стали больше и сильнее. Он наступил второй ногой и облакотился на руки, согнувшись над пропастью. Его лицо, между небом и бушующим морем, полностью мокрое и бледное. На секунду он почувствовал прекрасное умиротворение. Ему стало так хорошо. Он расслабился и неосознанно накренился вперед. Голубые кроссовки громко били по дереву, направляясь прямо к другу. Он бежал в одной футболке и трусах, видимо, только что проснувшись. Ло кинулся к Ричарду, хватая того за бока и падая с ним на спину. Ричард резко распахнул глаза и набрал воздух в легкие. Испугавшись, он стал смотреть по сторонам, замечая корчившегося Лололошку. Тот что-то шептал, постепенно прибавляя громкость. Ребра болели у обоих. Если Ло упал на твердую поверхность, то у блогера была другая проблема: Лололошка с силой сжимал его, обвивая, как коала, руками и ногами. — Не см…й у… — мямлит. — Ло! — Не смей умирать. — Ты не так понял, я не собирался. — НЕ СМЕЙ УМИРАТЬ!