Hereafter (будущее)

      — Бедная, бедная Рене, — Произнесла «М» с фальшивым участие не обманувшим никого, подходя медленно и осторожно и не позволяя нам разглядеть нечто большее, чем высокий худой силуэт в тумане — Похожее её товарищи, как и её дражайший отец, не волнуются о том что с ней станет.       Ещё до того, как я успела осознать сказанное, Фламель атаковал, подчинив землю покрывшуюся рябью и подняв каменные колонны с пола пещеры, окружившие «М» и сковавшие её туманную фигуру, пока единственным, что было видно, не стали её глаза. В тот момент, когда Слугу поймали, колонны превратились в сталь, создав нечто похожее на искорёженный саркофаг.       — Авраам! — Встревоженно воскликнул Джекилл.       — Ты расскажешь мне, что ты сделала с Рене, — прорычал Кастер. — Сейчас же.       — Как грубо, — спокойно сказала «М». — Так вы обращаетесь со всеми хозяевами, когда они приходят приветствовать вас в своих домах? У вас совсем нет манер?       Зеленый свет начал возникать вокруг её лица.       — Из праха ты родился, и прахом ты станешь, — драматично произнесла Слуга, говоря так быстро, что было почти невозможно разобрать отдельные слова. — Узри же свою магию, ибо теперь она стёрта!       На поверхности стальной тюрьмы образовались трещины, из которых в воздух стало изливаться больше зеленого света, а затем вся конструкция взорвалась, разбрасывая во все стороны комья грязи — не стали — и очищая воздух вокруг «М». На мгновение, которое, возможно, не продлилось и нескольких секунд, Слугу вообще ничто не заслоняло.       Наконец-то мы можем разглядеть существо, с которым имели дело…       Мой разум застыл.       — Них… чёрт, — произнесла Рика на вдохе. — Малефисента!       Так оно и было. Она выглядела гораздо более реальной, чем в последний раз, когда я её видела на экране телевизора, но высокие скулы, рубиново-красные губы, дьявольские рога, торчащие из её головы в купе с тёмной мантией — всё это выглядело так, словно было взято прямо из мультфильма 1959 года.       — Ч-что? — пискнула Машу.       — Это… не должно быть возможно, — сказал Эмия, такой же напуганный, как и я.       — Кажется, я не нуждаюсь в представлении, — беспечно сказала «М» с улыбкой. — Но вы выглядите довольно встревоженными… возможно, менее устрашающая форма лучше бы подошла ситуации?       Мантия раскрылась по мановению руки «М».       — Приятное лицо, скрывающее ярость и гнев, — она почти пропела глубоким и звучным голосом, — отбрось его ради мудрости эпох!       И вот так просто худощавый, моложавый облик растаял, щеки обвисли, кожа одряхлела, а её тело съежилось, пока злая фея не склонилась над своим посохом, схватившись за верхушку скрюченными руками. Вокруг её рта и глаз образовались глубокие морщины, которые, казалось, были высечены из камня, когда Слуга постарела на сорок лет менее чем за четыре секунды.       — Такой облик вам ближе по нраву? — спросила она более высоким и резким голосом. — Максимально приближенный к приведенному описанию, каким бы скудным оно ни было, не так ли?       «М» не была Слугой, являясь тем же типом существ, что и злой волк. Нет, это было очевидно в тот момент, когда я поняла, кто она такая, потому что, хоть Рика и назвала её Малефисентой — таким изысканным именем на букву «М», соответствовавшим тому, что мы знали о вдохновителях, стоящих за этой Сингулярностью, — мне была известна история, стоящая за мультфильмом, начало которого было сделано по первоисточнику, но как только оно вместе с несколькими первыми актами заканчивалось, Малефисента, принимавшая в сюжете прямое участие, всё более становилась творением скорее аниматоров, режиссеров и художников-раскадровщиков, чем Шарля Перро.       — Ты не должна существовать, — слова слетели с моего языка прежде, чем я сумела себя остановить.       Поскольку у злой феи в «Спящей красавице» была только эпизодическая роль на праздновании дня рождения принцессы, когда Малефисента обиженная как на то, что её не пригласили, так и на то, что наспех обустроенные для неё помещения были менее красивыми по сравнению с комнатами других фей, из-за злости наложила проклятие на маленькую принцессу, после чего исчезала из повествования, и больше о ней никто не вспоминал. У нее даже не было имени, но опять же, в версии Перро, как мне помниться, и у других персонажей их тоже не было.       Старческие щеки растянулись в холодной улыбке. — А я не должна? И всё же, независимо от того, что вы думаете, я существую, не правда ли?       — Ты обнаружишь, — пробормотал Эмия, повторяя то, что он сказал, практически целую жизнь назад, — что большинство Героических Духов смягчаются и меняются под веяниями новых эпох.       Холодок пробежал у меня по спине, когда я вспомнила как он говорил эти слова Рике, чтобы помочь ей понять, что Слуги, которых мы встретили, являются не насекомыми, оказавшимися в янтаре, что уберёг их воздействия прошедших эпох, а развивающимися личностями, изменяемыми продвижением социального равенства и ожиданиями общества. Героические Духи могли меняться под влиянием своих легенд и того, что люди думали об этих легендах столетия спустя, даже если эти изменения полностью искажали первоначальную историю.       