Crazy in love

Ландо и Оскар уезжали на пятый день. Они спустились вниз. Макс и Келли ждали их в прихожей. — Спасибо, что приехали. — Макс сцепил пальцы замком. — Не за что. Ты бы сделал то же самое. — Я позвоню. Если что-то изменится. — Короткая, вымученная улыбка Макса. — Звони в любое время, — отозвался Оскар. — Даже ночью. Ландо обнял Келли. Крепко. Она уткнулась носом ему в плечо. — Береги его, — прошептала Келли. — Он будет беречь себя сам. Он уже начал. — Я не про него. — Она подняла глаза. — Я про тебя. Ландо выдавил улыбку. Невесело. — Я в порядке. — Врёшь. — Немного. — Он опустил взгляд. Оскар обнял Макса. По-мужски, хлопнув по спине. — Ты справишься. Он справится. — Знаю. — Голос Макса дрогнул. — Но страшно. — Бояться — нормально. Главное — не уходить. Макс кивнул, сглатывая комок. Ландо подошёл к лестнице. Посмотрел наверх. — Передай ему... что он не один. И что я буду звонить. — Передам. — И вот. — Ландо достал телефон. — Я скину номер психолога. Хороший специалист. По травме. Он мне помог. Пусть Шарль не боится. Если не захочет говорить — можно молчать. Он просто будет рядом. Макс принял телефон, взглянул на экран. — Спасибо. — Не за что. Они вышли. Сели в машину. Уехали. Макс и Келли остались стоять в прихожей. — Ты как? — тихо спросила она. — Не знаю. — Он провёл рукой по лицу. — Я люблю его. — Я знаю. — Он не знает. — Он чувствует. — Келли взяла его за руку. — Он просто боится. Не тебя. Себя. Макс перевёл взгляд на лестницу. — Я поднимусь к нему. — Поднимайся. Макс поднялся наверх. Открыл дверь. Шарль сидел на кровати. Смотрел в окно. Не обернулся. «Он смотрит в окно, — пронеслось в голове у Макса. — Он всегда смотрит в окно. Как будто ждёт, что кто-то придёт. Или боится, что кто-то придёт. Я не знаю. Я ничего не знаю». — Ландо и Оскар уехали. — Макс прислонился к косяку. — Знаю. — Они просили передать... — Он запнулся. — Они сказали, что ты не один. Что они рядом. Что будут звонить. Шарль молчал. «Он молчит, — думал Макс. — Я не знаю, что у него в голове. Боюсь спросить. Боюсь, что если спрошу — он закроется ещё сильнее». — Ландо сказал: «Передай ему, что он не один». И Оскар сказал: «Мы всегда будем рядом». Шарль смотрел в окно. — Ещё он сказал... — Макс помедлил. — что даст номер психолога. Хорошего. Который ему помог. Шарль резко повернул голову. Взгляд упал на Макса. — Ландо ходил к психологу? — Да. — Макс осторожно присел на край стула. — После того, что случилось. Ему помогло. «Я не знаю, что случилось с Ландо. Он не рассказывал. Я не спрашивал. Но теперь... теперь я понимаю, почему он иногда смотрел в пустоту». — Я подумаю. — Шарль снова отвернулся к стеклу. — Хорошо. Макс сполз на пол. Прислонился к стене. «Он сказал «подумаю». Это не «нет». Это не «никогда». Я должен ждать. Я не имею права давить». — Ты не будешь меня уговаривать? — голос Шарля звучал глухо. — Нет. Ты сам решишь. Шарль кивнул. «Он кивнул. Это не «да». Это «я слышу тебя». Этого достаточно. Пока». Они молчали. Макс вышел в коридор, бросил через плечо: — Я буду тут. За дверью. Шарль снова кивнул, не оборачиваясь. День первый. Шарль проснулся от того, что за окном было светло. Он лежал на боку, свернувшись калачиком. Халат сполз с плеча, открывая шрамы. Шарль не поправил. Ему было всё равно. «Ландо уехал. Оскар уехал. А я остался. Как всегда. Один». Он закрыл глаза. Не