Цена души

— Алиса, ты с нами? — спросила мама Алисы, подходя к машине. — Не, мам... — ответила девочка, слегка покачав головой. — Я хочу прогуляться с друзьями. К тому же, Ноа к вечеру позвал всех на фильм... Мама Алисы вздохнула: — Хорошо. Но, если что, сразу звони! — И постарайся не сломать телефон, как в прошлый раз! — рассмеялся уже папа Алисы. Родители сели в машину и уехали. Алиса ещё какое-то время махала им вслед. Когда машина исчезла вдали, она начала возвращаться к друзьям — Энн и Гамме, которые стояли вдали ото всех и весело болтали о прошедшем геройстве. Тим вышел из зарослей, когда у него наконец получилось принять человеческую форму. И вдруг Алиса споткнулась, и гитара за её спиной издала приглушённый звон струн. Ну вот, как всегда! Всё время она обо что-то спотыкается. Она обернулась. Что на этот раз? Камень? Ветка? Мусор, который никто не увидел? Её собственные шнурки?! Стоп... Алиса присмотрелась и чуть не закричала, страх успел сковать её горло. Рука! Человеческая, блин, рука! Хотя нет, не человеческая. Уж слишком она бледная, даже у мертвеца цветнее. Да и не простая эта рука. Это шарнирная конструкция. Как у куклы или робота. Потрёпанная, помятая. Пересилив себя, Алиса медленно раздвинула ветки зарослей дрожащими от шока руками. Ужас парализовал её. Там, в траве лежало что-то. Не человек. Это робот. Андроид. Очевидно, он здесь уже давно. Года два, не меньше. Его корпус, застывший в неестественном положении, был изуродован повреждениями и временем, то и дело из открытых повреждений виднелись порванные провода. Когда-то светлая, лёгкая, но теперь полусгнившая одежда больше походила на лахмотья крестьянина со страниц учебника истории. Волосы искусственные, светлые, мягкие, почти ангельские, выглядели ужасно: растрёпанные, грязные, местами вырванные. А лицо... Будто личико фарфоровой куклы со стеллажа. Детское, невинное, застывшее в гримассе отчаяния, будто этот андроид и не андроид вовсе, а человек. Ребёнок. Пустые потухшие глаза смотрели врикуда сквозь защитное стекло, но даже так в них можно было увидеть страх. А на груди крупными буквами было выжжено название модели — "M-001A", а чуть ниже названия надпись маркером мелким-мелким шрифтом — "Мэйсон". — Алиса! — окликнул её голос Гаммы. Девушка подошла к подруге, опускаясь на одно колено рядом. — Что у тебя там? Алиса не смогла произнести ни слова, лишь молча указала на андроида дрожащим пальцем. Гамма ахнула, прикрыв рот руками. — Какой ужас! — вскрикнула она. Следом подошли Энн и Тим. — Ребят, вы... — начала Энн и тут же вздрогнула и отвернулась, закрыв рот рукой, дабы сдержать рвотный рефлекс. Слишком уж человечно выглядил этот андроид. Тим нахмурился и опустился на корточки рядом, касаясь робота. — Андроид? В парке? — он повернулся к девочкам, будто ожидал хоть каких-то объяснений. Гамма пожала плечами, явно не видя никаких вариантов, как андроид мог попасть сюда. — Похоже, его выбросили. Или он сломался уже здесь... — наконец сказала Алиса, отойдя от шока. — Жуткое зрелище... — дрожащим голосом прошептала Энн. — Он такой... — начала Гамма, но не подобрала слов. — Человечный? — закончила Алиса. Гамма кивнула: — Да. — Что будем делать? — спросила Энн. — Не оставлять же его тут... Хотя бы просто потому, что он, как и любой мусор, вредит природе. — Может, починим его? — предложила Алиса. — Ещё чего! — огрызнулся Тим. Зачем нам это? Вызовем кого надо, и дело с концом. — Но так нельзя! — выразила Гамма, поднимаясь на ноги. — Его ведь можно починить, ты же знаешь! — Да! — поддержала Энн. — Помнишь, тётя Тала, местный лесничий, говорила, что любая вещь заслуживает получить вторую жизнь? Тим вздохнул. Трое против одного. Придётся идти на уступки. Тем более, в чём они неправы? — Ладно. Починим его. До вечера успеем... — Тим попытался поднять андроида, но он был слишком тяжёлым для него. — Энн, помоги! Энн без труда подняла андроида, перекинув его через плечо, и друзья отправились в школу. — У него нигде не написано название? — спросила Гамма из любопытства. — Его зовут Мэйсон, — ответила Алиса. — Ты что, ему уже имя дала? — усмехнулся Тим. — Н-нет, это написано на его груди. Тим фыркнул: — "Мэйсон"... Звучит, как идиотская кличка дворового пёсика. — Тим, — упрекнула его Гамма. Ребята зашли в школу через запасной выход и незаметно вошли в класс кружка робототехники. Энн немного грубовато положила андроида на рабочий стол, за что получила упрёк от Гаммы: — Осторожнее. — Извини, — ответила ей Энн. Тим взял ящик с инструментами, сорвал с андроида полусгнившую одежду и начал открывать грудную панель, оценивая повреждения. Энн повернулась к Алисе: — Ты с нами? — Если она помогает так же, как и сражается, то пусть лучше в сторонке стоит! — прикрикнул Тим. — Тим, прекрати! — заступилась Гамма. — Да ладно, я всё равно ничего в технике не понимаю, — тихо ответила Алиса, усаживаясь в стороне. Друзья принялись за починку. Тим был в роли главного механика, а Энн и Гамма были его помощниками. Алиса наблюдала со стороны, расстроенная, что не может помочь. Она уселась на одном из стульев и взяла в руки гитару. Выстраивая аккорды на грифе, она дёргала медиатором струны, заставляя их издавать тихую приятную мелодию. После небольшого вступления, Алиса тихо, едва слышно запела:

"Как раньше, как прежде сидишь ты в мечтах,

Чего-то бурчат мама с папой..."

