Добиться сердце айдола

Конхо молча гладил её по волосам. Он чувствовал, как дрожат её плечи. — Юджин... — тихо позвал он. — Скажи мне... почему ты так боишься? Она долго не отвечала. Потом медленно подняла голову. В её глазах было столько боли, что Конхо сразу понял — это не из-за сегодняшнего концерта. Это было гораздо старше. Гораздо глубже. — Я никогда тебе не рассказывала... — едва слышно сказала она. Он отрицательно покачал головой. Юджин грустно улыбнулась. — Потому что мне было стыдно. Она посмотрела на ночной город. — До тебя... я уже любила одного человека. Конхо ничего не сказал. Он просто продолжал держать её за руку. — Его звали Дону. На несколько секунд воцарилась тишина. — Тогда я была совсем другой. Только начинала путь айдола. Верила каждому слову. Думала, если люди любят друг друга, они всегда будут поддерживать мечты друг друга. Она тихо усмехнулась. — Какая же я была наивная... Перед глазами словно ожили воспоминания. Первые свидания. Долгие прогулки. Обещания быть вместе всегда. Дону говорил красивые слова, дарил цветы, уверял, что однажды будет сидеть в первом ряду на её концертах. Юджин верила каждому слову. Но всё изменилось, когда стажировка стала занимать почти всё её время. — Он начал говорить, что мне нужно отказаться от дебюта. Конхо нахмурился. — «Зачем тебе сцена? Зачем тебе чужие взгляды? На тебя должен смотреть только я», — повторила Юджин его слова почти без эмоций. Она опустила глаза. — Сначала я думала, что это ревность. Что он просто скучает. Но становилось только хуже. После дебюта популярность группы начала быстро расти. И вместе с этим менялся Дону. Он всё чаще просил деньги. Говорил, что мы копим на счастливое будущее. На дом у моря. Что однажды мы уедем далеко и начнем новую жизнь. Я отдавала ему почти всё, что могла. Конхо сжал кулаки. — Я правда верила ему... Её голос дрогнул. — Потом однажды меня вызвали к директору. Перед ней на стол положили несколько фотографий. Она и Дону. Директор спокойно произнёс: — По контракту ты не имеешь права состоять в отношениях. Особенно сейчас, когда группа находится на пике популярности. Ты должна прекратить с ним любые контакты. Юджин тогда казалось, что мир рушится. Она не могла выбрать. Любимый человек... Или мечта всей жизни. Она попросила неделю отдыха. Решила, что поговорит с ним лично. Что они обязательно найдут выход. Когда Юджин приехала к его дому... Дверь была открыта . Внутри никого. На столе лежал только один лист бумаги. Она до сих пор помнила каждую строчку. «Не ищи меня. И скажи спасибо. Это я мотивировал тебя стать айдолом. Деньги, которые мы копили, я забрал. Прощай». Юджин закрыла лицо руками. — Я тогда просто... упала на колени. Она плакала так сильно, что не могла подняться. Не понимала... Как можно столько лет любить человека... А потом узнать, что всё это было ложью. Она несколько дней почти не выходила из комнаты. Не ела. Не отвечала на звонки. А потом... Однажды посмотрела на себя в зеркало. И сказала: «Нет, я стану счастливой. Назло ему. Я стану тем человеком, которого он потерял. И если мне больно, я сделаю всё, чтобы другие люди улыбались благодаря моей музыке». Именно тогда Юджин снова начала улыбаться. Настоящей улыбкой. Именно такой её полюбили миллионы фанатов. Но прошлое не отпустило её. Через несколько месяцев Дону появился снова. Он начал выкладывать их старые фотографии. Писал в интернете, что они всё ещё встречаются. Из-за этого компанию вновь захлестнули слухи. Юджин снова вызвали к директору. На этот раз она рассказала всё. Без единой лжи. О том, как Дону манипулировал ею. И что теперь она боится его. Она попросила только одно: — Пожалуйста... дайте мне охрану. Я не знаю, что он может сделать. Директор долго молчал. Наконец он тяжело вздохнул. — Ты нарушила условия контракта. За это предусмотрен крупный штраф. Юджин опустила голову. — Но... — продолжил директор. — Я не собираюсь терять главную участницу группы. Компания обеспечит тебе охрану. Однако штраф тебе придётся отработать. Она молча кивнула. С того дня возле неё почти всегда находились сотрудники безопасности. А сама Юджин дала себе обещание. Больше никогда... Никогда не позволять чувствам разрушить свою мечту. Она закончила рассказ. По её щекам снова текли слёзы. — Поэтому... когда появились мы... Она посмотрела на Конхо. — Я начала бояться. Бояться, что история повторится. Что однажды ты тоже возненавидишь мою работу. Что тебя будут мучить камеры, фанаты, расписания... Что из-за меня ты потеряешь свою карьеру. Что однажды всё закончится так же... Конхо молчал. Несколько секунд. Потом осторожно поднял её подбородок. — Юджин... Его голос звучал твёрдо. — Я не Дону. Она замерла. — Я никогда не попрошу тебя отказаться от сцены. Никогда не потребую выбирать между мной и музыкой. И уж точно никогда не возьму у тебя ни одной воны ради собственной выгоды. Он сжал её ладони. — Потому что я полюбил именно Юджин. Ту девушку, которая выходит на сцену и заставляет тысячи людей улыбаться. Если однажды ты перестанешь петь только ради меня... Это буду уже не ты. Юджин снова заплакала. Но впервые за долгое время эти слёзы были не от отчаяния. Она медленно прижалась к нему. И впервые позволила себе поверить, что не каждая история любви заканчивается предательством.