Подарок без имени

После того звонка уснуть так и не удалось, поэтому Тэхен пролежал всю ночь перед телевизором. Юта грел бок рядом, а время от времени проходился своим шершавым языком по лицу хозяина. Бессонная ночь не дала результата. В голове все еще каша, а значит, нужно пройтись одному.  Утренний кофе согревает от свежего ветерка. Уже конец августа, деревья скоро начнут менять свой окрас, сбрасывая прошлое. Только сосны, которые окружают Тэхена, не хотят расставаться со своими иголками. Как и наш герой. Отпустить не получится.  Накинув на себя штаны и кофту с капюшоном, молодой человек вышел с квартиры, в этот раз оставляя Юту дома. Шум ломающихся веток под ногами не дает полностью уйти в себя. Но желание разобраться в своих чувствах не пропадает.  Так странно получать какие-то сообщения, звонки, посылки от человека, которого совсем не знаешь. Странно, но так интересно. Что будет следующим? Когда он снова покажет себя? Когда позволит приблизиться?  Тэхен останавливается. Он ощущает…предвкушение? Неужели ему это нравится? Как это возможно? Неужели такой неадекватный человек может нравиться парню?  Ветер начинает усиливаться, трогая верхушки сосен. Вороны с громким криком скрываются в дали. Неожиданная мысль заставляет дыхание сбиться. Не может быть такого. Его здесь нет. Судорожно оглядываясь, Тэхен пытается найти свой страх между деревьями, но никого поблизости нет.  — Ты не оставишь меня в покое, да?  Ответа не следует. Только ветер. Но даже он знает, что слова, сорвавшиеся с губ лисенка — правда.  Лес помог разобраться в части мыслей, но до конца это сделать получится только тогда, когда Тэхен поймет свои желания. В руках оказывается телефон. Юноша решает позвонить друзьям и пригласить к себе домой, чтобы заполнить чувство одиночества хоть на время.  Чимин с Джином соглашаются сразу, поэтому вечером можно ждать гостей. Надеюсь, что Юта будет послушным мальчиком.  По возвращении домой, Тэхен планирует почитать, оставшееся время. Книг дома было не так много, ведь для чтения нужен интерес, а заинтересованность молодого человека довольно сложно. В руках юноша держит недочитанную книгу, которую начинал давно, но не смог закончить. Несколько закладок одного цвета отмечают понравившиеся моменты. Раскрыв книгу, Тэхен начинает пробегать глазами по знакомым словам, вливаясь в сюжет.  Взгляд цепляется за фразу на следующей странице:  «Он боялся не его. Он боялся того, что сам готов пойти за ним.»  Юноша начинает кусать свою губу и снова перечитывает эту фразу. Еще раз. И еще. Тэхен знает, что эта фраза написана не для него. Но она про него. И это страшнее любой записки от Чонгука.  Желание читать пропадает. Эта фраза сбивает Тэхена и заставляет снова уйти в себя. В квартире тишина. Ни музыки, ни дождя за окном, ни звуков когтей по полу. Ничего. Только Тэхен и поток вопросов. Ответы на которые не найти самому.  Дверной звонок вытаскивает Тэхена из головы и оповещает о том, что друзья пришли. Легкая улыбка появляется на лице юноши, когда он смотрит в глазок. Радостный Чимин залетает в квартиру с бутылкой текилы, а за ним — Сокджин с вином и пакетом, в котором наверняка закуски.  — Мы решили, что просто посидеть - это скучно, — обозначает Чимин и ставит бутылку на стол. Тэхен хмыкнул, но улыбнулся. Юта уже крутился вокруг гостей. К Чимину и Джину он привык давно, а вот Намджун все еще ему не нравится.   — Сейчас быстро накроем твой столик в гостиной и начнем пир. Мы же так и не отпраздновали твою проданную картину, — Сокджин начинает разбирать пакеты.  Через полчаса квартира наполняется звуками: музыка, смех, звон бокалов. Тэхен сидел на диване, прижимая к себе Юту, слушал, как друзья обсуждают свои рабочие будни, и чувствовал, как внутри постепенно отпускает. Две рюмки текилы с лимоном и солью дали о себе знать.  — А ты чего такой тихий? — спросил Чимин, заметив, что Тэхен почти не участвует в диалоге.  — Просто устал, — ответил Тэхен, но Чимин покачал головой: — Ты всегда так говоришь, когда что-то случается. Давай рассказывай.  — Да рассказывать особо нечего, — Тэхен взял еще одну рюмку, проглотил целиком и поморщился. Он почувствовал, как тепло разливается по телу. — Просто мысли…много мыслей.  