Одаренный окклюмент

Стоило Драко почувствовать тот самый сладкий запах, который наравне с хвоей и свежим воздухом после дождя витал в кабинете зельеварения, как он тут же оживился, заливаясь краской и надеясь лишь на то, что едва освещенные подземелья скроют его смущение. Малфой резко оттолкнул от себя Поттера, все еще жмущегося к нему, и поспешил выпутаться из скрывающей их обоих ткани. Когда он поднял взгляд, то перед ним предстала лишь мрачная каменная стена. — Что за... — раздраженно, но не менее удивленно выпалил слизеринец, только восстановивший дыхание после всего произошедшего. — Почему ты прятался? — послышался голос Гарри из ниоткуда, после чего в воздухе появилась и его парящая голова. Драко вздрогнул от неожиданности, но тут же поспешил успокоиться. Он вытянул руку перед собой и почти сразу схватился за невидимую ткань, потянув ее на себя. И вот уже перед ним стоял, слава Мерлину, целый Гарри Поттер, а в руках переливалась мягкая мантия, расшитая причудливыми узорами. — Мантия... Невидимка? — с подозрением покосился на гриффиндорца слизеринец, на что тот лишь непонятливо улыбнулся. — Хотя, чему я удивляюсь? Может у Избранного мальчика еще и бузинная палочка с воскрешающим камнем в кармане завалялись? — усмехнувшись, отдал мантию владельцу Малфой. — Моя палочка из остролиста, — после секундного замешательства ответил Поттер, из-за чего слизеринский принц лишь посмеялся снова, в который раз убеждаясь в недалекости шрамоголового гриффиндорца. — Неважно, что ты здесь забыл? — уже более серьезно спросил Драко. Появление Гарри в подземельях не во время учебы — явление редкое и никогда не предвещающее ничего хорошего. Обычно, после таких встреч на территории слизеринцев, у Поттера с Малфоем появлялись новые воспоминания, позволяющие продолжать ненавидеть друг друга. — Ты занят? Дело одно есть, — как-то даже дружелюбно спросил Гарри, чем застал Драко врасплох. — Не то чтобы занят, — задумался слизеринец. — Но... — Отлично, тогда пойдем, — гриффиндорец снова накинул на себя мантию и распахнул ее полы, приглашая слизеринца. — Ты же не думаешь, что я добровольно залезу под одну мантию с тобой? — Странно, в прошлом году тебя это не особо волновало, — на лице Поттера засияла хитрая ухмылка. — В прочем, мы можем пойти в открытую, если тебя не смутит моя компания. — Да что хоть за дело-то? — цокнул языком слизеринец, отказываясь думать о том, почему и зачем мог пользоваться мантией-невидимкой в прошлом году. — Уверен, что хочешь обсудить это здесь? — вздернул бровь Гарри, демонстративно оглядываясь. И в кои-то веки Малфой согласился с Поттером, все равно закатив глаза, отказываясь признавать свое негласное поражение. Дальше парни шли уже под мантией, направляясь куда-то за пределы Хогвартса. — Чем это от тебя так пахнет, Поттер? — все же спросил Драко, плетясь следом за гриффиндорцем, едва ли не наступая ему на пятки. — Чего? — Гарри на мгновение обернулся, а после чуть принюхался. — Да не так уж и сильно от меня пахнет. Гермиона позвала меня, когда еще была тренировка, вот я и прибежал, как смог. Осознание слов Поттера не сразу пришло к Малфою. Но когда он наконец понял... Жар снова подступил к щекам. Это так... пахнет... О, Мерлин, быть не может. — Тебя не учили ходить в душ после физических нагрузок? — чуть закашлявшись, выпалил Драко и отстранился, насколько ему позволяла мантия. — Да я почти и не вспотел, что такого? Мы проверяли, как справляются со своей задачей вратари. Нужно выбрать, кто будет играть в основном составе. Я даже не участвовал. — Неужели вы наконец решили, что пора заменить Уизли? — усмехнулся Малфой, но