Цель: выжить. Способ: соблазнить дракона???

Воздух в храмовом дворике был прохладен и прозрачен, пахло влажным камнем и цветами. Рада вышла после совершения треб, чтобы выдохнуть. Невозможно было придумать ничего скучнее, чем делать одно и то же несколько часов подряд… разве что — делать это всю жизнь? Она села на скамью и устало прислонилась к спинке. С минуты на минуту должна была подойти Элира, и тут же начнётся: «Моя леди, пожалуйста, не опирайтесь на спинку скамьи. Ваша спина должна быть прямой, а голова гордо поднята в любой ситуации…». Рада окинула окружающее усталым взглядом и почти сразу увидела знакомую худую фигурку у арки, ведущей в хозяйственный двор. Кэл с усердием, явно рассчитанным на публику, водил метлой по уже и без того чистым плитам. Но его глаза — быстрые, как у воробья, — тут же нашли её. Он едва заметно кивнул и протанцевал с метлой к Раде. — Ну что, госпожа? — шёпот был едва слышен, но каждое слово отчётливым. — Решили, что вам от Кэла нужно? Она подмигнула ему, и на её лице на мгновение мелькнула не свойственная местным жрицам дерзкая ухмылка. — Может быть. От меня придут. Она уже придумала, как её поговорить с Кэлом. И заодно проверить кое-что. Вернувшись в резиденцию, в свои покои Рада почувствовала, как с неё спадает тяжёлая маска светской учтивости. Сгорбившись, она плюхнулась на диван и закинула ноги на спинку. Она позвонила в колокольчик и велела позвать сэра Гавэйна. Рыцарь явился быстро, рада как раз успела переодеться. — Моя леди, вы звали? — изящно поклонился он. — Сэр Гавэйн, — начала она, подходя к окну и глядя на залитый солнцем сад. — Мне нужно, чтобы вы незаметно, так, чтобы ни одна душа не увидела и не заподозрила, провели ко мне одного мальчишку из храмового приюта. Его имя Кэл. Сегодня я видела его в храме луны. Покажите ему, где мы могли бы встречаться незаметно с глазу на глаз, не заставив никого заинтересоваться моими визитами в то место или поймать моего гостя. Сэр Гавэйн и глазом не моргнул. Ни тени удивления или вопроса. — Будет исполнено, ваша светлость, — кудрявая голова изящно склонилась перед ней.      . *** К вечеру Иулия впустила в её покои сэра Гавэйна. Он покосился на служанку и поклонился. — Моя леди, вы просили об утренних тренировках. Я бы хотел, если вы не возражаете, показать вам тренировочную площадку, где мы будем с вами заниматься. Рада взглянула в окно. Солнце еще было достаточно высоко над горизонтом, но вечерняя прохлада уже начинала опускаться к земле. Рада накинула шаль и пошла с рыцарем. Площадка для тренировки, которую собирался показать ей сэр Гавэйн, была самой дальней, но и самой уединенной. Они прошли заброшенной частью сада, миновали кусты орешника и оказались на небольшой полянке. Рядом стоял небольшой деревянный домик. — Раньше это был домик для садовника, но сейчас он не используется. Мы можем тренироваться здесь, а, в случае дождя будет где укрыться. Рада кивнула и оглянулась на сэра Гавэйна с вопросом в глазах. — Прошу вас, загляните в домик, моя госпожа. Я попросил слуг прибраться там, но. Возможно, вы прикажете что-то поменять внутри? Когда Рада вошла внутрь, Кэл настороженно вскочил на ноги. До этого он сидел за столом и, положив голову на руки, с тоской смотрел в окошко. Увидев, кто вошёл, Кэл расслабился и плюхнулся обратно. Он постарался развязано закинуть руки за голову, но видно было, что ему страшно. — Нужна твоя помощь, — сказала Рада прямо. Она вытащила из кармана хрустальный фиал, заполненный серебрящейся в полутьме домика жидкостью. — В трущобах живёт одна девушка. Я видела её среди нищих и бедняков, она появилась примерно две недели назад и ничего не знала об окружающем. Волосы такого же цвета, как у меня. Полненькая. Первое