Hereafter (будущее)

—Еще один шажок. Мария посмотрела на пол, на мягкие маты, которые покрывали его, и на расстояние, которое все еще разделяло нас. Ее колени дрожали от усилий удержаться в вертикальном положении, а лицо горело от унижения, которое потребовалось, чтобы справиться с этим в одиночку. Ее руки так крепко вцепились в поручни, которые помогали ей сохранять равновесие, что костяшки пальцев резко выделялись на фоне ее и без того бледной кожи, что было подвигом, учитывая стерильно белое освещение, которым была залита вся комната. —Я ненавижу это, — жалобно пробормотала она. —Это так унизительно.— Я знаю, подумала я, но не произнесла. Для меня тоже было унизительно заново учиться ходить. Решимость стать лучше позволила мне отвлечься от разочарования и смущения от того, что то, что должно было быть таким легким, стало таким трудным, но каждое оступление несло в себе жало неудачи, от которого мне никак не удавалось полностью преодолеть. —Если я это сделала, — сказала я ей, пытаясь подбодрить, — то и ты сможешь это сделать.— Ограждения, которые она использовала для поддержки, заскрипели под ее крепкой хваткой. Синяя обивка была, по крайней мере, достаточно прочной, чтобы не лопнуть от мучений, которым она подвергалась. —Это верно, —пробормотала она, как будто говорила больше сама с собой, чем со мной, —тебе тоже приходилось заниматься подобными вещами, не так ли? — Это продолжалось несколько месяцев после Золотого Утра, что означало, что я очень хорошо изучила эту отдельную комнату, примыкающей к главному спортзалу, и со всеми бесчисленными формами пыток, которые там были. Помимо того, что пули Контессы сделали с моим мозгом — и того, что я сделала с ним сама, когда Панацея возилась с моей Короной Палентия, — я была прикован к постели на несколько недель. После этого мне пришлось заново учиться многим вещам. Ходьба была лишь одной из них. Мария закрыла глаза, сделала глубокий вдох, а затем сделала еще один шаг вперед. Выражение триумфа и победы озарило ее лицо, но это длилось только до тех пор, пока она не убрала руки с ограждения, чтобы затем начать падать вперед. К счастью, именно для этого я и была там, поэтому мне не потребовалось никаких усилий, чтобы протянуть руку, поддержать директора. —Черт возьми, — выругалась она. —Ты молодец, — сказала я ей. —Ты имеешь в виду, что я чуть не упала лицом вниз? — горько огрызнулась она в ответ. —Боже! По крайней мере, этих двух новичков здесь нет, чтобы увидеть это! — Тогда они могли бы увидеть в своем Директоре человека, и насколько это было бы ужасно. Не то чтобы они уже не видели её, когда она проснулась, крича изо всех сил и рыдая из-за попытки Льва убить ее. —Технически, у этих двоих сейчас больше опыта, чем у всей команды А, — напомнила я ей. Что-то вспыхнуло в ее глазах, когда она снова посмотрела на меня, с гордостью. —За исключением одного.— Я подтвердила это коротким наклоном головы. Я не знала, была ли это самая справедливая оценка, поскольку я была почти уверена, что у меня самый большой полевой опыт во всей команде А, но я могла, по крайней мере, позволить Марии гордиться этим. —Они не стали бы думать о тебе хуже, —тихо сказала я ей. Ее лицо исказилось в гримасе. —Это не имеет значения. Я их босс, директор Халдеи. Они не должны видеть меня такой.—Она опустила голову и сказала тише: —Я не хотела, чтобы ты видела меня такой.— —Ты помогла мне, — напомнила я ей. —Меньшее, что я могу сделать, — это отплатить тебе тем же.— Ее щеки загорелись, и даже кончики ушей покраснели. Это было не совсем правдой, потому что на самом деле она была больше похожа на сурового надсмотрщика, требующего, чтобы я выкладывалась на все сто, но она не старалась поправлять меня. И даже если это было не совсем правдой, то только потому, что она предоставила лечить меня профессионалам. Она все еще была рядом на протяжении всего пути, следя за тем, чтобы я получала лучшее лечение, которое она могла себе позволить, с максимальной осторожностью. —Романи должен быть тем, кто это делает, — пробормотала она. —Романи также остается исполняющим обязанности директора, пока ты не встанешь на ноги, — сказала я. —Поскольку у него нет времени помогать тебе самому, конечно, он поручил это кому-то, кто был готов и способен.