Naruto. Система техножреца

Белки, белки, грёбаные электрические белки бегали за мной по торговому центру, вопя, что я покусился на их банкомат. – Стой, осквернитель, посмевший посягнуть на честь священного банкомата, которому покровительствует клан Электрических белок? – вопила самая здоровая белка, по телу которой бегали молнии, закусывая питон на бегу. – Пошли нах*й, крысы! Ваш банкомат меня убил! – проорал им в ответ, повернув голову назад, не замечая перил перед собой. Треск. Перила не выдержали веса моей туши, проломившись. Не успел ничего понять, как уже лечу в тёмную бездну, пытаясь ухватиться за пустоту рукой. – И больше не появляйся, техник хе***. – пригрозила мне хвостатая крыса, стоя у края обрыва. – Уй, бл*ть, тьфу, тьфу, приснится ведь такое. – с трудом поднял трещащую голову, по которой побегали белки, узнав свою квартиру. – Надо прекращать реально пить. Такое не каждому, кха, алкоголику приснится: мир шиноби, система техножреца... Бред. Стук. Дверь открылась, пропуская внутрь светловолосого парня с ведром, у которого на башке была повязка знаком Конохи. Следом за ним вошла азиатка, обеспокоенно смотрящая на меня, пока её друг садистской улыбкой готовился вылить ведро воды мне на голову. – День сурка, а я в главной роли! Ха-ха, Оскар мне, бл*. Дай попить. – парень разочарованно вздохнул, проговорив себе под нос, наверное, местное ругательство, и поставил ведро передо мной. Подполз к ведру, взглянув на своё отражение. «Поджаренный зомби, можно в кино без грима сниматься». – Лысое, покрытое волдырями лицо. Кожа коричневая, начинающая покрываться коростой. Нос почти цел. Губы подгорели, оставив только корочки. Череп гладкий, словно идеально выбритый. Уши пострадали меньше всего, что не скажешь о глазах. Брови и ресницы сгорели к чертям, белок потемнел, сам цвет глаз наверное должен был быть... не знаю, каким был стал, угольно-чёрным. – Урод... бульк. – ударил ладонью по воде, разбрызгав её по полу, и стал жадно пить. Под жалостливыми взглядами парочки. Девчонка даже стала фыркать носом. – Так, жалеть меня не надо. – твёрдо сказал, вдоволь напившись, поднимаясь на ноги, отказавшись от руки помощи. – Хоть вы меня не понимаете, но не смейте жалеть меня. – взмахнул руками под немного непонимающими взглядами. – Мне неприятно, даже противно смотреть на своё отражение, видя, что со мной случилось. – посмотрел по очереди им в глаза, чтобы вбить им в голову смысл без слов. – Не жа-лей-те ме-ня! ЯСНО! Хлопнул по плечу замершего блондина, вытерев слезу черноволосой, удивлённо раскрывшей свои карие глазки. «Надо имя спросить, не вежливо их так называть. Всё-таки спасли, не убили, не сдали на опыты пока. Даже сейчас помогли». – посмотрел на свою рожу, сплюнув. Пошатываясь, подошёл к двери, чувствуя давление в паху – если не посу, лопну нафиг. Прежде чем схватиться за ручку, осмотрел себя. На мне были одни грязные бинты, прикрывающие тело. – Может, одеться? Идти так на улицу? А не голый ведь. – схватился за ручку, открывая дверь, услышав окрик. – %№»*. – пищала азиатка, копаясь в разбросанных вещах, оставшихся после моего сна. – Да какого мне стесняться? – подмигнул качающемуся болванчику-блондину, выйдя на улицу, оказавшись в обычной деревеньке, с азиатским уклоном. Деревянные домики, на удивление, не из бамбука, а из тонких досок, аккуратные красивые заборчики, возле которых сидели старички в поношенной одежде, среди которых были азиаты, и