Параллельная реальность

Драко начал свои изыскания с чистокровных. Просто потому что в детстве зубрил историю древних родов, родню, имущественное положение, семейные артефакты. Теперь он дополнял это их криминальной историей: уходом от налогов, несанкционированным расширением жилплощади, последствиями бытового колдовства в пьяном виде. Это были разумные, понятные до мозга костей обыватели. Дин сказал бы, что он ищет под фонарем. А Пауль в его мыслях только осуждающе говорил: «Ты мечешься». «Игнорируешь мнение эксперта». И совершенно не подсказывал, в какую сторону рыть. Очередной рабочий день напомнил, что жизнь — унылая бессмыслица. Драко повозился с бумажками, выслушал очередной разнос от Анджелины, написал еще один отказ от дачи показаний по делу Даррена Уилсона, ежесекундно желая оказаться где-нибудь подальше. — Мне надо с тобой поговорить, — сказал Дин, когда они наконец свалили из конторы. — И мне, — пробасил Пауль. — Прекрасно, у меня тоже есть разговор, — сказал Драко. — Кто первый? — Будет правильно, если начнете вы, босс. Малфой кивком головы указал Паулю на оставшийся позади Аврорат, «уже сто ярдов, как не босс», но тот не проникся. Что ж. — Бывают ситуации, в которых наши амулеты бесполезны. Нам нужна дополнительная защита. — Это никогда не кончится, — констатировал Дин. — Какие еще тебе ситуации? — Например, такие. — Малфой выверенным жестом нацелил на него палочку. — Авада… Видишь, даже Пауль тебя не защищает. А ты и вовсе только ресницами хлопать горазд. — Чепуха. Мы не защищаемся, потому что ты только что вместе с нами вышел из Аврората, где прошел идентификацию. Так что не тычь в меня своим боярышником, — Дин брезгливо отмахнулся от нацеленной в лицо палочки. — За последние две недели меня вырубили дважды. Один раз — в здании Аврората, и это был аврор. Второй раз это был мой старый знакомый. В тот момент я точно знал, что он — это он, и тоже вот так по-идиотски хлопал глазами. Он, в общем, ничего плохого не хотел, у него нечаянно вышло, а я опять оказался пиньятой. Из чего я делаю вывод: нам нужны дополнительные защитные амулеты. — Протего против Авады? — глумливо уточнил Дин. — Хорошо, пусть будут отражающие амулеты. — Рефлекто против Авады? — оптимизма в его голосе не прибавилось. — Кто тут, в конце концов, гений?! — разозлился Малфой. — Мне все равно, как это будет работать, лишь бы работало. И не обязательно против Авады. — А может, ты просто перестанешь щелкать клювом? Тогда и изобретать ничего не придется. — Энтоморфи… — палочка Малфоя снова была нацелена на Дина. — Ты не перестал щелкать клювом, с чего бы мне перестать? — Достал уже меня пугать! — огрызнулся Дин. — Только попробуй превратить меня в какую-нибудь дрянь! — Еще раз снимешь амулет во время задания, еще как попробую, — пообещал Драко. — Если тебе вдруг не хватает нашего общества, лучше скажи прямо. Мы с Паулем поселимся у тебя и будем всюду водить за ручку. Потому что после твоей следующей выходки так и будет. — Ой-ей-ей, можно подумать, ты волновался! — Хватит, — мягко вмешался Пауль. — Давайте зайдем в тепло. На сей раз их занесло в стилизованный под автомобильный салон закуток маггловской закусочной, и речь пошла о Корнелиусе Бичеме. Пауль поделился первыми результатами. Мать ни о чем не знала. Девчонка ничего не помнила. Вдобавок сам Корнелиус оказался не конем в пальто, а братом начальника отдела контроля за магическими существами. Приятным, респектабельным и со связями. — Это люди, которые могут добыть в виде взятки любую смертоносную дрянь. — Неважно, — отмахнулся Малфой. — Если одновременно отправить ребенка на обследование в Мунго, Бичема — на допрос, а в доме провести обыск, мы его прижмем? — А почему