Правда или Действие

— Надеюсь, вы больше не собираетесь отнимать у меня время и нарушать мой покой? Где выход вы знаете, — бросил Снейп, даже не взглянув в сторону Гарри. Вся эта ситуация казалась нелепой. Северус считал, что его время стоит дороже, чем общество заикающегося гриффиндорца. Гарри продолжал стоять в дверях гостиной Снейпа, расположенной в подземельях. Он вовсе не собирался уходить с пустыми руками – не добившись того, ради чего пришел. Ему это было необходимо: в конце концов, это было условием спора. Он разглядывал мастера зелий со спины. Северус Снейп изменился после войны. Теперь он выглядел гораздо здоровее, а волосы собирал в низкий хвост. Эта прическа молодила его лет на десять, но при этом придавала еще более властный и грозный вид и, по какой-то странной причине, подумал Гарри, делала его привлекательнее и сексуальнее. — Сэр, пожалуйста. Мне это действительно нужно, — произнес Гарри, краснея, когда осознал, как это прозвучало. Впрочем, он был бы не против такого подтекста. Нет-нет-нет, Гарри не мог снова в это ввязываться. У него была миссия. — Я... э-э... слышал, что... э-э... — забормотал Гарри, краснея еще сильнее. — Выкладывайте, Поттер, — рявкнул Снейп, не вставая с дивана перед огромным камином. — Ну, я слышал от кое-кого из ваших слизеринцев, что вы эксперт в определенных областях, и подумал: может, вы могли бы дать мне несколько советов? Или... э-э... хотя бы один? — Гарри выпалил это так быстро, что Снейп едва разобрал слова. — Вы хотите, чтобы я дал вам совет? — Да, сэр. — Совет по чему? По зельеварению? Не искушайте судьбу, Поттер: вы убьете себя – и, скорее всего, половину обитателей Хогвартса когда ваш котел взорвется. — У Снейпа сегодня вечером определенно не было на это терпения. — Э-э... дело не в зельях, сэр, — Гарри, краснея, уставился в пол. — А в чем тогда? — Снейп был раздражен; он хотел лишь поскорее отделаться от этого мальчишки. — Я не могу вам сказать. — В смысле – не можете сказать? Как я могу дать вам совет, если не знаю, по какому поводу? — Это слишком неловко. — Гарри всё ещё краснел, не смея взглянуть на Снейпа. — Говорите или уходите, — тон Снейпа стал резким; казалось, у него кончилось терпение. — Я уж точно не стану смеяться над вашим вопросом, даже если это элементарные знания для первокурсника. — Не думаю, что первокурсник должен это знать, — тихо пробормотал Гарри. — Что? — переспросил Снейп и обернулся, чтобы расслышать слова мальчика. Он впервые посмотрел на Гарри с тех пор, как тот вошел в комнату. Мальчик выглядел взволнованным, даже разгоряченным. И не в том смысле, что он был сексуально привлекателен – хотя это тоже было правдой, но Северус не собирался думать о подобном, пока парень находился рядом. Такие мысли были для одиноких ночей, полных сожалений, когда стоишь в душе, окутанный горячим паром, который ощущается почти как нежные губы Поттера, скользящие по всему телу... Северус тряхнул головой, пытаясь прояснить мысли, но второй бокал огневиски мешал сосредоточиться. Он слишком увлекся своими горячими фантазиями. Ведь Поттер и впрямь выглядел горячо – словно в лихорадке. В буквальном смысле. Верхние пуговицы его белой школьной рубашки были расстегнуты, красные пятна на коже казались светящимися, а подол рубашки сбился и был лишь наполовину заправлен в брюки, которые идеально облегали его задницу... — Вы пили? — внезапно спросил Снейп, слегка кашлянув, чтобы привести мысли в порядок. — Д-да, сэр... Это проблема? — робко спросил Гарри. — Проблема? С чего бы это? Нашему разговору это точно не помешает. Хотя меня кое-что беспокоит: даже будучи пьяным, вы не можете задать мне тот вопрос, с которым пришли. — Снейп нахмурился. Пьяный Гарри