Crazy in love

Проснувшись, Шарль ощутил боль во всем теле. Застонав от боли, он попытался приподняться, но попытка увенчалась провалом — он снова рухнул на кровать. Найдя в себе силы, он приподнялся на локтях и свесил израненные ноги. Наступать было больно, но терпимо. Он придерживался за любую поверхность, что была под рукой, цеплялся, но раны предательски заныли с новой силой. Тут в комнату, постучав, зашла женщина. Шарль улыбнулся и с облегчением сказал: — Это же вы! Я рад, что с вами все хорошо, иначе мне было бы плохо, если бы вы не спаслись, — с энтузиазмом произнес парень. — Я хочу попросить прощения за то, что оставила тебя тогда. Если бы не я, ты бы не оказался в таком состоянии, — она грустно взглянула на него, глаза заблестели. Леклер быстро опроверг ее сожаления: — Что вы, не говорите так, просто обстоятельства так сложились. Если бы не все это, я не знаю, что бы со мной было, — под конец он одарил ее улыбкой. Келли не удержалась от порыва и обняла парня. Чего он не ожидал, так это объятий. Его никто не обнимал с детства. Он просто расслабился в таких теплых руках девушки. Он ощутил приятный запах корицы, тепло, она излучала комфорт. — Спасибо тебе большое, я буду благодарна тебе всю жизнь. Ты спас меня, — прошептала она. Он поднял руки, обняв в ответ, и сказал: — Я рад, что смог стать тем, кто помог вам. Видеть вас в здравии — что может быть лучше? — Так, я сейчас расплачусь, — отстранившись, она легонько вытерла глаза. — Пойдем кушать, ты же ничего не ел со вчерашнего дня. Пойдем, я помогу. Леклер уже хотел отказаться, но, чтобы не обидеть девушку, согласился. Спустившись, он увидел длинный стол, ломившийся от еды. По шокированному взгляду юноши она поняла, что его точно не кормили нормально. — Кхм, — прокашлявшись, сказала она. — Эм, можно спросить, как тебя зовут? Прости, я забыла тогда. Слишком много всего произошло. — А? — отвлекшись от разглядывания, он незамедлительно ответил: — Шарль Леклер. Можно просто Шарли или как вам угодно. Заулыбавшись, он снова отвел взгляд. Она посмотрела на него и тепло улыбнулась: — Давай садись, вот с этой стороны, и можешь приступать к еде. Ешь столько, сколько захочешь. Парень кивнул, уселся на стул, потянулся к воде — руки дрожали. К столу подошел Макс, уже одетый в костюм-тройку в белую полоску. Его взгляд привлекла макушка парня, сидевшего за столом. Келли, улыбаясь, сидела напротив и смотрела на юношу, пившего воду. Макс, привлекая к себе внимание, пожелал доброго утра и сразу привлек внимание брюнета. Голубые глаза цвета тихого океана встретились с зеленью хвойного леса. Более отдохнувшее лицо парня выглядело расслабленным и иным. Келли с энтузиазмом прервала их переглядывания: — Макс, садись. Я решила посадить его с нами, так как парень вообще не кушал. И я думаю, он будет составлять нам компанию и в другие приемы пищи. Ты же не против? Макс не показал удивления словам девушки и просто кивнул. Он не был особо против, почему бы и нет? Сев за стол, он посмотрел на перевязанные пальцы юноши, который до сих пор был в его ночной рубашке — видимо, другой одежды не нашлось. — Если тут... — парень прочистил горло. — Если я буду доставлять вам дискомфорт, то я, пожалуй, не буду вам мешать. Я могу... Его прервал голос мужчины: — Нет, ты будешь кушать с нами. Никто не против, тем более тут столько еды. Отказа нет, поэтому расслабься и ешь. Монегаск, услышав обращение к себе, только заулыбался. От Макса не скрылась его обаятельная улыбка, привлекшая его взгляд. Тут к ним подошел парень и протянул Максу планшет, пожелав