Пламя и кровь

Помимо зимы и кризиса продовольствия, регентскому совету приходилось разбираться с гораздо более раздражающей проблемой: толпой дракорождённых подростков. Леди Бейла и Рейна (у которой, между прочим, был дракон!) желали брака. Король, которому к концу зимы исполнилось целых шестнадцать лет, не желал плодиться и размножаться. Нужно было что-то сделать с бастардами, неожиданно многочисленными, и их матерями. И, наконец, Алин Веларион - сам, бесспорно, один из пресловутых дракорождённых подростков - привёз из Лиса живого, здорового и плодовитого принца Визериса, который немедленно привлёк внимание некоторой части придворных. Учитывая, что весна унесла жизни лорда Корлиса и сьера Тиланда, новый кризис мог показаться забавным - но вовсе таковым не был.

Принцессы-невесты

Строго говоря, леди Бейла и Рейна не были принцессами - этот титул принадлежит детям и внукам монархов, а на престоле сидел только их прадед, король Джейхейрис. Но это не делало Бейлу и Рейну менее ценным товаром на брачном рынке - в отличие от отсутствия девства и наличия крайне скандальных слухов. Вот что доносил о них домой бессменный дорнийский посол при Железном Троне, сьер Адрик Аллирион: Принцессы Бейла и Рейна похожи друг с другом, как волна похожа с ледяной горой: в них есть нечто общее, но это общее теряется за различиями. Леди Бейла была бы красивым юношей, а как женщина она нехороша собой, коренаста, с тяжёлой грудью. Талии у неё почти нет, а руки сильные, как у мужчины. На лице её ожог от драконьего пламени. Однако она весьма искусна в науке соблазнения, всегда хорошо одета, и глаза у неё горят, как огонь. Немногие могут устоять, если она их пожелает. Она весела и склонна к винопитию, любит охоту, и много танцует на балах, хотя всегда жалуется, что они ей скучны. Говорят, что она урождённая копия принцессы Алиссы. Леди Рейна похожа на свою мать, леди Лейну. Она высокая, стройная и статная, с очень широкими бёдрами. Она носит волосы на манер, принятый в Долине, и часто одевается в розовый и сиреневый, в честь своего дракона Утро. Мне кажется, что лгут те, кто говорит, что она участвовала в языческих оргиях своего отца, так она скромна и благочестива. Она, впрочем, мало бывает на людях, предпочитая заниматься рукоделием в своей светлице или играть с драконом; говорят, что она непревзойдённая арфистка. Остаётся только добавить, что сьер Адрик, вероятнее всего, ошибался касательно оргий: известно, что в Долине леди Рейна родила бастарду, девочку по имени Эфраси, которую леди Джейн немедленно передала на воспитание в монастырь.

Мужья дракониц

Больше всего опасений регентскому совету внушала, конечно, леди Бейла. Своенравная, страстная натура, легко увлекавшаяся любой случайной идеей, она могла быть опасным инструментом в руках врагов государства - не зря сьер Адрик советовал князю внимательнее присмотреться к леди Бейле и по возможности найти такого мужчину, который направит её нам на пользу. Сьер Анвин Пик, всё ещё в раздражении из-за того, что его драгоценная дочь отправилась в дикий Дорн, предложил выдать девку за лорда постарше, с сучковатой дубиной и крепким характером - как свидетельствует "Камергерский журнал", кратко излагая заседание регентского совета. Идея всем понравилась, и леди Бейла оказалась просватана за лорда Таддеаса Рована - человека безусловно положительного и уважаемого, но разменявшего уже шестой десяток и народившего шестерых сыновей. Своенравная девушка, конечно, стерпеть такого не могла. Под покровом ночи она бежала на Дрифтмарк, и там за считанные несколько дней так очаровала юного Алина Велариона, что он согласился взять её в жёны - даже вопреки желанию как регентского совета, так и своего великого деда, лорда Корлиса. Брак этот не был счастливым. Очарование скоро спало, и Алин обнаружил, что его жене нужен был не он, а богатства Дрифтмарка - в мужчинах и играх страсти леди Бейла разочаровалась после истории с лордом Креганом, предпочитая окружать себя юными девами. Впрочем, она исправно рожала детей, хотя от кого - неизвестно. На лорда Алина никто из них не был похож. Что до леди Рейны, то её выдал замуж сьер Леовин Корбрей - за сьера Корвина, своего старшего брата. Это был не самый разумный выбор, и вот почему. Испокон веков, Корбреи владеют мечом, что зовётся Покинутой. В нём, как говорят, живёт дух девицы Иригерт, некогда брошенной самым первым лордом Корбреем, сподвижником Артиса Аррена. Эта Иригерт, поняв, что её возлюбленный не вернётся, призвала семерых валирийских кузнецов и велела принести её в жертву и пустить эту жертву на меч из валирийской стали - который лорд Корбрей никогда не оставит позади. Этот-то меч отличался весьма своенравным характером и не терпел соперниц; владевшие им рыцари обычно давали обет целомудрия или предпочитали мужчин - а если нет, Покинутая скоро мстила им за измену, отнимая их жизнь. Поэтому первый брак леди Рейны продлился недолго; впрочем, об этом позже.

