Одаренный окклюмент

      Гарри, накинувший мантию-невидимку, поджидал Драко в пустынном коридоре, ведущем в подземелья. Если Малфой проболтается, то у отряда Дамблдора возникнет много проблем, и Поттер не уверен, сможет ли он с ними разобраться.       Наконец гриффиндорец увидел слизеринца. Лицо у него было уставшее, а сам он неохотно перебирал ногами в направлении общежития. Когда Малфой прошел мимо укутанного в мантию-невидимку парня, тот легонько схватил его за плечо. Аристократ вздрогнул и резко обернулся, чуть не теряя равновесие. Надо было видеть его перепуганное лицо.       — Какого черта? — выругался Драко, никого не увидев перед собой.       Поттер стащил с себя мантию, наспех сворачивая ее и зажимая подмышкой. Малфой снова вздрогнул и сделал пару шагов назад, не отводя взгляд от внезапно появившегося гриффиндорца.       — Как прошло?       — Откуда ты взялся? — Драко будто не верил собственным глазам.       — А, ты же не знаешь. Это мантия-невидимка. От отца досталась. Ну так что? Тебя допрашивали?       Аристократ несколько секунд не отводил взгляд от диковинки, которую ему показал гриффиндорец, а уже после ответил:       — Да, допрашивали. Она явно переборщила с сывороткой. Голова болит, — голос аристократа был будто пьяный или сильно не выспавшийся.       — И как прошло? Ты рассказал ей? — Поттер был не на шутку обеспокоен, но не мог отрицать, что состояние Малфоя его веселило.       — Нет, пришлось соврать немного. Или много. Пить так хочется.       — Хорошо... Стоп, в каком смысле соврать? Ты же был под сывороткой правды.       — Окклюменция, Поттер, — довольно улыбнулся Малфой. — При должном уровне владения можно обойти даже сыворотку правды, — после сказанных слов лицо слизеринца на секунду будто побледнело сильнее обычного, а в глазах мелькнула паника. Однако тот почти сразу взял себя в руки. — Но на это уходит не мало сил. Да уж, я бы прилег сейчас отдохнуть.       — Ты такой разговорчивый из-за сыворотки? — Поттер не смог сдержать улыбку. Драко, казалось, говорил все, что было у него на уме. Такая его открытость даже умиляла.       — Что? Да, думаю, из-за нее. Слишком устал, чтобы контролировать такую мелочь. Знаешь, не хочу тут все кровью залить. Но у меня стойкое ощущение, что я уже наговорил тебе много лишнего.       — Удивительно, что ты можешь лгать под зельями. Мои занятия со Снейпом не дают никаких результатов.       — Занятия со Снейпом? Не знал, что он преподает окклюменцию.       — У нас что-то вроде индивидуальных уроков, — Поттер задумался. Ему в голову пришла одна мысль. — Слушай, а ты не мог бы потренировать меня в использовании окклюменции?       — Вообще мог бы, — потер затылок слизеринец, — но не хочу. Одна мысль о том, что мне придется объяснять что-то тебе, — акцентировал внимание на последнем слове Малфой, — вызывает у меня неприятные мурашки на затылке. Да и я не самый лучший учитель. Думаю, Снейп лучше с этим справится.       — Пожалуйста, Малфой, — Драко посмотрел на умоляющего его Поттера.       — Мерлин, первый раз слышу из твоих уст подобные слова, — даже как-то по-доброму усмехнулся Малфой. — Какая мне выгода с этого?       — А мы не можем считать это платой за то, что я учу тебя патронусу?       — Звучит равноценно. Ой, — Драко прикрыл рот рукой и нахмурил брови, смотря куда-то в сторону. — Но меня все равно не впечатляет эта идея.       — Может хотя бы попробуешь?       Слизеринец задумался. Будет весьма и весьма неплохо, если Малфой согласится. Занятия со Снейпом не дают особых результатов. Может хоть у Драко получится что-то объяснить. Да и это неплохая возможность понаблюдать за ним и попытаться переманить на свою сторону. Все же Поттер верил в то, что Малфою действительно не нравится возвращение Темного лорда. Он может стать полезным союзником.       — Ладно, уговорил. А теперь отвали от меня. И без тебя голова раскалывается, а тут еще этот твой бесячий взгляд, терпеть его не могу, — Поттер только сейчас заметил, что слизеринец почти не смотрит ему в глаза.       — Это еще почему? — Гарри даже не мог сказать, что его обидели слова Малфоя. Уж больно он забавный.       — Не знаю я, Поттер. Смотришь всегда так... пронзительно, хоть на стены лезь. Хуже любой сыворотки правды. И вообще, хватит меня расспрашивать, если не хочешь потом тащить меня в лазарет.       — Какого цвета на тебе трусы?       — Синие, — не задумываясь, ответил Малфой. Когда он осознал вопрос, то широко распахнул глаза, уставившись на Поттера. — Эй, совсем идиот?       Гарри залился заразительным смехом, от чего Малфой тоже начал смеяться.       — Так, все. Отвали, я сказал.

