Forgotten Pages

Жизнь в доме Сэма и Эмили текла по какому-то своему, особому внутреннему ритму, который Нора упорно отказывалась принимать. Для неё этот уютный деревянный коттедж на окраине Ла-Пуш стал своеобразной золотой клеткой. Здесь пахло домашней выпечкой, свежевыстиранными простынями и неизменным, едва уловимым теплом, которое исходило буквально от каждой вещи, к которой прикасались хозяева. Но этот же дом душил её своей ненормальностью. Первые несколько дней Нора практически не выходила из гостевой комнаты на втором этаже. Она сидела на широком подоконнике, обхватив колени руками, и часами смотрела в окно. Задний двор дома Сэма напоминал оживлённый лагерь: парни из «стаи» появлялись там в любое время суток. Они могли ворваться в дом шумной толпой в три часа ночи, смеясь, поглощая запасы Эмили в промышленных масштабах, а через пять минут так же стремительно исчезнуть в лесной чаще. Без курток. В одних шортах. В грозу и туман. –Коллективная девиация, –шептала себе под нос Нора, прижимаясь лбом к холодному стеклу. –Секта. Просто какая-то местная закрытая община с жёсткой иерархией и культом силы. А раны Пола… возможно, это был просто сильный шок и грязь, мне показалось. В темноте всё выглядит иначе. Зелёный дневник, который она упрямо привезла с собой, лежал на тумбочке. Нора долго не решалась открыть его, боясь увидеть новые строчки. Но на четвёртый день любопытство, смешанное с глухим отчаянием, перевесило. Она взяла книгу в руки. Новых записей не было. Но старые обрывки теперь читались совсем по-другому. «…они называют это проклятием, но это щит…» «…когда земля горит под ногами Cold One, дух просыпается… Эвелин умоляла его остановиться, но волк не слушает женщину, пока кровь зовёт к бою…» Нора провела пальцем по пожелтевшей бумаге. –Красивая семейная легенда, бабушка, –горько пробормотала она. –Психологический перенос. Твоя прабабушка, видимо, тоже пыталась оправдать дикое поведение какого-то местного парня мифами. И этот Пол туда же. Пол Лэйхот за эти дни извёл себя окончательно. Запечатление требовало от него быть рядом, дышать одним воздухом с Норой, защищать её. Но её ледяное, яростное отрицание и слова о «насилии над волей» горели внутри него как открытая рана. Его обычная вспыльчивость сменилась глухой, изматывающей тоской, которую вся стая ощущала на ментальном уровне во время патрулей. –Пол, ты фонишь так, что у меня зубы сводит, –ворчал Джаред, сидя на крыльце дома Сэма и лениво обтёсывая деревянный брусок.  –Сделай что-нибудь. Поговори с ней нормально. Без своего этого… лица массового убийцы. Пол, стоявший у края леса и не сводивший взгляда с окна второго этажа, лишь глухо рыкнул. –Она не хочет меня видеть. Она считает меня психом. Вас всех считает психами. –Ну, в чём-то она права, –хмыкнул Эмбри, выходя из дома с бутербродом. –Но ты же Лэйхот. Ты умеешь пробивать стены. Попробуй пробить эту. И Пол пробовал. Точнее, пытался. Первая попытка случилась на четвёртый день, когда Нора, устав от четырёх стен, наконец спустилась на кухню, чтобы помочь Эмили с обедом. Пол буквально материализовался в дверях через минуту после того, как она зашла. Он зашёл тихо, без своего обычного грохота, неловко переминаясь с ноги на ногу. В руках он держал небольшую корзинку со свежей лесной черникой. –Привет, –глухо произнёс он, протягивая корзинку Норе. –Вот. Ребята собрали у ручья. Я подумал… ты любишь булочки с черникой. Эмили может испечь. Или ты сама. Нора, собиравшаяся резать овощи, замерла. Она посмотрела на ягоды, затем на Пола — напряжённого, с надеждой всматривающегося в её глаза. Внутри неё снова поднялась волна упрямого сопротивления. Ей казалось, что если она примет этот жест, то согласится на его безумные правила игры. –Спасибо, Пол, но я не голодна, –холодно ответила она, поворачиваясь к нему спиной. –И чужих подношений мне не нужно. Пожалуйста, оставь меня в покое. Корзинка в пальцах парня хрустнула, пара ягод упала на пол. Он сжал челюсти так, что на шее проступили вены, круто развернулся и вылетел из кухни, едва не снеся дверной косяк. Вторая попытка была ещё более неловкой. Вечером того же дня Нора вышла на веранду подышать воздухом. Пол караулил её у ступеней. Он сделал шаг навстречу, держа в руках её собственный тёплый кардиган, который она в спешке оставила в доме Харперов. –Надень, –почти приказал он, но тут же исправился, смягчая тон: –Пожалуйста. Холодает. Ты замёрзнешь. Нора остановилась, смерив его высокомерным взглядом. –Мне не холодно, Лэйхот. И мне не нужна твоя гиперопека. Твои «волчьи инстинкты» могут транслировать тебе всё, что угодно, но я сама способна решить, когда мне одеваться. Она прошла мимо него обратно в дом. Пол остался стоять на месте. На пятый день Нора столкнулась на кухне с теми, кого ещё не видела среди вечно весёлых парней. За столом сидели двое: совсем молодой парнишка с мягкими, добрыми чертами лица и девушка постарше. У девушки были коротко остриженные чёрные волосы, а в её осанке и взгляде сквозило столько колючей, оборонительной гордости, что Нора невольно затормозила на пороге. –О, привет! Ты Нора, да? –парень дружелюбно улыбнулся, тут же поднявшись со стула. –Я Сет. Сет Клируотер. А это моя старшая сестра, Лия. Лия даже не повернула головы, продолжая крутить в руках чашку с остывшим кофе. Её лицо казалось красивой, но безжизненной маской. –Привет, Сет, –Нора прошла к чайнику. Ей показалось, что эта девушка –единственный адекватный человек здесь, который разделяет её нежелание находиться в этом месте. –Приятно видеть кого-то, кто не пытается сразу заявить, что он охраняет периметр. Лия издала короткий, сухой смешок, наконец подняв на неё глаза. В них читалась откровенная горечь. –Не обольщайся, новенькая. Периметр охраняют все. Просто у некоторых из нас от этого тошнит сильнее, чем у остальных. Особенно когда дело касается «великого и священного запечатления». Нора удивленно приподняла бровь. Наконец-то! Кто-то, кто не превозносил эту глупость. –Лия, ну перелей, Сэм же просил… –заикнулся Сет, но сестра оборвала его одним лишь ледяным взглядом. –Сэм может просить всё, что угодно, –отрезала Лия. Она поднялась, смерив Нору долгим, оценивающим взглядом. –Знаешь, Харпер, я тебе даже сочувствую. Лэйхот — импульсивный придурок с кучей проблем с гневом. Но если ты думаешь, что сможешь просто сбежать от этой волчьей связи, то ты дура. Эта магия ломает всех. Меня сломала. Тебя тоже сломает. Спроси у Эмили, она подтвердит. Лия резко развернулась и вышла из дома, хлопнув дверью. В кухне повисла тяжёлая тишина. Сет неловко почесал затылок. –Ты не обижайся на неё, ладно? –тихо попросил он Нору. –У Лии… сложный период. Она хорошая, правда. Просто ей очень больно. И она тоже не хотела всей этой… патрульной жизни. Нора промолчала. Слова Лии про «магию, которая ломает», задели за живое. Они подтверждали её теорию: это место ломало людей психологически, заставляя верить в общие иллюзии. Успех к Полу пришёл на исходе первой недели, когда Нора меньше всего этого ожидала. Был поздний вечер. Сэм и Эмили уехали к старейшинам, стая ушла в глубокий патруль к границам Форкса. В доме осталась только Нора. Она сидела в гостиной у камина, как вдруг старая проводка коттеджа не выдержала. Раздался громкий щелчок, посыпались искры из распределительного щитка в коридоре, и весь дом погрузился в абсолютную, звенящую темноту. Из коридора потянуло резким, едким запахом палёной пластмассы и дыма. Нора вскрикнула. Вспышка страха была мгновенной — перед глазами тут же встал бледный мужчина у кухонного окна её собственного дома. Она рванулась в коридор, споткнулась в темноте о тумбочку, больно ударив колено, и замерла, закашлявшись от подступающего дыма. Щиток продолжал зловеще трещать. Паника сковала её. В этот момент входная дверь распахнулась с оглушительным грохотом. На пороге возник огромный силуэт. –Нора! –рявкнул Пол. Он прибежал из леса секунду назад, почувствовав её чистый, концентрированный страх. –Пол! –впервые в её голосе не было злости. Только чистый испуг. –Здесь горит! Щиток! Пол сориентировался мгновенно. Он промчался на кухню, набрал в железный ковш соды и в один прыжок вернулся к щитку. Несколько точных движений, глухое шипение, и треск прекратился. Дым начал медленно рассеиваться через открытую дверь. Нору всё ещё крупно била дрожь. Она стояла, прижавшись к стене, едва дыша. Пол обернулся к ней. В полумраке, освещаемом лишь лунным светом из окон, его глаза казались огромными. Он медленно, очень осторожно подошел к ней. На этот раз в нём не было ярости. –Всё хорошо, –тихо, почти шёпотом сказал он. –Всё закончилось. Просто замкнуло проводку. Пожара не будет. Он протянул к ней свои огромные, смуглые ладони. Нора посмотрела на них. Ей было дико, странно, её разум всё ещё кричал, что этот парень — часть какого-то безумного культа, но сейчас его тепло было единственным осязаемым спасением. Она сделала шаг вперёд и позволила ему взять себя за руки. Его ладони были невероятно горячими, почти обжигающими, но эта температура больше не пугала её. Напротив, от этого тепла дрожь в её теле начала постепенно утихать. Пол осторожно сжал её пальцы, транслируя ей всё своё спокойствие. –Ты как? –тихо спросил он, заглядывая в её лицо. –Колено… ударила, –шёпотом ответила Нора, не пытаясь забрать свои руки. –И испугалась. Спасибо. Пол едва заметно улыбнулся — открыто и мягко, без тени той защитной агрессии, которую он носил как броню. –Я всегда приду, Нора, –мягко сказал он, продолжая держать её руки. –Что бы ни случилось. Даже если ты будете меня прогонять. Нора смотрела на их соединённые руки в лунном свете. В её голове всё ещё царил полный хаос. Она не верила в оборотней. Она была уверена, что у Пола и его друзей просто серьёзные психологические проблемы на почве местных легенд, а бледный мужчина был обычным сумасшедшим грабителем. Но сейчас, чувствуя, как его бешеное, горячее сердце бьётся где-то рядом, она впервые поймала себя на мысли, что присутствие Пола Лэйхота больше не кажется ей угрозой. Стены её отрицания не рухнули. Но в них появилась первая, едва заметная трещина.