доброго утра. Это был Ландо Норрис, секретарь Макса. Макс, переключившись, быстро схватил устройство и стал рассматривать. — Келли, прекрасно выглядишь. А у нас новый гость? — тут его взгляд перешел на парня, который был весь в увечьях. — А почему не предупредили? Что вы с ним сделали? Скажи, они тебя пытали? Как он у вас оказался? Макс прервал поток вопросов: — Ландо, давай позже обсудим. — Здравствуй, я Ландо Норрис. Как тебя зовут? — перебив босса, спросил Норрис. Леклер, дожевав булочку, ответил: — Э... я Шарль Леклер. — Очень красивое имя, впервые такое слышу, — улыбнулся Ландо. — Я рад, что вы познакомились, а теперь, Ландо, собирайся. Юки скажи, чтобы завел машину, и ждите меня, — вернул его к делам Макс. Тут взгляд Шарля привлекла Келли, которая стащила у Макса с тарелки томаты, моргнув юноше в знак того, чтобы тот не выдавал ее. Леклер захихикал. Она ему все больше нравилась. Макс, закончив с поручениями, вернулся к завтраку. И явно чего-то в его тарелке не хватало. — Где мои томаты, что тут лежали? Я разве их только не положил себе? Или я уже с ума схожу? — в недоумении произнес Макс. Макс взглянул на Шарля и ухмыльнулся. Ему было приятно видеть улыбку на этом лице. — Ты почему ничего не кушаешь? — вдруг спросила девушка парня, сидевшего напротив. — Давай налетай, кушай, что душа желает. Леклеру стало стыдно за то, что он даже не знал, как и с чем это есть. Положив булочку, которую держал до этого в руках, он всхлипнул. Макс не мог понять, с чего тот вдруг начал плакать. Они с Келли обеспокоенно переглянулись. Леклер, сглотнув, выдохнул: — Эм... простите... но я впервые вижу эти блюда и не знаю, что с чем есть. Я просто не знаю, что кушать. Единственное, что было в моей тарелке, пока я рос, — это хлеб, отварная курица и гречка или макароны, когда у них было хорошее настроение. Яйца последний раз ел, когда был маленьким. Поэтому мне сейчас стыдно, что я не знаю, что есть, когда у меня есть возможность поесть... Тут его руки принялись вытирать слезы на щеках, бинты пропитывались влагой. Вилка, что была в руках Макса, изогнулась на все сто восемьдесят градусов. Келли, встав и обойдя стол, принялась накладывать в тарелку юноши овощи, ветчину, яичницу и мясо лосося. — Вот, кушай. Можешь есть как угодно, это все сочетается. И да, вот тебе еще авокадная паста, мажь на тост и булочку, — объяснив, что к чему, она отошла и позвала Макса. Тот, встав и пожелав аппетита, вышел, так как сам завтракать уже закончил. — Макс, я прибью этих людей! Как они могли морить его голодом? Парень буквально боится съесть что-то лишнее. Я до сих пор не понимаю, как они могли так с ним поступать, он же такой хорошенький, — возмущалась Келли. — Меня самого это нервирует. Я, конечно, все понимаю, но о чем думали эти люди, мне не ясно, — согласился Макс. — Помоги ему изучить еду: что и как, чтобы он больше не испытывал неловкости. Покажи ему тут все, объясни. Сделай все, что в твоих силах. А дальше я сам разберусь. Она уверенно кивнула, попрощалась и вернулась на кухню. А разозленный Макс вышел и сел в уже подготовленный автомобиль. — Чертовы звери, — прошипел Макс, чем привлек внимание Ландо. — Макс, ты чего? Кто уже испортил тебе настроение? — Я без понятия, что мне делать с этим парнем. Он буквально запуганный. Он за завтраком боялся съесть что-то лишнее, потому что видел эту еду впервые. — Ты серьезно? Он реально не трогал еду? — А ты думаешь, я шучу? — Нет-нет, я тебе верю. Но откуда он вообще взялся? Макс кратко рассказал об их встрече и увидел ошарашенное лицо