— И слишком упрям, чтобы принять отказ в качестве ответа. Не похоже, что кто-то другой желал занять мое место. Из оставшегося персонала единственным, кто был так же близок к Ольге, как я, был сам Романи. Все остальные были слишком далеки от нее в организации или слишком отталкивались от ее замкнутого характера, чтобы иметь возможность узнать ее так, как знала я. Даже если бы это было не так, я все равно бы вызвалась добровольцем. Я была ей обязана помочь ей хотя бы так. Ее пальцы впились в мои запястья. —Прошла уже неделя.— —И это занимает больше времени, —снова напомнила я ей. —Ты уже должна знать, что восстановление, не происходит в одночасье.—Я успокаивающе сжала ее руки. —Но оно так же не займет вечность. Ты просто снова привыкаешь к своему телу, а не переучишься с нуля. Романи сказал, что это займет всего около двух недель.— И мы уже помогли ей пройти через первую, я не произнесла, потому что мне не нужно было этого делать. Ей просто нужно было пройти еще через одну, и к тому времени она должна быть в состоянии ходить самостоятельно. Возможно, не без посторонней помощи, но без того, чтобы кто-то наполовину нес ее или катил в инвалидном кресле. Мария опустила голову. —Не похоже, что я чего-то добиваюсь, —жалобно пробормотала она. —По сравнению с тем, чего я добилась после первой недели? — Сказала я. —У тебя уже получается намного лучше.— У нее не было ответа на это. Или, может быть, у нее был, но она подумала, что это прозвучало бы слишком раздражительно или по-детски, чтобы озвучивать это, поэтому она просто не стала. Не то чтобы она была бы права, если бы произнесла, что мое выздоровление было сложнее из-за того, сколько мне приходилось собираться по кусочкам, но по той же причине мою душу не пересадили в новое тело после того, как мое старое разваливалось на куски, так что технически ей было намного хуже, чем мне. Ей просто было легче, потому что на самом деле с ней не случилось ничего плохого, ей просто нужно было приучить своё новое тело передвигаться и переносить собственный вес. —Давай, —сказала я, поднимая ее обратно и укладывая ее руки обратно на направляющие. —У нас должно быть достаточно времени, чтобы ты могла пройти в обратном направлении, прежде чем близнецы закончат свои ежедневные уроки с Эль-Меллой II.— Она поморщилась. —Не напоминай мне! Тьфу. Я все еще пытаюсь осознать, как он должен существовать! — —Вы читали мой отчет… — —Концепция достаточно понятна, — отмахнулась Мария, буквально подняв руку, как будто отмахиваясь от жужжащей мухи. — Это человек, в котором так мало смысла! Из всех магов, которые могли бы стать носителями Героического Духа, почему он? — —Возможно, это просто вопрос личной совместимости. Она выпустила воздух изо рта, и ее челка на секунду упала ей на лоб. —Разочаровывает то, что я не могу опровергнуть эту теорию, потому что он до сих пор не сказал нам, кем является его Героический Дух, что и носа из Эль-Меллоя не показывает! — Я слегка улыбнулась, подходя к другому концу тренажёра. Теперь, когда мы вернулись в Халдею, было не так уж трудно найти «Несломимую формацию» или «Лабиринт Каменных стражей», и это выдавало тот факт, что Мария была настолько увлечена тем, чтобы встать на ноги как можно быстрее, что она еще не прочитала заметки, которые я приложила к своему отчету. Впрочем, нет необходимости поднимать эту тему прямо сейчас. Это только смутило бы ее еще больше. В конце концов, она дойдет до этого. —Хорошо.— Я устроилась на противоположном конце Перил. Она оглянулась на меня через плечо. —Еще раз, Ольга.