Зена — королева воинов

Часть первая. Гость из легенд Утро выдалось прохладным. Туман ещё висел над озером, скрывая дальние берега, и только редкие лучи солнца пробивались сквозь дымку, окрашивая мир в серебристо-золотые тона. Габриэль сидела у костра и записывала что-то в свой свиток, время от времени поглядывая на Гермиону, которая пыталась безуспешно разжечь огонь без магии. — Ты слишком сильно дуешь, — сказала Габриэль с лёгкой усмешкой. — Огонь любит нежность, а не агрессию. — Я знаю теорию! — возмутилась Гермиона. — Я читала об этом. Нужно оставить пространство для воздуха, но не дуть слишком сильно, чтобы не погасить пламя... — Теория — это хорошо, — улыбнулась Габриэль. — Но иногда нужно просто чувствовать. Как в танце. Она подошла, присела рядом с Гермионой и взяла её руки в свои. Их пальцы переплелись, и Гермиона почувствовала, как тепло разливается по телу — не от огня, а от этого прикосновения. — Смотри, — сказала Габриэль, направляя её руки. — Медленно. Нежно. Дай огню самому решить, когда ему разгореться. Они вместе колдовали над костром, и Гермиона чувствовала дыхание Габриэль на своей щеке, и внутри неё всё замирало от такой близости. Она почти забыла, что они не одни. — Вы две такие милые, что меня тошнит, — раздался сзади голос Зены, полный насмешки. Гермиона вздрогнула и отпрянула, покраснев до корней волос. Зена стояла у входа в лагерь, опершись на меч, и улыбалась — широко, открыто, с той особенной тёплой усмешкой, которая появлялась на её лице всё чаще в последнее время. — Зена! — воскликнула Габриэль, не отпуская руки Гермионы. — Ты напугала нас! — Я заметила, — Зена подошла к костру и присела на корточки, грея руки. — Вы двое в последнее время такие потерянные, что можно пройти мимо с трубой и барабаном, и вы не заметите. Гермиона хотела что-то возразить, но не нашла слов. Она только сильнее сжала руку Габриэль и почувствовала, как та ответила ей тем же. — Где Нарцисса? — спросила Габриэль, меняя тему. — Она спит, — сказала Зена, и в голосе её послышалась нежность. — Я не стала её будить. Ей нужно отдыхать. Рана заживает хорошо, но силы ещё не вернулись полностью. — Ты слишком много о ней заботишься, — усмехнулась Габриэль. — А ты слишком много болтаешь, — парировала Зена, но в глазах её плясали смешинки. — Вы обе меняете тему. Но это не важно. Мне нужно поговорить с вами. Голос её стал серьёзнее, и Габриэль, знавшая Зену много лет, сразу поняла — что-то случилось. — Что-то произошло? — спросила она. Зена кивнула и села на землю, скрестив ноги. Она взяла палку и начала чертить что-то на песке, избегая смотреть в глаза подругам. — На рассвете я уходила за водой, — начала она. — И услышала шаги. Много шагов. Я спряталась и увидела их — человек десять, все вооружены, все смотрят в нашу сторону. Они шли по следу. — Разбойники? — спросила Гермиона, чувствуя, как страх сжимает её сердце. — Нет, — покачала головой Зена. — Не разбойники. Эти были слишком хорошо организованы. Слишком дисциплинированы. Я разглядела эмблему на их щитах. Их послал... Геракл. Габриэль замерла. Она знала это имя. Конечно, знала. Геракл — полубог, сын Зевса, герой Греции. И человек, который когда-то изменил жизнь Зены. — Геракл? — переспросила она, и в голосе её послышалось напряжение. — Но зачем ему посылать людей за нами? — Он не посылал их за нами, — сказала Зена, и в голосе её появилась горечь. — Он послал их за мной. Он знает, что я здесь. Знает, что я изменилась. Но он... он не доверяет мне. Он думает, что я всё ещё та, кем была. — А ты? — тихо спросила Гермиона. — Ты всё ещё та? Зена посмотрела на неё, и в её глазах было столько боли, столько прошлого, что Гермиона пожалела о своём вопросе. — Нет, — сказала Зена. — Но он не знает этого. Для него я навсегда останусь той воительницей, которая хотела его убить. Той, которая чуть не разрушила его жизнь. Она встала и отбросила палку в сторону. — Я не хочу сражаться с ним, — сказала она. — Он был моим наставником. Он показал мне путь. Но я не вернусь в то прошлое. И я не позволю ему вмешиваться в мою жизнь сейчас. В нашу жизнь. Габриэль поднялась и подошла к ней, положив руку на плечо. — Зена, — сказала она мягко. — Мы с тобой. Что бы ни случилось. Мы не позволим ему причинить тебе боль. — Я знаю, — ответила Зена, и в голосе её послышалась благодарность. — Просто... я должна сказать это сама. Нарциссе. Я должна рассказать ей о Геракле. Она должна знать. Часть