Спор на одну жизнь

Утром следующего дня Юджи решительно отправился в школьную библиотеку, в который бывал последний раз примерно никогда. Но зато, там зачастую пропадал Мегуми по утрам. Не то, что бы он был ботаником, просто углублено изучал математику, а на это нужно много времени и сил.  Итадори вошел в нее как король, и только его внешний вид говорил об обратном, приземляет молодого человека. Если он пришел заранне это не значит, что одежду он натягивал не первую попавшуюся. Сегодня на нем были широченные джинсы, которые, надень на Инумаки, он бы просто утонул в них, и рубашка поверх футболки. О глажке он не слышал, да и о том, что бы провести утром у зеркала больше секундного времени он даже и не думал. —Свободно?—для Фушигуро это был гром среди ясного неба. Парень сидел совершенно один, перед ним стопка учебников, пару из них открыты. Сам он что-то умело чертил в тетради, да так, что Итадори подумал, словно тот вот вот придумает новую формулу и откроет собственный закон.  —Как видишь…—он и сам не ожидал такого—Ты че тут делаешь? —Читаю. —У тебя даже нет книги. —Как это нет?—он схватил с полки первую попавшуюся. —Квантовая физика для чайников?—Мегуми не смог сдержать смешок, от чего его колючки колыхнулись, а он и правда напоминает ежа, только вот Юджи совсем не боится уколоться—Я лишь предполагал, что все спортсмены дураки, но ты все больше подтверждаешь мою теорию. —Эй, я хотя бы не зубрила!—с не наигранной обидой пробормотал парень и сел на соседнее место—Хотя не тебе говорить о спортсменах. —Всмысле?—ради этого вопроса он оторвался от книг на подольше, чем хотелось бы. —Не прибедняйся! Ты и сам в отличной физической форме,—Итадори и не спешил открывать книгу, вместо этого он размахивал ей в сопровождение активной мимики—Я видел… —Так я и не спортсмен, просто поддерживаю форму,—он пожал плечами, отодвигая книги—А ты так охотно рассматривал меня? Итадори молился, что он просто ослышался, потому что эта фраза заставила его покраснеть до кончиков ушей. —Нет!—воскликнул он, да так, что похоже это можно было услышать на другом конце Токио. —Ну ладно,—парень залился смехом, откидывая голову—Ты забавный. Теперь Юджи стал краснее помидора, он никогда не реагировал так на комплименты, особенно комплименты от парня… —По-моему нам пора, не то опоздаем,—Фушигуро быстро скинул вещи в рюкзак и остановился у двери—И это. Спасибо за тот случай в столовой. —Пожалуйста,—пробормотал розово-волосый, но уже в пустоту, потому что парень похоже был на пол пути в кабинет математике.  —Забавный идиот,—произнес голос—Уже продуктивнее, растешь на глазах. —Напомним мне, почему мы поспорили именно на него? —Потому что мне хотелось увидеть твою внутреннюю гомофобию в деле,—усмехнулся Сукуна—Главный красавчик школы, который может выбрать себе любую девушку, пытается добиться взаимности от колючего парня, который определенно ломает твои типажи. —Достаточно,—фыркнул Итадори—Заткнись.

