Песня со старой кассеты

— Проклятие! — эхом разнеслось по коридору.       Демон и призрак переглянулись. Этот голос точно принадлежал Мэй Няньцину! Они тут же кинулись бежать. Что если его там пытают? Держат в заложниках? — Не…- Се Лянь не договорил, потому что увиденное лишило его дара речи.       Он-то думал, что Мэй Няньцина нужно спасать, а он…играет в карты! И нет, здесь не было второго человека, скорее их подобие. Это были неаккуратно вырезанные из бумаги фигуры в человеческий рост, которые сидели за столом, перебирая карты. — Вы…вы… — призрак не мог подобрать слов. Хуа Чэн тоже смотрел на эту картину со смесью удивления и недоумения. — Пришли? Хорошо, сейчас я выиграю… — совершенно спокойно произнес пленник.       Се Лянь часто ругал Сань Лана, если тот называл мужчину чудиком, но сейчас грешил сделать то же самое. Он посмотрел в карты Мэй Няньцина и нахмурился. — Вы не выиграете. — не то, чтобы он был экспертом, но набор был совсем безнадежный.       Тот только отмахнулся от него. — Сейчас….я почти выиграл…       Но как бы он не клялся, вскоре бросил карты и уронил голову на стол. — Как же так… я же почти…       Се Лянь и Хуа Чэн переглянулись. Отпустив горечь поражения Мэй Няньцин вновь собрал карты и начал их тасовать. — Садитесь. — показал он на стулья, бумажные «люди» тут же исчезли. — Мы…       Мужчина поднял руку. — Раз вы добрались до меня, то цель у вас одна. — Вы поможете нам?       Мэй Няньцин пожал плечами. — Если получится.       Он начал раздавать карты. Се Лянь попробовал остановить его: — Вы можете просто сказать нам?       Мужчина покачал головой. — Не получится…никогда не получается…       Хуа Чэн постучал пальцами по столу. — Это Бай, да? Он запретил вам помогать или рассказывать о нем, но вы нашли лазейку через карты?       Это казалось логичным. Скорее всего владелец антикварного что-то знал, но нужно было сделать его бесполезным. — Карты, молодой человек, могут сказать многое, особенно тем, кто умеет играть. Он раздал карты. Хуа Чэн самодовольно усмехнулся. — У меня шестерка пик, я хожу первый.       Что переводилось, как «я задаю вопрос». — Что вы значите для Безликого, почему он просто не избавится от вас?       Мэй Няньцин понуро опустил плечи и с тоской вытащил козырь, отбиваясь. — Молодой человек, на что вы готовы, чтобы защитить его? — кивнул он на Се Ляня.       Хуа Чэн остолбенел. — На все. Но…получается, что…вы и он…       Мэй Няньцин швырнул карты в стопку. — Некоторые легенды обрастают домыслами.       Се Лянь нахмурился, в голове всплыло воспоминание. Его руки задрожали.       «У всех легенд есть реальные прообразы, который обрастают домыслами». Он тогда спрашивал Цзюнь У о легенде, связанной с Собирателем цветов под кровавым дождем. — Гэгэ, сейчас твой ход. — одернул его демон.       Он кивнул и бросил первую попавшуюся карту, сбивчиво спросил: — Значит… вы и правда демон… в семнадцатом веке… Вы были возлюбленным сына главы города, а потом пришла чума, вы умерли, а его пронзили люди, надеясь «искупить» вину перед Богом!       Если он правильно понял, то Хуа Чэны вплели в легенду, чтобы внушить Се Ляню, что Безликим Баем является он сам! Но она вовсе не появилась на пустом месте…       Мэй Няньцин помрачнел. — Скверное было время… — он бросил карту Хуа Чэну.       Демон сделал ход. — Нам нужно одолеть его.       Бывший владелец антикварного не торопился с ответом. — Есть вещи, над которыми даже мертвые бессильны.       Хуа Чэн сжал кулаки. — Прах — не вариант. Мы искали его множество раз. — Кто ищет, тот найдет.       Демон не выдержал и огрызнулся. — Самый умный? Но ты точно знаешь его лучше нас! Может сам достанешь прах? А не будешь смотреть как эта тварь убивает людей! — Молодой человек, следите за тоном. — он строго поправил очки.       Се Лянь положил руку ему на спину. Он и сам злился, но не на Мэй Няньцина, тот и так противостоял заклинанию. Но эта безысходность раздражала… Раздражала до дрожи… Он выкинул сразу две карты и в надежде спросил: — Вы пойдете с нами?       Мужчина забрал карты себе. — Везение и невезение идут рука об руку.       Хуа Чэн недовольно цокнул и пояснил: — Заклятье не дает ему выйти.       Се Лянь с досадой выдохнул и отбросил карты, схватил мужчину за руки. — Мне жаль… но…прошу вас, если вы можете еще что-то сказать, расскажите… Мы должны прекратить этот круг страданий… Тогда мы сможем вытащить вас…       Мэй Няньцин посмотрел на сцепленные руки. Сказал, не скрывая горечи: — Дитя… Вы пережили слишком много для столь юного возраста… Будь внимателен и не упускай возможности, она у тебя будет.       