Сломанная

Хемич пришёл вечером, злой и подавленный. Он тихо приоткрыл дверь, вошёл в зал, и встал как вкопанный. «-Похоже он не ожидал меня увидеть, в моём же доме,» - промелькнула мысль в затуманенном 2 бутылками виски мозгу сойки. -Что ты тут делаешь? - Как-то слишком грубо спросил Хемич. Китнисс надула губы и спросила: -Я у себя дома, а вот к тебе у меня тот же вопрос. -Я хотел прибраться, - отведя взгляд сказал Хемич. -Зачем? Зачем убираешь? Зачем не даешь меня себя убить? Я больше не хочу испытывать эту ужасающую боль, мне больно Хемич, мне не зачем жить без Прим, - прокричала сойка, и зарыдала. Это была чистая правда, она жила всегда ради сестры и мамы, но сейчас их нету рядом. Она в порыве злости кинула бутылку в стену, смотря как стекло разбивается на мелкие осколки. Это принесло пересмешнице удовлетворение, ей понравилось что кого-то тоже разбили, пусть это и была просто бутылка. Китнисс продолжала плакать. Слёзы застилали глаза, но девушка всё равно продолжала реветь кутаясь в плед, желая укрыться от всего мира. Сойка услышала тихий осторожный скрип половиц, кто-то приближался к ней. Хемич сел рядом и обнял девушку, и в этот момент, что-то треснуло в груди и поменялось, она поняла, что хочет жить и хочет прожить эту жизнь рядом с Хемичем. Китнисс представила как они вместе встречают рассветы, готовят еду и охотятся. Но сейчас сойка оплакивала сестру, оплакивала цепляясь за ментора, как за последнюю соломинку в этой жизни. А Хемич готов был быть этой соломинкой для Китнисс. Он был готов быть с девушкой, готов был помочь пережить все, что выпало на её долю. Он всегда знал, что у него нету шанса, что он никогда не сможет ощутить вкус губ сойки на своих губах, было слишком много претендентов. Он знал что никогда не позволит себе смотреть на девушку как-то больше чем ментор на ученицу. Но ему так хотелось…. Сойка плакала ещё часа два, уже сама не понимая от чего рыдает. Хемич всё это время прижимал её к себе и шептал слова поддержки. Получалось не очень хорошо, потому что он не особо умел поддерживать, но ради Китнисс делал всё возможное. -Китнисс, пойдем поедим, - после того как девушка перестала плакать спросил Хемич. -Ты не ответил на вопрос, - Китнисс понимала, что так нельзя, что он старше её на 20 лет, но в её жизни ничего не происходит по нормальному, поэтому раз в жизни сойка решила пожить для себя, если ей всё таки не дают умереть. -На какой, - осторожно спросил ментор. Он понял на какой вопрос девушка хочет получить ответ, но Хемич до дрожи боялся говорить правду, а придумать убедительный ответ сейчас был не способен, не тогда, когда Китнисс пару минут назад обнимала его, а тело ментора ещё не успело забыть тепло тела девушки: таких крепких, но в тоже время очень нежных объятий. Было ощущение что если надавить чуть-чуть сильнее девушка сломается, или оттолкнёт мужчину от себя. -Ты понимаешь о чём речь, - прорычала сойка. Ей нужен был этот ответ, она больше не хотела ждать. -Ну потому что я твой ментор и поклялся защитить тебя и Пита. - Он солгал, никогда ещё он так сильно не хотел сказать правду, но не мог, не сейчас, ей нужно восстановиться. -Ясно, - на глаза Китнисс подступили слёзы, но её ментор этого как будто не замечал, - тогда я пойду в душ, а потом поедим, - дрожащим голосом сказала девушка, ментор отвёл взгляд и услышал как сойка ушла.