Петля доверия

Лучи света уже пробивались в комнату, когда Джордж проснулся. Он увидел Кими, сладко спящего рядом с ним, и сначала у него пробежали мурашки, а потом, увидев лицо Кими, он начал тонуть в милоте. Когда он убрал руку, которая его обнимала, Кими сказал что-то непонятное, ожидая, что Джордж вернется, а пока заменил того подушкой. Старший пошел на кухню готовить завтрак, а Кими проснулся, увидел подушку и подумал: «Что? Где? Как?». Голова после вчерашнего раскалывалась. Тот пошел вниз, увидел Джорджа, который его позвал, и Кими сказал: — Дай что-то от головы. Джордж показал пальцем вниз, и Кими сказал: — БЛЯТЬ! — и убежал, после чего Джордж просто посмеялся, а потом Кими крикнул к Джорджу: — ДЖОРДЖ, ГДЕ МОИ ТРУСЫ? — Не знаю, Кими, не знаю. Кими оделся, вышел к Джорджу и начал спрашивать, что вчера было, ну и Джордж начал объяснять: — Ну, ты напился вина, потом обрыгался, а потом признался мне в любви, ну а потом все — маленький еще. — Мне уже 19! — Ну вот, маленький еще. — Скажи, пожалуйста. — Ну подумай: если ты мне признался в любви, то что может быть после этого? — Н-н-нет. — Да, Кими, да. — Я не верю, что это было. — Придётся поверить, потому что я сам не знаю, что сказать про это, давай поговорим об этом после завтрака. — Н-ну, давай. Оба начали есть. Кими очень хотел есть, поэтому быстро уплетал яичницу. Джордж спросил: — Вкусно? — Кими, кивнув, сказал: — Очень. Джордж улыбнулся, но понимал, что будет довольно серьезный разговор. Когда оба доели и занесли тарелки в посудомойку, они сели, и никто даже не знал, с чего начать. Оба смотрели друг на друга, и тут Джордж начал: — Смотри, ты же понял, что вчера было? — До сих пор не могу поверить. — Ты никому не говори об этом, что что-то было. — Х-хорошо. — Даже Тото. — Ну, я проговорюсь, это точно. — НЕТ, ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ЭТОГО СДЕЛАТЬ! Кими расстроился из-за того, что на него начали кричать, и убежал к себе в комнату. Джордж подумал: «А вдруг я реально переборщил?». Ему сразу стало стыдно, что он довел молодого напарника до слез в такой момент, и он пошел к нему, но Кими заранее закрыл дверь на замок. Джордж попробовал открыть, но не получилось, и он сказал: — Кими, открой дверь, пожалуйста. Молчание. — Кими, пожалуйста. Кими, я не знаю, что ты можешь с собой там сделать, но прошу, ради бога, открой, а то я ее выбью. Тут Джордж услышал открытие замка и тут же вошел к Кими. У того были красные заплаканные глаза. Джордж подошел и сел рядом, обняв напарника, но Кими отверг его, сказав: — Отвали! Но Джордж никуда не ушел, а сразу же начал извиняться: — Кими, извини, пожалуйста, я переборщил и не хотел, чтоб все так получилось. Кими повернулся к британцу и сказал: — Хорошо, а теперь можешь уйти? — Извини, но нет. После того, что было в самолете, я понял, что за тобой нужно следить больше. — Уйди, хочу побыть один. — Нет, и я уже сказал почему. — УЙДИ УЖЕ, РАДИ БОГА! — Ладно, только прошу — ничего не делай. Джордж ушел, но тревога не отпускала: а вдруг Кими снова навредит себе? Час спустя Кими спустился на кухню. Он уже наливал воду, когда к нему подошел Джордж: — Всё нормально? Кими повернулся: — Да. Когда он собрался уходить, Джордж окликнул его: — Стой. — Что? — Иди сюда. Кими послушно подошел. Джордж взял его за руку и осторожно отодвинул рукав, увидев два свежих пореза. — Кими... — Извини, Джо, я не сдержался... — Давай поговорим об этом сегодня ночью? — Ладно. Было 23:00. Джордж лежал в кровати, ожидая Кими — они привыкли спать вместе. Спустя десять минут Кими наконец зашел в комнату. Джордж начал разговор: — Кими, я же просил тебя... Почему ты подставляешь меня? — Я... я... Извини... — Кими, если тебе нужна помощь или тебе плохо, мы можем просто поговорить. Хорошо? — Да. А теперь давай спать. — Хорошо. Джордж долго не мог уснуть, разрываясь от мыслей: «Почему у Кими всё так плохо? Может, это я во всем виноват?». Лишь к трем часам ночи он провалился в сон. Кими не спал всё это время, ожидая, пока дыхание Джорджа станет ровным. В четыре утра он решился встать и пойти в туалет. Взглянув на себя в зеркало, Кими снова утонул в ненависти к собственной внешности. Вслед за этим нахлынули воспоминания: не детство, а нечто гораздо страшнее. Тот перерыв между гонками, кабинет Тото, и событие, которое окончательно сломало его. Он осел у раковины, рыдая от боли. Чтобы заглушить душевные терзания, Кими достал припрятанное лезвие и нанес первый порез на предплечье. Физическая боль притупила воспоминания лишь на мгновение, и, поддавшись отчаянию, он нанес еще пять глубоких ран. Закончив, он тщательно обработал порезы и вернулся в спальню, чтобы лечь рядом с Джорджем.