европейцы, говорили они на одном тарахтящем языке. Увидев меня, они прекратили говорить, с интересом, даже жалостью уставились на меня. «Не пойдёт». – сделал самую тупую рожу, показав язык. Жалость сразу исчезла, сменившись стариковской руганью о не уважении старших, обзывательствами в мой адрес. Даже язык не нужно знать, о чём они говорят. «Почти мой мир. Кукареку, ммууу... Даже звуки те же». – поднял голову к солнцу, вздыхая чистый свежий воздух. – Зараза. Солнце ударило по глазам, чуть не ослепив меня, подпалив мой череп. Заслоняясь руками, поплёлся за дом, пару раз чуть не упав. Зашёл за него с наслаждением, делая свои дела, пытаясь проморгаться. – Бл*, совсем забыл – после ожогов нельзя на солнце появляться без одежды. – Сделал свои дела, собираясь уже возвращаться. Треск, шах вздрогнул подскочив на месте, обернувшись. Между деревьями, у которых дом стоял почти в плотную прошмыгнула тень. «Олень сраный.» – Схватился за разболевшуюся голову возвращаясь внутрь. Хлоп. хлопнул дверью, на удивление перестав слышать звуки деревни. – ШШ, %;№»? «Я тебя прибью, гад!» – не успел даже обернуться, как на меня налетела сестра? Зло с глубоко спрятанным беспокойством, могут смотреть, лишь двое. Мама и сестра. «Точно, сестра, не мама по возрасту не подходит. Помню мама также на меня смотрела, когда я с пацанами подрался из-за спора, что круче Калаш или Мэмка, сес…» Помотал головой, обняв сестрёнку, прижимая к себе, наплевав на боль. Чувствуя, как она обхватила меня в ответ, в голос разревевшись. «Напереживалась небось из-за такой сволочи, как я. Ничего, поплачешь, успокоишься». – кивнул парню на матрасы на полу, гладя сестру по волосам. Он кивнул в ответ, поняв, чего я хочу, расстелив один на полу. Ничего не говоря, медленно повёл её к нему, не отпуская, видя, как потихоньку она успокаивается. – Помоги её уложить, сам не справлюсь. – шёпотом попросил блондина, когда руки стало жечь огнём. Он снова кивнул, с небольшим усилием отцепил её руки от меня, кладя на матрас. Я, конечно, не могу терпеть эти нежности – даже со своей семьёй и девушками, когда они у меня ещё были, приходилось делать вид. Не зря. Смотря на мило посапывающую девчонку (ну, по возрасту больше двадцати не дашь, как и парню), чувствовал в груди тепло, желание расти над собой, чтобы не подвести, защитить. «Забыл даже, что умею чувствовать такие эмоции». – криво усмехнулся, встретившись взглядом с чёрными, задумчивыми глазами блондина. – Поговорим? – спросил у него, молча разминая ноющее тело после обнимашек. «Сильная у меня сестра, чуть не переломала нафиг». – блондин кивнул. – Кто первый спрашивает – ты или я? – указал на него пальцем, потом на себя, не прекращая смотреть в его глаза. – Да совсем забыл, как тебя зовут? – Тейчи, её Мэй, она твоя сестра. – махая руками, представился Тейчи, заодно назвав имя моей мирно посапывающей сестрёнки, сжавшейся в калачик. «Моей сестрёнки, даже не верится». – погладил Мэй по волосам, заметив её счастливую улыбку. – Не повезло тебе с новым братом. – Ты чего так смотришь? Да не съем, не обижу, постараюсь проблем много не доставлять. – Тейчи недоверчиво поднял бровь, выдыхая, стал пытаться задавать вопросы. – Кто ты и как оказался тут? – с трудом понял вопрос, несколько раз переспрашивая. «И что тебе ответить? Я алкаш-технарь, сдох смертью идиота, не знаю как попал сюда, в чужое тело. Хотя почему бы и нет, ведь это почти чистая правда». – улыбнулся, стал