вторая. Разговор у ручья Нарцисса сидела на берегу ручья, глядя на своё отражение в прозрачной воде. Она выглядела лучше, чем неделю назад — щёки порозовели, глаза блестели, и в них исчезла та тень боли, которая преследовала её с момента падения в этот мир. Но сегодня в её душе было беспокойство. Она видела, как Зена вернулась в лагерь хмурой и напряжённой. Видела, как они с Габриэль о чём-то говорили, поглядывая в её сторону. И хотя Зена пыталась улыбаться, Нарцисса чувствовала — что-то не так. — Ты хочешь мне что-то сказать, — сказала она, не оборачиваясь, когда услышала шаги Зены за спиной. — Я вижу это по тому, как ты дышишь. Зена остановилась, удивлённая её проницательностью. — Да, — сказала она, садясь рядом. — Я должна рассказать тебе кое-что. О том, кем я была раньше. О человеке, который знал меня до того, как я стала той, кто я есть сейчас. Нарцисса повернулась к ней. Её глаза были спокойны, но в них была внимательность. — Я слушаю, — сказала она. И Зена начала рассказывать. Она говорила о том, как была тёмной воительницей, как служила Аресу, как уничтожала деревни и разрушала жизни. Как встретила Геракла — сына Зевса, полубога, который был олицетворением добра и справедливости. Как хотела убить его, но проиграла. Как Геракл не стал её убивать, а вместо этого сказал ей, что она может стать лучше, что в её сердце есть свет, и что убийство — не единственный способ доказать миру, что ты воин . Она говорила о том, как Геракл изменил её судьбу, как он подтолкнул её к пути искупления, к тому, чтобы стать той, кем она стала сейчас . О том, что между ними было что-то вроде привязанности, но не любви — скорее, благодарность и уважение. И она говорила о том, что Геракл всё ещё не доверяет ей до конца. Что он следит за ней, проверяет, не вернулась ли она к своему прошлому. Нарцисса слушала молча. Когда Зена закончила, она взяла её за руку. — Ты боишься, что он может разрушить то, что мы построили, — сказала она, и это был не вопрос. — Да, — призналась Зена. — Он сильный. Он полубог. И он считает, что защищает мир от меня. Он уже знает, что я здесь... если он увидит нас... он может попытаться разлучить нас. Он может подумать, что я использую тебя для каких-то своих целей. Нарцисса улыбнулась. — Зена, — сказала она. — Ты забываешь одну вещь. Я пережила Люциуса Малфоя. Я пережила Волан-де-Морта. Я пережила гарпий, гидр и чёрт знает что ещё. Я не боюсь твоего Геракла. Если он придёт — я скажу ему всё, что о нём думаю. — Он может быть опасен, — предупредила Зена. — Я тоже могу быть опасна, — ответила Нарцисса, и в голосе её послышалась та холодная решимость, которую Зена видела только один раз — в тот день, когда Нарцисса встала рядом с ней против гарпий. — Я не позволю никому встать между нами. Ни одному богу, ни одному полубогу. Ты — моя, Зена. И я не отдам тебя никому. Зена смотрела на неё, и её глаза наполнились слезами. Она наклонилась и поцеловала Нарциссу в лоб. — Ты невероятная, — прошептала она. — Ты даже не представляешь, насколько. — Я знаю, — улыбнулась Нарцисса, прижимаясь к ней. — Но мне нравится, когда ты мне об этом напоминаешь. Часть третья. Встреча Они появились на рассвете следующего дня. Геракл был высоким, широкоплечим, с тёмными волосами и глазами, в которых светилась сила полубога. Его меч висел на поясе, но он не держал его в руке. Он не пришёл воевать. Он пришёл посмотреть. Рядом с ним стоял Иолай — его верный спутник, друг и товарищ. В руках он держал лук, но стрела не была натянута. Зена встретила их у входа в лагерь. Она стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на Геракла с холодным спокойствием. — Геракл, — сказала она, и голос её был ровным. — Ты пришёл сюда не для того, чтобы сражаться. Так что говори, зачем ты здесь? Геракл улыбнулся — но в этой улыбке была настороженность. — Зена, — сказал он, и голос его был глубоким и тёплым, несмотря на всё напряжение. — Я хотел убедиться, что ты в порядке. Я слышал, что ты столкнулась с гарпиями. Что тебя ранили. Я хотел убедиться, что ты жива. — Я жива, — коротко ответила Зена. — Как видишь. — И я вижу, — Геракл перевёл взгляд на Нарциссу, которая стояла чуть позади Зены, на Габриэль, которая сжимала руку Гермионы, на Гермиону, которая смотрела на него с любопытством и настороженностью. — Ты собрала компанию. — Это мои друзья, — сказала Зена. — И если ты пришёл, чтобы сказать мне, что я всё ещё опасна, что я не изменилась, что я не