Не прячься от себя

      — СЕРЬЁЗНО?!       — Ага… Хах… — Син Цю тяжело вздохнул. — Мне это подруга с первого этажа сказала.       Все были безумно рады этой новости. Венти ликовал, а остальные тоже были в восторге. Один лишь Скарамучча не был рад. Он был, наоборот, в шоке от того, что этот самовлюблённый кретин будет ещё чаще портить ему жизнь.       — …Я из комнаты ни ногой. — сказал тот, предполагая, что Кадзуха будет вечно ходить к нему, когда поступит.       — А ты у нас что… — обращаясь к брюнету, говорил Венти, — настолько не любишь Кадзуху, что прямо готов запереться в комнате?       — Да. — резко ответил он.       Скарамучча явно не был рад такой новости. Теперь он даже жалел, что заселился в общагу. Что ни день, то новый пиздец. Так сегодня весь пиздец собрали в одном месте! Не хватало ещё только какой-нибудь новости о том, что Мона — лесбиянка. Сидя на диване, он скрестил руки на груди, недовольно думая обо всём.       — Та-ак… Значит, теперь моя очередь? — спросил пришедший недавно паренёк. — Итак, Чун Юнь, правда или действие?       Получив вопрос, тот на мгновение задумался, как бы обдумывая мысль. Некоторое время он смотрел вбок и рылся в своей фантазии, стараясь придумать что-нибудь интересное, предполагая варианты заданий.       — Действие. — всё же он выбрал довольно непривычный для себя ответ.       — Ого, я думал, ты выберешь правду… — Син Цю был в ахуе, но явно заинтригован. — Тогда…       Синеволосый наклонился и с какой-то улыбочкой начал что-то ему шептать, заставляя всех смотреть на них с вопросительными лицами. Это было так странно и любопытно, что ребята наблюдали за этим заинтригованно. И вот Син Цю закончил говорить. Парень отдалился и с ухмылкой спросил:       — Сможешь это сделать?       Беловолосый смотрел на него с раскрытыми глазами, а сам он слегка краснел от слов Син Цю. Но потом всё же постарался сделать спокойное лицо. Привычное спокойствие вернулось, а он вздохнул, отводя взгляд.       — Да. — на мгновение Чун Юнь будто стал представлять что-то, отчего слегка улыбался.       — Посмотрим, — ответил Син Цю, — а иначе…       Парень вновь приблизился к нежному уху блондина, ещё раз что-то тихо сказав только ему. Скарамучча сейчас не особо обращал на них внимание, ведь он сам поник в свои мысли. Все его чувства были встревожены, а мысли были лишь об одном: не хочу видеть Кадзуху в общаге.       — Эй, Скара! — вдруг обратившийся к нему голос вывел его из мыслей. — Правда или действие?       — А, ну… — тот пересел в более ровную и удобную позу. — Правда.       — Ты гей?       — Чт-       Брюнет шокированно смотрел на Чун Юня. А вернее, он смотрел ему прямо в глаза, прожигая того своей ненавистью. А тот же просто сидел и спокойно смотрел в глаза Скарамучче с безмятежным лицом. На лицах каждого сейчас было небольшое удивление и некая ухмылка от смелости такого вопроса.       — Да как ты сме-       — Ну, — перебил его тот, — от тебя исходит впечатление, что ты чересчур "натурально" себя ведёшь.