Песня лилась ровно и тихо, несмотря на столь энергичный текст. Алиса старалась петь как можно тише, чтобы не отвлекать друзей от починки. И вдруг глаща андроида загорелись. Андроид Мэйсон пришёл в себя. Сначала он увидел свет. Слишком яркий, казалось, он ослепит его. Потом начали проявляться три силуэта: довольно резкий и не очень приятный, более мягкий и спокойный, а последний большой и внушительный. Перед глазами начали появляться непонятные значки и символы, какие-то надписи. Прохладный воздух кондиционера нещадно сковывал то хрупкое внутри, что должно быть надёжно защищено корпусом. Что-то металлическое, холодное или горячее, он не мог понять наверняка, щекотало внутренности. Больно. Невыносимо больно. Он попытался закричать, но голосовой модуль издал лишь искажённый звук, отдалённо похожий на плач ребёнка вперемешку с помехами и белым шумом. Хотелось отодвинуться, убежать как можно дальше, спрятаться, чтобы никто не нашёл, но тело не хотело слушаться, будто его приколотили к столу гвоздями. Мягкий силуэт с каштановыми волосами, в которые были вплетены розоватые прядки, и мягким взглядом чуть отодвинул грубый и склонился чуть ниже, протянув руку, но не касаясь, даты не напугать ещё сильнее. — Тише, тише... — сорвался мягкий, нежный, ласковый, почти материнский шёпот с её губ, заглушающий звон упавшей гитары. — Всё хорошо, не бойся. Мы не причиним вреда. Мы хотим тебе помочь. Мэйсон затих, глядя в эти полные добра и нежности зелёные глаза. От этой незнакомки веяло теплом и защитой, хотелось прижаться и не отпускать никогда. Из его голосового модуля вырвалось тихое: — Где я..? Кто я..? А вы кто..? Тим стоял рядом, держа инструменты в руках и с открытым ртом глядя на андроида. Энн от шока выронила из рук свой сендвич. Тим обернулся к Алиса, которая стояла в ступоре: — Алиса... как... это понимать..? Алиса подняла гитару с пола, замерев на мгновение, и подбежала ближе: — Оно говорит!? — Обалдеть... — произнесла Энн, делая невуренный шаг вперёд. — Алиса, ты что, пела?! — возмутился Тим. Та вздрогнула, сжимая гитару: — Да, но я не думала, что моя магия будет действовать на робота! Гамма тем временем успокаивала робота: — Всё хорошо. Мы — твои друзья. Я — Гамма. — Гамма... Мама? — вдруг с детской наивностью произнёс Мэйсон, заставив Гамму застыть в удивлении, Алису прикрыть рот, скрывая смешок, а Энн в умилении сложить руки. — Нет, не мама, — грубо ответил Тим, подойдя ближе, чтобы осмотреть, не сломался ли Мэйсон ещё сильнее. Сам андроид явно расстроился, но быстро забыл о своей грусти, поднося руки к глазам: — А что это за значки у меня перед... — он замер, глядя на свои руки, совсем не похожие на человеческие. Шарнирные, твёрдые. — А почему у меня такие странные руки? Гамма подбирала слова, чтобы мягко объяснить, но Тим уже ответил: — Потому что ты — андроид. Мэйсон замер: — Я... Не человек..? — его голос дрогнул. — Почему..? — Откуда нам знать? — Тим, прекрати грубить, — вступилась Гамма. — Да что ты с ним носишься!? Он же робот — ему всё равно! — Но он же живой! — ответила Алиса. Энн согласно кивнула. — Хватит! — повысила голос Гамма. — Вы его пугаете! Все повернулось к Мэйсону, который сжался в комочек. Его глаза блестели, плечи дрожали, а из голосового модуля доносились звуки, похожие на всхлипы будто он плакал. Тим наконец сбавил свой пыл, Энн напряглась, чувствуя укол стыда, а Алиса виновато опустила взгляд. Гамма подошла ближе и чуть приобняла андроида, шепча слова утешения. Тим вздохнул, подходя к Мэйсону: — Ладно, давайте закончим починку и решим, что с ним делать. Мэйсон чуть успокоился и позволил Тиму продолжить починку. Иногда