нет? — пожал плечами Пауль. — Откуда я знаю. Вдруг ему тоже кто-нибудь память подчищает? — Это неважно. Я бы сделал ставку на обыск, но оснований нет. Ход мыслей Пауля был не всегда понятен Драко, но не доверять его мнению было себе дороже. — А знаешь что, забудь-ка на время про это дело. Я, кажется, знаю способ впарить его Лоулер, — оживился Малфой. — Она справится? Должна же быть хоть какая-то практическая выгода от того, что он терпит Поттера… — Наверняка. — Могу устроить слежку за Бичемами, — влез в разговор Дин. — Ты ведь не всполошил их? — Еще чего, — улыбнулся ему Пауль. — И кто будет следить? Ты? — удивился Малфой. — Чего сразу я? Рита Скитер пусть следит. Это ее профессия. И анимагическая форма у нее подходящая. — Секунду помедлив, Дин добавил: — И если грохнут, не жалко. — Как ты ее в это втянешь? — Я работаю над налаживанием контактов с прессой. И вообще, я же не спрашиваю тебя, как ты втянешь Лоулер, — сварливо отреагировал Дин. — Журналист она или кто?! У нее тут сюжет о злодее с армией иностранных монстров пропадает! — Мы не знаем насчет злодея. И никакой армии монстров там нет, — осадил его Драко. — Да ты просто пессимист! — Молодец, Вундеркинд. — Пауль почему-то одобрял это безумие, не говоря уже о том, что был заранее уверен в виновности Бичема. — Твоя очередь, рассказывай, что у тебя. Дин неожиданно замялся: — Может, закажем уже что-нибудь? — Ну закажи. В итоге они набрали фастфудной бурды, которую Драко называл «условно съедобной». У Пауля она вызывала ностальгические вздохи об ужасных временах молодости, а Дин ее обожал — высококалорийная пища, пять минут пожевал — весь день свободен. Когда официант отошел от их столика, Дин повздыхал. Завязал двумя узлами соломинку. Посмотрел на стену невидящим одухотворенным взглядом. Потом лег грудью на стол, уперев подбородок в запястье согнутой руки, чтобы оказаться как можно ближе к Малфою, и заискивающе посмотрел в глаза. — Как подкатить к девушке? — Что, ради Мерлина, надоумило тебя обратиться ко мне?! — поразился Драко. — А к кому мне еще обращаться? — грустно сказал Дин, и Малфой занервничал. Единственный ребенок покойных Селвинов был гордым, прилюдно он мог паясничать, но не страдать всерьез, и видеть его таким было неприятно. — Как тебе понравиться девушке? Честно не знаю, извини. — Но мне очень надо! — Подожди-ка, — в Драко, наконец, проснулся здравый смысл. — Это Эбигейл? — Да. — Сыграй на ее тщеславии. — Кто такая Эбигейл? — спросил Пауль. — Новая секретарша Шеклболта, разумеется. — Драко шлепнул засранца по руке, когда тот потянулся украсть его картошку. Ему было досадно, что он повелся. Под осуждающим взглядом Пауля Дин стал похож на надутую мышь, загнанную в угол, но отнюдь не сломленную: — Что?! Лина теперь в декрете, а должен же я знать, над чем вы втихаря работаете! И про того аврора, который на тебя напал, Пауль ничего не рассказывает, хотя сегодня опять на слушания ходил! — принялся ябедничать Дин. — Это был Даррен Уилсон, — поморщившись, сказал Драко. — Что? Этот!.. — Дин вдруг перестал вопить и прищурился: — Ты ведь не про него говорил? Вы же с ним не?.. — Фу! — фыркнул Драко. — Только этого идиота мне не хватало! Мерлин, я начинаю понимать, что такое по-настоящему плохая репутация. Но Дин впился в него взглядом, как клещ: — А Уилсон разве фу? Да ладно, он вполне ничего. Симпатичный, толковый, — Дин загибал рукой пальцы на другой руке. — Порядочный… — Порядочный мудак. Но я рад, что ты, наконец, определился со своими предпочтениями, — ядовито сказал Драко. — А то мы с Паулем уже волноваться начали. Он поболтал ложкой в стакане с латте и сделал глоток. Дин смотрел на него, как студент-медик на лягушку, уверяющую, что