Норриса. — Офигеть, бедный парень. Благо вы нашли его. И реально, что теперь делать будешь? — Я не знаю, пока посмотрим. Его буквально растили как скот на убой. Хотел бы я увидеть тех, кто так с ним обошелся, чтобы довести до такого состояния. — Макс помолчал. — Так что там насчет акции? — прервал он размышления. — Я столько не съем, — удивленным тоном произнес юноша. — Ой, съешь сколько сможешь. Не обязательно есть все, главное, чтобы тебе понравилось, — Келли присела на свое место, продолжая завтракать. — А я хочу спросить, как вас зовут? Ваше полное имя? Келли совсем забыла представиться: — Я Келли Пике, помощница Макса, его правая рука. Мы с детства росли вместе, вот и теперь я помогаю ему. Работаю на него. — Ого, наверное, круто иметь друзей. У меня вот никогда их не было. Были только двоюродные братья, но они со мной не играли. Они любили играть в вышибалы, где я был тем, кого били мячом. Только так я мог с ними играть. Келли скрипнула зубами — нервы насчет этой семейки были на пределе. — Хм, а вот я смотрю, ты хорошо разбираешься в медикаментах. Ты изучал медицину? — спросила она, меняя тему. Шарль , прожевав тост с авокадо и рыбой, не торопясь ответил: — Неа. Из-за побоев и так как я часто жил на улице, я приспособился. Мне пришлось, — горько ухмыльнувшись, он откусил еще кусок. Келли, готовая расплакаться, заморгала, сдерживая слезы. — Так эм... а кто именно твои опекуны? Где мама с папой? Лицо его вдруг наполнилось тревогой. — А э... — голос предательски дрогнул, он сглотнул и промолвил: — Эм... их не стало в аварии, когда мы возвращались с чемпионата по гонкам в Монце. Тогда наша машина перевернулась, и... потом... — тут он уже заплакал, сглатывая слезы. — В этой аварии был виноват я. Я закрыл руками глаза отцу, мы тогда игрались — мол, он не сможет проехать с закрытыми глазами. Мне тогда было девять — всхлипнул он и продолжил: — И после этого дядя возненавидел меня. Говорил, что из-за меня его брата не стало. Но... но я... я не виноват, я не хотел, чтоб так случилось. Но они мне об этом напоминали чуть ли не каждый день. Тогда я подумал, что не стоило мне им говорить правду... Уронив недоеденный тост на тарелку, он закрыл перевязанными руками лицо, вздрагивая. На лице девушки выступили слезы. Они обвинили ребенка в том, в чем он даже отчасти не был виноват. Он просто играл. Она снова заставила его это пережить. Но, черт побери, она была готова их уничтожить, чтобы этот травмированный мальчик не чувствовал себя виноватым. — Ох, прости... — встав, она приблизилась к нему и обняла за плечи. — Ты ни в чем не виноват, слышишь? Так сложились обстоятельства. Ты был ребенком и просто играл. — Он покачал головой из стороны в сторону. — Лично я не считаю тебя виноватым. Парень почувствовал поддержку от этой девушки, расслабился, и слезы прекратились. Она гладила его по спине, успокаивая. Она чувствовала себя старшей сестрой, он для нее был как младший брат, которого она была готова защищать. — Ну что, будешь десерты? Попробуй, они вкусные. Макс, видишь ли, их не любит, он вообще сладкое не любит. Но я уговариваю его съесть хотя бы кусочек, а он как невменяемый: «Я это не буду, я это не ем, оно слишком приторное». Тут уже начал смеяться юноша, который недавно плакал, и это обрадовало Келли. — Не, ну серьезно. Он такой принципиальный. Сейчас мы закончим с едой, позже я покажу тебе все тут и расскажу все, что тебе интересно. — Наш день полон продуктивности. — Как вы могли не проследить за процессом составления отчетов о бракованной продукции? Вы понимаете, что если