он вздрагивал от боли и звал Гамму. Та была рядом и успокаивала его, мягко держа за руку. — Осталось решить, где мы его поселим... — задумчиво произнесла Алиса. — А если... — увлечённо начала Энн, но Гамма её прервала, взяв за пончо и приблизившись к её уху, чтобы Мэйсон не услышал: — Мы не будем прятать его в Акнанзи! Он — чистый механизм, а природа и технологии не уживаются вместе! Энн вздохнула, задумавшись. — Мой дом сразу отпадает, — добавила Алиса. — Мои родители ни за что не пригреют этого робота. — Да чего тут думать! — выкрикнул Тим, устанавливая панель обратно, закончив починку. — Поселим его в заброшенном школьном подвале, туда никто не заходит. — Но... — пыталась возразить Энн. — Точка. — Твёрдо вставил Тим, демонстративно громко захлопывая ящик с инструментами, заставить Мэйсона испуганно вздрогнуть. Спорить с ним бесполезно, да и вариантов получше тоже нет. Все согласились. — Тогда пойдёмте скорее, — ответила Гамма, помогая Мэйсону слезть со стола и удержаться на ногах. — Скоро вечерний сеанс кино с Ноа. Будет странно, если мы не придём. Друзья собрались и направились по пустым коридорам школы в сторону заброшенного подвала, который раньше служил кладовкой. Туда уже даже уборщица не ходит, а новое применение подвалу до сих пор не придумали. Тим толкнул дверь ногой, открывая её, и схватил Мэйсона за руку, таща за собой. Гамма шла прямо за ними, страхуя. — Тим, не надо так грубо, — сказала она. Алиса спустилась следом, а Энн осталась, так как опасается, что там есть пауки. — Тут сыро, — произнесла Алиса. — Но мы принесём одеяло. Или еду. Ты ешь? Мэйсон пожал плечами. Тим отпустил его руку: — Сиди здесь и не высовывайся, пока мы не решим, что с тобой делать. Будем приносить тебе зарядку, вещи, что там тебе ещё надо... Главно — будь незаметным. Если кто-то узнает, нам всем не поздоровится. Мэйсон кивнул, хоть и не всё понял. — Вы там скоро?! — крикнула им Энн. — Ладно, мы пойдём, — сказала Алиса, помахав андроиду рукой на прощание, и поднялась наверх. Следом попрощались Шамма с Тимом и ушли. — Мы придём завтра, — сказала Гамма напоследок. — Пока. Мэйсон пару секунд смотрел на дверь, а затем принялся осматривать подвал. Вокруг было сыро, но не холодно. На стенах и вещах было полно паутины. А на одной из паутин сидел большущий паук! Мэйсон вздрогнул и отскочил, отходя в противоположный угол. Паук не двигался, его явно не интересовал металлический сожитель. Мэйсон продолжил осматриваться, стараясь не беспокоить это чудище. Здесь было много старых вещей: книги, доски, инструменты. Он подошёл к тумбочке и открыл скрипучую дверь. Внутри была только старая игрушка — плюшевый медвежонок с оторванной лапой. Видимо, он был для младших классов, но его порвали. Вдруг перед глазами Мэйсона появилась картина. Вокруг было светло, но слишком холодно.. Не физически, нет. Атмосфера была невероятно холодной, враждебной. Вокруг были сложные инструменты, компьютеры, ещё какие-то устройства. Сам Мэйсон сидел на стуле, вытянув руку с повреждённым запястным шарниром. Было больно, но, на удивление, не так сильно, как тогда, когда его чинил Тим. Напротив был человек, который чинил его шарнир. Его движения были резкими и агрессивными. — Ты как игрушка, — злобно произнёс мужчина. — Вечно ломаешься, а мне теья чинить. Тьфу! Мэйсон замер, возвращаясь в реальность. Что это было? Если бы у него было сердце, оно забилось бы быстрее. Это было воспоминание. Настоящее. Болезненное. А что это было за место? И кто был тот мужчина, который чинил его? Адроид закрыл ящик и сел рядом, погрузившись в мысли. Похоже, он не так прост, как кажется на первый взгляд...