Се Лянь разочарованно кивнул. Но…что он мог предъявить человеку, которому приходилось придумывать подобные обходы, чтобы сказать хоть что-то? — Спасибо…мы вас обязательно освободим. — Берегите друг друга… Потерять любимого человека гораздо хуже, чем лишиться праха.       Они молча вышли из комнаты, погруженные в собственные мысли. Се Лянь поднял голову, но…вместо Хуа Чэна перед ним стоял Безликий! Он отскочил на несколько шагов. — Сянлэ… — протянул он. — Боишься меня? Но ты же не думал, что я не прознаю, где вы шастаете?       Се Лянь не слышал его. Он мог только закричать: — Сань Лан!       Демон усмехнулся. — Все думаешь о своем мальчишке? Пора бы уже разобраться с ним…       С этими словами Безликий щелкнул пальцами. Перед ними появился Хуа Чэн, но он был подвешен в воздухе, как будто его за горло держала невидимая рука. — Гэ… — сдавленно протянул демон, пытаясь выбраться из хватки.       Бай прошипел: — Смотри, что бывает с теми, кто не подчиняется. — он сжал руку сильнее и свернул Хуа Чэну шею!       Се Лянь вскрикнул. — Нет! Нет… Сань Лан!       Однако ему не дали подбежать ближе, а с силой откинули в стену. — Сянлэ, я ведь не разрешал двигаться! Почему ты такой непослушный!       Юноша скривился от боли. — Придется взяться за твое воспитание! Идем!       Се Лянь огрызнулся. — Катись к черту.       Безликий Бай расхохотался. — Ты посылаешь к черту меня? Забавно… Куда ты смотришь? Ах, этот мусор… — он снова щелкнул пальцами, и тело Хуа Чэна рассыпалось пеплом. — Верни его! Верни! Нет! Сань Лан! — как обезумевший кричал он, но не мог сдвинуться с места. — Ты злишься? Хорошо. Значит, все идет правильно… — демон схватил его за шиворот и без каких-либо усилий потащил куда-то.       Се Ляня швырнули на пол. Это…это его дом! — Зачем ты привел меня сюда?       Демон показал на гостиную. — Смотри. Смотри и не отводи взгляд.       Се Лянь заозирался по сторонам, чувствуя как в груди разливается пакостное чувство тревоги. Вдруг со второго этажа спустились его родители. — Мама! Папа! — хотел было кинуться он, но шею будто сдавило удавкой. — Что я говорил? Ни шагу без моего разрешения!       Се Лянь выдавил непонятный звук, когда увидел, как его родители обнимаются, а потом… перекидывают белую шелковую ленту через балку…и….завязывают две петли. — Нет…нет! Нет…нет…нет… Это….нет…       Безликий процедил: — Смотри, это результат твоих необдуманных поступков. Они мертвы по твоей вине!       Он стеклянными глазами смотрел на тела родителей, что сперва бились в предсмертной конвульсии, а затем обмякли.       Он отвернулся в сторону. Зря… Ведь там висело его собственное тело… Но оно было живое… Конечно… он не мог умереть, а Безликий…воспроизводил настоящую смерть родителей перед ним.       Вдруг лента спала с его шеи и запрыгала. Он мельком глянул на свое запястье. Значит Жоэ появилась так… Неудивительно, почему Хуа Чэн не хотел рассказывать. — Сянлэ, ты понял, что сопротивляться бессмысленно? — Понял. — процедил он сквозь зубы. — Ты исправишься? — спросил Безликий.       Се Лянь посмотрел на безжизненную двуликую маску, затем на тела родителей. Сжал челюсти до боли. — Никогда! Жоэ!       Лента тут же связала демона, а призрак повалил его на пол и начал избивать. — Здесь нет моей вины! Это все ты…ты! И твое нежелание отпускать свою гребанную месть! Никто из нас не виноват в этом! Ты не имел права! — он не жалел силы на удары.       Демон тоже закричал: — А они имели право так обходится со мной? За что? За то, что я полюбил мужчину? За то, что родился выше их по статусу?! Я помогал! Я был добр к ним! А они без жалости вонзили в меня меч!       Се Лянь резко отстранился, пытаясь успокоится. — Ты прав… Это несправедливо. Но ты делаешь то же самое, что и они. Вымещаешь свою ярость на невиновных! Я никогда не стану таким как ты! Слышишь?! Никогда!       Безликий рассыпался на мелкие частицы. Все перед глазами расплылось, юноша закрыл их, а когда открыл сидел уже возле ивы и… — Сань Лан!       Демон крепко обнял его, расцеловывая лицо. — Гэгэ… ты жив…ты жив… Это было не по-настоящему… — он продолжал рассматривать призрака, словно тот был миражом, а затем также крепко обнял в ответ и повторил: — Ты жив…ты жив, Сань Лан… — Да… Похоже это одна из ловушек… Тяжело добраться, а выбраться и подавно…       Се Лянь облегченно выдохнул. — Ты жив…- прошептал он, сжимая демона ещё сильнее.       Хуа Чэн тихо сказал: — Я увидел, что узелок на пальце не исчез, значит, ты все еще жив.       Он и забыл о таком чудесном свойстве… Или вовсе не знал…       Но их идиллия не продлилась долго, от одной из бабочек раздалось: — Сянлэ, я знаю, что ты меня слышишь. Жду тебя и твоего демоненка на главной улице. Не вздумай юлить, у меня ваши драгоценные друзья и…отряд сопротивления, — усмехнулся Безликий, — не хватает только вас!