эта партия окажется дефектной, все просто полетит к чертям? Я вас всех уволю за вашу же ошибку. Мне плевать будет, у кого какие проблемы. Если до завтра этот вопрос не решится... — закончив собрание, он вышел, не оглядываясь. Ландо едва поспевал за ним. — Макс, будь ты неладен, остановись! Куда ты так спешишь? Что с тобой? Ну исправят они, не волнуйся. — Ты, похоже, не понимаешь. Если отчет о бракованной продукции будет представлять ее как товар с хорошими качествами, акции упадут. Нашей продукции не будет доверия. Я эту компанию из-под земли строил, и я не позволю из-за ошибки этих недоумков допустить изъяны. Ландо понял свою неправоту и одобрительно кивнул: — Да, ты прав. Прости. — Ничего. Так что там по расписанию? — Встреча с Джорджем Расселом по поводу его стажировки в AI Corporation. Он говорил, что из-за их махинаций его не хотят брать. — Ради этого он занимает мое свободное время? — усмехнулся Макс. — Давай поехали. — Макс, друг мой, спасибо большое! Если бы не ты, мой Кимми так и остался бы ни с чем. Как же хорошо иметь таких друзей, как ты. Везет же тем, кто дружит с тобой. Хотя о чем это я? Я в их числе! — Если ты не заткнешься, я тебя прикончу, — парировал с натянутой улыбкой Макс. — Ладно-ладно, я у тебя в долгу. Спасибо большое. Сидя в ресторане, Ландо расположился между ними и с кем-то переписывался. Максу вспомнилось их детство, как они вот так же сидели в забегаловке напротив школы. Ухмыльнувшись, он перевел взгляд на часы — уже перевалило за четыре. — Так, мне пора. На этом мы прощаемся. Рад был помочь. И, естественно, простой услугой ты не отделаешься, — усмехнулся Макс. Закатив глаза, они пожали друг другу руки и обнялись на прощание. — Теперь ты знаешь весь дом. А насчет еды, как я и говорила, будешь запоминать по ходу готовки или просто забей в интернете. Я попрошу Макса, чтобы он купил тебе телефон. Так как, увы, я не смогу тут долго находиться, мне скоро надо будет уехать. Но ты сможешь со мной связаться, так что не скучай. Леклер, уже привыкший к присутствию девушки, лишь раздосадованно вздохнул. Он понимал, что она не должна 24/7 ходить за ним. — А я могу спросить насчет одежды? А то мне как-то некомфортно в этом, — указал он на рубашку. Она только сейчас обратила внимание на ночную рубашку Леклера. — Ох, прости, Шарль, я же совсем забыла про твою одежду. Об этом я тоже напомню Максу. Келли отпустила прислугу, пока они с Шарлем изучали ингредиенты и читали кулинарную книгу. — Я и не знал, что столько всего можно приготовить из одного овоща, — удивился он. Келли повернула голову к мальчишке: — И скоро ты все сам попробуешь. Пойдем попьем чаю, мы тут уже часа четыре торчим. — О, я даже не заметил, как быстро время идет. — Соглашусь, очень быстро. — Макс, все же, что вы будете делать с этим мальчишкой? Вдруг его ищут? — спросил Ландо, когда они остались втроем. — Ландо, я не знаю, но нам надо с Келли обсудить этот вопрос. — Но он явно не горит желанием туда возвращаться, учитывая его положение сейчас, — заметил Ландо. Врач, поменяв Шарлю все перевязки и дав лекарства, сказал: — Ты очень сильный паренек. Таких, как ты, я еще не встречал. Ты молодец. Мистер Ферстаппен очень переживал за твое здоровье, и видеть тебя сейчас таким — для него радость. — Вы серьезно? — не поверил Шарль. Никто за него не волновался, кроме родителей. — Абсолютно серьезно. Ваше благополучие превыше всего на данный момент. Шарлю стало очень приятно и тепло на душе. Этот мужчина — тот самый, кто помог ему, взяв на руки, и сегодня сидел рядом и смотрел на