***

—Подобие обезьяны, спишь? Юджи уже собирался ложиться, только поудобнее утроился, как телефон под подушкой звонил. Кто же это мог быть, если не Инумаки. —Отвали, подобие лосося,—сказал он своим «бархатным», сонным голосом—Че те надо? —Мне скучно.  —А ты у нас не из этих? —Из каких из этих?—сразу послышался недовольный голос парня. —Из пидорасов,—засмеялся Юджи, от чего сон сразу пропал—Обычно, когда парню скучно ночью, он звонит девчонкам, а не спящему другу.  —Кто бы говорил! Раз сон пропал, то Итадори может включить телек, да новости послушать, раз в сто лет и это полезным бывает. В итоге, пока Тоге на фоне что-то причитал, рассказывая очередную историю из его новой игры,  потом приплел какие-то школьные истории, Юджи пялил в телек. «Срочные новости, в районе Сибуя замечен белый волк. Психопат в белой одежке устраивает массовые драки на улице ради забавы, вовлекая мужчин и работников государственных структур» —Слушай, Фишмен,—парень стал на ходу натягивать спортивки, перебивая друга—Ты поразвлекай себя сам, я если че перезвоню.  Итадори вылетел из дома, пробегая мимо комнаты деда. До нужного района было далековато, поэтому он заскочил на свой мотоцикл, который доставал редко и отправился туда. Успел он во время. Мужчина никого покалечить не успел.  Итадори бросил мотоцикл, сразу бросаясь на мужчину, который, на удивление был даже больше парня, заметно шире и сильнее. Юджи не любил использовать инородную силу Сукуны, но сейчас эта была безвыходная ситуация. Красный импульс вырвался в тот момент, когда Итадори целился прямо в солнечное сплетение.  Он как всегда покидает место «преступления» раньше, чем приезжает полиция, что бы не светится лишний раз нигде.  По дороге домой гола кружится адски, он пару раз получил по лицу, от чего раны нарывали и заставляли корчится. Парень не выдержал, он остановился у первого дома, опираясь на средство передвижения, пытаясь выровнять дыхание. В глазах двоилась, голова раскалывалась, а стук сердца был бешенным. —Эй, вы в норме?—парень медленно поднял голову, услышав знакомый голос—Твою мать, Итадори, что с тобой! —М?—он покачнулся, попытавшись пойти на встречу, но тут же чуть не рухнув. Фушигуро словил его под руку в последнюю секунду. Он без лишних слов завел парня в квартиру и тут же утащил его в ванну, смывая всю кровь с лица.  —Ты никуда не поедешь так поздно!—скомандовал ежеволосый—Даже не думай. —Я не хочу тебя теснить,—шептал парень, ведь от громких разговоров у него сильнее ныла голова. —Я сказал нет, идиот, ты еще свалишься по пути,—выдохнул он, опускаясь на корточки перед диваном, на котором развалился розоволосый. Он аккуратно провел кончиком полотенца по губе, потом брови и носу, стирая остатки крови—И где же тебя так… —Не важно,—он задержал дыхание, чувствуя, как одна рука парня скользит по лицу, а вторая лежит на его колени, держась для равновесия. Он чувствовал, как кожа под штанами горит от этого прикосновения, и вроде оно такое короткое, но какое же приятное.  А лицо парня…оно же в нескольких сантиметрах, от чего Итадори смог внимательнее рассмотреть его манящие глаза. Наконец-то Фушигуро окончил эту «пытку» и ушел в ванну вымывать кровь с полотенца.  Юджи остался на диване, судорожно сжимая подлокотник от пережитой близости, он решил осмотреться, изучая зал пристальным взглядом. Квартира была просторной,  выполненной в черно белых тонах, максимальный минимализм, который тут же бросался в глаза. Вприницпе, Мегуми ассоциировался именно с таким жильем: спокойном и невзрачном, но одновременно стильным. —Ты пиво будешь?—раздалось на всю квартиру. —Да, наверное!—крикнул Итадори, слегка поежившись, от неожиданности предложенного.   Фушигуро вытащил из холодильника две банки и позвал Итадори в комнату, а когда тот увидел место обитания Мегуми, то если сдержал удивленный вздох. Его комната была полностью черной, в каких то постерах и плакатах, довольно внушительной количество собственных фотографий. —Нравится?