Созвездие нарисованное нами.

***

Ночник освещает комнату теплым светом. Из открытого окна доносится шум проезжих машин. В небе не видно не единой звезды—тучи заслонили собой всё пространство. В воздухе раздался шелест простыни. Девушка в головой укрыта одеялом, но её всё равно трясёт. Бирюзовые волосы распались по всей подушки. Ноги прижимались к животу. Свежий воздух, ночник, пересчитывание овечек в голове—всё это не помогает ей уснуть. Завтра у неё важный день. Не только потому что это её день рождение. Она поворачивается на бок. Эта часть двуспальной кровати ещё не нагрелась от её тела. Её сердцебиение заходится в ужасном ритме. Перед глазами вырисовываются различные геометрические фигуры. Она жмурится. Она делает глубокий вдох, выходит с трудом. Правая рука находит вторую подушку, сжимает. Ногти больно впиваются в ткань. В свети ночника заблестела её щека. Из коридора донёсся звук приглушенный звук шагов. Кто-то тоже не спал. Она погружается в поверхностный сон. Перед ней снова те дни, когда их было на одного человека больше.

>>>

Она сидит на табуретки, болтая ногами. Мама стоит позади, нежно разделяя её волосы на три пряди. Она что-то напевает. Миса смеётся, потому что мама случайно задела её за ухо. —Не дергайся, милая.—её голос, словно шелест листьев —Мам, а когда мы встретимс Зандика, то сходим покормить птичек в Парк Берси? —Конечно, обязательно сходим. Коколия говорила искренне. В тот день, встретя сына из школы, они весь вечер провели в парке. Они кормили птиц, играли с множеством пожелтевших листьев, которые она пинала красными сапогами. Она помнит, как те шуршали под ногами, как воздух пах сыростью и свободой. И как Зандик смеялся, когда утка чуть не выхватила хлеб у него из рук. Мама смотрела на них со скамьи. Её взгляд был усталый от домашней суеты, но она смотрела на них с любовью. Её руки теребили контрольную сына, которая лежала у неё на коленях. Не единой ошибки. Она проводит пальцем по строчке, где стояла пятёрка—и на секунду замерла. Будто не верила, что это написано её сыном. В груди что-то сжалось. Знакомое чувство — тошнота подступила к горлу. Она сглотнула, переводя взгляд на сына, на его смеющуюся фигуру. Он был таким свободным. Таким светлым. И это пугало. В душе что-то холодно закапало. Хрустнуло.

>>>

В аэропорту было не спокойно. Время близилось к посадке, каждый старался проверить—ничего ли он не забыл. Мать тянула её за руку, не контролируя силы, из-за чего её ноги не успевали сделать полный шаг. Она говорила по телефону, не стесняясь своего плавленого тона. Во второй руке она катила большой чемодан красивого синего оттенка. Зандик шел рядом со своей сестрой. В его руке тоже был чемодан, но он был черным. Его взгляд был уставлен в пол. А лицо ничего не выражало. Она хотела спросить что-то у мамы, но боялась. Та ещё никогда не была такой злой. Она помнила стулья, около которых они остановились. Они были с зеленой каёмочкой. Мать пробубнила им остаться тут и ушла. Она помнит, что её долго не было с ними. —Братик, а когда мы поедем домой? Я хочу спать.—она устала трёт глаза, поглядывая на мальчика рядом с собой. Он отвечает ей не сразу и не смотрит в ответ. От чего-то его щека всё это время красная. —Мы не вернемся домой, Миса.—Его голос надрывается на последнем слове. Он вдруг начинает кашлять. —Почему?—Она почти кричит, дергая брата за руку.—Я хочу к папе, он обещал прочитать сказка! С русалочкой!—Она начинает хныкать. Брат долго пытается её успокоить, но ничего не выходит. Её ноги болят, а из носа течёт. Она чувствует себя липко. Ей хочется домой. Коколия ещё из далека видит своих детей. Она сбрасывает звонок мужа, который всё ещё светится на экране. Пропущенных — десяток. Он звонил ей всю дорогу. Она направляется в сторону стульев. Рука отодвигает чемодан, женщина приседает на корточки рядом с дочерью. Она слушает её истерику. От её сбитой речи и всхлипов начинает болеть голова. —Миса! Перестань сопли на кулак наматывать!—Её голос строг, она на взводе. —Мы не поедем домой и папа не придёт.—Она вздыхает, в глазах дочери стоят слёзы. Девочка выглядит как напуганный зверек. Женщина трёт виски и уже спокойным голосом объясняет, что они улетают, что больше не вернуться, что теперь их трое, потому что папе они не нужны. Миса смотрит на неё округлыми глазами, переводит их на брата. Он не смотрит в их сторону, волосы закрывают его лицо. Она хочет, чтобы он посмотрел на неё—но он не поднимает глаз. —Ты врёшь! Папа любит нас и заботится! Почему ты врёшь?—Она не контролирует свой голос, её щёки покраснели. Она отпускает руку дочери — и Миса чувствует, как холодный воздух касается её запястья. Теперь она не держит её. Женщина потом встала на ноги. Взяла свой чемодан и бросив «идёмте» двинулась вперед. Её спина была ровной, но походка шаткой.