Мне следовало подумать об этом раньше.       Смех злой феи, поглощённой зелёным огнём, отдавался эхом в коридорах, пока мгновение спустя перед нами снова не предстала высокая, стройная фигура Малефисенты.       — И как же мне повезло, — радостно сказала она. — Что ж, думаю, я должна поблагодарить этого человека за то, что он преподнес мне такой драгоценный подарок. Его звали… Уолт, не так ли?       — Я не думаю, что это возможно, — сумел сказать Рицука, хоть и немного неуверенно.       — Жаль, — сказала злая фея. — Но я думаю, что вместо этого вы все послужите прекрасной заменой…       Внезапно издалека возник сгусток пламени, разраставшийся по пути, пока не поглотил фигуру Малефисенты, воспламеняя остатки магической энергии в окружавшем слугу тумане, но мне пришлось побороть желание отвернуться или закрыть глаза, пока магический костёр пылал.       И спустя секунду под гулкий смех пламя окрасилось в зелёный, а затем медленно угасло, открывая нам фигуру совершенно нетронутой и торжествующе ухмыляющейся феи.       — Черт возьми, — сказала Жанна Альтер. — Эта сука даже не подгорела.       — Хочешь попробовать ещё раз? — сухо спросила Мордред.       — Пошла ты, бриташка.       — Огонь? — прокричала Малефисента. — Как банально! Как старомодно! Я бы не ощутила его, будь он хоть трижды жарче!       — Она ещё одно Существо из Сказок, — мрачно сказал Фламель. — Я думаю, мы обнаружим, что она так же невосприимчива к нашим атакам, как и злой волк, а единственое орудие её убийства — та же вещь, что и положила конец злой фее в оригинальной истории.       Она не умерла в своей истории — больше являясь сюжетным механизмом, чем настоящим персонажем настолько, что о ней больше не упоминалось после того, как она выполнила функцию, для которой существовала. Но был небольшой намек, который, возможно, просто померещился литературоведам: она могла быть старухой с веретеном, о которое принцесса уколола палец.       Даже если бы мы приняли это за рабочую теорию, ну и что? Старуха тоже не умерла.       — Я чего-то не понимаю, — сказала Рика скромно и на этот раз серьезно. — Если она «М», а «М» — вдохновитель, который проделал всю эту обалденную идеологическую обработку с мистером «П» и Бэббсом (1), но при этом она просто ещё одна сказочная… штуковина из Благородного Фантазма другого чувака, то… Кто на самом деле стоит за всем этим?       Очень, очень хороший вопрос, на который я не была уверена, что у меня есть ответ. Предположительно, «М» была той, кто заставила всех остальных Слуг выполнять свои приказы, но если она, в конце концов, была просто ещё одним проявлением Благородного Фантазма Перро, то кто или что с самого начала подчинило Шарля? Ещё один из этих Демонических богов? У меня не было лучшего ответа.       Если да, то где он прятался? В Ангербоде?       — Ну? — спросила злая фея. — Хотите попробовать что-нибудь ещё? Бедняжка Рене ждёт своего спасения, и, кажется, я единственная, кто стоит у вас на пути, не так ли?       — Авраам, — пробормотал Джекилл, — у тебя есть какой-нибудь план, который мы могли бы попробовать?       — Мы… могли бы попробовать израсходовать её запас магической энергии, — ответил мужчина, — но если она напрямую связана с Граалем, то…       То у неё была практически бесконечная энергия, которую она могла использовать. Даже если мы полностью уничтожим её тело за один раз — не причинив существенного ущерба пещере и не рискуя обрушить на нас тонны грунта, — тогда она может просто восстановиться, как будто ничего не произошло. Балмунг определенно мог уничтожить Малефисенту, как и Подвиг Грома Ифе, Кларент крови Артура Мордред, La Grondement du Haine Жанны Альтер, как и почти каждая крупномасштабная атака, которая у нас была.       Но останется ли она мертвой? Эта фея действительно умрет, если мы убьем её?       С другой стороны, она не была Слугой, а являлась порождением Благородного Фантазма Перро, и это означало, что писатель должен был быть где-то здесь. Самый простой и безопасный способ избавиться от Малефисенты — это обезвредить её призывателя. Она вместе со злым волком просто исчезнет, как только Шарль умрёт, оставив путь к Граалю свободным.       Единственная проблема заключалась в том, что сам Перро мог быть подключен к Граалю, а злая фея всё ещё мешала нам достигнуть нашей цели, поэтому нам нужен был какой-то способ убрать её с пути или обойти. Возможно, будет легче её отвлечь нежели надеяться на использование грубой силы с неизвестным результатом.       Араш резко развернулся, выпуская шквал стрел нам за спину и попадая в противника, издавшего яростный вой, который подсказал мне, кто пытался к нам подкрасться ещё до того, как я успела обернуться. Оранжевый полосатый кот в дворянской одежде бросился в сторону, сумев увернуться от почти всех стрел, кроме трех, разорвавших его плащ в клочья.       — Вы были неосторожны, Кот — отругала его Малефисента.       — Мои извинения, мадам, — сказал кот с легким французским акцентом, медленно обходя нашу группу, при этом держа нас в своём поле зрения и готовясь снова увернуться, если понадобится. Араш держал свой лук нацеленным на кота, но стрелы не призывал. — Боюсь, я не смог сдержать свою жажду крови в самую последнюю секунду, что смог заметить вот этот Арчер с, уж больно, сильным восприятием.       Злая фея пропела: — Неважно. Было бы, хорошо, если бы вам удалось убрать одного из их Мастеров, но, в конце концов, это не имеет никакого значения.       Ещё один враг… но, по крайней мере, мы теперь знаем, где Кот. Теперь, когда он был у всех на виду, нам не нужно было беспокоиться о том, что он устроит нам засаду.       — Ха, — сказала Рика, как будто спрашивала о погоде. — Эй, Араш, это тот кто похитил Рене, верно?       — Это он, — ответил Андерсен. — Эта шляпа, эта одежда, эти ботинки — здесь нельзя ошибиться, прямо перед нами «Кот в сапогах».       Рика кивнула. — Агась. Эмия? Убей его.       Эмия даже не колебался. Одним размытым движением он наложил стрелу, простой на вид длинный меч, переделанный в тонкое металлическое древко, похожее на какую-то гигантскую иглу, на свой лук и натянул тетиву. Кот даже не успел среагировать, как его голова просто исчезла во взрыве крови, позволив всему остальному телу безвольно упасть на землю.       — Срань господня! — Авенжер вскрикнула от восторга.       — Черт возьми, — сказала Мордред. — Не знала, что ты способна на такое.       — М-мастер? — Удивленно спросила Машу.       — Ты же знаешь, что это ничего не даст, — сказал писатель.       — Да, — призналась Рика. —Но это заставило меня почувствовать себя лучше.       — Это несколько успокаивающе, (2) — мрачно согласился Фламель.       — Как это безжалостно с вашей стороны, — с улыбкой сказала злая фея, взглянув на своего безголового союзника. — Кот. Прекрати валять дурака и возьми себя в руки.       Внезапно труп грациозно вскочил на ноги, приземлившись на все четыре лапы, и мгновение спустя обзавёлся новой головой, выросшей из окровавленной шеи, как распустившийся цветок. Кот покрутил головой и плечами, словно разминаясь, а затем со вздохом встал на задние лапы.       — Итак, это было действительно необходимо? — раздраженно спросил кот. — Даже если это была не критическая рана, мне очень нравится моя голова, она моя любимая, спасибо.              — Ну, по крайней мере, ты его не разозлила, — пробормотал Рицука.       Итак, если мы не могли убить ни одного из них или нанести какой-либо перманентный, значимый урон, то нашим единственным вариантом является отвлечение внимания.       Араш, я спросила его по нашей связи, ты видишь где-нибудь Рене или Перро?       Он нахмурился и, прищурившись, посмотрел сквозь туман в сторону Ангербоды, а мгновением позже ответил мне по связи: — Нет. У этого гигантского парового двигателя много чего происходит, так что они могут быть где угодно.       Отлично. Ещё одно ограничение: мы не могли использовать каждый Благородный Фантазм действующий по площади, если не хотели рисковать и жизнью Рене, и возможностью того, что может случиться с Граалем, если бы по нему попал тот же Кларент, поэтому мы должны быть более точными.       Третья вещь, которую мне нужно было иметь в виду: Джекилл, Тосака и я не могли отойти от Фламеля, а такая большая группа не прокрадётся мимо Кота и Малефисенты незамеченными, как и Машу, тоже не отличавшаяся скрытностью, и если близнецы отойдут от нас с нашим лучшим защитником, когда нам это может понадобиться, ситуация будет в лучшем случае опасной, а в худшем — фатальной.       Однако, если всё, что нам было нужно — это смерть Перро, то, строго говоря, нам необязательно убивать его самостоятельно. Тем более не обязательно его убивать чем-то особенным, на подобии Благородного Фантазма.       — Фламель, — тихо сказала я, — ты можешь поддерживать свой Благородный Фантазм во время боя, или это для тебя слишком?       Он поморщился. — Моей концентрации не хватит на столько действий. Мои извинения — я позволил своему темпераменту взять верх, когда мы впервые увидели её, и без необходимости подверг вас риску.       Это было нехорошо, но понятно. Тем более я не могу винить его за то, что он вышел из себя, когда появилась злая фея, особенно из-за её насмешек. Не тогда, когда жизнь Рене висела на волоске. Не тогда, когда она несла главную ответственность за похищение Рене.       Возможно, она так же задевала и некоторые мои болевые точки.       — Тогда не переусердствуй.       — Я думал, доктор Джекилл является его Мастером, — пробормотал Тосака.       — У меня нет никакого опыта в битвах, — смиренно сказал Джекилл. — Поэтому, если я хочу, чтобы этот бой прошёл менее напряжённо, я с радостью отдам право командования более компетентному человеку.       