хотел просыпаться. Не хотел жить этот день. Но тело требовало. Ныла спина. Хотелось пить. «Макс там, — подумал он. — Сидит в коридоре. Ждёт». Он сел. Голова закружилась. Шарль поставил ноги на холодный пол. Холод был настоящим. Живым. «Я чувствую холод. Значит, я жив». Он встал. Ноги дрожали, колени подгибались. Ухватился за спинку кровати. Постоял. Отпустил. «Я стою сам. Без опоры». Пять шагов от кровати до окна. Он шёл медленно, держась за стены. Но шёл. Остановился. Прислонился лбом к холодному стеклу. Солнце светило. Деревья стояли. «Я дошёл. Я живой». Потом повернулся. Прошёл к кровати. Сел. Всё тело трясло. «Я сделал это. Я не упал». День второй. Шарль сидел на кровати. Смотрел на свои руки. Задрал рукав футболки. Белые полосы. Старые. Гладкие на ощупь. «Они не исчезнут. Всегда будут здесь. Напоминать». Он провёл пальцами по шрамам. Кожа была гладкой, но под пальцами чувствовались бугорки. Вдруг захотелось царапать шею. Сильно. До крови. «Нет, — одёрнул он себя. — Я не буду». Он сжал пальцы в кулак. Сильно. Ногти впились в ладони. Боль была своя. Не чужая. Разжал. Сжал снова. Стало легче. Он дошел до ванной. Встал перед зеркалом. Бледное лицо. Красные глаза. Шея чистая. Следов от пальцев уже не было. Но он чувствовал их под кожей. «Здесь он целовал. Я чувствовал его язык. Мерзко». Он выключил свет. Вернулся в комнату. «Я не убегу. Но, может, я смогу научиться жить с этим. Не сейчас. Потом». День третий. Шарль сидел на кровати. Смотрел на дверь. «Я хочу чай. Хочу, чтобы Макс был рядом». Он встал. Подошёл к двери. Поднял руку. Замер. Потом постучал. — Макс? — Голос хриплый. — Вы там? — Да. Я здесь. Шарль выдохнул. — Можно чай? — Конечно. Я принесу. Через несколько минут Макс вошёл с подносом. Две кружки. Чайник. Печенье. Поставил на тумбочку. Сел на пол. — Пей сейчас. — Шарль кивнул на вторую кружку. — Я не хочу пить один. Макс налил. Шарль сделал глоток. Чай обжёг губы. — Вкусно. «Я чувствую вкус. Значит, я живу». — Не смотрите так, — попросил Шарль. — Как? — Как будто я могу исчезнуть. Макс отвернулся. Они пили молча. Потом Макс читал книгу, сидя на полу. Шарль смотрел на его рукав. Синяя, мягкая ткань. «Я хочу коснуться. Проверить — тёплый ли он? У того были холодные пальцы». Он протянул руку. Коснулся рукава. Легко. Почти невесомо. Макс не дёрнулся. Шарль сжал ткань сильнее. Макс не убрал руку. — Читайте дальше, — выдохнул Шарль. Макс продолжил. Шарль держался за рукав, слушал. «Тёплая ткань. Безопасная. Я могу держать. Я могу не отпускать». Он сполз с кровати. Сел на пол рядом с Максом. Тот читал, не поднимая глаз. «Я боюсь. Очень боюсь. Но я хочу проверить — безопасно ли ещё?» Шарль медленно наклонился. Положил голову Максу на плечо. Макс замер. Перестал читать. Плечо напряглось. — Дышите, — тихо сказал Шарль. — Вы не сделаете мне больно. Макс выдохнул. Плечо расслабилось. Шарль закрыл глаза. «Пахнет кофе. И кожей. Безопасно. Не как у того». День четвёртый. Шарль сидел на кровати. Макс — рядом, на краю. «Я хочу коснуться его руки». Он протянул пальцы. Коснулся. Легко. Положил ладонь сверху. Макс не отдёрнул. Не сжал. Просто держал. — Тёплая, — прошептал Шарль. — Я не он. — Знаю. Я поэтому. «Потому что он не он. Потому что он тёплый. Потому что я...» Он не договорил. Не мог. Но руку не убрал. Они сидели так. Долго. Рука на руке. Не двигаясь.