…

      Тишина повисла в воздухе, а Скарамучча ничего не мог ответить. Но судя по реакции окружающих на слова Чун Юня, все просто наслаждались тем, как этот спокойный парень так легко ставит Скарамуччу на место. Казалось, Син Цю был горд им.       — Нет, вы не правы. — всё же тот смог подобрать слова. — Я не гей. Максимум би.       Венти довольно ухмыльнулся, как только услышал такие слова от их нового приятеля. Кто-кто, но он явно был готов использовать этот ответ на все сто. Поиграв пальцами на своём плече, словно оголяя его, косичка сказал:       — А, так ты признаёшь, что тебе нравятся парни?       Скарамучча ещё сильнее обозлился, а его лоб покраснел. Сейчас у него не было настроения уже потому, что Кадзуха решил жить в общаге, но тут ещё и ребята со своими "гейскими" шутками... Бедный парень всё никак не может спокойно относиться к этому, как будто то не просто шутки, а прямые утверждения.       — Эй, варежку захлопни, фембойчик ебаный! — брюнет состроил зловещую рожу. — Мне не нравятся и никогда не нравились парни!       — Оххх, меня так возбуждает, когда меня так называют! — чуть ли не простонав данную фразу, говорил юноша с косичками, еле сдерживая смех. — Возьми меня всего, папочка!       Скарамучча недовольно поморщился, ведь явно не был доволен такой реакцией. Где его любимое «Ты почему меня оскорбляешь?! — Прости, больше так не буду» и что-то в этом духе? А бирюзовый так вообще не знал границ. Он сделал какое-то флиртующее выражение лица, а сам жестом руки показывал, как "пальчик входит в дырочку". При этом всём он как будто насмехался над брюнетом.       — Давай сегодня вечером уединимся в комнате? Я могу угостить тебя чаем. — он продолжал с извращенной улыбкой говорить столь неприятные для парня вещи.       — Ахахах, боже, Венти. — уже начав смеяться, говорил малиноволосый.       Все сейчас сидели и легонько смеялись с того, что вытворял этот "facking" дружок с косичками. Это не могло не смешить ребят, ведь как ситуация смешная, так и Венти был как всегда в ударе.       — Так, с меня хватит! — уже не в силах терпеть такое, брюнет поднялся с дивана.       Он быстрым и довольно тяжёлым шагом направился в свою комнату, злостно топая по коридорам и оставляя ребят смотреть ему в след. Как уже было сказано: что ни день, то новый пиздец. Скарамучча яростно захлопнул дверь и закрылся в комнате, а парни уже даже задумались о том, что пора бы закругляться. Было около десяти вечера, так что ребятам бы реально на боковую.       — М-да… Так сильно обиделся, что ли? — показушник стал чувствовать себя немного неловко. Он же просто шутил…       — Всё в порядке, он оклемается. — Малиновый с улыбкой посмотрел на Венти. — У него просто плохой день сегодня.       — Мм, ну как знать. — парень зевнул, уже желая лечь спать. — Ладно, ребят, я спать пошёл. Всем сладких снов! — он слез с пуфика и с закинутыми за голову руками направился в свою комнату.       Оставшиеся лишь переглянулись между собой, давая друг другу понять, что пора спать. Без Скарамуччи было как-то неинтересно. К сожалению, ни Хэйдзо, ни Венти не получили свои задания. Но в любом случае, у них всё предстоит в будущем. Тигнари и Сайно были первыми, кто удалился, оставляя лишь Хэйдзо, Чун Юня и Син Цю в зале.       — Ну и мы тогда пойдём… — сказал Син Цю, после чего слез со своего друга и направился в комнату. Тот же немного задержался, ведь в зале уже никого не оставалось, кроме Хэйдзо. Тигнари с Сайно ушли, Венти тоже ушёл, а Хэйдзо стоял с руками на боках и с небольшой грустью смотрел в коридор, где в одной из комнат скрылся Скарамучча.       — Надеюсь, я ничего не сказал плохого?.. — беловолосый пусть и выглядел спокойным, но всё же немного волновался насчёт новенького.       Не отводя взгляда от коридора, Хэйдзо думал над тем, что же такого может быть со Скарамуччей. Слишком уж он чувствительный какой-то к обычным шуткам. Может, что-то с его прошлым?       — Думаю, он разберётся. — парень наконец повернулся к другу и мягко улыбнулся. — Спокойной ночи, Чун.       — Эй, Чун! — вдруг послышался голос из коридора. — Ну ты где там?       Беловолосый повернулся на крик, замечая в коридоре своего жёлтоглазого друга. Тяжело вздохнув, парень ещё раз повернулся к Хэйдзо.       — Хорошо, спокойной ночи.       С этими словами Чун Юнь пошёл в комнату, где его ожидал Син Цю, ну а Хэйдзо… Он ещё раз вздохнул и направился к себе.