время, скорее всего, бродила как потерянная. Она, может быть, потеряла память или чужестранка. Выясни, кто она, чем живёт, — Рада помолчала. — И… — она протянула ему фиал. — Продай это. Мне нужны свои деньги. Половина денег твоя. Кэл взял фиал, бережно, как птичье яйцо, и присвистнул. — Торговать волшебной водичкой из храма Луны? — он покачал головой, но в его глазах вспыхнул азарт. — Это пахнет не костром, госпожа, это пахнет большим костром. Но для вас… ладно, один разок не страшно. За пару-тройку золотых распродам, будьте уверены. *** Когда дверь в её покои закрылась за ней, Рада тяжко вздохнула и опустилась в кресло. В ушах стоял её собственный голос, отдававший приказы, присвист Кэла, азартный взгляд. Одно дело — выпросить у могущественного мужа крупицу свободы передвижения. Совсем другое — иметь собственные деньги, собственных людей, собственную сеть. Первый шаг был сделан. Он был робким, неумелым и несмелым. И он был невероятно, головокружительно опасным. Но другого пути не было. Чтобы выжить в этой игре, нужно было начать играть самой. И её фигура только что вышла на доску. *** Утро следующего дня застало их в отдалённом уголке сада, предназначенном для тренировок. Воздух был густым и влажным, пах землей, прелыми листьями и тишиной, нарушаемой лишь щебетом птиц. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь облака, обрисовывали, казалось, каждую травинку. Сэр Гавэйн стоял перед Радой, и его обычно уверенная осанка сменилась на видимую неловкость. В его руках были два явно неновых тренировочных кинжала из тёмного дерева. — Ваша светлость, я… я не уверен, что это правильная идея, — он смущенно протянул один из клинков рукоятью вперёд. — Но если вы настаиваете… — Я настаиваю, сэр Гавэйн, — твёрдо сказала Рада, принимая неожиданно тяжёлую деревянную болванку. — Эти деревянные кинжалы используются, чтобы обучать новичков. Чтобы перейти к настоящим кинжалом, вам нужны сначала тренировки с ними. — Продолжайте, — кивнула Рада. Он вздохнул и сделал шаг назад, принимая стойку. — Итак… основа всего — хват. Не как молот, не сжимайте слишком сильно. Как… рукопожатие. Уверенно, но без лишнего напряжения. Дайте клинку стать продолжением вашей руки. Рада попыталась скопировать его положение. Пальцы не слушались, движение казалось чужим и нелепым. Сэр Гавэйн покачала головой и руками выставил её позу. — Попробуйте поймать баланс, вам нужно не только следить за моими движениями, но и делать неожиданные шаги вперёд для нанесения удара и назад или в бок, чтобы уклониться. Они еще несколько раз попробовали, пока стойка Рады не стала напоминаться что-то удовлетворительное. — Теперь… базовая защита. Представьте, что атака идёт сюда. — Он медленно, почти нерешительно, сделал тычок в её сторону. — Ваша задача — не принять удар, а отвести его. Вот так. Он ловким, отточенным движением перехватил её «клинок» и отвел его в сторону. Его собственное оружие на мгновение остановилось в сантиметре от её предплечья. — Надеюсь, вам никогда не придётся применять эти знания на практике, ваша светлость, — пробормотал он, снова покраснев и отступая, чтобы скрыть своё смущение. — Надеюсь, — тихо согласилась Рада, снова пытаясь повторить движение. Её мышцы горели от непривычного напряжения. Но в её голове, поверх шума крови в ушах, ясно и чётко звучал голос её отца, доносившийся из другого мира, из другой жизни: «Надейся на лучшее, ангел, но всегда, слышишь, всегда готовься к худшему». Она сжала рукоять тренировочного кинжала так, что костяшки пальцев побелели. Она смотрела не на смущённого рыцаря, а на воображаемого противника, чьи черты пока ещё были размыты. Она готовилась. *** Между уроками этикета с маэстро Лучано, беседами