Хорошо. Тогда не нужно беспокоиться о том, что он попытается отменить моё решение.       Жанна Альтер, сказала я по нашей связи.       Авенжер лишь слегка дёрнулась, скривив губы, но не подала никаких других очевидных признаков того, что она вообще меня услышала. Да?       Мне нужно, чтобы ты передала сообщение Рицуке и Рике, — продолжаю говорить ей. Мы собираемся отвлечь Малефисенту и Кота, поэтому нам нужно показать, что мы относимся к битве серьезно.       Какое-то время она не отвечала. Что ты подразумеваешь под «серьезно»?       Используй всё, кроме крупномасштабных Благородных Фантазмов, сказала я прямо.       Щека Слуги дернулась, угрожая показать улыбку. Теперь ты говоришь на моём, нахуй, языке. Конечно же, я сообщу этим нюням.       — Вы что, замышляете заговор? — понимающе спросила злая фея с жестокой улыбкой на губах. — Очень хорошо. Полагаю, я могу дать вам минуту, чтобы осознать безнадежность вашего положения. Но только мгновение.              — Вы слишком великодушны, мадам, — возразил Кот, — но если таково ваше желание, то, полагаю, я не смогу убедить вас в обратном,              Малефисента сдержанно усмехнулась. — Никогда не позволяйте себе говорить, что я не великодушна.              Морда Кота скривилась в сносной имитации ухмылки. — Пропади пропадом эта мысль!              Без ментальной связи я могла только наблюдать за тем как менялись выражения на лицах остальных — сначала близнецов, затем Эмии, Сейбер и Машу — пока они обсуждали детали, какими бы они ни были. Мной же эти несколько секунд были потрачены на то, чтобы связаться с Арашем.              Я собираюсь отправить Джеки вперед, чтобы она позаботилась о Перро, было передано мной по мысле-связи. Слуга замер, положив палец на тетиву лука. Пока она ищет его и убивает, мы будем полностью удерживать внимание Кота и Малефисенты на себе, сколько сможем.              Понял, ответил он, а затем продолжил. Я позабочусь о том, чтобы Кот не побежал за ней.              Я медленно, неглубоко кивнула. Хорошо.              Вслух же говорю: — У нас нет другого выбора. Мы должны пройти через неё, если хотим найти Рене и вернуть Грааль, но нам нельзя задеть атакой ни то, ни другое, поэтому никаких Анти-армейских или Анти-крепостных Благородных Фантазмов.              Я намеренно позволила себе говорить достаточно громко, чтобы злая фея и Кот могли слышать нас, но не настолько громко, чтобы это могло показаться намеренным.              — Верно! — сказала Машу. — Мы должны спасти мисс Рене!              Мордред прищелкнула языком. — Никаких Благородных Фантазмов? Ну хорошо, чего ещё прикажешь?              — Она не просит многого, не так ли? — сухо согласился Эмия решив добавить уловку от себя.              — На что вы двое жалуетесь? — Протянула Жанна Альтер, готовя свой меч. — Ограничения сделает бой более забавным!              — Для полного психа, вполне возможно, — пробормотал Андерсен.              — Ага, — решила спросить Фрэн. — Ага, э-э-э-э, ага?              — Мне жаль, — сказала я ей.              — Э-э-э, — её ответ был недовольным, но понимающим. Хоть она и являлась сверхчеловеком, но простого бытия сверхчеловеком без опыта сражений было недостаточно в битве между слугами.              Джеки, её инструктаж я оставила напоследок, пока мы их отвлекаем, мне нужно, чтобы ты скрытно подошла к той большой машине и нашла там Слугу — человека с книгой, возможно, подключенного к механизмам— и убила его. Это единственный способ победить фею и Кота.              Джеки кивнула мне. Хорошо, мамочка! Мы поняли!              — Готовы? — лукаво спросила злая фея. — Тогда давайте, как говорится, начнем второй раунд.              Она подняла руки и высоко подняла свой посох над головой. — Обжигающий жар со смертельной целью, теперь несись по ветру, шар огня!              Перед навершием посоха быстро сформировался вращающийся огненный шар, почти мгновенно достигшего размера пляжного мяча, и как только последнее слово слетело с её губ, заклинание полетело к нам, словно пушечное ядро. Машу бросилась вперед и с вздохом блокировала снаряд прошедший по поверхности её щита, почти жадно облизывая края.              — Она только что бросила в нас Огненный шар! — взвизгнула Рика.              — Да? — сказала Мордред. — Тогда я собираюсь бросить меч! (3)              Как будто это был сигнал, все остальные бросились в бой, Кот в первую очередь, с воем бросился в нашу сторону, вытянув когти, как ножи, и Эмия встретил его, отбросив лук ради своей любимой пары парных мечей.               Даже с самого начала было очевидно, что Кот, несмотря на все свои таланты, был хищником, привыкшим использовать неожиданность и грубую силу, чтобы расправляться со своими врагами, разрывая их на части своими когтями. Арчер в красном, возможно, и не обладал таким уровнем мастерства, как кто-то вроде Ифе или Ипполиты, но всё равно его мастерство было больше, чем у Кота, и поэтому, несмотря на то, насколько Существо из Сказок было сильнее и ловче, разрыв между их силами был не слишком огромным.              