корчить понятные знаки, пытаясь объяснить свою историю. – Хватит, я понял, ф-а-а, полного пьяницы нам не хватало. Хлоп. – хлопнув себя по лицу, блондин снова уставился на меня серьёзным лицом. – Ты не тупой, ведь? – Я понимаю, о чём ты. – кивнул ему – не совсем баран. – Тогда давай учить язык, иначе нам конец. – высунув язык, он чиркнул себя по горлу, поправив одеяло на напарнице. – Тейчи, ты любишь Мэй? – парень замер, не отрывая взгляда от сопящей сестрёнки. По его немного дурацкому выражению лица, которое он попытался скрыть, понял – угадал. – Хочешь, помогу завоевать её? – он понял мой вопрос даже без игры в угадайку, стал серьёзно думать, работая мозгами. Спустя пару минут метаний по матрасу Тейчи закивал головой, протягивая руку, которую я с удовольствием пожал, улыбаясь, повторяя его улыбку. – Ну давай учиться. – сказал, потирая руки. «Ненавижу учиться». – простонал, пытаясь правильно говорить – чёрт знает сколько часов подряд. Проклятый язык, у которого не было названия, оказался гораздо сложнее русского. Интонации, произношения, суффиксы-приставки или как они называются? Сан, чан, дано, сама, кун... хуюн. Жизнь меня к такому не готовила – ведь мы даже читать и писать не приступали, только самые основы, которые я ни хрена не понимаю. – Как ты будешь обращаться к Хокаге? – продолжал меня мучить Тейчи (вернее, ему нужно было дать другое имя – Нудист, ибо так меня заколебать). – Хокаре сан... – попытался выговорить проклятое слово, прикусывая язык. – Шлёп! Хокаге-сама, ты бестолочь хренова. – закачал он головой, научившись мату за первый час учёбы. – Хокаге-сама... Тьфу, я устал. – сплюнул в тазик, где скопилось немало слюны, и не только моей. Повернул голову к пытающейся скрыть смех Мэй. – Сестрёнка, хорош там ржать под одеялом. Я давно понял, что ты не спишь. Иди ужин приготовь. – Я в кухарки не нанималась, сами готовьте. Бурр... – желудок Мэй прервал её речь, заставляя покраснеть. – Ладно, сейчас схожу к местным, попрошу немного риса. Завтра надо будет снова на охоту сходить. Бормоча себе под нос, какие мы плохие, она вышла на улицу, где начало понемногу темнеть. – Тейчи, почему, когда дверь закрыта, не слышно звуков снаружи? – спросил, проводив сестру взглядом, конечно же, размахивая руками. – Звуковая печать, если просто – потом объясню. – пожал он плечами, отвернувшись. За последние часы мы друг другу надоели до смерти. «Хаяо тээки, фуэки дзюдзина... Какой бред. Интересно, они язык не ломают, когда говорят?» – откинулся на свой матрас, уставившись в потолок, довольно слушая матерящегося Тейчи, освоившего мат гораздо лучше, чем я думал. – Надо бы посмотреть в системе – было состояние здоровья. Прикрыл глаза, силой мысли открывая вкладку состояния тела. Не успела она толком открыться, как перед моими глазами появилось предупреждение. **СОСТОЯНИЕ ТЕЛА ТЯЖЁЛОЕ, СТАБИЛИЗИРОВАННОЕ. НУЖНО ПРОДОЛЖАТЬ ЛЕЧЕНИЕ. ОБЩЕЕ СОСТОЯНИЕ - 46%.** **ОСНОВНЫЕ ПОВРЕЖДЕНИЯ:** **КОЖНЫЙ ПОКРОВ УНИЧТОЖЕН ПОЧТИ ПОЛНОСТЬЮ – 10%** **МЫШЦ, СВЯЗОК, КОСТЕЙ – 52%** **ВНУТРЕННИЕ ОРГАНЫ: СЕРДЦЕ – 85%, ЛЁГКИЕ – 67%, КИШЕЧНИК – 81%, ГЛАЗА – 79%, МОЗГ – 78%** **ЧАКРА-КАНАЛЫ / ПСИ-КАНАЛЫ – 32% ТЯЖЁЛАЯ СТЕПЕНЬ ПОВРЕЖДЕНИЯ. ВОЗДЕРЖИТЕСЬ ОТ ПРИМЕНЕНИЯ ЧАКРЫ/ПСИ-ЭНЕРГИИ.