Поттер не поддержал его настроение. — Рон хорош в квиддиче, Драко. Ты и сам это понимаешь, — голос Избранного зазвучал серьезно и даже в какой-то степени строго. Драко хотел съязвить снова, но почему-то не стал. Не было желания спорить с Гарри, хоть обычно он всегда первым нарывался на перепалку. — Ладно, как знаешь, — пожал плечами Малфой и пошел дальше. Через какое-то время парни дошли до гремучей ивы, которая тянула свои ветки к солнцу и наслаждалась осенним ветерком, сотрясающим уже пожелтевшую листву. — И что мы тут забыли, Поттер? — выглядывая из-за его спины, недоверчиво спросил Драко. — Ты же хотел вернуть воспоминания, нет? — вдруг выражение лица Гарри стало по-детски веселым и даже счастливым, будто он презентовал Малфою подарок-сюрприз. — Что? — голос Драко на секунду подвел его, окрашиваясь хрипотцой. — Ты серьезно? — Да, — довольно кивнул гриффиндорец. — Герм приготовила жидкость для омута памяти. Они с Роном уже ждут в хижине. Хоть Малфой и хотел попричитать на тему того, что Грейнджер и, уж тем более, Уизли не обязательно там присутствовать, он все же предпочел промолчать, ограничившись благодарным взглядом в сторону Поттера. — Пошли. Под ивой проход в хижину, главное не потревожить ее. Смотри под ноги, — Гарри без вопросов взял Драко за руку и потянул за собой, перешагивая через массивные корни дерева. — Поттер, я туда не... — Тсс, — Гарри приложил палец к своим губам, четко намекая, что шуметь прямо под кроной ивы не стоит. Малфой брезгливо отступил назад, но Поттер отказался отпускать его руку, продолжая держать того поблизости. И даже когда слизеринец попытался вырваться из его хватки, тот лишь притянул его к себе, игнорируя злобные взгляды. — Тебе нужны эти воспоминания или нет? — прошипел Гарри, видимо, уже раздраженный сопротивлением Драко. И слизеринец наконец замер, обдумывая слова Избранного. Лезть в ту дыру совершенно не хотелось. Она выглядела грязно и ужасно подозрительно. Учитывая, что Поттер недавно узнал, что Малфой — пожиратель смерти, все это могло быть и подставой. Может ли Драко доверять ему? Но, если Гарри все же не врет, то там уже ждут воспоминания. Те самые, которые были дороги для Малфоя и которые представляли для него угрозу одним лишь своим существованием. — Я... — неуверенно начал Драко, но его прервали. — Осторожно! — выкрикнул Гарри и силой заставил Малфоя пригнуться. Через мгновение над головами волшебников пронеслась ветвь гремучей ивы. — Черт, — рявкнул гриффиндорец и спрыгнул в яму под деревом, утягивая за собой слизеринца, которого все еще держал за руку. Парни кубарем покатились вниз. Драко открыл глаза только тогда, когда они наконец остановились на месте. Плечо и колено ужасно ныли, а сам Малфой прижимался к чему-то теплому и мягкому. Перед глазами показался скалистый рельеф тайного тоннеля, а под ладонями ощущалась сырая и холодная земля. Еще через пару секунд Драко заметил, что поверхность, на которой он лежал, периодически вздымалась, а в ушах раздавался чужой сердечный ритм. — Ты как, в порядке? — послышался приглушенный вопрос, вибрацией пробегающий от мочки уха до самого затылка. — Мерлин, — выпалил Драко и тут же приподнялся, слезая с Поттера, распластавшегося на полу. — Ты приносишь в мою жизнь слишком много проблем. — Надо же, — приглушенно посмеялся Гарри, чуть поднимая голову. — Значит, это взаимно. — Ты сам-то в порядке? — все же поинтересовался Драко, отряхиваясь. — Беспокоишься обо мне? — уголки губ Гарри дрогнули в полуулыбке. — Да иди ты, придурок, — лишь фыркнул Малфой и поднялся, направившись дальше и демонстративно не дожидаясь, пока Поттер встанет.