Однако это не означало, что Кота было легко победить. Казалось, он предпочитал чередовать тактику «бей и беги» и внезапные, жестокие атаки по каждой жизненно важной точке, до которой он только мог дотянуться, своими острыми, как бритва, когтями, прежде чем отступить, чтобы попробовать снова. Против обычного человека или Кастера, который не мог дать отпор, эта тактика, вероятно, было бы очень эффективна, просто потому, что у Кота было очень много острых лезвий, прикрепленных к каждой из его лап, но Эмия был из тех бойцов, которые предпочитали использовать несколько клинков одновременно.              Машу, конечно же, осталась позади, находясь всегда между нами и врагом, чтобы в любой момент блокировать всё, что было нацелено в нашу сторону. Сэйбер и Жанна Альтер, в свою очередь, с радостью бросились за злой феей, отступавшей от нас так плавно, что казалось, будто она порхает над полом.              — Свет, поддержи меня и стань моим щитом! — Малифисента начала произносить заклинание. — Шторм, верши суд над моими врагами на поле боя!              Перед ней образовался полупрозрачный барьер, в виде изогнутой панели зеленого света, достаточно большой, чтобы перекрыть всю пещеру, Мордред с Авенжер врезались в неё, но резко отскочили, когда из барьера вырвался ветер, а через свои металлические клинки Слуги получили электрический заряд.              Они обе кубарем упали на землю покатились, Сэйбер зарылась руками в грязь, чтобы сбросить инерцию, а Жанна Альтер использовала свой меч, оставивший глубокую борозду, как своего рода тормоз.              — Блять! — яростно выругалась Мордред, сильно сжав кулаки на рукояти меча, чем вызвала скрип латных перчаток. — Чем больше я вижу хуйни, которую ты делаешь… тем больше ты напоминаешь мне ту, кто мне действительно не нравится!              — Оставь свои проблемы с мамочкой на потом, бриташка! — огрызнулась Авенжер.              — Иди нахер!              Они снова прыгнули на злую фею, чтобы щит снова отбросил их назад порывом ветра, попутно наградив молнией, отчего и без того растрепанные волосы Мордред начали вставать дыбом, в тоже время Жанна Альтер начинала выглядеть всё более и более злой.              Быстро сконцентрировав свою ману в снаряд, который я через секунду, потраченную на прицеливание, превратила в Гандр, направленный прямо в барьер, как проверка, которая, как и следовало ожидать, дала мне не самую приятную информацию: заклинание бесполезно ударилось о барьер из света и рассеялось, показав свою неэффективность. Таким образом, эта панель, блокировала не только физическую силу, значит мы не могли просто закидать её заклинаниями.              — И что это должно было сделать? — ехидно спросила меня Жанна Альтер, на что я не потрудилась ответить.              В третий раз они вдвоем оттолкнулись от земли, Мордред теперь вложила в свой меч ещё больше маны, так что он потрескивал красными разрядами, а Жанна Альтер добавила пламени в свой замах, но, как и в предыдущие два раза, барьер спокойно принял их атаки и отбросил Слуг назад, пока Малефисента злобно и самодовольно смеялась.              — Неужели, вы до сих пор не поняли, что всё куда сложнее? — насмешливо спросила она.              — Естественно, у неё нашлось что-то из этой фейской херни! — прорычала Мордред. — Конечно же, блять, да!              Её лишь называют злой феей, подумала я, но не сказала. Эти слова не помогли бы. И технически говоря? Они не имели значения, потому что мы с самого начала не планировали убивать злую фею.              Фрэн внезапно пришла в движение, бросившись прочь от группы без какого-либо предупреждения, чем застала врасплох даже меня, и к тому времени, когда я протянула руку, чтобы попытаться удержать её, она была уже на полпути к барьеру злой феи.              И тут ко мне пришло осознание: она не имела с нами мысле-связи, поэтому не знала, что на самом деле нам вообще не нужно было преодолевать этот барьер.              — Фрэн! — Машу и близнецы попытались её окликнуть.              Мордред повернула голову, когда Фрэн пробежала мимо неё: — Какого хрена ты делаешь?              — Уф! — вот и всё, что сказала Фрэн.              Она оперлась руками о барьер, когда она изо всех сил пыталась не позволить порыву ветра сдуть её назад, лишь для того, чтобы разряд электричества прошёл по её рукам… прямо в металлические детали, расположенные у девушки на голове. Они гудели и светились, треща долю секунды, чтобы вернуться к нормальному состоянию.              Осознание того, что она пыталась сделать, пронзило мой разум.              — Мордред, Жанна Альтер! — приказала я. — Не дайте Фрэн оторваться от барьера!              — Ты совсем ёбнулась? — огрызнулся на меня Сэйбер. — Она лишь себя убьёт!              — Просто сделайте это!              — Р-р-а! — крикнула Фрэн, снова бросаясь обратно к барьеру.              — Блять!              