Закрытая черта

***

Коридор спортивного комплекса «Олимп» пах наэлектризованной пластмассой, дорогим парфюмом и свежим потом. Команда «Псов» стояла у распашных дверей, ведущих к батутной зоне. Мартин Нёрсфилд нервно поправлял свой жесткий рыжий ирокез, его сбитые костяшки побелели на кожаном мяче. На два шага позади него стоял Аргус Сентер. Новичок выглядел так, словно его сейчас вырвет: его пальцы, усыпанные дешевым пирсингом, лихорадочно теребили край поношенного оверсайз-худи.

***

Шаги с противоположного конца коридора раздались одновременно — четкие, размеренные, как марш смертников. Появились «Коршуны». Возглавлял их Мерил Тейнсфорд. Вживую он казался еще бледнее, чем на экранах спортивных каналов. Белые, как свежий снег, пряди волос падали на лицо, частично скрывая свежие багровые царапины на скуле. Руки Тейнсфорда до самых локтей были закатаны в сероватые медицинские бинты, поверх которых вызывающе звенели массивные золотые цепи. Мерил остановился в паре метров от Мартина. Его жуткие глаза с гетерохромией — один ледяной, пронзительно-синий, другой глубокий, темно-карий — медленно скользнули по шеренге «Псов». Взгляд Короля слэмбола был пустым и скучающим. Мерил чуть наклонил голову, и из-под воротника его идеальной глянцевой формы выскользнул тяжелый винтажный кулон. Крупный, тускло мерцающий зеленый камень в потемневшем серебре качнулся на груди капитана «Коршунов». В ту же секунду Аргус за спиной Мартина издал странный, хриплый звук, будто ему в горло плеснули кислоты. Воздух со свистом покинул его легкие. Цветной камень на груди холеного мажора горел в свете ламп точно так же, как в кошмарах Аргуса из кубинского детства. Мерил заметил это движение. Его карий глаз сузился, улавливая чужую панику. Он медленно коснулся пальцами в бинтах зеленого кулона и слегка повернул его, заставляя пустить зеленый блик прямо в лицо застывшему новичку. — Кто это у нас прячется за твоей спиной, Нёрсфилд? — тихий, сиплый голос Мерила разрезал тишину коридора, заставив цепи на его запястьях тихо звякнуть. — Твой новый смертник? Скажи ему, чтобы не смотрел так. На моих батутах трусов ломают первыми.

***

Гул трибун давил на уши. Четыре огромных батута под кольцами туго поблескивали в свете прожекторов. Слэмбол — жестокий спорт: здесь разрешены хоккейные столкновения в поле, и если ты застынешь в воздухе хоть на секунду, тебя жестко впечатают в защитные маты. Аргус, Главный Хэндлер «Псов», вел мяч, но его пальцы в дешевых кольцах мелко дрожали. Он не мог оторвать взгляда от Мерила. Капитан «Коршунов» взлетал на батутах с пугающей частотой, его белые волосы мелькали под кольцом, а серые бинты на руках были туго натянуты. Но хуже всего был зеленый винтажный кулон, который Мерил демонстративно вытащил поверх своей идеальной формы. Для всех это была просто дорогая цацка. Для Аргуса — единственная вещь, оставшаяся от больной матери, которую он заложил в ломбард, чтобы купить фальшивый паспорт и сбежать из прошлой жизни после кражи денег. Король «Коршунов» как-то нашел его кулон. Он всё знал. Из-за этого страха Аргус совершал ошибку за ошибкой. Он упустил пас от Мартина, занервничал и рухнул на батутную сетку спиной, теряя мяч. Мерил тут же перехватил его в воздухе и с оглушительным треском вколотил слэм-данк сверху. Приземлившись, Мерил прошел мимо лежащего Аргуса и, поправляя цепочку, тихо бросил: — Ты слишком медленный для вора в бегах, Сентер. Если продолжишь лажать, я наберу полицию прямо со скамейки запасных. Первая четверть закончилась с разгромным счетом 15:10 в пользу соперников. В коротком перерыве двадцати четырех летний капитан «Псов» Мартин Нёрсфилд в ярости прижал Аргуса к пластиковой стене раздевалки. Его рыжий ирокез растрепался от пота. — Аргус, очнись! Ты сдаешь игру! Ты боишься этого бледного мажора?! Аргус тяжело дышал, держась за ушибленные ребра. Он не мог рассказать Мартину, что он преступник в бегах и Мерил шантажирует его. — Я... я просто не могу поймать его ритм на батутах, Мартин. Извини. Мартин выругался, но его взгляд смягчился. Он повернулся к команде: — Ладно. Юджин, выходи вместо Аргуса. Покажи им уличный слэмбол.

