Легенда о мальчике, что учился дышать

      Так проходили дни… Недели… Месяцы… Весну сменило лето, а вслед за летом в Нампу вновь пришла осень.       Детский смех на площадках стал слышаться все реже, ведь детвора отправилась в школу, дабы провести там еще один бесполезный, по их мнению, учебный год. Но только не Том. Мэрил категорически запретила ему идти в начальную школу, заверив, что бюрократы, работающие там, не научат его ничему стоящему. Потому решила продолжить самостоятельно заниматься с сыном дома, добавив в перечень дисциплин такие науки, как: вулканология, паразитология, нейрохимия и уфология. Зачем, спрашивается, ребенку весь этот багаж знаний? Каким образом пригодиться в будущем? Непонятно…       Том сидел за кухонным столом, подперев ладонью голову, и мечтательным взглядом уставился в окно, наблюдая как пожелтевшие листья осыпаются с ясеня.       «Сейчас бы выйти на улицу и поваляться в опавшей листве, а не вот это вот все…» — думал он, считая ворон, устроившихся на ветвях полуголого дерева.       — Табачный дым повреждает дыхательный эпителий, обуславливая утренний кашель курильщика, бронхиты, эмфизему легких и рак легких… — монотонно бубнила у него над ухом Мэрил, что с сегодняшнего дня ввела новую дисциплину — пульмонологию. И на первом же уроке сразу же решила затронуть тему: «Статистическая зависимость между курением табака и мучительной смертью».       «После обеда надо выйти, набрать разных листьев для Джейка и рассказать ему, с каких они деревьев…» — подумал Том, приметив уже у соседского дома дуб, а на противоположной стороне улицы — вяз.       — Хронический бронхит у курящих регистрируется в пять-семь раз чаще, чем у некурящих. В последующем хронический бронхит осложняется эмфиземой легких и пневмосклерозом, заболеваниями, существенно нарушающими функцию легких, — продолжала лекцию мисс Стрип, нарисовав на тетрадном листе некрасивые легкие курильщика. — Как ты, надеюсь, и сам понимаешь, в твоем случае курение означает скорую смерть. Сначала ты будешь мучиться от приступов удушающего кашля, потом начнешь харкать кровью вперемешку с табачной копотью, затем рак сожрет твои хилые легкие, и в итоге ты умрешь в адских болях, страдая от нехватки воздуха…       — Мама, а можно мне сегодня будет дойти до конца нашей улицы? Кажется, я видел, что там росла осина. Я бы хотел подобрать несколько листьев для гербария, — беззаботно спросил Том, взглянув на мать.       Глаза Мэрил возмущенно округлились, и она даже несколько секунд не могла вымолвить и слова от возмущения.       — О чем это таком ты говоришь, бюрократ? Я тут перед кем сижу распинаюсь? — изверглась она яростным криком, переходящим в визг, и вновь потеряла дар речи от переполняющего ее негодования.       Том захлопал ресницами, испуганно уставившись на мать. Что такого он ей сказал, чтобы она вот так вспылила?       — Что смотришь на меня, идиот? Быстро повтори, что я сейчас рассказала тебе о вреде курения!       — Аааам… — завис Том, ибо нихуя не слушал мать. — А это разве вредно? — спросил он хуйню, дабы показаться вовлеченным в урок.       — Какой же ты тупой! — взвыла глупой львицей Мэрил. — Что ты такое придумал? Собрался курить, когда вырастешь, а?!       — Я…       — Бестолковый увалень! Тебе достаточно сделать лишь тягу и ты тут же умрешь! Я же только что тебе это рассказывала — про твой тяжелый случай. Ты думаешь, что все это шутки? Что я все это выдумала? Твои легкие с рождения — кусок тряпки, на которых вдобавок давит бюрократское правостороннее сердце, доставшееся от твоего умалишенного отца! А ты спрашиваешь — опасно ли это? Ты совсем меня не ценишь. Плюешь на меня! Думаешь, я сделала для тебя маску так — по приколу? — покрутила она ладонью у лица. — Да я спасла тебя! Вытащила с того света и дала шанс жить! Да, пусть не полноценно — но это лучше, чем умереть, бюрократ!       — Я и не думал курить, мама… Я понял, что для меня это опасно. И все знаю про маску, — испуганно залепетал Том, пытаясь успокоить мать. Но, кажется, это было бесполезно, та уже была не на шутку заведена.       — Не только для тебя — для всех это опасно! — не унималась сходить с ума Мэрил. — Курить — большое зло! Любого человека курево доведет до смерти! Практически моментально!       Том нахмурился. Какая-то несостыковочка получается. Как это для всех? Только что же курение было пагубно для него лишь одного. А теперь, выходит, распространяется на всех-всех людей на планете. Но ведь Мэрил же курит! Да, трезвая она нет-нет да шкерится, стараясь не курить в открытую. Но стоит ей сделать только лишь глоток вина — все! Курит везде, где только хочет — без стеснения и бестолкового прятания от сына.       Так почему тогда ей можно, и это не считается вредным? Может, тогда ничего страшного не будет и для взрослого Тома? Нет, конечно же, он не собирался курить. Все же он был ребенком, да и от сигаретного дыма становилась противно. Но спросить все это пиздец как захотелось. Хоть Том и понимал, что, возможно, мать взбесится еще сильнее, но просто не мог этого не сделать. Вопрос нервным тиком застрял в его голове.       — Точно это опасно? — спизданул он.       — Ты сомневаешься в моих словах? — уничтожающе посмотрела на него Мэрил.       — Нет, но… Ты же куришь сама, — пожал плечами Том.       В комнате повисла неловкая охуевшая пауза. Мэрил и слова подобрать не могла от столь наглого вопроса сына — настолько он поставил ее в тупик.       — Ты охуел? — наконец, спросила она, вздернув пышную бровь.       — Я просто уточняю, — не унимался Том. — Точно ли вредно? Ты же куришь сама, не стала бы ты себя убивать…       — Ты охуел! — взревела Мэрил. — Что, придумал учить меня?! Меня — родную мать, которая все для тебя делает! Неблагодарный британский ублюдок, выродок!       Мэрил подскочила к нему и отожгла подзатыльник. Да такой сильный, что у Тома зазвенело в ушах. Тем не менее, он не понял, за что она его ударила? Что он такого ей сказал? Это ее теория о куреве не сходится!       — Да что я такого сделал?! — возмутился Том, посмотрев на Мэрил.       — Это что еще за наглый взгляд?! Что ты себе позволяешь, неблагодарная скотина?       Мэрил схватила сына за ухо и поволокла к учебной доске, висящей на стене.       — Бери мел и пиши: «Я никогда не буду курить!» — рявкнула она, пихнув Тома маской в доску. — Раз ты не хочешь учиться нормальными методами, значит, будем действовать так! Может, таким образом ты усвоишь хоть что-нибудь…       С этими словами Мэрил развернулась и быстрым психованным шагом направилась в сторону лестницы, ведущей на второй этаж.       — А сколько раз писать? — растерянно спросил Том.       — До тех пор, пока не усвоишь урок, — не оборачиваясь, бросила мисс Стрип и скрылась за дверью.       Том вздохнул, взял мел и стал выводить на доске убористым почерком слова, продиктованные матерью. И почему он должен все это писать? Какой урок он должен усвоить? Мать не объяснила толком ничего! Только ввела Тома в заблуждение и заставила усомниться в ее словах!       Но по классике никакого смысла ничего выяснять с Мэрил не было. Том не добьется нихуя — лишь очередных психов и оров матери. Потому проще будет, как и всегда, сделать то, что она сказала, дабы не доводить ее и не выслушивать про себя всякие неприятные гадости.       Том уже написал несколько строчек, когда вдруг со второго этажа донесся детский смех и ласковое сюсюканье Мэрил.       — Да какой же ты у меня умный! — восторгалась Мэрил. — Как же ловко и быстро собрал весь сортер! Правда, вот этот прямоугольник нужно было засунуть вот сюда… Смотри… Так ведь лучше, правда, Джейк? И овал давай переставим… Покажи — где тут овал? Нет, малыш, это треугольник… Овал — вот, и вставить его нужно вот в это отверстие…       Том тихонько поднялся по лестнице и приложил ухо к двери, чтобы лучше слышать разговор.       — Ааа! — послышался возмутительный детский визг, а затем шум разлетающихся по сторонам игрушек.       — Ну ладно, малыш, хватит на сегодня, ты, наверно, очень устал, — ласково залепетала мисс Стрип. — Иди скорее ко мне, я тебя обниму… Ох, Джейк, какой же ты красивый! Ну что за славный ребенок! Такой милый! А твои синие глазки — чисто океан…       Том сжал кулаки и подвигал желваками. Он никак не мог понять, чем заслужил такое отношение матери к себе. Ощутил себя по этой причине еще более неполноценным и лишним в этом мире, от чего стало не на шутку грустно. И лишь сейчас Том стал понимать, что во всем этом непосредственно виновата сама Мэрил. Он начал злиться на нее. И одновременно с этим конечно же на себя за то, что плохо думает о матери.       Так Том простоял под дверью еще пару минут, слушая, как мисс Стрип воркует с Джейком, а затем поспешил обратно на кухню.       Схватил мел и быстро написал на доске: «Я никогда не буду курить!».       Том был в не себя от ярости. С каждым новым предложением, буквы становились все кривее и кривее. Писав это, Том неистово раздувал под маской ноздри и крепко сжимал зубы.       — Ну что? — прошла на кухню Мэрил и посмотрела на доску, где уже не было свободного места, а Том дописывал последнее поместившееся предложение. — Усвоил урок?       Том молча взял в руку тряпку, протер доску и принялся писать по новой.       — Зачем ты это делаешь, бюрократ? — раздраженно спросила мисс Стрип.       — Я еще не усвоил урок, мама, — сквозь зубы процедил он, не отрывая разъяренного взгляда от доски.       — Положи мел и садись обратно за стол! Продолжим наш урок! — рявкнула она.       — Я еще не усвоил этот, — повторил Том, делая после каждого слова дерзкую паузу.       — Ах, вот, значит, как ты заговорил, болван, — усмехнулась Мэрил. — Решил показать зубки? Удумал вывести меня из себя таким способом? Ну давай, посмотрим, кто из нас окажется более стойким! Как усвоишь — позовешь меня, и мы продолжим наше занятие, британский ублюдок. Будь то хоть полночь, хоть глубокая ночь, — бросила она и удалилась в кабинет.       Несколько часов Том настырно писал на доске одну и ту же фразу. Когда место заканчивалось — стирал и все начинал сначала. Несколько раз мисс Стрип возвращалась на кухню, дабы подкрепиться, и молча следила за Томом. Лишь изредка она ехидно ухмылялась или цокала. Ее молчание злило Тома еще сильнее, но он старался не показывать этого.       — Мама! Я усвоил урок! — закричал Том, когда время уже перевалило далеко за полночь.       Тишина в ответ.       — Мам! — повторил Том, после чего услышал шаги матери, спускающейся со второго этажа.       — Усвоил? Хорошо… — зевнула она, запахивая халат. — Тогда давай продолжим наше заня…       Мэрил резко замолчала, уставившись на доску.       — Я хорошо усвоил твой урок, мамочка, — наигранно прощебетал Том и бросил огрызок мела на пол, прямо под ноги мисс Стрип.       Та безумно округлила глаза, метая взгляд с сына на доску, где огромными убористыми буквами красовалась кривая надпись: «Я буду курить всю жизнь!»       Мэрил, еле сдерживая себя, подошла к кухонному ящику, достала оттуда пачку «Мальборо». Затем вальяжно уселась за стол, положа ногу на ногу и откинувшись на спинку стула.       — Сядь, — жестом ладони указала она Тому на стул напротив себя.       Увидев в глазах матери холод и огонек безумия, Том стал терять уверенность, но попытался это скрыть и с отважным, беззаботным видом сел за стол.       Мэрил вздернула пышную бровь и застучала пачкой по столу.       — Кури, — прокатила он ее прямо к сыну.       Том в непонимании уставился на мать, в мгновение превратившись в совенка-хулигана.       — Кури, — пододвинула она к сыну и зажигалку. — Сними маску и кури…       Том, смекнул, что это просто понты матери — не более того. Сама же сказала — всего тяжка, и он труп. Так что наверняка это какое-то представление.       — Чьи они? — незнамо зачем спросил Том.       — Когда-то очень давно их оставил у нас дядя Бен, — ответила Мэрил. — Кури, — кивнула она в сторону сына.       — Мне кажется, дядя Бен курил другие, — повел головой Том. — Это ведь твои сигареты. Я видел их много раз, запомнил рисунок.       — Да что ты себе позволяешь?! — завизжала Мэрил, ударив кулаком по столу. — Сначала учил меня — теперь придумал попрекать?! Кури, я сказала! Живо!       Тома дернулся от визга матери и его затрясло от страха. Не понимая, что творит, он стал медленно расстегивать на затылке маску, в который раз покорившись матери, прогнувшись под ее напором.       — Сукин сын! Почему так медленно? — подскочила Мэрил, подлетела к нему и одним рывком стащила маску. — Быстро засунул сигарету в свой дебильный пухлый рот и подкурил ее! Или ты настолько беспомощен, что мне это сделать самой?       Трясущейся от страха рукой Том вытащил из пачки сигарету и зажал между зубов. Затем взял зажигалку и чиркнул. Но ничего не выходило! Огонь никак не зажигался!       — Да какой же ты дегенерат! — взорвалась Мэрил, словно глупая пороховая бочка. Вытащила из пачки еще пять сигарет, запихнула Тому в рот и подожгла все разом. — Давай! Затянись же, глупая бюрократская тварь!       И Том, все еще надеясь вернуть уверенность, затянулся. От попавшего в легкие табачного дыма, сразу же закружило в голове, а к горлу подступила тошнота. Не прошло и пары секунд, как Том упал на пол на четвереньки, выплюнул сигареты да и блеванул.       — Все? Теперь урок усвоен? — с сарказмом спросила Мэрил, уперев руки в бока. — Уверена, что да! А теперь приберись за сбой! — взяла она кухонную тряпку, намочила и кинула сыну прямо в лицо.       На глазах Тома навернулись слезы, и он разрыдался.       — Кхм, — усмехнулась в нос мисс Стрип. — А что ты плачешь-то, я не поняла? Сам же виноват в произошедшем!        Том смерил мать недоуменным взглядом, взял тряпку и, захлебываясь слезами, стал размазывать по полу блевоту. Мэрил с минуту понаблюдала за ним и пошла в сторону лестницы.       — Как уберешься, спать ложись, — бросила она, уже поднявшись на несколько ступенек. — Из-за твоих табачных выходок с утра тебя ждет двойная ингаляция биометаллом, а потом тройное полоскание горла им же. Так что подъем будет на час раньше, ведь из-за этих процедур я не намерена переносить наши занятия и терять свое драгоценное время. Усек?       — Да, — буркнул Том, всхлипывая.       — Маску не забудь надеть, а то рискуешь задохнуться, — напоследок пизданула Мэрил и скрылась на втором этаже.       Еще пару минут Том бездумно протирал пол, продолжая плакать. За что же мать так жестоко с ним обошлась? Разве он это заслужил? Разве так нужно воспитывать детей? От этих вопросов вновь стала охватывать обида и ярость на мать. В этот момент Тому очень захотелось подняться на второй этаж и кинуть обблеваную тряпку прямо в лицо Мэрил. Но он смог обуздать злость и взять себя в руки, побоявшись, что после такой выходки точно получит нехуевых пиздюлей и потеряет последнюю надежду на то, что мать станет относиться к нему по-доброму.       И все же Том чувствовал где-то глубоко внутри свою правоту. Вот затянулся он и что? Причем, несколькими сигаретами одновременно! И что же — жив здоров! Нихуя он не умер. А это значит, что речи Мэрил не больше, чем пустой треп? Она просто делает вид что умная, или все же на деле является таковой? В этом еще предстоит разобраться. Но сегодня Том победил — это он знал наверняка.       — Я все равно буду курить, когда стану большим, — озлобленно-меланхолично прошептал Том. — И в следующий раз меня не вырвет…       Так вот Том и хуй усвоил урок Мэрил, обретя мечту — курить, когда вырастет.