***

      — Ну что? — воодушевленно спросил Поттер, подходящий к Малфою.       Тем временем остальные волшебники разбредались по своим делам после тренировок.       — Что? — Драко попытался вспомнить, что должен был сделать. — Вроде, расписание я тебе вчера отдал, Поттер.       — Да нет, что насчет занятий по окклюменции?       — А, точно. Я надеялся, что ты забыл. Было весьма подло договариваться со мной, когда я был... не в лучшей своей форме. И, слушай, не говори об этом так открыто. Навык окклюменции любит... тишину.       — Ты же сам первый рассказал мне об этом, — непонимающе изогнул бровь Поттер.       Волна стыда пронеслась по спине Драко, а сам он чуть не подавился воздухом, вспоминая их относительно недавнюю беседу. Малфою почему-то стало так обидно, но он в упор не понимал почему.       — Болван? — Гарри даже вздрогнул от такого внезапного оскорбления. — Я был под сывороткой правды. И возвращался я с допроса, на котором нужно было врать буквально обо всем, чтобы прикрыть ваши зады. Как ты думаешь, гений доморощенный, были ли у меня силы сдерживать поток информации перед кем-то вроде тебя?       — Даже не знаю, обижаться мне или радоваться тому, что ты не посчитал нужным быть передо мной начеку, — гриффиндорец как-то глупо улыбнулся, из-за чего раздражение Малфоя словно испарилось.       Странно, что Поттер не поддержал агрессию собеседника, развязывая очередную словесную баталию. Не похоже на него. Хотя, если так подумать, когда они в последний раз устраивали непоказную перепалку? Так уж и не вспомнить.       Слизеринец глубоко вздохнул и решил перейти к делу:       — В любом случае, сначала надо найти место.       — Можем так же в выручай-комнате заниматься, — Поттер указал на стену за его спиной.       — А выбираться мы оттуда как будем? — какой-то уж больно ненадежный план. — Амбридж и так еще не до конца отошла от прошлого раза, когда я выходил оттуда. А если еще и с тобой вместе заметит, то тогда точно с ума сойдет.       — Ну нас всего двое. Можем под мантией-невидимкой проходить.       Драко недолго обдумал предложение, но в итоге сдался.       — Ладно, но сначала мне надо сходить до общежития. Возьму все необходимое.       — Хорошо. Тогда я пока за мантией схожу.       Через какое-то время волшебники встретились снова. Драко держал в руках среднего размера дубовую шкатулку. Поттер же осматривался по сторонам, убеждаясь в том, что поблизости никого нет.       — Пошли, — кивнул гриффиндорец.       Перед парнями появилась резная дверь. Зайдя внутрь, волшебники увидели небольшую комнату. На подвесных полках стояли разные склянки с травами и прочими ингредиентами. В тумбах, скорее всего, тоже были приспособления для зельеварения.       — И зачем это все? — поинтересовался Поттер, осматриваясь.       — Пригодится, — пожал плечами Драко, ставя шкатулку на столик в центре помещения.       Гарри оставил мантию на тумбе возле входа и сел за стол. Слизеринец открыл шкатулку и достал из нее хрустальный небольшой бокал, ставя перед Поттером.       — Агуаменти, — из палочки Малфоя полилась струя воды, наполняющая бокал.       После этого аристократ достал из шкатулки небольшой бутылек с пипеткой.       — Что это? — гриффиндорец заинтересованно наблюдал за происходящим.       — Так как легилименцией я не обладаю, будем учить тебя методами, которые использовал я сам, — Драко добавил к воде три капли зелья. — Сыворотке правды очень сложно противостоять. Но если ты сможешь по крайней мере умолчать ответ или начать нести несвязный бред, то это уже будет успехом.       — Думаешь, у меня получится? — уверенность Поттера куда-то пропала.       — Ну, — Драко сел напротив и отодвинул шкатулку. — Не сразу. У тебя может разболеться голова или потечь кровь из носа. Кстати, — Малфой потянулся к шкатулке и достал оттуда носовой платок с вышитым гербом рода. — Если начнется кровотечение, можешь воспользоваться этим. Не хочу, чтобы ты все тут заляпал.       — Звучит как-то... не радужно, — нервно посмеялся Поттер.       — Ну, я предупреждал, что из меня не самый лучший учитель. Можешь отказаться в любой момент.       — Нет уж, — Гарри схватил бокал и сделал глоток, тут же морщась. — Это еще кислее, чем чай Амбридж.       — Потому что это вода, придурок, — усмехнулся Малфой. — И повторю еще раз, окклюменция — это способность, которую лучше не афишировать. От нее не будет никакого толку, если твой противник в курсе, что ты ей владеешь.       — Да, я понял.       — Готов?       — Нет, но давай начнем, — видимо, сыворотка уже начала действовать.       — Хорошо. Начнем с простого. Какого цвета небо?       — Голубое.       — Да что ты? — саркастично спросил слизеринец. — Твоя задача ответить, что оно, к примеру, зеленое.       — Попробую, — Поттер напрягся.       — Какого цвета небо?       Лицо волшебника искривилось в смешной гримасе. Он помолчал пару секунд, но потом ответил.       — Голубое. Черт, не получается.       — Поначалу результатов ждать и не стоит. Особенно с твоим-то характером. Попробуем снова. Какого цвета небо?       Малфой задавал один и тот же вопрос около получаса. Безрезультатно. Поттер уже начал злиться.       — Да не получается! Как ни сосредотачиваюсь, не могу соврать. Черт, — Гарри ударил кулаком по столу.       Малфой тяжело вздохнул.       — Ладно. Попробуем по-другому. Раз не можешь сосредоточиться и убедить себя в том, что небо зеленое, попробуй думать обо всем подряд. Обо всяких глупостях.       — И как это должно помочь?       — Сыворотка правды и чтение мыслей работают схожим образом. Тебе задают конкретный вопрос. В мыслях сразу строится ответ, потому что ты начинаешь об этом думать. Сыворотка правды не позволяет тебе молчать. Обойти ее можно несколькими способами. Убедить себя в чем-то ложном, ни о чем не думать или, наоборот, думать обо всем подряд. Ни о чем не думать сложнее всего, потому что заглушить внутренний голос можно разве что тогда, когда ты чем-то сильно увлечен или морально разбит. Так что тебе остается думать о всяком бреде, перебивая мысли о правильном ответе. Как только научишься, выставление барьера будет происходить почти интуитивно.       — Попробую, — Поттер, видимо, не до конца понял, что Малфой ему рассказал, но суть уловил.       Драко протянул гриффиндорцу бокал.       — Сделай еще глоток. Эффект, скорее всего, уже ослаб.