Сокджин посмотрел на него и мягко сказал:  — Тэ, иногда чтобы избавиться от мыслей, их нужно выпустить. Не держать в себе.  Тэхен понимающе кивнул, но не ответил. Не хотелось делиться тем, что сидит внутри. Особенно рассказывать о желаниях, которые совсем не похожи на нормальные. Идти за незнакомцем, который может быть опасен — желание психов.  Внезапно — снова звонок в дверь.  Тэхен резко поднял голову и перевел взгляд на друзей. Они переглянулись и пожали плечами. Звонок повторился, а значит гость точно знает, что внутри кто то есть.  Тэхен встал, подошел к двери, глянул в глазок и замер - на пороге стоял Намджун.  — Сюрприз, — сказал брат, когда дверь открылась. — Проезжал мимо и решил заглянуть. А вы, я смотрю, веселитесь?  Чимин встретил его громким возгласом: — Намджун! А ты же говорил, что у тебя работа! — Она никуда не денется. А брат - дороже, — Намджун перевел взгляд на Тэхена и тише добавил: — Да и ты выглядишь так, будто тебе нужно, чтобы кто-то был рядом.  Тэхен не нашел, что ответить. Он просто позволил брату войти.  Через час алкоголь уже прилично расслабил компанию. Друзья спорили о музыке, Намджун рассказывал забавные истории с работы, а Тэхен сидел в углу дивана, сжимая телефон в руке. Он уже несколько раз открывал чат с неизвестным номером и закрывал его снова.  — Эй, — Чимин толкнул его в плечо. — Ты с нами?  — Да, просто… — Просто ты хочешь кому-то написать, — перебил Чимин, глядя на его телефон в руке. — Я знаю этот взгляд. Пиши давай. Хуже не будет.  Тэхен поднял на него глаза. Легкая улыбка скользнула по губам.  — С чего ты взял?  — Ты уже десять минут смотришь в экран. Я не думаю, что там расписание.  Тэхен усмехается, но не признается.  Однако, когда Чимин отошел, он снова смотрит на экран. Алкоголь сделал свое дело: страх притупился, появилась легкая смелость.  Он напечатал: «Ты говорил, что не враг. Тогда скажи, кто ты на самом деле?» Палец зависает над кнопкой «отправить». Тэхен задерживает дыхание. Потом нажимает. Он не знает, будет ли ответ. Но внутри появилось странное облегчение.  Вечер продолжается, а значит нужно расслабиться и забыться. За одной рюмкой шла другая. Рядом родные люди, так почему бы не напиться и не отдать себя эйфории. Плавные движения юноши демонстрируют его изгибы. Рядом оказывается Чимин, который умещает свои руки на талию Тэхена и начинает следовать его движениям. Искренний смех и улыбки наполняют гостиную. Намджун и Сокджин расположились на диване и наблюдают за танцующими друзьями.  Глаза Тэхена закрыты. Он отдает себя танцу и жмется к груди друга. Губы чуть приоткрыты, а руки изящно поднимаются вверх. Руки Чимина начинают исследовать его тело. Это не что-то пошлое, они всегда так танцуют и обоим это по душе.  — Тэ, пора отдыхать, — шепот Чимина заставляет покрыться мурашками и открыть глаза.  И правда, за окном уже давно ночь, а значит нужно успокаиваться.  Тэхен отходит от тела друга и подходит к засыпающему Сокджину.  — Вставай, Джин. Я закажу вам такси, — потрепав друга по плечу, Тэхен включает телефон и заказывает такси.  Висящее уведомление остается без внимания, а друзья и брат покидают квартиру младшего.  — Тэхен, устраивай такое почаще, — пьяная улыбка появляется на лице Намджуна, пока он надевает кроссовки.  Покачав головой, Тэхен помогает выйти брату и закрывает дверь. Завтра придется устроить день уборки. Выключая музыку по пути, Тэхен зовет Юту, который лежал на ковре в гостиной, и заходит в спальню. Телефон в руке начинает вибрировать.  Точно, то сообщение, которое он написал. Переведя глаза с хаски на телефон, Тэхен принимает звонок и ставит на громкую связь. А сам начинает переодеваться, для того, чтобы наконец лечь в кровать.  — Лисенок, — голос уже не вызывает чувство страха.  — Да? — слова приходится тянуть, потому что алкоголь пока что не собирается покидать голову.  Наступила пауза. Но не та, что раньше. Она стала другой. Более теплой.  — Ты пьян, — говорит Чонгук. Но не с упреком. Как факт, в котором слышится усмешка.  — И что? — Тэхен, оставаясь в нижнем белье, садится на кровать и проводит рукой по волосам. — Тебе не нравится?  — Мне нравится, когда ты говоришь мне правду. А алкоголь часто открывает ее.  Тэхен усмехается, укладывается на покрывало еще застеленной кровати.  — Ты хочешь правду, Чонгук?  — Хочу.  — Тогда скажи мне, почему ты не спишь по ночам? — Тэхен прикусывает губу, чувствуя, как слова льются легче, чем обычно. — Почему звонишь мне, когда уже весь город спит?  Чонгук молчит пару секунд. Потом его голос становится еще тише — почти шепот.  — Потому что я не могу уснуть, зная, что ты тоже не спишь. И я хочу быть тем, кто слышит твой голос, когда вокруг тишина.  Тэхен чувствует, как мурашки пробежали по коже. Он не знает, это алкоголь или слова Чонгука так повлияли.  — Ты опасен, — тихо говорит он.  — Я опасен только для тех, кто не готов принять меня.  —  А если я готов? — вопрос вырывается раньше, чем Тэхен успевает подумать.  В трубке — снова тишина. Но она не пустая. Она наполнена тем, что еще не успели сказать. По ту экрана можно услышать, что Чонгук тоже находится в постели. Меняет позу.  — Тогда, — говорит Чонгук очень тихо, — Ты узнаешь, что я не только опасен, я еще и терпелив. Я буду ждать, пока ты сам не захочешь прийти.  Тэхен встает. Он заставляет собеседника дождаться его ответа. Сам расстилает постель и ложится под мягкое одеяло. Облегченный вдох срывает с губ юноши.  — А если я приду?  — Тогда я покажу тебе, что значит быть моим.  Тэхен не отвечает. Но он улыбается. Впервые за долгое время — не грустно, не вымучено. Просто потому, что ему тепло.  — Твои движения сегодня свели меня с ума. Танцуй почаще, но без своего друга за спиной. Он был слишком близко к тебе, лисенок. А я не хочу с кем-то делиться. Спокойной ночи, Тэхен.  Звонок сбрасывается оставляя его в легком недоумении. Сон не хочет отдавать Тэхена в лапы размышлений, поэтому заснуть получается сразу.  Утро встретило Тэхена солнцем, которое не сжалилось над юношей и светило прямо в лицо. Голову простреливает боль, после вчерашней вечеринки. Кряхтя, юноша медленно встает и идет на кухню. Там аптечка, из которой Тэхен берет обезболивающие и запивает водой.  Насыпая корм хаски, брюнет невольно вспоминает вчерашний разговор.  «Тогда я покажу тебе, что значит быть моим.»  Юноша прикрывает глаза и ощущает, как сердце начинает биться быстрее. Он не хочет знать, что это значит, поэтому полностью отвлекается на Юту.  — Как ты думаешь, он когда-нибудь перестанет мне писать? — спрашивает он питомца.  Хаски поднимает голову, смотрит на него и снова опускает голову к корму.  — Я тоже так думаю.  Сегодняшней ночью кошмара не было, что странно. Может, это алкоголь так повлиял, или спокойный и ровный голос перед сном. Осознание пришло медленно. Он сам написал Чонгуку, а после даже разговаривал по звонку. Вода попадает не в то горло, поэтому Тэхен начинает кашлять. Никогда раньше, юноша не напивался до такого состояния, чтобы взять и написать кому то. Никто его раньше настолько сильно не интересовал.  Успокоившись, парень восстанавливает дыхание и направляется в ванную. В этот раз никакой горячий душ не поможет избавиться от головной боли, поэтому температура понижается. Прохладные капли позволяют полноценно избавиться от сонливости. Гель с любимым запахом разбавляет напряженность.  Выходя из ванной в халате, Тэхен чувствовал легкую усталость. Но сегодня нужно вернуться к работе. Неважно для кого - главное, дать себе выдохнуть и выплеснуть эмоции на холст. Это всегда оценивается достойно.  В спальне юноша надевает нижнее белье, шорты и кофту с длинным рукавом. На улице появляются тучи, а значит, скоро пойдет дождь. Подходя к прикроватной тумбочке, Тэхен бросает взгляд в окно и берет в руки телефон.  Экран загорается и высвечивает новое сообщение: «Ты хотел знать кто я. Я - тот, кто смотрит на твой свет в окне, когда ты не спишь. И мне этого достаточно.»  Тэхен соврет, если скажет, что не ждал от него ничего. Сердце колотится. Он не знает, что ответить. Но знает: сообщение не удалит.  Закончив с уборкой на кухне, Тэхен направился в студию, чтобы начать работу над новой картиной. Хотелось нарисовать что то большое, где много деталей, за которые можно зацепиться. Он не забыл отключить телефон, чтобы ничего не отвлекало его.  