— Ее губы сжались в гримасу, но что бы ни делал Марисбери — как мужчина, как маг и как отец, — он не растил труса, и Мария медленно и осторожно повернулась лицом ко мне, а затем начала трудное путешествие с одной стороны восьмифутовых перил на другую. Даже когда ее колени задрожали и угрожали подогнуться под ней, она не позволила этому помешать ей. Она, вероятно, предпочла бы сразу вернуться в свою комнату, когда мы закончим, но время обеда быстро приближалось, и Романи запретил ей есть в своей комнате. В частном порядке он сказал мне, что хочет, чтобы она как можно больше отвлекалась и не оставалась одна, поэтому я не должна была разрешать ей есть где-либо еще, кроме кафетерия, но Марии он сказал что-то о том, насколько поднимет моральный дух остального персонала увидеть своего Директора живым и здоровым, если не полностью выздоровевшим. Я подозревала, что это было правдивее, чем он даже предполагал. Естественно, апеллировать к своим обязанностям директора Халдеи было самым быстрым и простым способом убедить Марию в правильности решения, хотя и не обязательно самым верным, поэтому, даже мысль о том, чтобы ее заталкивали в кафетерий в инвалидном кресле, задевала ее гордость, поэтому ей пришлось неохотно согласиться. Залы, конечно, были почти пусты, оставив нас в компании только моих гулких шагов и скрипа колес инвалидной коляски. Дневная смена должна была смениться вечерней примерно за час до этого, а ночная смена все еще была в постелях, так что утренняя смена, вероятно, готовила ужин, прежде чем им придется самим забираться в постель — немного забавный способ сказать, что шесть человек ели, шесть человек работали и шесть человек спали. На полпути рядом с нами материализовался Араш, и Мария взвизгнула, едва не выпрыгнув из инвалидного кресла. —Добрый день, дамы, —поприветствовал он нас. —Ты… как долго ты там пробыл? — Мария пролепетала. —Все время, — просто ответил он. —В конце концов, Тейлор - мой Мастер.— На лице Ольги быстро сменилась череда эмоций, переходя от удивления к ужасу, ярости и обратно, как будто она не могла решить, должна ли она быть возмущена или унижена. —Тебе что-нибудь было нужно? — Я спросила его. Он улыбнулся.—Это то, о чем я как раз собирался тебя спросить. Хочешь, я выскочу вперед и сообщу Эмии, что ты идешь? — —П-подожди, — сказала Мария, — ты сказал — значит, ты все в-видел? Все это? — —Разве я не должен был этого делать? — Спросил Араш. —Извините, директор, я не хотел шпионить за вами или что-то в этом роде. Просто нам, слугам, сейчас здесь особо нечего делать. Те из нас, у кого нет хобби, просто остаются при своих Мастерах. Приглядывают, понимаешь? Лицо Марии приобрело яростный оттенок красного. —Я — включая то, когда мне приходилось… когда я одевалась? — —Ну, естественно, я оставался снаружи комнаты для этого, —спокойно сказал Араш. —Если нам нужно наблюдать за нашими Мастерами в такие моменты, нас замещает Брадаманте. Она говорит, что мужчине не подобает видеть леди в таком виде. — Я почти пропустила подтекст во всем этом. Это был очень хитрый способ рассказать мне, не рассказывая мне. —Т-так ненамного лучше! — Мария запротестовала. —Вы, кто-нибудь из вас слышал о чем-то, что называется приватностью? — —Я не думаю, что они постоянно наблюдают за нами, —спокойно сказала я ей. Я взглянула на Араша. —Здесь, в Халдее, я думаю, мы в достаточной безопасности, чтобы не нуждаться в круглосуточном наблюдении.— Романи решил оставить её под наблюдением? — спросила я. Он хочет быть уверен, что у нее не случится рецидива, — ответил Араш. Или навредить себе, пытаясь сделать слишком много и слишком рано. Я сохранила непроницаемое выражение лица, когда сказала ему, я согласна. По крайней мере, до тех пор, пока она снова не сможет ходить самостоятельно. Араш опустил голову. —Я понимаю.— —Н-ну, хорошо! — Мария взорвалась. —Есть некоторые вещи, на которые у тебя нет допуска! Д- даже слуги должны следовать правилам, ты же знаешь! — Араш с улыбкой склонился в неглубоком поклоне. —Конечно, госпожа директор.