Мордред и Авенжер бросились к барьеру, чтобы на этот раз, когда Фрэн положила руки на барьер, Слуги уперлись пятками в пол туннеля, обхватив девушку за плечи. Ветер поднялся в безуспешных попытках сдуть группу, лишь разметав волосы девушек, пока в Фрэн не ударила молния, бросавшаяся на розоволосую снова и снова, лишь чтобы девушка крепче вцепилась в барьер.              Разряды электричества продолжали течь вверх по рукам Фрэн, некоторые растекались по броне Мордред и перчатках Жанны Альтер, но большая их часть попала в жужжавшую, скрежетавшую и впитывающую электричество, как губка, конструкцию на голове гомункула. Я не могла видеть её лицо, но могла представить, как она стиснула зубы.              Проходили долгие секунды, пока они боролись с натиском барьера, посылавшим в их сторону всё больше и больше молний, попадавших в металлические конструкции на голове Фрэн, что с каждым мгновением скрипели всё громче и громче, выделяя большое количество света. Я знала, что должен быть какой-то предел поглощения, и у меня не было сомнений в том, что Фрэн тоже это знала, но насколько далёк её предел, мне не было известно.              Затем, Фрэн начала кричать, когда внезапно, странные детали на голове девушки полностью раскрылись, обнажив вращающиеся колеса белой плазмы.              — ГРА-А-А-А!              И настоящая гроза вырвалась из её рук, когда всё электричество, которое девушка поглотила, внезапно высвободилось в сторону барьера, озарив пещеру ослепительной, яркой вспышкой, вероятно, такой же горячей в эпицентре, как солнце. Звон бьющегося стекла был почти не слышен за оглушительным, отдающимся эхом грохотом, который потряс меня до костей.              Однако испуганный крик злой феи прозвучал громко и отчетливо.              Я пыталась прогнать пятна перед глазами, когда она поднялась на ноги, растрепанная и разъяренная.              — Вы жалкие черви! — взвыла она. — Как вы смеете!              Она снова подняла свой посох, направив энергию в украшенное драгоценными камнями навершие, но Мордред не дала ей возможности произнести заклинание, вонзив лезвие своего меча в живот Малефисенты, разбрызгивая красную кровь по полу пещеры.              — Не так быстро, сука!              — Это моя реплика, бриташка! — Прокричала Жанна Альтер, оббегая фею с другой стороны и отрубая ей руку с посохом. — Не так уж и сложно без твоей фантастической магии, не так ли?              — ХВАТИТ! — взревела Малефисента, отбросив Мордреда и Жанну Альтер зеленым огнем. Пламя покрыло её тело, медленно восстанавливая оторванную руку, но выражение её лица оставалось яростным.              — Если вы собираетесь продолжать мне мешать, — прошипела она, — тогда мы посмотрим, как вы, рыцари в своих сияющих доспехах, справитесь с врагом более грозным, против которого ваши ничтожные навыки бессильны!              Злая фея вскинула руки, и зеленое пламя становилось ярче и жарче, пока я не ощутила его своим лицом, даже находясь очень далеко от драки. Малефисента стала не более чем силуэтом на заднем плане, тенью, отбрасываемой стеной огня, с горящими глазами.              — С острыми зубами, крепкими рогами и могучими крыльями, в броне из тёмной, как ночь, чешуи! — эхом раздался её голос. — я превращусь в чудовище из страхов людских!              Силуэт Малефисенты изменялся, становясь всё больше и больше, пока не навис над нами пугающе знакомым образом. Руки, разведенные в стороны, скручиваясь и трансформируясь, превращались в крылья, по мере того как вытягивалась шея, а рога расширялись и удлинялись. Глаза стали похожи на два пролома геенну огненную, вместе с тем её туловище стремительно расширялось, пока развевающийся плащ, превращался в пару гигантских ног и длинный змеевидный хвост.              Блять. Дисней, почему ты не мог выбрать другую злодейку, из какой-нибудь совершенно другой сказки, на то чтобы полностью переписать её изначальную историю?              — О, — сказала Рика. — О, о, о, я помню этот момент!              — Я тоже, — сказал её брат, — хотя прямо сейчас я действительно жалею, что помню!              — О боже, — сказал Фламель. — Это нехорошо,              — Авраам? — спросил Джекилл.              Грохот эхом разнесся по пещере, когда злая фея, взмахнув крыльями, явила свою новую форму во всем её ужасном великолепии: покрытая блестящей и черной как смоль чешуей, с темно-фиолетовым брюхом, её драконья форма практически достигала размеров Фафнира. Когда Малефисента раскрыла рот, мы увидели, что он бы полон острых и белых, как кость, зубов, длинной практически с меня, но помимо этого, у неё ещё были темные и изогнутые, как лезвия кос, когти, оставлявшие глубокие борозды в земле. Её удушающее и злобное присутствие заполнило всю пещеру, давя на меня, как нож у горла.              Окруженная ореолом зловещего света, исходящего от Ангербоды, сменившая свой облик, злая фея была гораздо больше похожа на злого дракона из легенд, чем Фафнир.              — Что это, блять, такое? — закричала Мордред. — Как, нахуй, ты это сделала?              Мне потребовалась секунда, чтобы понять, что гулкое эхо, отразившееся от стен пещеры, являлось смехом злой феи.              — Нихера себе, — сказала Жанна Альтер, — она превратила себя в ебанного дракона!              — Эт-этого не было в оригинальной сказке! — начала утверждать Машу.              — Стоп, правда? — спросила Рика. — Дисней солгал мне!              Со вздохом Малефисента задрала свою голову вверх, начиная концентрировать магическую энергию в районе лёгких, когда её грудь наполняясь воздухом, а во рту скапливался огонь. Её намерения были очевидны.              — Машу!              Но если это было очевидно для меня, то это было очевидно и для Рицуки, который срочно окликнул Машу.              — Хорошо!              Машу выставила свой щит перед группой. — Лорд Халдеас!              Перед нами и злой феей возникла знакомая полупрозрачная стена, появлявшаяся кирпичик за кирпичиком и не успевшая сформироваться, как голова злой феи дернулась вперед, распахнув рот, и обрушивая на нас, разгорающийся в её горле, поток огня, подобный напалму и омывавший поверхность Лорда Халдеаса. При этом это пламя было настолько горячим, что я могла почувствовать некоторую долю жара даже за этой защитой, но этот огонь, что, вероятно, мог бы расплавить мою плоть до костей, бессильно ударился о барьер, распространяясь в стороны, прежде чем превратиться в ничто.              В течение нескольких долгих секунд поток лился на барьер, но в конце концов Малефисенте пришлось вздохнуть, остановив поток и оставив её свирепо смотреть на щит, который блокировал её атаку. Вместо этого она с рычанием замахнулась на стену своими массивными когтями, которые за исключением, издаваемого при ударе о стену, скрипа, ничем, по эффективности, не отличались от огненного дыхания.              Возможно, она выглядела как злой дракон из легенд, и у неё даже был определенный метафизический вес за плечами, но, в конце концов, Фафнир всё ещё был мощнее. Когда мы с ним столкнулись, я, впервые за долгое время, по-настоящему испугалась врага, но раздувшаяся (4) сказочная злодейка в облике дракона просто не внушала такого ужаса.              — Хей, семпай? — несколько нервно сказала Рика. — Возможно, сейчас самое время вытащить Зигги из берлоги, ты так не думаешь? — Типа, драконы — это вроде как его специальность?              — Зигги? — Озадаченно спросил Джекилл.              Это была не худшая идея, но…              — Он ничем не сможет нам помочь, — сказала я ей. — Она не настоящий дракон, а Существо из Сказки. Балмунг не сможет её убить.              — Разве вы не помните? — Добавил Андерсен. — Сказочное существо может быть убито только тем, что убило его. Даже если вы приведете сюда такого героя, как Зигфрид, чтобы сразиться с ней, он не сможет сделать ничего большего, чем то, что делают Мордред и эта пироманьячка.              В этом не было смысла. Мы не пытались убить её, просто отвлечь, пока Джеки не найдет Перро. Вызывать Зигфрида на бой с ней было бы просто пустой тратой заряда нашей системы Теневых Слуг, который нам может понадобиться здесь довольно скоро.              За Лордом Халдеасом, Малефисента сделала ещё один вдох, вновь готовясь использовать огненное дыхание.              — Машу! — снова закричал Рицука.              Ещё одна вспышка пламени обрушилась на легендарную стену, заставляя выступить капли пота на лбу Машу, пока девушка продолжала удерживать барьер. Розоволосая сдерживала пронзительный крик, не позволия нашей защите дрогнуть ни на секунду.              — Я-я буду держаться так долго, как смогу, Семпай! — успокоила успокоила своего Мастера полу-Слуга.              Однако, чем дольше всё будет длиться, тем сильнее будет ухудшаться ситуация: Такой дорогостоящий Фантазм как Лорд Халдеас, с прошествием будет требовать всё больше магической энергии на своё стабильное существование, что вскоре, возможно станет слишком расточительным.              — Эй, волшебная сучка! — прокричала Авенжер. — Ты здорово облажалась, превратившись в дракона!              Поток огня спал, открыв нам вид на массивную голову Малефисенты, что вперилась своими горящими адским огнем глазами на Жанну Альтер. На что Слуга лишь усмехнулась.              — Потому что, знаешь кто я? Я Драконья Ведьма, поэтому твоя чешуйчатая задница моя…              Авенжер прыгнула на отпрянувшую в попытке уклониться злую фею. Однако, насколько Малефисента стала сильней, настолько же она стала медленней и менее манёвренной, что она могла бы исправить поднявшись в воздух, где вероятно, ей бы удалось сравняться в скорости с современным пассажирским реактивным самолетом, но здесь, в этой, не предназначенной для полёта дракона пещере, ей оставалось только извиваться и вертеться.              Жанна Альтер приземлилась на плечо Малефисенты, и медленно с помощью своего меча, вонзённого в чешую и использованного в качестве ледоруба, она поднималась на заднюю часть чешуйчатой шеи, под яростное сопротивление обращённой феи.              