Поттер в его личных покоях казался худшим из возможных сценариев. На что только может пойти молодой пьяный парень... Северус содрогнулся, вспомнив времена, когда сам добровольно падал к ногам мужчин постарше, будучи в разной степени опьянения. И подумать только, что Поттер мог бы... Ему определенно нужно было взять себя в руки. Эрекция на глазах у ученика – это последнее, что ему сейчас было нужно. Как бы радужно ни рисовался этот сценарий в его фантазиях, в реальности всё сложилось бы совсем иначе. — С вами всё в порядке, сэр? — спросил Гарри, делая шаг к мужчине; на мгновение в его взгляде промелькнуло неподдельное беспокойство. — Да, вполне, — ответил Снейп, выпрямляясь. — По крайней мере, так и будет, как только вы покинете мою гостиную и я смогу вернуться к своей книге... — (и к своему члену, который уже мучительно твердел, но Гарри об этом знать не следовало). Северус встал, глубоко вздохнул и попытался сосредоточиться на деле. Ему нужно было как можно скорее выпроводить мальчишку из своих комнат, иначе он ни за что не ручался. — Может быть, для начала вы расскажете мне, что именно говорили обо мне мои слизеринцы, а потом мы перейдем к вашему вопросу? — Северус попытался придать голосу участливые нотки, но вышло скорее раздраженно и поспешно. У него действительно были дела поважнее... и, будем надеяться, кое-что вскоре окажется у него в руке. Гарри густо покраснел, его зрачки расширились; он выглядел как олень, ослепленный фарами автомобиля. — Д-да... э-э... ну... — вот и всё, что смог выдавить из себя Гарри, прежде чем уставиться в пол с такой интенсивностью, словно пытался прожечь взглядом дыру в ковре. Снейп точно знал, что пожалеет об этом. — Садись, Поттер, — сказал он, указывая рукой на диван. Гарри громко сглотнул и медленно направился к дивану. Ему предстояло сесть рядом со Снейпом – на его диван, меньше чем в метре от него, будучи при этом слегка пьяным и возбужденным. — Черт, это была ужасная идея, — подумал Гарри. Впрочем, подумал он это не только про себя, поскольку Снейп отчетливо спросил: — Почему? — Оказывается, Гарри произнес это вслух. Снейп протянул ему высокий стакан воды. Гарри сделал большой глоток чтобы не отвечать Снейпу, поставил стакан обратно на столик перед собой, а затем попытался неловко устроиться на диване так, чтобы не выдать свое слегка возбужденное состояние. Снейп сел рядом и залпом осушил свой стакан с огневиски. — Итак, какие слухи ходят по замку? Что привело вас сюда? — спросил Снейп, испытывая любопытство и одновременно жалея о том, что позволил Поттеру сесть на диван. Он чувствовал его запах. Запах шампуня. Запах кожи от его рук – следы квиддичных перчаток. Это сводило с ума. Гарри глубоко вздохнул: — Ну, мы играли в "правду или действие" – только восьмой курс. И мне загадали спросить вас о кое-чем... довольно нелепом, если честно. Хах. — Поттер искоса взглянул на Северуса; в его глазах читались неуверенность и тревога, из-за чего он казался еще моложе, чем был на самом деле. О нет, Северус, не позволяй мыслям уноситься в ту сторону. Северус фыркнул: — Опасные игры с алкоголем на территории школы. Стоило догадаться об этом, как только вы переступили порог моих комнат. Ищете наказания, Поттер? Потому что я с огромным удовольствием его вам обеспечу. — (И не только его, если бы ты позволил). Он попытался отогнать эти мысли. — И что же они обо мне говорили, раз у вас возник такой вопрос? Гарри фыркнул, едва сдерживая смешок: — На самом деле, это просто смешно. Они утверждали, что вы – эксперт по сексу и идеальному оргазму. Даже не знаю, откуда им это знать. Словно вы вообще умеете возбуждать кого-то дру... — последние слоги замерли у Гарри на языке, когда