Учитель без прошлого (Учитель. Часть 4)

***

Прошло три полнолуния. После экзамена занятия с Рамзесом стали проходить через день, и у Симбы впервые за долгое время появилось больше свободного времени. Почти все его он проводил рядом с Налой, Киарой и Кову. Время Киары уже подходило. Она почти не покидала Скалу. Симба приказал приготовить для нее самое тихое место в глубине пещеры. Вход туда был разрешен только ему самому, Нале и Кову. Нала помогала дочери готовиться к рождению первых львят. Рамзес все чаще участвовал в управлении Королевством. Иногда советом, иногда историями из собственного прошлого. Симба слушал внимательно. Теперь его больше всего занимало будущее Кову и Киары. Это были самые спокойные восходы солнца за многие сезоны. Но однажды спокойствие исчезло. Сначала никто не придал этому значения. Земля едва заметно вздрогнула. Потом еще раз. И еще. Толчки были настолько слабыми, что многие решили бы, будто им показалось. Но каждый раз происходило одно и то же. На несколько мгновений смолкали птицы. Замолкал ветер. Даже насекомые переставали стрекотать. На саванну опускалась тяжелая, давящая тишина. А затем жизнь словно возвращалась обратно. Так повторялось несколько восходов подряд. Львицы стали беспокойно переглядываться. Антилопы все чаще поднимали головы, прислушиваясь к земле. Слоны начали раньше обычного уводить стада к реке. Даже гиены перестали смеяться по ночам. Сам Симба не понимал, почему его сердце становится все тяжелее. Словно сама Земля пыталась предупредить своих детей. На четвертый рассвет к нему пришел Рафики. — Пойдем. Больше он ничего не сказал. Они молча дошли до южной границы и поднялись на высокий холм. Рафики поднял посох. — Смотри. На далеком горизонте возвышалась одинокая гора. Над самой вершиной медленно поднималась тонкая белесая струйка. Симба долго всматривался. — Пожар? — Не знаю. — Если пожар, нам нечего бояться. Между нами пустыня. Огонь сюда не дойдет. Рафики покачал головой. — На пожаре дым темный. Он не отрывал взгляда от вершины. — А этот... слишком светлый. Симба нахмурился. — Тогда что это? Рафики ответил не сразу. — Мой отец рассказывал... белый дым над горой вместе с дрожью земли — очень дурной знак. — Какой? — Просыпается сердце горы. По спине Симбы пробежал холод. — Что это значит? — Он говорил... потом появляется огненная река. Симба еще раз посмотрел вдаль. — Нужно спросить Рамзеса. Он уже повернулся, но вдруг остановился. — Нет... сначала надо узнать, что происходит. Когда они вернулись к Скале, им навстречу вышел Зазу. Как всегда подтянутый, важный и безупречно серьезный. — Ваше Величество? — Зазу, мне нужна твоя помощь. Симба указал лапой в сторону далекой горы. — Слетай туда. Осмотри все сверху и сразу возвращайся. Мне нужно знать, что происходит. Зазу почтительно поклонился. — Будет исполнено, сир. Он расправил крылья. — Постараюсь вернуться до следующего заката. — Береги себя. Зазу тепло улыбнулся. — Не беспокойтесь. Я скоро вернусь. Через несколько мгновений его маленькая синяя фигурка уже быстро удалялась к югу. Симба смотрел ему вслед еще долго. Сам не понимая, почему вдруг захотел окликнуть его и вернуть назад. Поднявшись на Скалу, они сразу нашли Рамзеса. Выслушав рассказ, старый лев резко поднялся. — Симба... Его голос вдруг стал необычайно жестким. — Ты уже отправил Зазу? — Да... — Верни его! Симба замер. — Что? — Немедленно! Он бросился к краю Скалы. Зазу уже превратился в едва различимую точку. — Почему?! Рамзес тяжело произнес: — Если мои догадки верны... Он посмотрел на далекую гору. — Это