В конце концов, Авенжер добралась до головы и ухватилась за пару изогнутых рогов.              — Теперь, — скомандовала она, — на колени, огромная сука!              Но приказ сработал не полностью. Злая фея боролась с приказом всем свои естеством, вынуждая массивное тело дёргаться в конвульсиях, пока мышцы непроизвольно сокращались, когда Малефисента медленно, словно находясь под водой, прогибалась. Казалось, что она подчинялась с огромными усилиями, выглядя так, будто на всё её тело давила гравитация, которой злая фея сопротивлялась так, что из её рта на мгновение выползали языки зелёного пламени              Интересно, как долго это продлится? Злая фея была недостаточно ни феей, ни драконом, чтобы её можно было полностью контролировать, и пока она могла продолжать черпать больше силы из Грааля, то могла бы переломить ситуацию, высвобождая огромный всплеск энергии, чтобы сбросить Жанну Альтер.              Со вздохом и дрожащими руками Машу позволила Лорду Халдеасу исчезнуть.              — Это не удержит её надолго, — сказала я.              — Это просто должно удерживать её достаточно долго, верно? — возразил Рицука.              — Возможно, что и нет, — предупредил Фламель. — Если Малефисента достаточно умна, чтобы успокоится, то она придумает способ, которым переломит ситуацию: вроде такого простого, как возвращение в гуманоидную форму.              И нельзя было сказать, что у злой феи не было какого-нибудь заклинания, способного навредить Рене, которое она могла бы использовать, как только она успокоиться. Мне следовало подумать об этом раньше, потому что Малефисента вполне могла придумать что-нибудь, чтобы наказать нас, если бы мы побеждали до того, как она обратилась в драконью фору              — Стоп! — сказала Рика. — Стоп, Стоп, Стоп! Кажется, я знаю, как её убить!              — Ну?              Рицука покачал головой. — Нам не нужно убивать её…              — Я имею в виду, навсегда! — Рика уточнила. — Послушайте, превращение в дракона — это не то, что она могла делать в сказке, верно? Вы же об этом говорили, так?              — У злой феи даже нет имени в оригинальной истории, — сказал ей Андерсен.              Рика кивнула. — Тогда всё остальное, на что она способна, появилось у неё из-за выдумок Диснея, так? В таком случае!..              Её можно убить так же, как и в мультфильме?              Моей первой реакцией было отрицание. Литературовед во мне даже не хотел принимать эту идею, но когда я отбросила этот порыв…              — Возможно, — вот и весь мой ответ.              — Мы ничего не потеряем, если попытаемся, — сказал Араш.              Мы действительно могли так сделать.              — Дерзай, Рика,              Её улыбка была достаточно яркой, чтобы осветить весь туннель.              — Мо-тян! Скорее сюда! — позвала она Мордред.              Сейбер подбежала к нам, не спуская глаз с сопротивляющейся Малефисенты, и одновременно говоря: — Что? Говорите быстрее, потому что, не похоже, что та хрень долго продержаться.              — Мне нужно, чтобы ты как можно лучше изобразила странствующего рыцаря! — Быстро сказала Рика. — Я собираюсь произнести заклинание, а затем мне нужно, чтобы ты метнула свой меч прямо в сердце Малефисенты!              Мордред смотрела на Рику с крайним недоумением. — Бросить мой меч? Ты с ума сошла?              — Просто доверься мне! — настаивала Рика.              У Слуги были явно видны сомнения по этому поводу, но Сэйбер протянула ей меч, выжидая и наблюдая, как сопротивляется злая фея. Рика протянула руки к Кларенту, растопырив пальцы, как будто собиралась благословить клинок на подвиг.              — Меч истины, лети быстро и уверенно, — выдохнула она, — чтобы зло умерло, а добро сохранилось!              Сэйбер застыла на месте. — Что?              Рика просто указала на дракона. — Бросай!              Мордред колебалась ещё секунду, пока не отвела руку назад, собравшись с силами и метнув свой меч, как дротик, когда злая фея сделала шаг назад, застонав и качав головой.              Вопреки всякому здравому смыслу, Кларент полетел прямо, острием вперед и пронзил сердце дракона.              Реакция была немедленной: существо попятилось, отчаянно цепляясь передними лапами за рану, и издавая громкий, полный агонии рев, наполовину огромного, разъяренного зверя, наполовину умирающей, измученной женщины. Пещера вокруг нас затряслась и завибрировала от звука, и на секунду я подумала, что всё, чего мы достигли, — это лишь разозлили её ещё больше.              А затем дракон, словно марионетка, лишившаяся всех нитей, обрушился с тяжелым стуком на, задрожавший от подобного, пол пещеры, безвольно растянувшись с закрытыми глазами и кислотно-зеленым языком, вывалившимся изо рта, в то время как под ним медленно растекалась большая лужа фиолетовой крови.              Как и в мультфильме, злая фея была побеждена.