***

      Скарамучча пришёл в комнату и улёгся на кровати, с недовольством влипая в потолок. То, как его восприняли за какого-то отброса, да и то, что сегодня его настроение портили весь день, давило тяжёлым прессом… Лучше просто лечь спать и забыть о сегодняшнем дне.       — «Ужасный день. Как же я устал…»       Ещё раз тяжело вздохнув, парень вновь поднялся с постели, быстро стащил покрывало и, отложив его на стул, улёгся в кровать и укутался в одеяло. Какое-то время парень просто смотрел в стену и о чём-то думал. Мысли нахлынули за сегодняшний день, усталость была крайне высока. Парень и не заметил, как уснул.       Что же было с Кадзухой после ссоры? Быть может, он вообще особо не воспринял данную ссору как что-то серьёзное?

***

      Звуки громких бокалов, запах алкоголя и потных мужиков, что то и дело рыгали и соревновались в количестве выпитого пива, раздавались по помещению. Музыка с музыкального телевизионного канала играла в одном из мондштадских баров в Инадзуме. "Доля Ангелов" хорошо распространилась по округе, и каждое заведение было популярным в своём районе. Особенно на родине — в Мондштаде.       Тело болело, мозг не варил, а голова кружилась. Всё шло кругом, а сам беловолосый хотел умереть прямо сейчас. Он никогда бы не подумал, что и в самом деле решит напиться в каком-то баре лишь по своей прихоти. Вроде бы это Венти у них алкаш? Но что не поделаешь — чтобы снять стресс после столь отвратной ситуации. Кадзуха лежал на барной стойке с покрасневшим от выпивки лицом. Сейчас он выпил уже где-то двадцать кружек пива, и алкоголь дал о себе знать.       — Вам помочь дойти до дома? — вдруг раздался чей-то мужской голос около парня. Повернувшись на голос, Кадзуха заметил перед собой высокого блондина, что до боли напоминал ему о…       — Мг… Да, давай. — тот поставил пустую кружку на стойку, передавая её бармену, а сам в это время постарался подняться.       Незнакомец приподнял того к себе на плечо, закрепляя Кадзуху на себе, а рука незнакомца держала его за талию, слегка приобнимая её. Голова особо не соображала, а сам Каэдэхара так просто хотел уйти домой и откинуться.       — Что-то случилось, что вы так напились в хлам? — добродушный юноша не смог сдержать такой вопрос, так как Каэдэхара совсем не был похож на выпивагу. И явно знал, что обычные люди приходят сюда напиваться, чтобы смыть свои проблемы вместе с алкоголем.       — Ничего. — Кадзуха хоть и был пьян, но всё же не раскрывал информации о себе. Алкоголя было недостаточно, либо же он был не настолько силён.       Незнакомец был мягок и добр к парню, а его улыбка не переставала озарять своим вниманием Кадзуху. Но такой ответ даже немного разочаровал его.       — Понятно. Где вы живёте? — раз не смог узнать больше подробностей, то собрался хотя бы отвезти до дома.       Кадзуха просто спокойно сказал свой адрес этому человеку, словно доверял этому незнакомцу. Но единственный близкий для него человек погиб ещё очень давно. Всё то счастье, что парень испытывал в отношениях с ним, уже давно угасло. Всё это было больно и ужасно. Не может быть ничего нежнее в этом мире, чем он. Но этот человек покинул Кадзуху. Так что блондин остался одиночкой. Тот, к кому он собирался подкатить, в итоге оттолкнул его, а Кадзуха просто напросто сделал ему больно.