— —Я не настолько ослабла, чтобы не увидеть, когда ты относишься ко мне покровительственно, — кисло сообщила ему Мария, нахмурившись. —Нет, нет, я понимаю, —заверил он ее. —Когда-то я был солдатом. Мне нужно знать только то, что мне нужно знать, верно? — Она еще мгновение смотрела на него, как будто искала любой признак вранья или насмешки, и когда она была удовлетворена, она откинулась на спинку инвалидного кресла.—По крайней мере, кто -то в этой организации разбирается в оперативной безопасности, — пробормотала она. Араш притворился, что не услышал ее, и вместо этого повернулся ко мне. —Тогда я пойду скажу Эмии, чтобы он приготовил еду еще для двух человек, если ты не возражаешь, мастер? — —Иди. Он снова исчез, снова оставив меня наедине с Марии. —Он был вызван тобой по совместимости? — она спросила меня. —Да, —ответила я. —Наше первое полевое испытание системы призыва внутри Орлеанской сингулярности.— —Отклонение от столетней войны, верно, —сказала Мария. —Тот, в котором фигурирует персонаж «Жанна Альтер».— Я позволила себе слегка улыбнуться. Да, это было похоже на Марию. Несмотря на то, что она должна была отдыхать и восстанавливать силы, она потратила это время на то, чтобы разобраться в том, что происходило, пока она была… нездорова, так сказать. —Он мог бы быть чуть менее дерзким, —проворчала она. —Но… я думаю, он хорошая пара. Сильный героический Дух.— Я оценила ее чувства, но мне хотелось, чтобы она сформулировала это немного менее так, как будто она моя мать, одобряющая парня, которого я привела домой. —Да, —нейтрально согласилась я.—И пару раз спасал наши жизни.— —И убил двух слуг, не получив ни царапины, — добавила она. Еще секунду она молчала, а затем тихо спросила: —Он был не тем, кого ты изначально хотела, не так ли? — Мои губы плотно сжались. Я ни для кого не делала секрета из этого, и меньше всего для Араша, но я никогда никому не рассказывала, какой Героический Дух я изначально надеялась призвать, когда мы начали подбирать катализаторов. По правде говоря, я действительно не знала, кого бы выбрать, просто исходя из того, с кем, по моему мнению, я могла бы хорошо поработать. Мы с Гераклом могли бы быть вполне совместимы, поскольку оба обладали нестандартным мышлением, но проблема с такими могущественными героями заключалась в том, что они часто требовали на своё поддержание океаны маны, поэтому любое преимущество, которое я могла бы иметь с ним, было нивелировано из-за того факта, что я, вероятно, не смогла бы поддерживать его дольше нескольких минут. Кроме него и моего списка неосуществимых желаний? Не было особого героического Духа, которого я действительно желала. —Нет, — сказала я так же тихо, — но я рада, что он все равно появился.— —Хорошо. Немного погодя мы подошли к дверям кафетерия, и они со свистом распахнулись, впуская нас. Я подтолкнула Марию вперед, и в тот момент, когда мы оказались внутри, все разговоры прекратились, и все, кто там ел, повернулись посмотреть. Под их пристальным взглядом кончики ушей Марии покраснели. —Ну? —потребовала ответа она. —На что вы все уставились? Перестаньте тратить время на разглядывание меня и доедайте свою еду! — Как будто это был какой-то знак того, что она жива, здорова и (почти) вернулась к нормальной жизни, семь сотрудников, которые были с нами в кафетерии, вернулись к своей еде, чтобы избежать гнева Директора. Мария хмыкнула и скрестила руки на груди, хмуро глядя на весь мир, поэтому я подкатила ее к ближайшему свободному столу и отодвинула стул с дороги для нее. —И-идиоты, — смиренно пробормотала она. —Я что, цирковой аттракцион? В этом нет ничего необычного! — Я собиралась подойти, чтобы принести нам еды, но Эмия предпочел принести еду нам сам, взвалив пару подносов, по одному на каждую руку. На нем все еще был один из тех нелепых новеньких фартуков — я была убеждена, что у него был целый запас таких, которые он менял, потому что, казалось, каждый день он был другим, с другой фразой, вышитой спереди. На этой была изображена вилка с надписью: «Кому с такими зубцами нужен рецепт?» —Специальная доставка, — сказал он нам. —Некий человек сказал мне ожидать появления нашего прославленного директора, поэтому я приложил все усилия, чтобы приготовить для вас блюдо.