него, волновался о нем... — Я закончил. Теперь отдыхайте и не забывайте кушать, — голос врача прервал его мысли. — Отдыхайте, не напрягайтесь, швы могут разойтись. Выздоравливайте. Вскоре врач покинул его. Шарль решил спуститься, так как время близилось к ужину. За столом уже сидели Макс, тот кудрявый парень и Келли. Они о чем-то разговаривали. — Нам надо вернуть его, — парировал Ландо, сидя рядом с Келли. — Куда? В этот серпентарий? Ну нет, они его изводили. Какой вернуть? — Кел, он чужой ребенок, и вообще он не должен быть связан с нами. — Я готова взять над ним опеку. Он может быть моим младшим братом. Но туда возвращать я его не собираюсь, — с нервозностью поставила она бокал. Макс терпеливо вздохнул: — Кел, ты не понимаешь. Если его не вернуть, у нас будут еще больше проблем. Он будет нам мешать, понимаешь? Эти слова ударили по нему словно молотком. Он снова является тем, кто только будет мешать и приносить проблемы. А ведь он только подумал, что все налаживается. А оказывается, тут только и хотят от него избавиться. Зачем он решил дать себе шанс на что-то светлое, когда его жизнь суждено погрязнуть в чернилах? Шарль тихо всхлипнул, глаза начали намокать. Снова, снова он виноват. Только потому, что находится в жизни этих людей. Тихо развернувшись, он вернулся в комнату, закрыл дверь на замок и осторожно сполз по ней. Обхватил себя руками, опустил голову к приподнятым коленям. Он стал беззвучно плакать. Он так устал от всего: от ран, от боли, от своей никчемности и от вины. Как только последнее блюдо было поставлено на стол, Келли собралась звать Шарля. Они так и не пришли к обоюдному решению. Но как только она встала, телефон зазвенел. Макс взглянул на нее и по выражению ее лица понял, что случилось что-то нехорошее. — Да черт возьми, чем вы там занимаетесь, что за складом не следите? — тут она повысила голос. — Хорошо, мы сейчас приедем. Да, Макс со мной, и Ландо тоже. Жди. Она сбросила вызов, кинув гаджет на стол: — Макс, у нас проблемы. И очень серьезные. Целый фургон оружия пропал. Точнее, его украли. Нам срочно надо ехать, быстро. Они без вопросов встали. Уже у входа Келли вспомнила: — Фаргиз! — позвала она экономку. — Пожалуйста, когда мы уйдем, позови Шарля, чтобы он покушал, и скажи, что мы будем поздно. — Конечно, мисс, так и сделаю, — кивнув, она вышла. В комнату постучались. — Да кто там? — Мистер Леклер, это Наргиз, экономка. Мисс Келли просила передать, чтобы вы спустились и поужинали, и что их не будет, так как они уехали по срочным делам и будут очень поздно. Шарлю выдался удачный шанс незаметно уйти. — Да, хорошо, я сейчас спущусь. — Если я вам понадоблюсь, просто кликните, и я приду. — Спасибо большое, я учту. Услышав удаляющиеся шаги, он быстро, но осторожно надел старую, но постиранную одежду. Раны ныли при каждом движении. Наспех застегнул рюкзак, надел кроссовки, тихо открыл дверь и выскользнул. Черт, охрана окружала этот дом, как тюрьму. Шарль теперь правда не знал, как выбраться. Но все же он придумал. Охрана ведь не знала, кто он, и он мог просто сказать, что пришел только для того, чтобы передать письмо, анонимно. — Прошу открыть мне дверь, — чуть тревожно произнес он. Охранники, стоявшие за воротами, развернулись. — Вы кто такой и что вы тут забыли? — вдруг спросил один. — Я? А я посыльный, пришел передать кое-какие бумаги мистеру Ферстаппену. Но он ушел, и я тоже ухожу, поэтому приду завтра. Что-нибудь еще? — Шарль научился врать уверенно. — Что-то не припомню, чтобы сюда кто-то заходил сегодня, помимо господина, — с сомнением произнес