—парень обернулся, в проходе на него смотрели два зеленых глазах, как у хищного кота, и манили что есть сил. Потом его взгляд упал чуть ниже и сразу же пожалел об этом, ведь черноволосый стоял в одних спортивках, без какого либо верха, похоже он только что умылся. —А…—он громко вздохнул, принимая свою банку из рук парня—Да…очень уютно. —Ага,—он коротко хихикнул, садясь на кровать. Юджи устроился рядом, откидываясь на стену. Первое, что выпало после включения телека, это был «Человек паук» и они негласно решили, что почему бы и не глянуть. Первую половину фильма они сидели в тишине, «увлеченно» пялясь в телек и попивая напитки, пока тишина не стала скучной. —Ты уверен, что я не помешаю?—выдохнул розоволосый, поглядывая на «друга», чья близость отдавалась комком в горле. Тепло его тело чувствовалось как нельзя сильно—Или что ты родителям скажешь, они не будут рады незнакомцу. —Да брось, ты мне совсем не мешаешь,—он откинулся на простынь, держась на локтях—А отец на работе, ему явно не до нас. Тебя то не потеряют? —М…нет, не волнуйся,—он пожал плечами, прикусывая губу. Его и правда никто не ждал, дедушка обычно не интересуется где пропадает внук, а обычно и не замечает его отсутствие. Единственный, кто его мог потерять, так это Инумаки, и то, он последнее время и сам где-то пропадает, явно нашел друзей «на стороне»  Хотя, если вам очень интересно, то Инумаки и правда нашел «на стороне», но не просто друга, а родственную душу, к которой, к слову, он поехал сразу же, как закончил говорить с Юджи. Сейчас она сидели на кровати в квартире Оккоцу, которую он недавно снял, и вспомнила и о своем знакомстве. На самом деле, они виделись еще с начала обучения, потому что были в параллельных классах, но никогда не общались, до одного момента. Юта учится в музыкальной школе недалеко от парка, где любили гулять Юджи и Инумаки. В один из вечеров, когда И аборт убежал домой, Инумаки задержался, решившись проветриться в одиночку и наткнулся на парня, который играл на гитаре.  Тоге и не помнит, чем он зацепил его, но от одного только звука струн по коже пробежали мурашки и он задержался, слушая мелодию, которую, как он узнал впоследствии, Оккоцу написал сам.  Там же они разговорились, стали переписываться и часто гулять, пока не поняли, что все это не просто дружба, в нечто больше—глубокая эмоциональная связь. Им было так хорошо друг с другом, как не было ни с кем. Только понимание и похоже «любовь». Первый раз, когда Юта приглашает друга в дом, он играет ему новую песню, показывает рисунки, старые записи и прочие мелочи, которые нравились ему. В этот раз он и не помнит, какой он по счету. Они сидят на кровати и смотрят того же человека паука, что и Юджи с Мегуми в эту секунду.  —Если тебе скучно, можешь идти, я не держу,—прошептал Юта, стараясь не перебивать звук телека. —По-моему я говорил, что мне не бывает скучно с тобой—с радостной улыбкой тянет Инумаки, целуя парня в уголок губ—Я могу остаться на ночь, если ты не против. —Я всегда за,—он не соврал, но от стеснения и осознания кончики ушей покраснели, он слегка увел взгляд, что бы Тоге не заметил этой стеснительности. Хотя чего скрывать, он прекрасно знал, что его друг тихий наблюдатель. Тот говорит не много, но если и начинает, то это всегда четко и метко. Человек вообще удивительный, терпеливый, а для Инумаки — настоящий эмоциональный якорь.  Да и если честно говорить, то он еще и очень даже симпатичный. На голову выше нашего малыша, с темными растрепанными волосами и довольно уставшим видом, зато с какими добрыми глазами; часто носит свой любимый потрепанный свитер, который переодически таскает Инумаки, если замерзнет на вечерней прогулке.  