— Он поставил еще одно аппетитное блюдо в пределах досягаемости Марии, а затем прямо напротив нее поставил второй поднос, уставленный точно такой же едой. Ольга перевела дыхание и, похоже, не смогла удержаться от запаха, исходящего от ее дымящегося подноса. Это было еще одно блюдо из курицы, хотя я не узнала его с первого взгляда. В один прекрасный день у него должны были закончиться продукты. Я просто не была уверена, что это произойдет в ближайшее время. —Сегодня я выбрал что-то более западное, —сказал он нам. —Подумал, что смогу немного встряхнуть обстановку. В частности, это греческое. Мария критически посмотрела на свой поднос, когда я заняла место напротив нее, она разглядывала еду так, словно подозревала его в обмане. Или, возможно, в отравлении. Она чуть не закатила истерику, когда впервые увидела его, пока мы не объяснили, как он оказался здесь и готовит нам еду. —Греческий, ха… —Если вы пробовали это раньше, возможно, это будет не совсем то же самое, — сказал Эмия. —В конце концов, я был немного более ограничен в своих ингредиентах. Мне пришлось скорректировать рецепт, чтобы учесть это.— —Это ты так говоришь. Маряи взяла в руки вилку и начала нарезать еду, откусив первый кусочек — и остановилась на полпути ко рту, чтобы бросить на Эмию уничтожающий взгляд. —Ты что, собираешься просто стоять и смотреть или что? Это жутко! —Удовлетворение клиента — это величайший комплимент, который может получить шеф-повар, —парировал Эмия. —Я хотел убедиться, что вам понравилось, потому что мое мастерство в приготовлении западных блюд не так велико, как мой талант в приготовлении азиатских рецептов. Широким, преувеличенным движением Мария откусила свой первый кусочек, была вынуждена остановиться на секунду, когда вкус коснулся ее языка, а затем прожевала его более спокойно. —Ну? —Спросила Эмия, проглотив. —Я… это вкусно! — раздраженно сказала она. —Теперь ты дашь мне спокойно поесть? Мне не хочется, чтобы все так часто на меня пялились! —Если Директор доволен, то я уверен, что Рике это тоже понравится, — сказал Эмия, кивая самому себе.—Приятного аппетита, директор.— Он развернулся и пошел обратно на кухню, оставив нас одних. Во всей этой суматохе я принялась за еду, и, как всегда, Эмия приготовил что-то потрясающее. По-настоящему пугающим было то, что, когда мои вкусовые рецепторы, наконец, привыкли есть так много высококлассной, вкусной еды, возвращение к диетическим батончикам и еде массового производства в кафетериях стало пыткой. —Серьезно, —сердито пробормотала Мария, вонзая вилку в тарелку, —почему все не могут просто заниматься своими делами? У них есть дела поважнее, чем пялиться на меня только потому, что я в инвалидном кресле! — —Они все еще привыкают к твоему возвращению, — сказала я ей между укусами. —Большинство из них, вероятно, думали, что ты погибла навсегда.— Я не была уверена, как много Романи им рассказал. Вполне возможно, что он распространил информацию о том, что Директор тяжело ранена, а не мертва, среди остального персонала, но также возможно, что он не хотел брать на себя какие-либо обязательства, поэтому единственными, кто был в курсе, были те, кто непосредственно участвовал в ее возвращении. С другой стороны, мы были не совсем в отдельной комнате, когда впервые обсуждали возвращении Марии после Фуюки. Любой, у кого были уши, кто обращал на нас внимание, должно быть, слышал, что у нас был план по ее спасению. Прошли ли раунды после этого, ну, я не подумала спросить. Мария немного сгорбилась. —Они думали, ха…— —Меня не было рядом сразу после Фуюки, чтобы сказать наверняка, — сказал Араш, появляясь в кресле рядом со мной. Мария испуганно