охранник. — А я тут с обеда. Простите, конечно, но я не должен вам объяснять цель своего визита. Я с ним разговаривал, а теперь выпустите меня! Переглянувшись, они открыли ворота, и он вышел. Уже на складе Макс сидел на стуле с битой в руках. Перед ним на коленях сидело трое мужчин со связанными руками. — Ну и кому вы служите? Говорите быстро, пока я не закончил вашу жизнь этой битой, — беспристрастно произнес он. — Мы ничего не скажем, — приглушенно выдавил один. — Ты все равно убьешь нас, скажем мы правду или нет. Макс кивнул: — Да, ты прав. Только есть два варианта: быстро или медленно. Это уже вам выбирать. Они переглянулись между собой. — Вам терять нечего, вас все равно не спасут. Скажите, кто дал приказ украсть мое оружие? — Это господин Элкан... — высказал парень, что был с краю. Макс развернулся к нему. — Ваше оружие сейчас направляется во Францию. Он специально сделал так, чтобы вас там могли схватить, как перевозчиков нелегального груза, — продолжил тот. Макс истерически засмеялся: — Я вижу, Элкан время даром не теряет. И видимо, он настолько плохих людей нанимает, что они готовы все выложить. Тут он выхватил пистолет и пристрелил всех троих. Быстро, насмерть. Келли и Ландо не ожидали такой быстрой расправы. Кровь брызнула на его костюм, капли запачкали манжеты пиджака и перед рубашки. — Келли, Ландо, езжайте и заберите товар, а я позвоню Джорджу, чтобы он прикрыл вас. Я буду ждать вас здесь. Те быстро сели в черный седан и уехали. — Джордж, окажи услугу. Сейчас на границе Франции появится фургон. Пусть его никто не трогает, так как туда сейчас приедут Кел и Ландо, они его заберут. — Все будет, — ответил Джордж. — А что случилось? — Меня захотел подставить наш общий знакомый. — Кто? О ком речь? — Элкан, наш друг. — Вот скотина. Ладно, сделаем. Выключив телефон, Макс позвал остальных, чтобы те убрали трупы. Прошло два часа. На склад заехал фургон с тем самым оружием, Келли и Ландо припарковались следом. — Ну что, много проблем было? — вышел навстречу им Макс. — Нет, из-за пробок задержались, там авария случилась. — Мистер Ферстаппен, простите, я виноват, что не созвонился с вами. Прошу простите, я правда не знал... — во всю оправдывался водитель. Макс оборвал его лепет рукой: — Успокойся, Сэм, все в порядке. Ты не виноват. Впредь звони мне, если я ничего не говорил тебе. — Да, конечно. — Давайте возвращаться, я устал и хочу наконец нормально поужинать. Что-то мы совсем задержались. Приехав в особняк, их встретила Наргиз. — Вы уже приехали? Вы будете ужинать? Мне разогреть еду или вы откажетесь? — Разогрей, пожалуйста, мы очень голодные, — с энтузиазмом произнесла Келли. — А Шарль, он ел что-нибудь? Экономка тут же вспомнила, что мальчишка так и не притронулся к еде: — Ох, мисс, он не притронулся к еде и, как я поняла, спит в комнате. — Спит? Ладно, пойду проведаю его, — отдав тренч экономке, она поднялась наверх. Тихо открыв дверь, она встретила лишь тишину. — Шарль? — тревожно позвала она. Включив светильник на прикроватной тумбочке, она никого не увидела. Лишь записку: «Спасибо вам большое за то, что приютили и позаботились обо мне. Но мне пора идти. Я не хочу становиться для вас обузой, чтобы вы несли бремя, причиной которого являюсь я. Прошу, не ищите меня, так как на этом наши пути расходятся». Глаза Келли наполнились слезами. — Неужели он слышал наш разговор? Нет, быть того не может... — Макс! Ландо! — Келли, что случилось? — обеспокоенно спросил Ландо, вставая. Макс повернул голову, в недоумении глядя на подругу. — Ш... Шарль... он пропал