не дым. Симба почувствовал, как внутри все оборвалось. — Тогда что? — Смертельный газ. Несколько мгновений никто не двигался. Потом Симба сорвался с места. — Нужно послать ястреба! Он быстрее! — Нет! Рамзес остановил его. — Пока он догонит Зазу, сам окажется возле горы. Наступила страшная тишина. — Тогда... Симба не смог договорить. Рамзес медленно закрыл глаза. — Остается только ждать. Рафики крепче сжал посох. — Я пойду к границе. — Если что-нибудь увижу — вернусь. Рамзес посмотрел на него. — Если Зазу не появится до заката... Он замолчал. Симба тихо закончил: — Значит... — Да. Рафики поклонился. — Я останусь там до следующего рассвета. — Попытаюсь увидеть то, что скрыто. — Береги себя, — едва слышно сказал Симба. До самого заката Симба не отходил от края Скалы. Каждый раз, когда в небе появлялась птица, сердце начинало биться быстрее. Но это были чужие птицы. Не Зазу. Когда солнце коснулось горизонта, возле Симбы уже стоял весь прайд. Никто не разговаривал. Все смотрели в одну точку. На юг. Последний луч солнца исчез. Зазу не вернулся. И тогда Симба тихо прошептал: — Прости меня... Никто не ответил. В ту ночь никто почти не спал. Зазу верно служил еще Муфасе. Он воспитывал самого Симбу. Он не покинул королевскую семью даже в самые тяжелые времена. И теперь погиб, исполняя последний приказ своего короля. Симба сидел неподвижно у края Скалы. Всю ночь. Он продолжал смотреть туда, откуда Зазу должен был вернуться. Словно все еще надеялся увидеть в лунном небе маленькую синюю фигуру. Рамзес молча сел рядом. — Не вини себя. Симба долго не отвечал. Потом хрипло произнес: — Это я отправил его. — Ты не мог знать. — Но приказ отдал я! Он резко повернулся. В глазах стояли слезы. — Он даже не усомнился... Просто улетел выполнять мой приказ... Голос сорвался. — А я.… убил его. Рамзес положил лапу ему на плечо. — Нет. — Если бы я сначала спросил тебя... — Если бы я ничего не знал, я приказал бы сделать то же самое. Симба медленно поднял голову. — Правда? — Правда. Рамзес тяжело посмотрел на далекую гору. — Иногда король принимает единственно правильное решение. Он сделал паузу. — И именно оно приносит самую страшную цену. Долго оба молчали. Потом Симба тихо спросил: — Значит... это действительно смертельный газ? — Теперь мы знаем это наверняка. — Он дойдет до нас? — Если гора долго будет дышать — да. — А потом? Рамзес посмотрел на белый дым над вершиной. — Потом может проснуться сама гора. — Огненная река... — Да. Симба долго смотрел вдаль. Потом негромко позвал: — Сараби. — Да, сын? — Передай всем львицам... пусть не уходят далеко от Скалы. Он тяжело выдохнул. — И пусть будут готовы уйти в любой момент. Сараби тревожно посмотрела на него. — Все настолько серьезно? Симба перевел взгляд на далекую дымящуюся вершину. — Не знаю... Он произнес почти шепотом: — Но впервые в жизни мне кажется... Он замолчал. — ...что наш враг — не лев, не гиены и не засуха. — Наш враг проснулся под самой землей. Рамзес мгновенно поднялся и поспешил к выходу из пещеры. Последние несколько восходов солнца они с Сарафиной почти не ночевали на Скале. Она сама попросила перебраться вниз, к ее подножию, где было тише и спокойнее. Он быстро спустился и сразу увидел ее. Сарафина не спала. Она сидела, глядя в темноту саванны. Услышав шаги, даже не обернулась. — Что случилось, любимая? — тихо спросил Рамзес. Сарафина долго молчала. Потом едва слышно произнесла: — Мне страшно... Рамзес сразу лег рядом и осторожно прижал ее к себе. — Почему? Она закрыла глаза. — У меня такое же предчувствие... как