он осознал, что только что сказал. Он густо покраснел и уставился себе на колени; любой звук, готовый сорваться с губ, застрял в горле, сменившись прерывистым дыханием. — П-профессор? — пробормотал Гарри, тяжело дыша. — Вы что-то подмешали мне в в-воду? Северус сохранял невозмутимый вид, но не смог сдержать усмешку. — С чего бы это, Поттер? Вам нехорошо? Или вы удивлены тем, как откровенно грубите мне? Гарри захлестнула волна смущения. С каждой секундой ему становилось всё жарче, а лицо краснело всё сильнее. Неужели этот скользкий тип и правда подлил ему в воду Веритасерум? Осознав, чем это грозит, Гарри впал в панику и подскочил с дивана, словно ошпаренный. — Вы с ума сошли? Накачиваете ученика зельем? Что с вами не так? — лихорадочно выпалил Гарри, обвиняя Снейпа. Северус оставался невозмутимым, как всегда. — Мистер Поттер, я просто хотел помочь вам рассказать мне, что вас так беспокоит. А если ученик оказывается в моих личных покоях пьяным и после отбоя, я имею полное право выяснить, зачем он это сделал, — он усмехнулся. — Так о чем же вы хотели меня спросить? — Северус чувствовал возбуждение. Возможно, всё это окажется даже лучше, чем в его фантазиях. Гарри по-прежнему выглядел разъяренным и смущенным. Именно это он и чувствовал: стыд, гнев и странное, извращенное смущение, от которого его член в штанах начал твердеть. Гарри понимал, что не сможет удержаться от ответа на вопрос Снейпа, но страшился неизбежного. В животе словно кувыркались акробаты, а лицо пылало. — К-к-как лучше всего достичь о-о-оргазма? — выпалил Гарри так быстро, как только мог, больше не в силах сдерживаться. — Я хотел об этом спросить, — Гарри снова опустил взгляд в пол, но не стал отходить от дивана. Снейп рассмеялся: — Довольно смело – спрашивать о таком человека, который, по вашему мнению, не способен возбудить партнера. — Ухмылка Снейпа стала шире, когда он заметил, как Поттер вздрогнул и с каждой секундой все больше смущался. — Но, судя по моему опыту, лучше всего работает стимуляция простаты в сочетании с тем, что больше всего возбуждает самого партнера. Знаете, такие вещи, от мыслей о которых едва не кончаешь в штаны. Тайные желания, о которых не решаешься никому рассказать. — На этот раз Снейп даже не стал скрывать, что поправляет возбужденный член. По тому, как румянец Поттера разлился по его груди, и по тому, как ткань брюк натянулась бугром в паху, было совершенно очевидно: он возбужден не меньше, чем Северус. Массаж простаты? Гарри подумал, что сошел с ума. Снейп ведь не сказал этого на самом деле? Он не мог иметь в виду то, что подумал Гарри, верно? Одна лишь мысль о том, что кто-то вроде Снейпа – человек старше, опытный, с длинными, крупными пальцами – может этими самыми пальцами... Мозг Гарри словно плавился, пока он не сводил глаз с пальцев профессора. Длинные, узловатые, но сильные и красивые руки. Руки, которые могли бы так легко сомкнуться на его горле и перекрыть доступ воздуха... Гарри шумно и глубоко вдохнул – почти до гипервентиляции, отчего профессор усмехнулся. — Вопреки расхожему мнению, мистер Поттер, я, похоже, вполне способен возбудить другого мужчину. — Снейп устремил взгляд на пах Гарри и его пылающие щеки. — Я... я думаю, мне пора идти, — пробормотал Гарри, пытаясь отодвинуться от дивана. Весь облик Северуса словно переменился. Казалось, его окутывает темная аура. Он выглядел невероятно притягательно. Но Гарри понимал: нужно уходить, пока он не выдал свои тайные желания. — Нет, думаю, вам стоит остаться. И снова сесть. Я даже налью вам еще порцию огневиски, если хотите. В конце концов, я еще не закончил с ответом. И уж тем более – со своими вопросами. Справедливо, если я тоже смогу их