пискнула и слегка подпрыгнула на своем месте. —Но я поговорил с несколькими людьми после того, как мы вернулись из Орлеана, и, похоже, большинство из них думали, что надежды нет. Ваше возвращение — это что-то вроде небольшого чуда, директор. — —Прекрати это делать! — Мария зашипела на него. —Извините, извините! — Араш поднял руки, сдаваясь. —Я знаю, Рика тоже жаловалась на это. Просто не существует отличного способа материализоваться, который не включал бы в себя нанесение кому-то удара током. — —Это просто вопрос элементарной вежливости! — настаивала она. —Кроме того, ты можешь материализоваться прямо за дверью и войти, не так ли? По крайней мере, тогда мы бы увидели, как ты приближаешься! — —Думаю, да, — легко согласился Араш. —В любом случае, директор, многие люди не думали, что вы вернётесь.— Мария опустила голову, уставившись в дырку в своей тарелке. Мне не нужно было читать мысли, чтобы понять направление ее мыслей: И я была одной из них. Я ничего не могла с этим поделать. У меня не было ничего, чтобы улучшить ситуацию или помочь ей научиться справляться с этим. Я даже не была уверена, что Романи сможет помочь с этим, хотя собираюсь посмотреть, будет ли он пробовать. —Это утихнет, —заверила я ее. —Сейчас это в новинку, но как только они привыкнут к тому, что ты вернулась, все вернется на круги своя.— Столько, сколько они когда-либо были вокруг этого места. Словно вызванная именно этой мыслью, дверь в кафетерий со свистом распахнулась, и Рика громко пожаловалась: —Уф! У меня такое ощущение, что мозги вытекают из ушей! Почему магия должна быть такой сложной? — —Потому что она опасна, — ответил Эль-Меллой II, следуя за ней и Рицукой в комнату. —Чем сложнее что-то, тем более подготовленным вы должны быть, потому что тем выше вероятность того, что что-то пойдет не так. Это высказывание, которое я упомянул на нашем первом уроке, может звучать как клише, но это не мешает ему быть правдой.— —По крайней мере, ты делаешь успехи, Семпай! —сказала Машу, пытаясь успокоить ее. —Гарри Поттер лгал мне! — Рика захныкала. —Это не только размахивание палочкой и глупые заклинания, — согласился Рицука. Рика протянула руку, не глядя, и вяло шлепнула его по руке, как бы напоминая ему, что ему запрещено ссылаться на поп-культуру. —Конечно, нет, —сказал Эль-Меллой II. Он ухмыльнулся. —Если бы это было так просто, то каждый мог бы это сделать, не так ли? — —У меня такое чувство, что ты ссылаешься на что-то из второго сезона аниме, когда я даже не смотрела первый, — сухо сказала ему Рика. —Именем директора, я накажу тебя! — Сидевшая напротив меня Мария внезапно подавилась едой и прикрыла рот рукой, чтобы не сделать что-нибудь неловкое, например, не выплюнуть это себе на тарелку. Группа, совершенно ничего не замечая, подошла к стойке, за которой на кухне виднелась фигура Эмии, которая все еще готовила. —Эмия! — Драматично воскликнула Рика. —Мозги в кашу, нужно топливо! Очень вкусное! — —Сэмпай, не нужно быть такой грубой! — Пожурила Машу. —Эх.— Рика отмахнулась. —Мой домашний муж уже всё знает.— —Действительно, знаю, — протянул Эмия. Он подошел к стойке с подносами в руках и уже наполненными тарелками. Он поставил одну для Рицуки, одну для Рика, а Машу сказал: —Я вернусь с твоими через минуту, Маш.— —Спасибо тебе, Эмия! —Радостно сказала Машу. —Это не проблема. —Видишь? — спросила Рика. —Посмотри, как он хорошо натренирован! — —Как бы мне ни хотелось очернить этого конкретного человека, — сказал Эль-Меллой II, — даже я должен сказать, что он больше, чем просто хорошо дрессированная собака.— —Я просто знаю лучше, —ответил Эмия, вернувшись. —Если бы я попытался дать еду Маш раньше Мастера, она бы просто отдала свой поднос и подождала, пока получит свое.— —Я…— Машу смущенно опустила голову. —Д-да, я думаю, я бы …— —Ты хороший человек, Машу, — доброжелательно сказал ей Рицука. Маш еще больше опустила голову. —С-спасибо тебе, Семпай.