тогда... Он понял без объяснений. — Перед гибелью Муфасы? Сарафина медленно кивнула. — Тогда тоже все казалось обычным. Никто ничего не замечал. Только внутри будто что-то кричало, что приближается беда. Она тяжело вздохнула. — Я никому не рассказывала об этом. Боялась, что меня сочтут слишком впечатлительной. Но сейчас... Она подняла на него тревожный взгляд. — Сейчас это чувство стало еще сильнее. — Что-то должно случиться, Рамзес. Он крепче обнял ее. Хотя сам уже несколько восходов солнца ощущал то же самое. — Послушай меня. Он коснулся носом ее лба. — Пока я рядом, никто тебя не тронет. Его голос звучал спокойно и уверенно. — Что бы ни произошло, я не дам тебя в обиду. Обещаю. Сарафина прижалась к нему крепче. — Но если беда придет не от кого-то... Она посмотрела в сторону южного горизонта. — ...а от самой земли? Рамзес тоже перевел взгляд туда. Далеко-далеко, за темнотой, скрывалась дымящаяся гора. — Тогда мы уйдем. Он произнес это твердо, словно уже принял решение. — Если опасность станет реальной, мы уведем прайд. Пусть даже временно. Сарафина покачала головой. — А может, не ждать? Рамзес внимательно посмотрел на нее. — Ты хочешь уйти уже сейчас? — Да. Она говорила тихо, но уверенно. — Даже если ничего не случится, мы всегда сможем вернуться. Но если случится... Она замолчала. — ...может оказаться поздно. Рамзес долго не отвечал. Потом медленно кивнул. — Наверное... ты права. Он снова посмотрел на юг. — С первым светом я поговорю с Симбой. Предложу на время увести прайд к северной границе. Он снова обнял Сарафину. — А теперь постарайся уснуть. Она прижалась к нему, но еще долго не закрывала глаз. Да и сам Рамзес не спал. Южный ветер стал заметно сильнее. Он нес с собой непривычный сладковатый запах. Едва уловимый. Чужой. Рамзес глубоко вдохнул воздух и нахмурился. Этот запах ему совсем не нравился. На следующем рассвете Симба так и не сомкнул глаз. Всю ночь он лежал, прислушиваясь к каждому звуку саванны. Но вокруг было почти привычно. Шелестела трава. Где-то перекликались ночные птицы. Иногда доносился далекий рык льва. Только Зазу не возвращался. С первыми лучами солнца Симба поднялся на самую вершину Скалы и долго смотрел на южный горизонт. Еще вечером над далекой горой поднималась тонкая белая дымка. Теперь ее не было. Гора казалась спокойной. Симба невольно выдохнул. — Неужели все закончилось?.. Он еще немного постоял, всматриваясь вдаль, затем начал спускаться. Только одна мысль не давала покоя. «Жаль, Зазу так и не вернулся... Не надо было посылать его...» У подножия Скалы его уже ждали встревоженные львицы. — Ну что? — Дыма больше не видно, — ответил Симба. — Во всяком случае сейчас. По рядам прошел облегченный шепот. — Значит, опасность миновала? Симба покачал головой. — Не знаю. Поэтому далеко не уходите. Но охотиться можно. Львицы сразу отправились в саванну. Вчера никто из них так и не успел добыть пищу. Когда Симба приказал всем срочно вернуться на Скалу, охота только начиналась. Проводив их взглядом, Симба направился искать Рамзеса. Тот сидел неподалеку, явно не выспавшийся. — Рамзес... кажется, все обошлось. Гора больше не дымит. Рамзес поднял голову не сразу. — Что?.. — Дым исчез. Наверное, все закончилось. Несколько мгновений старый лев неподвижно смотрел на Симбу. Потом резко поднялся. Слишком резко. Не сказав ни слова, он поднялся на верхнюю площадку Скалы. Остановился. Закрыл глаза. И глубоко вдохнул. Еще раз. Еще. Он долго втягивал воздух, словно вслушивался не ушами, а всем своим существом. Затем медленно открыл глаза. — Львицы уже