***

У Гарри болела спина. Не удивительно, он ведь приземлился прямо на камни, да еще и поймал Драко, который только сильнее прижал его к земле. Все же надо было рассказать ему обо всем чуть пораньше. Малфой словно не брезговал, а опасался спускаться вниз. Хотя... имеет место быть и то, и другое. Но стоит признать, что немного растрепанный Драко с выбившимися из укладки прядями и мятой формой выглядел, может быть, и менее статно, но все так же привлекательно. И Гарри даже не стыдился подобных мыслей, потому что эту простую истину признал бы даже заклятый враг слизеринского принца. — Мальчики, что с вами? — обеспокоилась Гермиона, увидев испачканных и помятых волшебников. — Поттер решил станцевать с гремучей ивой, — лишь отмахнулся Драко, потирая все еще грязные ладони. — И из-за кого мне пришлось с ней танцевать, не подскажешь? — Гарри веселили подколы слизеринца. Раньше ему не нравились подобные высказывания из уст Малфоя, но теперь в них уже не ощущался тот яд, с которым он в былые времена язвил. Драко лишь в привычной манере закатил глаза и осмотрелся. — Ну и дыра, — заметил слизеринец, нарочито медленно вышагивая по комнате. — Откуда вы вообще про этот лаз узнали? Вечно лезете, куда не просят. — Словно ты за нами никогда не увязывался, — хмыкнул Рон, после чего Драко перевел на него какой-то наигранно осуждающий взгляд: бровь изогнута, губы слегка поджаты. Забавное выражение лица. — Не так уж и часто это было, Уизли, — словно передразнивая тон Рона, ответил Драко. У него, похоже, было неплохое настроение. Напоминало те дни, когда они все вместе болтали в выручай-комнате. — У тебя кровь идет? — вдруг заметила Гермиона и схватила Драко за запястье, осматривая ладонь. Но тот лишь удивленно глянул на нее и тут же одернул руку. — Ерунда, — коротко ответил слизеринец и отошел. Чтобы Драко Малфой так беспечно относился к своим ранениям? Это тот самый Драко, который вопил, как умалишенный, когда его слегка поцарапал Клювокрыл? Это он? Уму не постижимо. — Надо обработать их, руки же грязные, — все продолжала наседать Герм. — Гарри, а у тебя ничего не болит? — Пустяки, ничего серьезного, — показал руки Поттер, надеясь на то, что его подруге хватит таких доказательств. — И ты туда же, — осуждающе наклонила голову волшебница. — Они же не маленькие, Герм, разберутся, — пожал плечами Рон, пытаясь успокоить Грейнджер. — Ты это сейчас о них двоих говоришь? — Гермиона указала пальцем на Малфоя, а затем и на самого Поттера, выжидающе смотря на Уизли. — Ну... Малфой точно сам может разобраться. — Эй, — скрестил руки Поттер. Не то чтобы он обиделся, но слышать такое от друга было неприятно. — Может быть, перейдем ближе к делу? — все же встрял в перепалку слизеринец, который, видимо, совершенно не привык к подобному галдежу. — Как только ты обработаешь свои раны, — твердо заявила Гермиона. — Мерлин, порой ты невыносима, Грейнджер, — вскинул руки Малфой, но после все же достал палочку и очистил ладони заклинанием. — Довольна? — Раны все еще есть, — нахмурила брови волшебница, а Драко на это лишь обреченно вздохнул. Удивительно, что он так легко шел у нее на поводу. — Черт с тобой. Агуаменти, — зачем-то призвал струйку воды слизеринец, хоть его руки и без того уже были чистыми. — Ты чего это делаешь? — заинтересованно, но все еще недоверчиво спросил Рон. — Не мешай, — отсек расспросы Уизли Малфой и сосредоточился. — Вулнера санентур. Гарри подошел поближе и увидел, как вода начала впитываться в ссадины, а сами раны стали уменьшаться. Драко проделал то же и с правой рукой, хоть и менее ловко, а после убрал палочку и демонстративно выставил руки перед Гермионой. — Довольна? Грейнджер наигранно пристально осмотрела бледные ладони, но затем одобрительно кивнула, из-за чего Малфой снова закатил глаза. — Ты и такие фокусы знаешь, — лишь хмыкнул Уизли. Гарри радовала такая атмосфера, хоть она и была вызвана по большей части тем, что Рон после тренировки чувствовал себя победителем. И не важно, что его победа — заслуга больше Гермионы, чем его самого. Главное, что он сам об этом не догадывался. — А теперь-то мы можем уже перейти к делу? — измученно повторил вопрос Драко.