The Night

      Джувон робко стучится в немного старую, с выпущенными наружу зацепками, дверь, отходит на полшага назад, когда она почти сразу открывается.  — Хорошо доехал, Джувон? Проходи, — Донсик с дружелюбной улыбкой распахивает дверь еще шире, вставая немного боком, пропускает в коридор.        Но Джувон не отвечает и продолжает неловко как истукан стоять на пороге, кидая взгляд то на Донсика, то на ковер в прихожей.  — Джувон? Прохо.. — Донсик не успевает договорить, когда Джувон одним махом преодолевает небольшое расстояние между ними, не рассчитав силы толкает рукой в плечо и мягко, немного растерянно, но напористо целует, проводит языком между губами, прижимает к шершавой двери. Когда Донсик укладывает руки на шею, Джувон отстраняется, но недалеко, позволяет чувствовать свое сбившееся дыхание. Донсик мягко поглаживает его, усвоив, что Джувон падок на любое проявление ласки, тянется поцеловать в гладкую щеку, и к несчастью ощущает, что Джувон отошел.        Вопросительно смотрит, ожидая любых действий, ищет блики в карих глазах — Джувон выглядит дезориентированным настолько, что это мило.        Донсик еще немного ждет и в конце концов нервно вытряхивает из пачки длинную сигарету, медленно, с чувством, затягивается.  — Эхэ-эй, а, солнце?  — Я пошел. У меня дела, — Джувон дежурно кланяется, будто прощается в конце смены, и, ускоряясь, пытается покинуть двор. Донсик догоняет его в два шага (один неровный выдох и вдох) и хватает цепким захватом за плечо.  — Куда это мы сваливаем? — Донсик пристально пялится в своей манере, напрягает губы, но улыбка все равно проступает наружу и расползается по его довольному лицу, — понравилось? Хочешь еще, я совершенно не против! Давай же, либо поцелую я.        Дым от сигареты окутывает их тонким шлейфом, забивается в ноздри так же сильно, как и запах Джувона. Небо пасмурное, но ощущения дождя нет, только солнце светит слишком тускло, как бы ни старалось пробиться через густые облака. — Нет! Мы на улице, тут знакомые.. и коллеги.. и вообще, это был случайный порыв, можете написать на меня заявление, — Джувон пытается вырваться, строит недовольное лицо, хмурится, но Донсика этим уже не пробить.        Он крепко берет его за талию и притягивает к себе, вдыхает полной грудью вместо дыма упавшей сигареты запах кофе и легкого одеколона, резко и сладко целует сначала в уголок губ, в сердцевину, чувствует мягкий язык на своем, еще раз невесомо прикладывается губами. Джувон уступает ведущую роль, рассудив, что Донсик решительнее и мудрее (и опытнее), хочет снова отпрянуть, но ему не позволяют. Без настоящей силы, конечно, Джувон в любой момент может развернуться и уйти, но напорно и убедительно. Настолько убедительно, что даже говорить ничего не надо. Просто стоишь и целуешься, дотрагиваешься губами до носа, шеи, щек и тоже чувствуешь более жесткие губы по всему своему лицу. Поглощаешь ранее недоступное удовольствие.  — У тебя все потрескалось, посмотри, — Джувон как бы указывает пальцем на свои губы, на самом деле просто поддразнивая, чтобы через пару секунд снова почувствовать тяжелую ладонь на спине, сжимающую ткань пальто и язык на полных губах.  — Джувон.. кажется, мы забыли кое о чем, — Донсик прекращает и серьезно смотрит на инспектора, заставляя его в ту же секунду напрячься. Даже зацелованные губы немного подрагивают, непроизвольно сжимаются, — как же мы без твоей мизофобии, айгу..! Я ведь влюбился именно в нее, где же мне ее теперь искать..  — Донсик, что ты несешь, продолжай.. — Джувон выдыхает и расслабляется, но в ту же секунду запинается и ерошит и так растрепанные на ветру волосы, пытается скрыть свою неловкость, — ну...  — Да, Джувон-а? Что продолжать? — мурчит Донсик, растянувшись в хитрой улыбке.        Инспектор делает небольшой шажок к Донсику и кладет руки на воротник его домашней футболки, мнет, стесняется сам.  — Ну.. то, что мы делали, — Джувон еще немного приближается, но Донсик никак не реагирует, только приподнимает бровь.  — Слушаю, Джувон? Прости, не совсем тебя понима.. — Донсика снова перебивают быстрым поцелуем, прижимающемся к нему теплым телом, откровенной попыткой заткнуть. Через пять минут они заканчивают просто обнявшись, Джувон немного сгорбился и положил голову на плечо Донсику, щекоча под подбородком волосами, а Донсик мягко целует его в шею, копируя возлюбленных на картине Климпта. Они покачиваются из стороны в сторону, Донсик что-то напевает своим тихим хрипловатым от сигарет голосом, бережно гладит пушистые волосы, перебирает прядки, будто Джувон фарфоровый. Спокойно.        Джувон находит его свободную руку и переплетает пальцы. Ему важно чувствовать этот непрерывающийся контакт, и Донсик это понимает. Залезает ладонями под ворот пальто Джувона, греется. Все-таки, середина зимы.          Внимательный сеульский инспектор замечает немного продрогшего своего мужчину: — Пойдем к тебе? Ты замерз, я вижу..  — Мне не холодно, но если тебе так кажется, пойдем..        Донсик еще раз мельком смотрит на Джувона и первый направляется к дому. Через мгновение Джувон догоняет его и влетает в коридор быстрее, будто бы играется.     

***

      Длинные ноги закинуты на Донсика, когда они оба полулежат на диване в гостиной. Час назад Донсик включил странный фильм прошлого века, подкупив тем, что Джувон многое упускает и вообще «я поглажу тебе ножки, если ты согласишься». Поэтому сейчас Джувон еле держит остывшую чашку и терпит старую двухчасовую фантастику, зато с шершавыми пальцами на своих голенях. Равносильный обмен по мнению обоих людей — все же, они напарники и важно уметь договариваться.        Через некоторое время Джувон, не держав, сдается.  — Донсик, аджосси, я больше могу. Экзамен по праву легче написать, чем досмотреть этот фильм. Я уважаю твой вкус в кино, актерский состав и другие подобные вещи, но это нереально, — Джувон косится на задремавшего рядом с ним инспектора и берет пульт, чтобы сделать звук потише, ставит чашку на низкий столик. Он убирает свои ноги с колен и незаметно для прикорнувшего Донсика начинает рассматривать его лицо.        Заинтересованно и с восхищением переводит взгляд на накаченные с твердым рельефом руки, острым локтем и загоревшей по-особу от зимнего солнца кожей. Все в Донсике кажется правильным и идеальным, даже аккуратная форма ногтей. Джувон не долго думая подлезает под руку и устраивает голову на груди, прислушиваясь к размеренному биению сердца.        Как часы: бум-бум-так, бум-бум-так..        Он с редким ощущением безмятежности сворачиваются где-то между спинкой дивана и Донсиком, целует в висок и через пару минут видит желтый блеск тростникового поля во сне. Ветер колышет высокие ростки, его неугомонный напарник потерялся где-то там впереди..