В шаге от укуса

Джон Харрис бежал так, как не бегал даже в полицейской академии. Рёбра горели адским огнём, лёгкие словно засыпали стёклыми крошками, а пот заливал оранжевые очки, мешая видеть дорогу. Он не выбирал маршрут. Он просто мчался туда, где в темноте и тумане переулков мелькало меньше всего этих грёбаных мёртвых силуэтов. Позади него раздавался сплошной, нарастающий топот и хлюпанье сотен ног. Твари преследовали его по пятам, зажимая в тиски кривых городских улиц. Джон резко свернул в глухой тупиковый двор, окружённый серыми стенами, и затормозил так, что подошвы тяжёлых ботинок проехались по луже. Пиздец. Впереди высилась глухая стена огромного двенадцатиэтажного жилого дома. Справа и слева путь отрезали ржавые железные гаражи. Джон резко развернулся назад, вскидывая пистолет. Из тумана на него лавиной вывалилась толпа — штук сорок тварей, щёлкающих гнилыми зубами. Капитан нажал на спусковой крючок. БАХ! БАХ! Последние две пули разнесли черепа двум передним зомби. Пистолет сухо щёлкнул, замирая в открытом положении. Патронов больше не было. Совсем. — Ну давайте, суки подзаборные! Подходи по одному, блять! — бешено заорал Джон, перехватывая пустой пистолет за ствол, собираясь использовать его как кастет. Он прижался спиной к бетонной стене двенадцатиэтажки, готовый дорого продать свою жизнь. В это же время на самом краю крыши этой высотки сидел Лололошка. Он лениво жевал галету, свесив ноги в пустоту, и с интересом наблюдал за драмой, развернувшейся далеко внизу. Пронзительно-голубые глаза парня безразлично отражали копошащуюся внизу массу. Ло заметил копа ещё пару минут назад, когда тот только влетел во двор. Парень под шарфом дерзко ухмылялся, думая: «Ну и как же ты теперь будешь отбиваться, умник в оранжевых очках?». Ло рассчитывал, что Джон сможет продержаться на кулаках хотя бы пару минут, или найдёт какую-нибудь трубу, чтобы проломить черепа первым рядам. Ло хотел посмотреть на этот цирк сверху. Но твари двигались слишком быстро. В тумане скрывалось гораздо больше мертвецов, чем казалось с высоты двенадцати этажей. Огромный зомби-строитель в разбитой каске мощным ударом плеча сбил Джона с ног. Капитан повалился в грязь, пистолет вылетел из его рук. Твари мгновенно облепили его, судорожно пытаясь вцепиться зубами в плотную ткань тактической куртки. Джон яростно матерился, отбиваясь ногами, но мертвецы подбирались всё ближе к его шее и лицу. Ещё секунда — и раздастся хруст рвущейся плоти. Это было гораздо ближе к укусу, чем Ло рассчитывал. Голубые глаза Лололошки мгновенно сузились, превратившись в две холодные точки. Смех испарился. — Блять, придурок упрямый, — процедил Ло сквозь шарф. Он сорвался с места, как выпущенная стрела. Ло не стал спускаться по тёмной лестнице — это заняло бы слишком много времени. Он прыгнул прямо с края крыши на железный козырек пожарного балкона десятого этажа, оттуда, спружинив ногами, перелетел на толстую газовую трубу, съехал по ней вниз и с глухим, тяжёлым стуком приземлился прямо на крышу ржавого гаража на уровне второго этажа. Спрыгнув с гаража прямо в гущу толпы, Ло с размаху вогнал свой охотничий нож в темя зомби-строителю, спасая Джона от неминуемого укуса за мгновение до катастрофы. Дикая жесть ворвалась во двор с яростью урагана. Ло двигался с пугающей, безумной скоростью, словно под его кожей горели неоновые молнии. Он крутанулся волчком, и его клинок с хрустом перерезал шеи сразу троим мертвецам. Во все стороны полетели брызги бурой, вонючей крови, заливая стены дома и лицо лежащего на земле Джона. Ло действовал безжалостно и хирургически точно. Пинком ноги он размозжил голову одной твари, перехватил руку другой и с силой вогнал её же гнилые пальцы ей в глазницу. Хруст костей, глухие удары клинка и стоэтажный, яростный мат Лололошки, который косил тварей десятками, смешались в один безумный саундтрек. За пару минут Ло буквально в одиночку вырезал всю толпу, превратив узкий двор под двенадцатиэтажкой в сплошное, месиво из отрубленных конечностей и разорванных тел. Когда последняя тварь с пробитым черепом тяжело рухнула на асфальт, в переулке снова воцарилась тишина. Лишь дождь тихо стучал по крышам гаражей. Лололошка стоял посреди этого ада, тяжело дыша. Его белое худи теперь было практически полностью бурым от чужой гнили, а синий шарф промок от крови. Он медленно повернул голову к Джону. Голубые глаза Ло яростно горели в темноте. Он подошёл к лежащему в грязи копу, грубо схватил его за грудки гражданской куртки и одним мощным рывком поднял на ноги, прижимая спиной к стене. — Ты совсем, блять, отбитый наглухо, ублюдок?! — заорал Ло прямо в лицо ошалевшему капитану, срывая синий шарф на шею. — Какого хуя ты припёрся именно к моему дому?! Тебе мало было одного раза? Ты жить вообще не хочешь, сукин ты сын?! Ещё бы секунда, и эти мрази сделали бы из твоих мозгов паштет! Джон стоял, тяжело дыша, его рёбра дико выли от боли, оранжевые очки были полностью забрызганы каплями зомби-крови. Но, глядя на взбешённого, тяжело дышащего парня перед собой, капитан лишь хрипло, упрямо усмехнулся разбитыми губами: — Заткнись... Ты снова... материшься, мелкий. Но зачистка... чисто сработано, блять. Спасибо. Ло лишь злобно зыркнул на него, но хватку на куртке ослабил. Пути назад у Джона больше не было. Двор был отрезан, город кишел тварями, а единственным безопасным местом во всём этом аду была крыша двенадцатиэтажки, высившаяся прямо над их головами.