** «Охренеть! А я думал, почему мне так хреново? У меня почти всё хреново, даже кости с мозгом. Ну хотя, возникает вопрос – как может болеть то, чего нет? Ха-ха-ха». – мне не удалось сдержать нервного смешка. – Крейн, ты с ума начал сходить уже? – повернулся ко мне напарник, массируя виски. Махнул рукой – мол, всё нормально. Получив оценивающий взгляд, вернулся к системе, орущей жирным шрифтом о помощи, показывая проекцию моего нового тела, чуть ли не всю покрашенную красным с кучей циферок, рекомендаций, наставлений, предупреждений, буквально орущих мне о скорой смерти, если я сейчас же не вылечусь. «Да не собираюсь я снова так быстро помирать. Где тут настройки шрифтов и оповещений? А вот где». – вверху экрана была знакомая шестерёнка с небольшим списком настроек: отображение, шрифты, скрытие – даже озвучка была. – Орущий, жирный шрифт оставляем только на критические случаи, остальное делаем обычным шрифтом, собирая на блоки. Готово, теперь гораздо лучше. **Общее состояние тела: критическое, стабилизированное. Нужно продолжать лечение. Общее состояние – 46%.** «Гораздо лучше. Теперь надпись не вызывает желание кататься по полу, думая о скорой смерти». – вытер пот со лба после вываленной горы отчётов. – Не видел ведь всего, даже боль почти перестал чувствовать, и никакой слабости не было. А увидел – всё сразу кости заломило, внутренности стало завязывать узлом. Ложись в позу умирающего лебедя, канючь о скорой смертушке да помирай. Бах! Приложился локтем об пол, прогнав х**ню на**й. «Для какого х**на такое делали? Если бы какой-то малолетний сопляк или соплюха это увидели, они бы себя точно до могилы довели, залечившись вусмерть. Система, видимо обиделась. окошко обиженно задрожало, потемнело, и перед глазами появилась надпись. **«Никто до тебя не жаловался на это. Даже старые деды не докапывались».** «Я –ни всё, и ты разве не говорила, что через три месяца придёшь?» – в ответ тишина. Буквы исчезли, оставив лишь статистику тела. – Смоталась, гадина. Ничего, выживу – поймаю. Скрип. Планы моей мести с начавшим клевать носом Тейчи прервал скрип двери, в которую вошла Мэй, неся кастрюлю риса и дымящийся чайничек. – Не заскучали, мальчики? – улыбнувшись, спросила она, подтаскивая небольшой столик из угла. – Заскучаешь с ним. – недовольно фыркнул, словно ёж, блондин, ткнув в меня деревянными палками. – Смеётся, об пол бьётся... может, ему клизму поставить? У меня вроде была. – У меня геморроя нет, себе лучше поставь. – покривлял руками перед его лицом, под хмыканье сестры. – На, ешь лучше, сам ведь говорил – жрать хочешь. Бурр... – желудок Тейчи потребовал еды, причём немедленно. – Будто ты не хочешь, желудок тебя выдал. Спасибо, сестра. – принял из её рук небольшую деревянную чашечку чая, по размеру не больше стопки. – Имито, Крейн! И-ми-то! Повтори, давай – у нас мало времени. – с нажимом произнесла она, зажигая, не знаю откуда взявшийся, масляный фонарь. – Ифито, сфисо, офень фкусно... Чавк. – прочавкал рисом, выбросив палочки, под осуждающими взглядами команды. – Свинья! И как из тебя человека делать? – одновременно спросили они, переглянувшись и залившись смехом. – Пха-ха-ха, Крейн! – посмотрел на них недовольным взглядом, отложил еду и тоже расхохотался. – Аха-ха-ха, извините, такой я и есть. – сделал шутовской поклон. – Ладно, пхи-ха... Давайте поедим и продолжим тебя учить, у нас правда мало времени. – перестав смеяться, Мэй хмуро взяла миску, стала есть, задумавшись. Тейчи повторил за ней, потирая задницу. «Ха... если моя память не подводит, времени правда мало». Закончив есть, они продолжили издеваться надо мной, гады.