Множество бастардов

Покойный зелёный король был весьма охоч до женского пола - как и до мужского, и даже, по слухам, до гермафродитов, жрецов Индроса и собственного дракона. Неудивительно, что после его смерти появились десятки женщин, претендующих на то, что родили от него бастарда. Что любопытно, появились они все после смерти короля. При его жизни бастардов как будто и не существовало; даже Геймон Белокурый был оставлен при дворе как государев воспитанник, а не сын. И только он, единственный из всех, был признан бастардом Эйгона Второго и уже в таком качестве был постоянным спутником и другом Эйгона Третьего и королевы Джейхейры - которая, впрочем, отрицала своё с ним родство. Ещё двадцать семь (!) были осмотрены септой Алладорой и регентским советом, найдены нисколько не схожими с королём и отправлены туда, откуда пришли. А ещё была некая Марион, дочь торговца целебными травами. Эта Марион принесла ребёнка мужского пола, с лиловыми глазами и рыжими волосами с белой прядкой - и, что важнее, привела пятерых свидетельниц, вместе с ней деливших королевское ложе. Против таких доказательств было сложно что-нибудь сделать - и маленький Рейгон, а через него и его мать, были приняты ко двору, где она стала второй ключницей, а он получил достойное воспитание и позднее стал белым щитом. Но бастарды были не только у зелёного короля - бастарды были и у него отца, и у принца Деймона (как ни странно), и даже... у принца Джекейриса. И если бастарды короля Визериса были все уже взрослыми людьми и не слишком надоедали регентам - большинство были вполне рады получить небольшую сумму денег, ручательство знатного лорда для хорошего брака или посвящение в рыцари - то бастарды принцев...

Полынь и Крапива

Бастарда принца Джекейриса звали Полынь, и его чудом спасли верные слуги - от собственной матери. Мать, леди Юнис Фарман, была долей принца Джекейриса при делёжке железянской добычи на Светлом острове, и железяне считали её его солёной женой - те, которые признавали принца Джекейриса за человека, а не сухопутную крысу, конечно. Всего солёных жён у принца были три - две девицы Драмм, оставшиеся на островах, и леди Юнис, которую он взял с собой на Драконий Камень, где та и жила до конца войны, запертая в западной башне замка. Пережитые ужасы железянского рейда, смерть первенца, заточение и нежеланная беременность повредили бедной женщине психику; сына она назвала Полынью и относилась к нему очень странно, то не отпуская его с рук, то пытаясь убить. Полынь был доставлен в столицу слугами, и был признан Эйгоном Третьим за племянника. Позднее этот мальчик стал причиной одного из многих восстаний: он, как сын солёной жены, по мнению некоторых лордов не мог считаться бастардом, а должен был быть посажен на престол как законный, пусть и сомнительный, сын старшего, пусть и сомнительно законного, сына Рейниры. Что до бастардов принца Деймона, то основной из них была, конечно, Крапива - хозяйка дракона Овцекрада. После гибели принца, она скрылась в Лунных Горах, где стала объектом почтения и поклонения местных горцев, назвавших себя Опалёнными - и чем дальше, тем сильнее эти горцы становились, доходя до того, что они нападали на замки, разрушали драконом стены и грабили всё, что за этими стенами было. Сьер Леовин Корбрей требовал как можно скорее выделить войско для борьбы с обнаглевшей бастардой и её дикарями, но вплоть до 136 года регентский совет упорно отказывался - сначала было нужно разобраться со снабжением, потом нарастить мясо армии, потрёпанной долгой войной, и уже только потом решать локальные проблемы Долины. Но к 137 году пришло время и для этого - но сначала пришлось встретить принца Визериса.

Опасный принц

В начале весны, похоронив своего великого деда, лорд Алин Веларион отправился с посольством в Лис - предлагать от имени Железного Трона почётный мир... ну, или отсутствие мира и скорую гибель. Именно там к нему пришла женщина по имени Лорна - некогда жена наездника Среброкрылой, Ульфа, а ныне... нет, как ни странно, не наложница или проститутка, а уважаемая торговка зеленью под эгидой дома Логар, супругой одного из младших членов которого Лорна ныне являлась. Логары не были самым сильным из лиснийских семейств, хотя их глава был одно время адмиралом лиснийского флота - но, что важнее, Логары были старинными сторонниками Саанов, ныне изгнанных из Лиса альянсом Рогаре и Хаэнов. А Лорна была весьма благодарна своей новой семье - и за мужа, куда лучшего, чем бедный пьянчужка Ульф, и за то, что бедный Ульф оставался здоров и не порабощён. И она решила сыграть против Рогаре, выдав лорду Алину небольшой их секрет. Все знали, что мужем Ларры, старшей дочери магистра Рогаре, был мальчишка, отданный ей в возрасте едва ли одиннадцати - теперь этому мальчику было целых тринадцать, и у него уже было двое детей. Знали и о том, что мальчик был куплен магистром для садов наслаждений, но отчего-то отдан в мужья родной дочери, пусть и нелюбимой. Мальчика этого из Пентоса доставили Логары с прочим грузом потенциальных рабов. И имя этого мальчика было Визерис - родной брат короля Эйгона Третьего. Если верить Лорне, то Рогаре собирались не просто держать у себя королевского сына и плодить от него дракорождённых детей; Лис не слишком любил драконлордов. Нет: Рогаре собирались дождаться, пока тот вырастет, и возвести его на Железный Трон - ведь шёл уже 137 год, король был уже совсем взрослым, а детей до сих пор так и не было. А у Визериса их было двое - и третья на подходе...