>>>

В воздухе витает запах медикаментов. До её ушей доходит чей-то приглушенный шёпот. Её глаза открываются, но всюду темнота. К горлу подступает ком. Она пытается встать. Но её останавливает чужая ладонь. Теперь она догадывается—это брат. Он просит её не двигаться. —Как ты себя чувствуешь?— Зандик начинает разговор первым. Она тянет свою руку, пытаясь нащупать его. Но утыкается во что-то твердое. —Что это?—девочка чувствует, как её берут за руку. —Книга, про Золушку.—Его голос пронизан печалью. Она не понимает от чего. От куда-то раздаётся шум. Люди говорят о каком-то несчастном случае, о страшных последствиях. У её груди что-то больно колит. На глаза давит повязка. —Почему я тут?— она сжимает чужую ладонь сильнее.—Я помню как мы с мамой ставили опыт для её работы…почему я теперь тут? Она не получает ответ. Ладонь брата еле-еле касается её. Она чувствует, что его трясёт. Вдалеке слышаться обрывки фраз «случайно», «опрокинула», «сможет видеть?». Она узнаёт этот голос. Он мамин. В нём почти нету тревоги. Слышится только усталость. В голове складывается пазл. Она тянет брата за руку, привлекая внимание. —Зандик…я больше ничего не увижу, да?—Её голос тихий. Без красок. —Глупости. Конечно увидешь. Просто, может быть, по другому.—он говорит это спокойно, но она чувствует, как его пальцы дрожат. Он сжал её руку, заставляя поверить. Но она не могла, не тогда. Она попыталась улыбнуться—но не смогла.

>>>

Они стоят в темном коридоре, когда она сжимает свою школьную форму. Мать стоит с чемоданом красиво….. Лицо женщины ничего не выражает. Только её голос наполнен сталью: —Мне нужно на конференцию. Это важно. —А мы?—Она запинается. Носок рисует по полу незамысловатые узоры. —Вы справитесь. Зандик позаботится о тебе.—Его имя она выделяет особенно, губы её кривятся. Дверь закрывается перед её лицом. Она остаётся стоять там одна, в полной тишине. Долго сверлит дверь взглядом—ждет, вдруг та откроется. Пока брат не выходит из своей комнаты. Он ничего не спрашивает, просто берёт за руку и ведет в гостиную. Зандик включает телевизор, вернувшись с кухни. Свет от экрана освещает его усталое лицо. Миса садится рядом, почти касаясь плечом. Он не отодвигается. Они вместе смотрят мультик «Куско», поедая фисташковое мороженое. Миса помнит, как часто брат покупал его раньше. Когда они жили с папой. Она так скучает по нему, но звонит он редко. Теперь у него новая семья. Он часто говорит, что ему их не хватает. Она не знает чему верить. Из мыслей её вырывает звук бьющейся о тарелку ложки.

