without end.

      Нет, это действительно какой то бред. Всю ночь в голове Юнхо крутилось все, и больше всего он хотел заткнуть любую свою мысль и лечь спать, лишь бы побыстрее забыть обо всех чувствах и эмоциях, которые он испытал на одной несчастной прогулке с тем самым блондином с очаровательной улыбкой из тухлого переулка у дома.       В жизни Юнхо не было места для чувств. В какой то момент он просто запечатал их где то глубоко в сердце, и больше не позволял вытекать наружу и бить в голову. Он боялся снова пораниться, но без возможности восстановиться. Он постоянно чувствовал холод в душе и тусклое одиночество, но каждый раз, когда вспоминал свое прошлое; моменты, когда ему правда было хорошо; он понимал, что не сможет пережить это снова. Он не может позволить себе чувствовать что то большее, чем мягкое удовольствие во время контакта с человеком, которого в своей жизни он не собирается держать, ибо если потеряет, то умрет только больше.       Минги был кем то, с кем необычайно спокойно, будто за то время, пока они были вместе, Юнхо начал жить другую жизнь, проводя полосу своей души сквозь душу Минги, но ни в коем случае не связывая. Ему правда было хорошо. Он правда чувствовал жизнь так, как пишут во всех этих красочных и сопливых песнях.       Он много думал, зарывался головой в подушку и снова думал, пока воздуха в лёгких не становилось катастрофически мало, и ему приходилось поднять голову лишь бы вдохнуть новую порцию, и повторить процедуру. Это не давало ему никаких объяснений, но это давало ему возможность думать более обширно и о чем то кроме Сон Минги.

***

— Не пробовал подумать о своем здоровье? — голос Минги появлялся в те моменты, когда Юнхо только переставал о нем думать, и тот появлялся так, как будто не хотел, чтобы о нем забывали.       Чон поднял голову, морщась из за ударов капель по лицу, и выдыхая задержанный в легких сигаретный дым. Он много сидел и думал, не заметив быстро пропавшее солнце, и пробившийся сквозь набитые тучи дождь. — И как ты сюда пробрался? — в груди кольнуло что то до боли знакомое. То, что Юнхо чувствовал каждый раз, когда находился в этом богом забытом месте в школе, куда дорогу знал только он, Уён, и теперь Минги. Так и должно быть, что это имя появляется во всех его списках в голове? — Должен признать, в прятки играть с тобой будет сложно, — Сон улыбнулся, а затем достал из за спины зонтик, будто фокусник, и открыл над головой Юнхо, присаживаясь рядом, и прикрывая их обоих, — Ты себя здесь скукой убиваешь? — Тебе прям настолько нечем заняться, я вижу, — Юнхо затянулся еще раз, снова выдыхая дым и прикрывая глаза, сейчас наслаждаясь звуками ударов дождя о зонт, и, возможно, тихой компанией Минги. — Разве я не могу просто захотеть увидеть тебя? — Мог бы подобрать момент, когда я тоже вдруг захочу. — Ты хотел, — Минги наполовину повернулся корпусом к Юнхо, и склонил голову набок, пряча на лице что то похожее на немой смех, — Твои глаза говорят все за тебя. — А вот твои очень хочется выколоть, — и все же, он не спорил, и скорее, даже в мыслях не было слов против. — Уроки закончились уже как час, — напомнил Сон, продолжая рассматривать Чон Юнхо, и обдумывая свое следующее предложение, — Весь этот час и проторчал здесь с сигаретой и под дождем, и теперь, я хочу.. — он вновь задумался, прокручивая в голове возможные слова, будто сценарист расписывает недостающие реплики своих персонажей, — Я настаиваю, чтобы ты пошел ко мне домой обсохнуть и попить вкусный чай, который прогреет твое очень не очень мягкое сердце.       Юнхо подумалось: «мое очень не очень мягкое сердце начинаешь прогревать ты» но вместо озвучки собственных мыслей он лишь махнул головой, слишком послушно соглашаясь с предложением Минги. Пока он не хочет покидать его.