задать, не находите? — Взгляд Северуса был непроницаем. Но Гарри знал, что не может возразить. Это был тот тип мужчин, которые получают всё и всех, кого пожелают. Побег перестал быть вариантом, как только он шагнул в гостиную Снейпа. — Х-хорошо, — сказал Гарри, слегка дрожа, когда садился обратно. Северус был воплощением абсолютной властности. (Когда это Снейп стал Северусом? Гарри не мог вспомнить). Ему даже не пришлось повышать голос, когда Гарри заявил, что хочет уйти. Он просто спокойно сказал «нет», одарив его сладчайшей усмешкой. Гарри чувствовал, что готов сделать для него что угодно, стоит тому лишь посмотреть на него определенным образом. Это было по-настоящему пугающе. Снейп встал, достал из шкафчика еще один стакан, налил в него огневиски и протянул Гарри. — Здесь больше, чем одна порция, сэр, — сказал Гарри, нервно рассмеявшись. Он чувствовал себя неловко. В комнате было жарко, кожа горела; окажись он сейчас в гостиной факультета, непременно снял бы рубашку. Он еще сильнее ослабил галстук и расстегнул еще одну пуговицу на рубашке, внимательно наблюдая за Снейпом. Снейп повернулся к Гарри, снова садясь на место. — Что ж, я и собираюсь дать тебе больше, чем ты просил, Поттер. — Взгляд Северуса проследил за капелькой пота, скатившейся с подбородка Гарри по его тонкой шее и скопившейся в ямке у ключицы. Не раздумывая, Северус вторгся в личное пространство Гарри, быстро провел языком и слизал эту крошечную лужицу пота из углубления между шеей и ключицей. Гарри замер. Он не мог пошевелиться. Дыхание перехватило; и хотя его тело должно было сотрясаться от дрожи, он не мог пошевелить ни единым мускулом. Он бы наверняка тихонько всхлипнул, если бы мог набрать достаточно воздуха, чтобы издать хоть какой-то звук. — Ну, как я уже говорил, — произнес Северус совершенно невозмутимо, словно только что не лизнул (лизнул!!!) шею Гарри и не проглотил слизанное, будто это был мед, — помимо этих двух моментов, я считаю, что соблазнительные слова, обмен фантазиями и нагнетание предвкушения – лучшие способы подготовиться к самому потрясающему оргазму. — К этому моменту Гарри уже осушил стакан с огневиски и не потому, что хотел пить, а потому, что нужно было чем-то занять себя во время этой волнующей речи Снейпа; чем-то, что не имело бы отношения к его члену. Он поставил стакан на стол; едва не схватил стакан с водой, но вовремя вспомнил, что в ней все еще подмешано зелье правды. Он вытер влажные ладони о брюки и стал ждать следующего шага Снейпа. Гарри вопросительно смотрел на него. Глаза Снейпа напоминали глубокие темные омуты, полные тайн. Гарри не мог прочесть в них ничего. Мысли в голове путались. Зачем он вообще оказался в покоях Снейпа? Была ли на то причина? Гарри с трудом мог вспомнить. — Итак, мистер Поттер, каковы же те самые потаенные, мрачные желания, от которых ты кончаешь в штаны, словно обычный подросток? М-м? — спросил Снейп, ухмыляясь и откидываясь на спинку дивана, не сводя глаз с Гарри. — Пожалуйста, избавь нас на этот раз от своего заикания. Мы оба знаем, что зелье все еще действует в твоей крови, так что не пытайся с ним бороться. Поддайся ему и освободись от бремени вечно держать все это в себе. — Игры с дыханием... и удушение, — прошептал Гарри, тихонько всхлипнув. Его лицо снова покраснело, дыхание участилось, а глаза были крепко зажмурены. Хотя он все еще сидел лицом к профессору зельеварения, он не мог заставить себя открыть глаза и увидеть на его лице отвращение. — Сними рубашку, — скомандовал Снейп, и в его голосе послышалось напряжение. — Ч-ч-что? — пробормотал юный волшебник. — Ты все правильно расслышал, мальчишка. Сними рубашку. Думаешь, твои однокурсники поверят, что ты нашел ответ на свой вопрос, не имея никаких доказательств? Я ведь мог просто солгать, чтобы от тебя отделаться, — заявил Северус. Гарри вздрогнул, но начал расстегивать рубашку. И зачем он вообще послушал Снейпа? — Н-но вы же знаете, что я никому об этом не расскажу, правда? — он сбросил рубашку с плеч и попытался развязать узел галстука. — Не галстук, мальчишка. Оставь его. И да, я знаю, что ни слова об этом не дойдет до твоих дорогих друзей, но ты сам всегда будешь знать полный и достоверный ответ на этот вопрос, — произнес Снейп, снимая мантию и рубашку; под ними открылся подтянутый живот и светлые волосы на груди, спускающиеся дорожкой от пупка к... впрочем, Гарри старался сейчас об этом не думать. — Подойди и сядь у меня между ног, спиной ко мне. — Снейп раздвинул ноги, освобождая место для Гарри; тот подошел и сел. От Снейпа исходил жар – не в переносном, а в самом прямом смысле. Жар, струящийся от его груди, сводил с ума, и Гарри больше всего на свете хотелось прикоснуться к нему. У него в штанах уже намокло от возбуждения, и он отчаянно хотел коснуться себя, чтобы довести дело до конца. Но он не смел даже пошевелиться, пытаясь подстроить дыхание под ритм Северуса и немного успокоиться, хотя алкоголь и жар камина не давали ему остыть до конца. Внезапно чья-то рука плотно закрыла ему рот, а пальцы зажали нос. Он не мог дышать. Гарри тихонько застонал и впился ногтями в собственные бедра. — Прежде чем я зайду слишком далеко – а я, скорее всего, уже зашел, я хочу установить основные правила, хорошо? — Гарри попытался пошевелиться, чтобы хоть как-то выразить согласие, но мысли путались, и единственным, что он чувствовал, были пульсация в паху и жжение в легких. — Не нужно отвечать, мальчишка. Это все равно не подлежат обсуждению. — Гарри почувствовал дыхание Снейпа на своей шее. От этого он вздрогнул. — Ты делаешь то, что я говорю, и не споришь. — Голос Снейпа звучал спокойно и так горячо, что Гарри приходилось напрягать все силы, чтобы донести эти слова до своего страдающего от нехватки кислорода мозга. — Ты будешь называть меня "сэр" и не смей приближаться, пока я не разрешу. И последнее: когда почувствуешь, что больше не можешь терпеть или вот-вот потеряешь сознание, ударь меня по бедру или руке, куда дотянешься, три раза открытой ладонью, и я немедленно остановлюсь. — Снейп убрал руку с лица Гарри, освободив ему рот и нос. — Понял? — спросил он. Но Гарри лишь издал глубокий хриплый стон и кивнул. — Понял? — настойчивее повторил Снейп. — Д-да, сэр, — пробормотал Гарри, пытаясь осознать происходящее. Его член в штанах был таким твердым, казалось, он вот-вот взорвется; легкие все еще горели, а во рту ощущался едва уловимый привкус крови. — Хорошо. Тогда начнем снова, — сказал Снейп, но не стал снова закрывать ему рот и нос, как ожидал Гарри; вместо этого его пальцы крепко сомкнулись на горле парня, перекрывая доступ воздуха. Почему-то это ощущалось гораздо более интимно, и внизу живота у Гарри разлился жар. — Согласись, чувствовать, как медленно задыхаешься, – куда приятнее, не так ли? — прошептал Снейп ему на ухо. Но Гарри не мог ответить, даже если бы захотел. Перед глазами почти сразу заплясали темные пятна. Неужели Снейп никогда не слышал о паузе? Кто, черт возьми, способен выдержать такое удушье за ​​один раз? И стоило ему попытаться сделать глубокий вдох – втянуть хоть капельку воздуха, как хватка Северуса на его горле становилась крепче. — Нет-нет-нет, дышать тебе не положено, мальчишка. Ты вел себя невероятно дерзко сегодня вечером, утверждая, что я не умею возбуждать партнера, и вот я довожу тебя до такого возбуждения, какого ты еще никогда не испытывал. Я позволю тебе дышать, когда сочту, что ты