>>>

Взгляд был расплывчат, что-то капнуло на чистый альбомный лист. Она смотрит на него, но ничего не видит. Во круг неё множество баночек, но для неё они практический идентичны. Она вытирает нос, встаёт из-за стола. Ноги сами ведут её к старому комоду в прихожей. Там всё ещё темно. Всё ещё пусто. Она падает перед ним на колени, не жалея их. Ящик открывается одним рывком, краски и кисти летят туда без разбору. Она звонко хлопает дверцей.

>>>

Она просыпается от громкого голоса, что доносится с кухни. На секунду ейхочется закрыть глаза и сразу заснуть. Но это лишь фантазии, так не бывает. Она опускает ноги на холодный пол, тапочки шоркают по полу пока она надевает их. Покинув свою комнату она направляется к источнику звука. На пути её привлекает окно. Луна сегодня полная и такая яркая. Она невольно улыбается. Из кухни слышится строгийголос матери: «Да, ты получил сто баллов, но только потому что это твой максимум. И я бы на месте проверяющего сняла баллы, у тебя были помарки. Если бы экзамен писала я то у меня было бы сто баллов, но потому что это максимум оценивания!» Миса не слышит голос брата, но видит его тень. Он стоит перед матерью с ровной осанкой, с сложенными по бокам руками. Она запомнила эту позу навсегда. Он не произносит не слова. Миса тихо направляется в свою комнату. Она знает, что он не хотел бы, чтобы она слышала это.

>>>

Уже третий день Зандик не ночует дома. Миса не успевает с ним пересечься, но знает—он приходит домой, когда тот пуст. Она звонит ему, но он пишет, что занят. Её голова идёт от этого кругом. Она приходит вечером, после прогулки с подругой. Мать разговаривает с кем-то на кухни. Она проходит на носочках до ванны и запирает дверь. Из-за двери доносится приглушенный голос: «Я столько лет на него угробила. Столько в него вложила. Дала всё, что только могла.» Женщина прерывается на пол секунды. «А ему всё не то, понимаешь, Астрид? Он видите ли хочет и сам писать научные работы. Без моего упоминания.» «Столько репетиторов, столько зубрёжки. Лучшие результаты экзаменов, среди свер…среди лбов здоровых, что с четырнадцетилеткой не сравнились.» Она задушенно тараторит, её голос уже надорвался. Миса смотрит на своё отражение, глаза блестят. Она не понимает, что происходит. Почему мама говорит такое о брате. Сердце заходится с новой скоростью. Она ещё долго просидела в ванной, смотря на открытый чат с Зандиком. Последние сообщение от него было вчера. Она написала «ты где?». Сообщение было прочитано, но ответ не пришел. Она понимала. Он больше не придёт.

>>>

Её вещи были собраны в чемодан, но большая часть не помещалась. Она запихивала их с огромной силой, выбирая что понадобиться больше. На телефон приходит сообщение о том, что Зандик уже приехал. Они договорились сходить в кино. Девушка подходит к своему комоду, на нём осталось множество мелочей. Её рука тянется к рамке с фотографией. На ней они втроём. Она сжимает её, прижимает к груди. Недолго думаю кладёт между одеждой—чтобы не разбилась. Она позвала брата на встречу, но не уточнила, что собирается поехать домой с ним. Она больше не может оставаться тут одна. Эти полгода показались ей десятью годами. Задушнеными, связывающими и давящими. Запах кофе и цветов больше не успокаивал. В глазах Зандика не было удивления. Он забрал из её рук чемодан, позволил упасть в свои объятия. Плечо его тогда знатно намокло. Он усадил её в машину, они поехали домой. Вечер встретил их фисташковым мороженым. В чужой квартире осталась короткая записка. Просьба понять и принять. С подписью о любви. С просьбой простить. Коколия в тот день не позвонила. И через неделю тоже. Рамка в чемодане всё же разбилась. Но фотография осталась цела. Но теперь она была спрятана в альбоме, который запрятан на дальней полке, хозяином дома.

>>>

Она резко открывает глаза, осматривая помещение. За окном всё ещё темно, луна слегка проглядывается из-за туч. Ночник в форме зайчика стоит на тумбочки, смотря в её сторону. За стеной слышится чей-то кашель. Девушка делает глубокий вдох. Простыня шуршит, когда она переворачивается на другой бок. Сердце сбавляет бешеный темп. Она дома.

***