в брюхе у нее скрыт богатый духовный мир. — Нет, серьезно, если это Уилсон, я не буду над тобой смеяться. Я только хочу знать, что у вас произошло… — увидев зверское выражение малфоевского лица Дин озадаченно умолк. — Но Уилсон соответствует абсолютно всем параметрам, которые ты упоминал! — Уилсон соответствует только одному параметру: первое попавшееся ничтожество. Беру свои слова обратно, на такую замену я не согласен, — сейчас Драко искренне раскаивался в тех словах. — Ладно, ладно, — пошел на попятную Дин. — В любом случае, он еще сто раз пожалеет, что с тобой связался. — Не вздумай ничего делать, — строго предупредил Драко. — Пауль, покажи ему воспоминания, а то ведь не отвяжется. — А сам показать не хочешь? — заныл Вундеркинд. — Ты-то, в отличие от него, неразглашение не подписывал… — О, ты вспомнил про правила! — усмехнулся Малфой. — Обойдешься. А легилименция — штука непредсказуемая, хотел увидеть одно, увидел другое, с кем не бывает. Тем более, мы ее часто используем… Дин мрачно переждал его болтовню и с новым приливом энтузиазма заныл: — Ну хоть что там было? — Этот говнюк испортил мою рубашку. Больше ничего интересного. — Рубашку испортил… — мечтательно проговорил Дин. — Раз все было неинтересно, наверное, это и скрывать незачем? Уилсон все равно покажет членам комиссии свое воспоминание… Драко прикинулся глухим. Дин стянул из малфоевской тарелки длинную картошку фри. — И я все равно найду способ выяснить. Вот увидишь. Лучше бы сам рассказал. — Он спер еще одну картофельку и потянулся за новой. Малфой отодвинул подальше от него свою тарелку: — Я в этом цирке не участвую и тебе лезть запрещаю. Он нанизал ломтик картошки на вилку и откусил, поморщился и посыпал оставшуюся кучу перцем. Соусы он не ел. — Ты не участвуешь, потому что… ты думаешь, что его отмажут? — Разумеется. Дин, возмущенно фыркнув, набрал воздуха в легкие, но Малфой его опередил: — Он секретарь Поттера. Что в этом раскладе тебе непонятно? — А ты мой босс. Почему ты не борешься? Малфой посмотрел на него с умилением: — Потому что борьба вскроет реальное соотношение сил, а это не всегда то, что стоит показывать. — То есть все настолько плохо? — спросил Дин с все той же бесцеремонной дотошностью. — Почему плохо? — удивился Драко. — Тебе плохо? По-моему, мы нормально сидим. — То есть на тебя может нападать какой-то хрен с горы, и ему ничего за это не будет? — Пауль, напомни, почему мы называем его Вундеркиндом? — Драко повернулся к старшему напарнику. — Лично я в его возрасте уже отлично это знал. — Это, блядь, не смешно, — зло сказал Дин, бросив взгляд на хмурого Пауля. — Да нет, довольно смешно. — Драко и правда потешала его реакция. — И где ты был первые два года после Победы? Мне тебя так не хватало! Пауль вытер руки салфеткой и бросил ее в пустую тарелку. — Вы кушать собираетесь? Сколько можно воздух сотрясать? — Что-то у меня аппетит пропал, — фыркнул Дин. — Мир настолько несправедлив, что ты решил бросить есть? — одобрительно похлопал его по плечу Малфой, орудуя вилкой. — Может, мы с Паулем так пить бросим? Пауль вместо ответа поднял кружку с сидром. Драко стукнул по ней своей. — За справедливость. — За то, чтобы Дин снова начал есть! — Малфой покосился на его насупленную рожу и рассмеялся: — Да ладно тебе. Переживаешь из-за всякой ерунды. Серьезно. — Это не ерунда. — Он напал из лучших побуждений. — Звучит как отличная эпитафия, — злобно буркнул Дин. — Уймись. Я в порядке. Это мелочь. А Уилсон все равно в Аврорате надолго не задержится. Никто из поттеровских протеже не задерживается, если ты не заметил. Он уйдет, мы останемся. Так что вся эта история яйца выеденного не стоит, — сказал Малфой. Как же он ошибался!