Незаметно для Юты короткий поцелуй перерос в более уверенный, блондин первый полез целоваться и не прогадал, Оккоцу сразу ответил и утянул парня за собой на кровать так, что тот устроился на нем. Горячая дорожка из поцелуев, которая начиналась на губах брюнета, закончилась на ключицах и продолжилась лишь тогда, когда свитер безжалостно улетел на пол. —Ты…очень красивый…—прошептал младший, после того, как провел языком по подкаченному торсу парня, действие заставило их обоих вздрогнуть. —Да…—еле слышно простонал музыкант—Ты хочешь убить меня… —Очень хочу—выдохнул Тоге. Юта приподнялся на локтях, заглядывая в глаза Инумаки. Тёмные круги под его глазами делали взгляд ещё более глубоким, почти пронзительным. Он провёл большим пальцем по скуле Тоге, задержавшись у уголка губ. Юта улыбнулся, и эта улыбка уставшая, тёплая, почти детская, ударила прямо в сердце Инумаки. Он наклонился, целуя Юту в шею, чуть ниже кадыка, чувствуя, как бьётся его пульс под губами. —Я хочу тебя,—шепнул Тоге почти беззвучно, так тихо, что если бы Юта не привык слушать его дыхание, он бы и не расслышал—Я хочу быть рядом. Хочу быть твоим. Просто позволь… Юта сглотнул. Его руки скользнули по спине Инумаки, зарываясь пальцами в мягкие светлые волосы на затылке. Он притянул его ближе. —Тогда бери,— сказал Юта, глядя в глаза без тени улыбки— Я весь твой. Инумаки замер на мгновение, вглядываясь в лицо Юты так, будто хотел запомнить каждую чёрточку. Потом наклонился и поцеловал его. Медленно, глубоко, пробуя на вкус, запоминая. Он скользнул руками вниз, расстёгивая пуговицы на джинсах Юты, чувствуя, как тот выдыхает ему прямо в рот: —Тоге... если ты продолжишь... —Продолжу, — выдохнул блондин. Он опустился ниже, целуя кожу на груди Юты, где билось сердце, потом ниже по животу, туда, где мышцы напрягались от каждого его прикосновения. Юта вцепился пальцами в простыни, запрокинул голову, глядя в потолок, и выдохнул имя так, будто это было единственное слово, которое он знал. Инумаки поднял глаза на мгновение, заметив, как по шее Юты пробежала дрожь. Он улыбнулся той редкой, почти неуловимой улыбкой, которую никто, кроме Юты, никогда не видел. Темноволосый не мог держаться, он обнял Инумаки за талию и перевернулся, загоняя его под себя. Тогэ моргнул, оказавшись прижатым к матрасу. Сверху нависал Юта, тёмные волосы падали на лоб, щипали ему лицо, но он не возражал. Обычно он был тем, кто контролировал ситуацию. Кто молчал, когда другие говорили. Кто наблюдал, когда другие действовали. А теперь он смотрел в глаза Юты и не знал, что делать с тем, что у него не было контроля. —Ты начал,— тихо сказал тот, касаясь разгоряченной коже на шее—Теперь я закончу, позволишь? Юта наклонился и поцеловал его глубоко, медленно, так, что у Инумаки перехватило дыхание.  Одной рукой он придерживал его за затылок, поглаживая светлые волосы, другой скользнул под футболку, касаясь кожи на спине. Инумаки выдохнул ему в губы, чувствуя, как по телу пробегают мурашки. Юта отстранился на мгновение, чтобы посмотреть на него. Инумаки лежал перед ним раскрасневшийся, с взъерошенными волосами, смотрел на него снизу вверх, и в этом взгляде было столько доверия, что у Юты сжалось сердце. Он снова поцеловал его в губы, в уголок губ, в скулу, в шею. Спускаясь ниже, он целовал его кожу, оставляя влажные следы, вдыхая его запах. Инумаки выгнулся под ним, вцепившись пальцами в его плечи. —Осторожнее,—прошептал он, чувствуя, как горячее дыхание Юты касается его живота—Теперь ты хочешь меря убить… —Хорошая смерть,—ответил Юта, расплываясь в хищной улыбке—Не самая плохая. Он снова накрыл его губы своими, одновременно расстёгивая пуговицы на джинсах Инумаки. Тот вздрогнул, но не отстранился. Он доверял. Он позволял. —Ты уверен?—спросил брюнет, заглядывая в глаза—Мы можем остановиться в любой момент. Инумаки молчал. Потом его рука скользнула по спине Юты, притягивая его ближе. —Не заставляй меня умолять! Юта рассмеялся, хоть и тихо, зато искренне. —Я тебя так сильно люблю,—сказал он, касаясь лбом его лба—Ты знаешь? —Знаю, теперь я точно знаю,—прошептал Инумаки Юта наклонился, целуя его в шею, и больше они не говорили.  Только дыхание, сбивчивое и горячее, и звуки, которые были громче любых слов, раздавались на всю квартиру. Когда Юта закончил, он выгнулся, вцепившись пальцами в плечи Тоге, и выдохнул его имя как молитву.  Они молча обнялись, а потом так и уснули, им не нужны были лишние слова, главное, что они нашли умиротворение друг в друге, больше им ничего и не нужно.