***

      Недолгая поездка по ночным дорогам, недолгий поход по коридорам — и они уже были у Кадзухи в квартире. Алкоголь лишь немного выветрился на прохладной летней улице, голова уже не так сильно болела. Спокойно раздевшись, беловолосый прошёл в свою комнату, а пришедший гость пошёл за ним, словно он не просто помог, а намеренно пришёл к Кадзухе домой. Что же он собирался сделать? Выражение лица этого незнакомца явно не говорило ни о чём хорошем. Тот уже стал расстёгивать свою кофту, приближаясь ближе к лежащему на кровати блондину. Кадзуха сейчас был уязвимой мишенью, что было только на руку пришедшему. Незнакомец подошёл к кровати, после чего навалился на блондина, на что тот явно был не в сильном восторге. Пару мгновений — и Кадзуха оказался прижатым к кровати своим гостем.       Тот же, в свою очередь, особо не считал, что ему нужно как-то сдерживаться. Незнакомец был до боли похож на того самого… Самого любимого… Щёки Кадзухи в какой-то степени краснели, а сам он не особо понимал, что происходит. Голова кружилась, а силуэт любимого человека дурманил чувства светловолосого.       Незнакомец стал проходить языком по оголённому торсу блондина, заставляя того издавать небольшие звуки. Тихо кусал, оставлял засосы на его теле… Что происходит? Неужели Томо?.. Нет… Кадзуха самолично видел его окровавленного… Нет. Это не может быть он.       Ещё внимательнее посмотрев на шаловливого незнакомца, Кадзуха сразу понял, что черты лица отличались, а волосы не были такими волнистыми. Это был не Томо. Уже понимая, к чему это ведёт, Кадзуха довольно настойчиво оттолкнул от себя этого незнакомца, прикрывая своё тело от лица этого парня.       — Ты вообще кто такой?.. Вали из моего дома. — с этими словами блондин поднялся с кровати и погнал человека на выход. А тот же, в свою очередь, вообще не был доволен таким раскладом. Его намерения оказались провальными. Не успел он ничего сказать, как Кадзуха захлопнул перед ним свою дверь.       Выпроводив незнакомца из своего дома, парень тяжело вздохнул, взглянув куда-то в угол своего коридора. Просто в никуда, Кадзуха с пустым взглядом смотрел прямо перед собой, а глаза его были пустыми. Температура поднялась, а тело знобило. Ему было тошно ещё и от того, что неосознанно позволил какому-то незнакомцу прикасаться к себе.       Немного погодя парень направился в свою комнату, уже падая на кровать от усталости. Как он предполагал, Скарамучча сейчас веселится со своими новыми друзьями в общаге. Даже они, вероятно, для него приятнее Кадзухи будут. Но ничего, скоро и сам Кадзуха будет видеть его чаще, чем раньше.       — «Скарамучча… Может, я вообще зря так пытаюсь подружиться с ним?.. Он же даже не заинтересован во мне. Никоим образом.»       Не только день, но и мысли парня сегодня были ужасными. Та боль, что он так долго терпел… Вся его тьма в душе… Его сердце закрылось для каждого. Даже Хэйдзо ничего толком не мог знать о друге. Сам же он даже подумывал, что Скарамучче, наоборот, будет намного легче без него. Не то чтобы он не хотел и дальше его кадрить, нет. Он просто был в глухой тоске сегодня. Тяжело вздохнув, парень закрыл глаза и уснул, даже не заметив как.