этого достоин. — Снейп усмехнулся; Гарри не видел этого, но почувствовал, как тонкие губы шевельнулись у самого его уха. Гарри попытался ударить ладонью по ноге Северуса, но не успел даже замахнуться, как рука Снейпа исчезла с его шеи. Хотя в легких Гарри совсем не осталось воздуха, он громко застонал и забился на коленях Снейпа, а затем жадно вдохнул; из его горла вырвался скулеж, а по щекам потекли беззвучные слезы. Северус никогда в жизни не был так возбужден; ему приходилось сдерживаться, чтобы не овладеть Поттером сию же секунду. Он хотел, чтобы всё было идеально. Пока Гарри пытался выровнять дыхание, Снейп расстегнул ширинку и извлек член Гарри из брюк, оставив ткань скомканной у основания; возбужденный член гордо возвышался на фоне смуглого подтянутого живота, а на его головке выступила капля смазки. Ощущение прохладного воздуха на коже члена после тепла мягкой ладони Северуса показалось Гарри невыносимо острым, и он отчаянно застонал. — Пожалуйста, — жалобно прошептал он. — Пожалуйста – что? — спросил Снейп, протягивая левую руку над грудью Гарри и прижимая его ближе к себе; его пальцы принялись теребить сосок юноши. — П-пожалуйста, дотроньтесь до моего члена. — Гарри застонал и попытался отойти от всего стыда, который сокрушал его. Он был напуган, смущен и, тем не менее, никогда больше не возбуждался за всю свою жизнь. — Нет. — было единственное, что сказал Снейп, прежде чем стиснуть руку на груди Гарри, выбив большую часть воздуха из его легких. Он снова обхватил рукой горло Гарри, сжимая его. Гарри пытался выбросить Снейпа и уйти от него больше, чем когда-либо, но руки Снейпа были подобны стальной клетке. Гарри был в полном блаженстве. В его легких возникло чудесное ощущение жжения, член вытек на живот, а сердце громко билось в груди. Гарри хотелось бы застонать или, скорее, закричать, когда Снейп начал грубо перекатывать его сосок между пальцами. Боль и нехватка воздуха опьяняли. Гарри едва осознал, как его сердце начало биться быстрее, а адреналин хлынул по его телу, когда он начал приближаться к бессознательному состоянию. Если бы он имел в виду, что мог бы оставаться в этом плавучем состоянии вечно, он бы позволил бессознательному состоянию поглотить себя, но он вспомнил слова Снейпа, поэтому поднял трясущуюся правую руку и трижды слегка ударил профессора по бедру. Снейп ослабил хватку на его шее, но его рука осталась там, как постоянное напоминание о том, что может случиться. Гарри почти вздымался, когда он вдыхал в легкие еще больше свежего воздуха. Возвратившийся кислород наверняка превратил его мозг в слизь, по крайней мере, так он чувствовал себя в данный момент. — Ммм, — промурлыкал Снейп, — я думаю, мы отметили большинство пунктов в списке. Что же осталось, Гарри? — прошептал он Гарри на ухо, осторожно прижимая свой твердый член к его заднице. Гарри застонал и попытался вырваться из объятий Снейпа. — С-сс-стим-муляция п-простаты, сэр. — Гарри завыл и замотал головой из стороны в сторону, надеясь вырваться из своих мыслей, чувств и особенно из-под крепкой хватки мастера зелий. — Тебя когда-нибудь стимулировали? — спросил Снейп, продолжая играть с сосками Гарри. — Нет, сэр. — задыхаясь, сказал Гарри, пытаясь подавить стон. — Ты когда-нибудь трогал себя пальцем? — с любопытством спросил Снейп, наслаждаясь смущением и стонами, которые он мог вырвать из Гарри, когда тянул его за соски и причинял ему эту идеальную, восхитительно захватывающую боль. — Расскажи мне об этом. — Ааа, нет, пожалуйста, я-я… — Гарри продолжал стонать и старался держать рот на замке. — О, Веритасерум теряет свой эффект? — спросил Северус, отпуская горло Гарри и схватив со стола стакан. — Выпьешь за меня еще?