***

Выход Юджина изменил ход игры. Он не летал высоко, но его костяшки пальцев были жесткими. С ходу Юджин на полной скорости врезался в разыгрывающего «Коршунов» Филла Жаронсона, впечатав его в защитное стекло. Затем он жестко заблокировал Стоппера соперников — огромного Роджера Миностена, который стоял под кольцом как каменная статуя. Юджин просто протаранил его корпусом, дав возможность Рестеру Корниресу взлететь и забить. «Псы» начали огрызаться и перешли на откровенную грубость. Счет стал 24:21. Отрыв сокращался.

***

Видя, что игра превращается в драку, тренер «Коршунов» выпустил своего Джокера — Эносию Рид. Эта девчонка двигалась с пугающей скоростью. Ее смуглая кожа покрылась испариной, а коричневые, до плеч, афро кудри блестели, словно намазанные маслом. Черные зрачки сверкали под светом прожекторов. Эносия и Мерил устроили на батутах настоящий ад. Они прыгали одновременно с двух сторон. Защита «Псов» трещала по швам. Стоппер «Псов» Дэрил Фирс просто не успевал перекрывать обе зоны. Аргус снова вернулся на поле, сменив задающегося Джокера, но присутствие Эносии и безумный темп Мерила окончательно сбили его с толку. Мерил то и дело отдавал пасы Эносии в воздухе, и «Коршуны» раз за разом вколачивали мячи в кольцо «Псов». К концу четверти счет стал всего в пять голов — 39:34. На Мартине не было живого места, а Дэрил Фирс тяжело хромал после падения. В последнем перерыве Аргус сидел на полу, спрятав лицо в ладонях. Ему казалось, что его жизнь окончена. Если он проиграет — Мерил сдаст его копам. Если выиграет — Мерил разозлится и всё равно сдаст. Мартин подошел к нему, тяжело дыша через разбитую губу, и протянул моток спортивного тейпа: — Заклей пальцы, Аргус. Мне плевать, почему ты его боишься. Но если ты не выйдешь и не покажешь свою скорость, они нас уничтожат. Мы — «Псы». Мы деремся до конца.

***

В Аргусе проснулась глухая, уличная ярость. Ему надоело бежать от всего. Спорт, который был просто укрытием, стал для него единственным способом доказать, что он чего-то стоит. Финальная пятиминутка превратилась в триллер. Аргус включил свою запредельную маневренность. Он перехватил мяч у Филла на выходе из прыжка, рванул к батуту «Коршунов» и, извернувшись в воздухе под немыслимым углом, обошел огромного Роджера Миностена. Гол! Трибуны зашлись в экстазе. За минуту до конца счет был 48:48. Последняя атака «Псов». Время тает: 5... 4... 3...

***

Аргус несется к центральному батуту. Наперерез ему со всей силы летит Мерил. Это был момент чистой ненависти. Беловолосый Король выставил локоть в бинтах, намеренно и жестоко сбивая Аргуса в воздухе, чтобы защитить победу. Раздался страшный удар тел. От боли у Аргуса потемнело в глазах, его ребра хрустнули, но в падении он успел вытолкнуть мяч прямо в кольцо «Коршунов». Свисток. Сирена. Мяч провалился в сетку. Табло загорелось финальными цифрами. Одно очко решило всё: 48:49 в пользу «Псов»! Команда была на седьмом небе от счастья. В то время Аргус распластался на батутной сетке, задыхаясь от жгучей боли в боку. Мерил поднялся рядом. На его бледном лице, поверх свежих царапин, горела ярость Короля, которого только что скинули с трона. Из его разорванного ворота вылетел зеленый кулон матери Аргуса, бешено качаясь на цепочке. Пока Мартин и Юджин с криками бежали к Аргусу через всю площадку, Мерил наклонился к новичку, наступив кроссовком на его забинтованное запястье, и прошипел сквозь зубы: — Ты выиграл этот матч, уличный пес. Но теперь ты будешь делать всё, что я скажу. Иначе этот кулон завтра окажется в полицейском участке вместе с твоими пальчиками. Ты моя крыса, Аргус. Шоу только начинается. Мерил развернулся и ушел к своей команде, оставив Аргуса лежать на батуте — с победой в кармане, но в полной темноте шантажа.