— —Однако есть такая вещь, как быть слишком добрым, —вставил Эль-Меллой II. Он с громким чмоканьем откусил леденец, и в то же время его глаза осмотрели комнату и остановились на нас. На короткое мгновение они расширились, а затем сузились. —В любом случае, мастера, я возвращаюсь в свою комнату. Увидимся завтра на нашем следующем уроке.— Он замерцал и исчез из поля зрения, исчезнув. —Фу, так не хочу, чтобы завтра не наступило, — проворчала Рика. —Но нам это определенно нужно, — неохотно признал Рицука. —Это не значит, что мне это должно нравиться. В этот момент Машу обернулся и, увидев нас, ахнула: —Директор! — Близнецы немедленно обернулись, и их лица просияли. —Директор Мария! — Они поспешили присоединиться к нам, и к тому времени Ольге удалось восстановить контроль над собой и проглотить то, чем она чуть не подавилась. —Вы двое, — прохрипела она, — к кому, по-вашему, вы обращаетесь так фамильярно? — —Извините за это, директор, — сказал Рицука, хотя в его голосе не было особого сожаления. —Мы просто не так часто видели вас на прошлой неделе! — Закончила Рика. —Семпай была не единственной, кто ждал, когда вы появитесь как Гэндальф! — —Что? —Мария спросила в замешательстве. —Из Властелина колец, директор, — услужливо подсказала я. —Волшебник, восставший из мертвых.— —О.— Она взяла себя в руки. —Н- ну, это все равно не оправдание! Даже если меня не будет несколько месяцев, я все равно ваш директор! Твой босс! — Рика отсалютовала вилкой. —Вас понял, леди-босс! — —Не начинай! — Мария зарычала. —Рад видеть вас в таком хорошем настроении, директор, — сказал Рицука. —Мы беспокоились о вас, — добавила Машу. —Фоу! — вмешался маленький гремлин, как бы соглашаясь. Каким-то образом я была единственноё во всем объекте, которого он ненавидел. Я даже не могла припомнить, чтобы Лев получал от этой штуки столько язвительности, сколько я, и если он мог чувствовать во мне то, что ему не нравилось, так же ясно, как я могла чувствовать в Фоу то, что заставляло волосы на мне вставать дыбом. Я не была уверена, произошло ли это и просто не подала виду, или же этого не произошло, и просто было что-то особенное в том, что происходило между нами. —Н-ну, беспокоиться не о чем! —сказала Мария, которая, казалось, не знала, как справиться с их беспокойством. —Как видите, я в порядке! — Рика многозначительно посмотрела на инвалидное кресло Марии. —Э-э…— —Это временно! Я не собираюсь застрять в этом хитроумном устройстве на всю оставшуюся жизнь! — Секунду спустя ее мозг догнал рот, и щеки запылали. —Фу! Ты точно знаешь, что я имею в виду, не притворяйся, что не понимаешь! — —Добрый день, Рицука, Рика, Машу, — внезапно сказал Араш, привлекая внимание к себе. —Как прошел ваш урок с Эль-Меллой II? — —Тьфу, не напоминай мне, —сказала Рика. Она отправила в рот кусочек своего ужина и, обхватив вилку, продолжила: —Хот Попс из тех учителей, которые бросают в тебя мелом, если думают, что ты невнимательна.— —Но… у нас в Халдее даже нет меловых досок, —смущенно сказала Машу. Рика отмахнулась от этого. —Это принцип! Метафора! — —Не знаю, действительно ли я мог бы назвать его строгим, — сказал Рицука, — но он определенно из тех парней, которые не потерпят, чтобы ты расслаблялся.— —Что отстойно, — добавила его сестра, — потому что расслабляться — мое любимое занятие в классе.— —Вы что, даже не представляете, как вам повезло? — Спросила Мария. —Вы получаешь персональные уроки от Лорда Часовой башни! Есть маги, которые с радостью продали бы свои органы, чтобы оказаться в таком положении! — Рика моргнула. —Но ты же обучала Сэмпай, не так ли? Мари вздрогнула. —Н- ну, — сказала она взволнованно, — там были смягчающие обстоятельства! — Брови Рика поползли вверх. —Не знаю, как вы, леди-Босс, — сказала она, — но эти обстоятельства кажутся мне очень сильными.— —Вот почему вы должны выложиться по максимуму, ребята.— Араш снова вмешался, чтобы спасти положение. —Все, чему вы научитесь у Ифе и Эль-Меллоя II, очень важно. Это может просто спасти вам жизнь в будущем.