Выбор пал на холст почти во весь рост. Он поднимает его и ставит на мощный мольберт, стоящий все это время в дальнем углу. Он зажимает его держателями и проверяет, не болтается ли основа. Удостоверившись в прочности, юноша отодвигает старый мольберт и двигает конструкцию в середину студии.  В этот раз эскиз не нужен, ведь юноша будет рисовать чувствами, а не разумом. Наушники, вставленные в уши, воспроизводят одну из любимых песен. Кисть ложится в руку автоматически, будто является продолжением руки. Первый мазок кажется неуверенным, пробным. Глаза закрываются. Он не видит, что рисует — он просто позволяет себе чувствовать. Слова песни уходят на второй план. Только вибрация, спускавшаяся по рукам, направляя кисть. Черный заполняет холст, как ночь заполняет небо. Он рисует тьму. Но тьма не пугает его.  Где-то на втором слое появляется свет. Совсем блеклый и слабый. Он не знает, откуда взялся этот свет. Но продолжает идти на поводу у своих эмоций. Тэхен открывает глаза и смотрит на холст — и чувствует что-то странное. Он не хочет останавливаться. Глаза снова закрываются, а рука продолжает двигаться сама. Легко. Почти танцует. Он прорисовывает каждую линию, потом другую, подхватывает новый оттенок — серый, немного синий, почти прозрачный. Краска ложится мягко, как спокойная мелодия. Проявляется тени. Тени, которые он не планировал. Контуры, которые проступают из темноты, как воспоминания, которые не хотели уходить.  Парень чувствует, как его дыхание становится ровнее. Внутри разливается что-то теплое, почти забытое. Где-то в груди появляется слабое напряжение, похожее на ожидание. Как будто он знает что увидит, когда откроет глаза. Но это слишком просто. Он доверяет своей руке. Доверяет тому, что она чувствует.  Кисть касается холста почти невесомо. Она выводит изгибы плеча — широкого, но не грубого. Затем шею — линия плавная, как движение воды. Тэхен чувствует, как его пальцы чуть сжимают кисть, когда она прорисовывает челюсть. Острую. Твердую. Мужскую. Он добавляет тень под подбородок. Еще один слой света. И вот уже проступает лицо. Нечеткое, но узнаваемое. Рука знает его. Она запомнила его раньше, чем голова согласилась принять.  Теперь кисть опускается ниже. Плечи. Грудь. Руки, которые он видел только раз — но запомнил навсегда. Выглядывающие татуировки из кожаной куртки. Он прорисовывает пальцы, держащие тонкую линию сигареты. Как в ту встречу, которую не забыть.  И вдруг — он останавливается.  Кисть замирает в воздухе. Он медленно отходит назад и открывает глаза. Смотрит на холст. Воздух становится плотнее. И мир замирает.  На нем — мужчина. Не просто тень, не просто силуэт или фигура. Человек. Он узнает его по позе. По тому, как он стоит, слегка наклонив голову. По пальцам, между которыми зажат тлеющий окурок. По свету, который падает на его лицо так же, как в том переулке.  Брюнет смотрит на картину и не дышит. Он не может поверить, что доверившись себе, нарисовал именно его.  Кисть выпадает из ослабевших пальцев и с глухим звуком ударяется об пол. Тэхен не замечает этого. Он стоит перед холстом и чувствует, как внутри что-то начинает дрожать. И впервые за долгое время — не от страха. Не от боли. Только тихое, почти пугающее тепло.  Юноша даже не заметил, как в студию вошёл Юта. Пёс бесшумно устроился в углу на старом пледе и положил голову на лапы. Его глаза не отрывались от хозяина — он будто знал, что сейчас происходит что-то важное. Тэхен смотрит на Чонгука.  Нарисованного. Молчаливого. Реального.  И не знает, что теперь с этим делать.  На лице появляется какая то странная улыбка. Медленно подойдя к огромному холсту, юноша невесомо проводит пальцем по нарисованным губам. Гуляет взглядом по таким знакомым, но отдаленным чертам лица. Руки испачканы в краске, а под ногами валяется та самая кисточка. Как будто проснувшись ото сна, юноша отшатывается и пытается найти какую то ткань, чтобы накрыть эту картину. Не хотелось делиться с кем то этими глазами.  Поведение Тэхена заставляет напрячься. Некоторые картины он не любил, но никто не закрывал их тканью, как делает это сейчас.  После того звонка что-то определенно поменялось у него внутри. Но что же это, предстоит лишь узнать.