с Вейнаром и заучиванием молитв с матерью Илдирой, Рада буквально вырывалась в библиотеку. Захлопнув за собой тяжелую дубовую дверь, словно оставляя за спиной весь шум, условности и опасности жизни эрцгерцогини Альтерис, она на миг замерла на пороге, пораженная. Перед ней открывался не зал, а целый мир, заключенный в стенах. Библиотека резиденции Альтерисов была подобна рукотворному каньону или величественному лесу. Стеллажи из темного, почти черного дерева уходили ввысь, к самому потолку, теряясь в сумраке под сводами. Чтобы добраться до верхних ярусов, требовались скрипучие передвижные лестницы-стремянки, похожие на хитрые паучьи конструкции. Воздух здесь был иным — густым, прохладным и наполненным ароматом древней пыли. К нему примешивался терпкий дух кожи, воска для дерева и едва уловимый, горьковатый аромат выцветших чернил. Свет проникал сквозь высокие витражные окна. Солнечные лучи, преломляясь в цветном стекле, отбрасывали на пол и стеллажи причудливые разноцветные пятна — кроваво-красные, изумрудно-зеленые, сапфирово-синие. Они лежали на темном дереве и корешках книг, словно драгоценные камни. Сами книги были разными — от массивных фолиантов с кованными уголками, похожих на сундуки с сокровищами, до изящных, потрепанных томиков в потертом сафьяне. Их корешки пестрели тиснеными золотом и серебром названиями на забытых языках. Здесь хранились не просто тексты. Здесь жили истории, заклинания, договоры и тайны. Тишина в зале была особой — звенящей, плотной, почти осязаемой. Она не была мертвой; она была наполнена едва слышным шёпотом — скрипом старых переплетов, шуршанием страниц, которые, казалось, перелистывались сами по себе в самых темных углах. Это было место, где знание становилось почти живым существом, и Рада, стоя в центре этого великолепия, чувствовала себя одновременно ничтожно малой и причастной к чему-то грандиозному. Так человек испытывает трепет, оказавшись перед древними гигантскими храмами, созданными руками гениев и кровью рабов. Именно здесь через пару часов судорожного поглощения знаний, прямо посреди трёх стопок книг и десятка открытых, ее и нашел Вейнар. — Ваша светлость проявляет похвальное рвение, — сказал он, возникая как из-под земли. Его глаза пробежались по разворотам. Он взял пару книг из стопок и пролистал. Звучно захлопнул. — Но сейчас требуется иное. Завтра вас ждет обед во дворце. Рада осоловело захлопала глазами. Она всё ещё не овладела в полной мере пониманием местных языков, но многое её мозг уже и сам понимал. — С королевской семьёй, — пояснил Вейнар, заглянув ей в глаза. — С королевской семьёй что? — спросила Рада. — Обед. Во дворце. Вы будете представлены королевской чете, — пояснил Вейнар. — А, — осознала Рада. — Надо представить зверушку семье, — от усталости она не сдержалась и съязвила. Вейнар не отреагировал, но перевернул обложкой вверх раскрытую перед Радой книгу. — «Государства порубежные». Вам сейчас надо совсем другое, — сказал он и буквально с ближайших полок принёс фолианты по генеалогии, протоколу и истории Киэнгира. Рада подняла брови. Не говорить же Вейнару, что она рассматривала возможность сбежать в соседнее государство и искала варианты? — Вам нужно блеснуть не знаниями, а воспитанием. К счастью, вы… удивительно естественны в манерах для простолюдинки, — в его голосе прозвучало неподдельное удивление. Рада фыркнула. — Почему вы решили, что я простолюдинка? Вейнар удивленно поднял бровь. — Вы ни разу не потребовали соответствующего вашему новому статусу обращения, не устроили истерику из-за недостаточно роскошной оправы для зеркала и ели ту же похлебку, что и нищие. Для знатной дамы это… нетипично. Рада криво усмехнулась. — А что, можно было истерить?