— —Фу, — проворчала Рика. —Я ненавижу, когда ты говоришь подобные вещи, потому что в них слишком много смысла, и я не могу с этим поспорить. Логика — моя слабость, ты же знаешь! — —Я знаю тебя всю нашу жизнь, — сухо сказал Рицука, — и это определенно не так.— Она отправила в рот еще кусочек еды. —Мм. По крайней мере, я всегда могу быть уверена, что еда Эмии потрясающая. Стряпня Эмии никогда меня не предаст.— —Если только ты не съешь её слишком много, — отметил Рицука. —Тогда там будет жестокий бунт против твоего желудка.— —Фу! — Брадаманте внезапно появилась в кресле рядом с Арашем. Мария снова испуганно вскрикнула. —Не напоминайте мне! Я все еще не оправился после вечера с карри на прошлой неделе! — —Тии-тян! — Рика радостно поздоровалась. —Прекратите это делать! — Ольга зарычала. —Неужели ни у кого из вас нет ни капли элементарной порядочности? Что это за человек, который просто случайно материализуется посреди разговора? — —О! — выдохнула Брадаманте. —Мне так жаль! Я даже не подумала об этом! — Так же внезапно, как она появилась, она исчезла, и Мария удивленно пискнула. —Что? Куда она теперь делась? — Мгновение спустя дверь со свистом распахнулась, и Брадаманте вошла и направился обратно к нашему столику. Она заняла место, которое только что освободила, и как ни в чем не бывало продолжила: —Сэр Эмия готовит замечательно, но это делает его еще более опасным. Вы должны следить за тем, чтобы не съесть его слишком много, иначе расплатитесь за свое обжорство. — —Ты …—Мария ущипнула себя за переносицу дрожащими пальцами. —Как будто уйти так внезапно было хоть немного лучше …! — —Прошу прощения? —растерянно переспросила Брадаманте. —Мне следовало остаться вместо этого? Признаюсь, некоторые из этих вопросов этикета немного сбивают с толку. Я все еще изучаю правильные формы. — —Это немного отличается от того, что было, когда мы были живы, —согласился Араш. —Возможность принимать форму духа многое меняет.— —Я не знаю, могу ли я что-нибудь сказать, — призналась Машу. —Поскольку я не могу принимать форму духа, мне не нужно думать о такого рода проблемах.— —Может быть, леди-Боссу стоит провести семинар или что-то в этом роде, — услужливо предложила Рика. —Эй, да! Урок о правильном использовании формы духа и о том, когда можно входить в нее и выходить из нее! — —Это …! — Сердито начала Ольга, но затем остановилась, на секунду задумалась и откинулась на спинку инвалидного кресла. Она приняла то, что я привыкла называть позой размышления: голова наклонена, подбородок упирается в кончик указательного и большого пальцев одной руки, а другая обхватывает локоть. —Это… на самом деле не такая уж плохая идея.— Рика замолчала, моргая, ее вилка была на полпути ко рту. —Это так? — На самом деле это было не так, и удивительным было то, что до сих пор никто не задумывался о том, как это будет работать. У меня и раньше были некоторые подозрения, что это будет необходимо, но это было настолько низкоприоритетно, что я действительно не пыталась спланировать это или что-то в этом роде. План Рики не был идеальным, но он был довольно простым. С положительной стороны, это дало бы Марии пищу для работы и мозгового штурма, пока она не будет в достаточно хорошей форме, чтобы возобновить свои обязанности директора. —Очевидно, что эта идея потребует некоторой доработки! — Сказала Мария. —Но Халдея — безопасный объект! Технология, которая защищает нашу миссию и саму нашу жизнь, — это не то, к чему каждый должен иметь доступ! Если уж на то пошло, если кто-то из наших техников испугается во время работы и повредит что-то настолько важное, то это ничуть не лучше, чем если бы их уничтожил сам Лев! Кто еще должен объяснять что-то настолько важное, как не директор? — —Ну, что могу сказать? — Араш улыбнулся. —Хорошая работа, Рика.— Рика перевела взгляд с Марии на Араша и обратно. Нерешительно она взмахнула свободной рукой. —Славься великая я?