заслуживаю их доверия... — Я пришёл не за этим, — перебил Геракл, и голос его смягчился. — Я пришёл, чтобы убедиться, что ты счастлива. И чтобы сказать тебе... я ошибался. Я думал, что ты никогда не изменишься. Я думал, что твоё прошлое всегда будет преследовать тебя. Но я вижу тебя сейчас, Зена. Я вижу, как ты смотришь на неё. — он кивнул на Нарциссу. — Я вижу, как ты улыбаешься. Я вижу, что ты стала той, кого я всегда в тебе видел. Хотя не верил, что это возможно. Зена замерла. Она не ожидала этих слов. — Геракл... — начала она. — Не нужно, — покачал он головой. — Я знаю, что я причинил тебе боль. Я знаю, что я не верил в тебя достаточно. Но сейчас... сейчас я хочу, чтобы ты знала: я верю в тебя. И я не буду вмешиваться в твою жизнь. Я просто хочу быть твоим другом. Если ты позволишь. Нарцисса шагнула вперёд, и Зена почувствовала, как её рука сжала её локоть. — Так ты тот самый Геракл, — сказала она, и голос её был холодным и острым. — Тот, кто отказался верить в Зену. Тот, кто видел в ней только её прошлое, а не тем, кем она стала. Ты хочешь быть её другом? Сейчас? Когда она уже нашла своё счастье без тебя? Геракл посмотрел на неё, и в его взгляде было удивление. — Ты — Нарцисса? — спросил он. — Да, — ответила она, выпрямляясь. — И я должна тебе кое-что сказать. Ты не имеешь права приходить сюда и просить её о дружбе, когда ты всё это время сомневался в ней. Ты не имеешь права стоять здесь и говорить, что веришь в неё, когда ты не верил в неё тогда, когда это было важно. Зена — лучший человек, которого я знаю. Она спасла меня. Она спасла моих друзей. Она рисковала своей жизнью ради нас. И если ты не можешь видеть этого... если ты всё ещё видишь в ней только ту тёмную воительницу из твоего прошлого... то убирайся отсюда. Геракл смотрел на неё, и в его глазах появилось что-то новое — уважение. — Ты защищаешь её, — сказал он тихо. — Ты любишь её. — Да, — ответила Нарцисса без колебаний. — И я никогда не позволю никому причинить ей боль. Даже тебе. Зена стояла, глядя на Нарциссу, и слёзы текли по её щекам. Она не могла говорить. Она не могла думать. Она только чувствовала, как внутри неё разливается тепло, которое было сильнее любого огня, сильнее любой магии. Геракл сделал шаг назад и поднял руки. — Хорошо, — сказал он. — Я ухожу. Я не буду мешать вам. Я только хочу, чтобы ты знала, Зена... я рад за тебя. Правда. — Спасибо, — сказала Зена, и голос её дрожал от слёз. — Спасибо тебе. Геракл кивнул, развернулся и пошёл прочь, а Иолай последовал за ним, бросив последний взгляд на Габриэль. Когда они скрылись за поворотом тропы, Зена рухнула на колени и разрыдалась. — Зена! — воскликнула Нарцисса, падая рядом с ней и обнимая её. — Ты в порядке? — Нет, — прошептала Зена, прижимаясь к ней. — Нет... я в порядке. Я просто... я никогда не думала, что кто-то сможет заступиться за меня так. Что кто-то сможет сказать ему это. — Я сделаю это снова, — сказала Нарцисса, гладя её по волосам. — И снова. И снова. Потому что я люблю тебя. И никто не скажет мне, что ты недостойна любви. Никто. Зена подняла голову и посмотрела на неё. — Я люблю тебя, — прошептала она. — Я никогда не говорила этого... но я люблю тебя, Нарцисса. С первого дня. Нарцисса наклонилась и поцеловала её. Мягко. Долго. Нежно. В этом поцелуе было всё — обещание, надежда, вечность. Габриэль и Гермиона стояли чуть поодаль, обнявшись, и смотрели на них. — Она была великолепна, — прошептала Гермиона. — Она всегда была великолепна, — улыбнулась Габриэль. — Она просто боялась показать это. Теперь она показала. — Ты думаешь, они справятся? Габриэль повернулась к ней и поцеловала её в висок. — Они справятся, — сказала она. — Потому что они есть друг у друга. И это всё, что нужно. Эпилог главы. Вечер у костра Вечером они сидели у костра. Зена и Нарцисса держались за руки. Габриэль и Гермиона тоже. — Знаешь, — сказала Габриэль, глядя в огонь. — Я думаю, что сегодня мы стали настоящей семьёй. — Семья — это не кровь, — ответила Зена. — Семья — это те, кто готов умереть за тебя. И кто готов жить ради тебя. Нарцисса сжала её руку. — И это мы, — сказала она. — Да, — кивнула Зена. — Это мы. И они сидели в круге света, глядя на звёзды, которые зажигались одна за другой на тёмном небе. Где-то там, в вышине, боги смотрели на них. Но в этот раз они не смеялись. Они просто смотрели. И, возможно, впервые за долгое время, они чувствовали что-то вроде уважения. Конец шестой главы.