***

      Всю неделю старосты не было ни на парах, ни в общаге. Было довольно странно, учитывая, как те ликовали с его решения перевестись в общагу. Без старосты в их группе никто особо не собирался ни в какие привычные кучки около Кадзухи, все просто сидели в телефонах и бывало разговаривали. Всё было обычно... Даже слишком обычно. Настолько, что даже Скарамучча не знал, к кому и за что прикопаться, ведь ему было лень. Иногда он вытворял дичь, однако нечасто. Его основная цель заключалась в попытке прибрать к себе Мону, что удавалось брюнету на раз-два. Она ещё чаще краснела, смущалась и бывало сама говорила какую-нибудь флиртующую шутку. Только вот сам Скарамучча не ощущал пока никакой любви, даже страсти.       В очередной раз, когда Кадзуха не пришёл в универ, парень уже начал задаваться вопросом, а не случилось ли что-то ужасное? Конечно, его это вроде как не волновало, но это было достаточно странно и заставляло заиметь кучу вопросов. Подходя к своему сиденью, Скарамучча поставил рюкзак на скамейку. Затем осмотрел класс... Опять были все, кроме Кадзухи.       — И где он ошивается? — каким-то недовольным и несколько пренебрежительным тоном спросил он, в то время как к нему собирался сесть Хэйдзо. Тот поставил свой рюкзак рядом, а сам уселся за парту.       — Он мне ничего не сказал. Странно, конечно… — парень немного задумчиво посмотрел в экран своего телефона, где на его сообщении Кадзухе была только одна галочка. Либо он игнорит, либо непонятно что. — Думаю, он заболел… — малиновый тяжело вздохнул, отложив свой телефон подальше. — Может, у него что-то случилось. Я бы сходил к нему, но у меня дела…       Слушая его, Скарамучча даже ненадолго отвёл взгляд, задумавшись. Сегодня он не особо планировал что-то делать вместе с Моной, да и за неделю она ему успела наскучить. Девушка буквально ни о чём, их интересы различаются. Да и Фишль эта… Где бы ни встретился с Мегистус, эта девушка часто оказывалась рядом. Синеволосый даже подозревал, что Мона подговорила подругу на то, чтобы та вечно "проверяла" ситуацию, тем самым мешая. Скарамучча в какой-то степени даже жалел, что связался с ней. Пусть парень и знал Кадзуху достаточно мало, но он уже понемногу начал скучать по тем ощущениям, что блондин доставлял ему. Всю эту неделю бунтарю было особо не на кого накинуться, поэтому он просто учился. Усевшись рядом с Хэйдзо, он в какой-то момент повернулся к нему и сказал:       — А где живёт Кадзуха?       — Что? — Хэйдзо поднял одну бровь вверх, явно не ожидая от него, что он будет интересоваться своим так называемым врагом. Скарамучча же всю неделю даже не вспоминал о нём, лишь бывало с Моной общался на переменах. Или может, он не показывал этого? — Зачем тебе это?       Синеволосый нервно сглотнул, так же смотря тому в переносицу. Взгляд его был твёрдым и холодным, а сам он выглядел весьма серьёзно. — Не то чтобы я волновался… Но я бы мог сходить к нему вместо тебя.       — Оу, вот о чём ты. — ответ заставил уголок его губы подняться вверх. Это было даже забавно, учитывая характер Скарамуччи. — Я могу скинуть его адрес тебе в телеграмме. Проверишь там, как он, и скажешь мне.       — Если будешь умолять на коленях об этом, то я подумаю. — брюнет явно не упускал возможности для своих шуточек. Конечно же, он скажет об этом, ибо скрывать ему нет смысла.       — Так ты что, собрался с ним… — Сиканоин усмехнулся, показывая жестом "пальчик в дырочке".       Конечно же, синеволосого это разозлило, ведь он не любил подобные шутки. Уж очень сильно они повлияли на него в прошлом, так что Скара явно не собирался ни подыгрывать парню, ни смеяться с этого.       — Завались, понос бордовый. Мне просто это не составит большого труда. — он отвёл взгляд, стараясь не смотреть на своего соседа. В связи со своим пребыванием в общаге он уже успел более-менее привыкнуть к таким шуткам, ведь парни то и дело шутили так во время их сборов.       — Ну, хорошо. — Хэйдзо мягко улыбнулся, после чего вздохнул и начал сосредотачиваться на занятии. Звонок прозвенел, а парни даже как будто его не услышали.       Вдруг дверь аудитории открывается, и в класс входит…