ушли? — Да... — Верни их. Голос был спокойным. Но от него у Симбы по спине пробежал холод. — Немедленно. В этот миг Симба все понял. Это была не передышка. Это было затишье. Он сорвался с места. Влетел в пещеру. — Киара! Кову! Собирайтесь! Сейчас же! Киара удивленно подняла голову. — Но папа... ты же сам сказал... — Все только начинается. Он посмотрел ей прямо в глаза. — Мы уходим. Внизу уже стоял Рамзес. Рядом с ним — Сарафина. — Найди остальных львиц, — быстро сказал он ей. Она молча кивнула и исчезла среди высокой травы. Через несколько мгновений вниз спустились Сараби, Кову и осторожно шедшая Киара. — Сколько у нас времени? — спросил Симба. Рамзес медленно покачал головой. — Не знаю. Он посмотрел на юг. — Может, еще много. Помолчал. — А может, его уже совсем не осталось. Симба глубоко вдохнул. — Мама, останься с Кову и Киарой. Он повернулся к Рамзесу. — Куда ты отправил Сарафину? — За львицами. Я сказал: если беда начнется раньше, пусть никто не возвращается к Скале. Все должны уходить прямо к северной границе. К тому месту, где когда-то ушел Шторм. Его знают все. — Правильно. Симба посмотрел на Сараби. — Если мы долго не вернемся — не ждите нас. Уходите туда немедленно. — Но, Симба... — Это приказ. Он перевел взгляд на Рамзеса. — Я найду Налу и остальных. Потом быстро добавил: — Ты иди за Рафики. И вдруг вспомнил: — Тимон и Пумба... Кто-нибудь видел их? — Вчера они были возле северной границы, — ответил Кову. Симба облегченно кивнул. — Надеюсь, они еще там. Он уже сделал шаг вперед, когда заметил, что Рамзес вдруг замер. Совсем неподвижно. — Что? Лев поднял лапу. — Тише... Все замолчали. — Слушай. Симба напряг слух. Ничего. Совсем ничего. — Я.… ничего не слышу. Рамзес медленно повернулся к нему. В его глазах впервые появился настоящий страх. — Именно, Симба. И только теперь Симба понял. Не было птиц. Не стрекотали насекомые. Не шумела трава. Даже ветер словно перестал дышать. Мир замер. Эта тишина оказалась страшнее любого рыка. На мгновение сердце Симбы сжалось. Но уже через вдох он заставил себя собраться. Он резко повернулся к Кову. — Если со мной что-нибудь случится... Кову хотел возразить. Симба не дал ему открыть рот. — Тогда ты заменишь меня. Уведешь прайд. К отцу. Знаешь дорогу. Он сделал шаг ближе. — И никаких подвигов. Никакого геройства. Это приказ. Потом обернулся к Рамзесу. — Нет... так мы потеряем время. Он быстро принял решение. — Делаем наоборот. Ты пойдешь за Налой и львицами. Ты лучше знаешь, где их искать. Он уже срывался с места. — А я побегу за Рафики. До него я доберусь быстрее. Рамзес коротко кивнул. — Беги. Помолчал всего мгновение. — И не оглядывайся. В следующее мгновение Симба уже несся вниз по склону Скалы. А над саванной продолжала висеть неестественная, давящая тишина. Симба мчался к южной границе изо всех сил. Внезапно земля под лапами дрогнула. Сначала едва заметно. Потом толчки стали сильнее. Почва заходила ходуном, будто под ней просыпалось огромное живое существо. Симбу качнуло в сторону. Над саванной с громким криком взметнулись стаи птиц. Они больше не кружили над деревьями — все до одной летели прочь, к северу. Симба споткнулся и покатился по земле, но тут же вскочил. — Только бы успеть... Он снова бросился вперед. На несколько мгновений дрожь прекратилась. Наступила странная, почти неестественная тишина. И вдруг... Мир раскололся. Грохот был таким, словно одновременно ударили тысячи молний. Воздух содрогнулся, земля подпрыгнула под лапами. Следом один за другим прокатились новые толчки. Симба снова упал. Он уже не чувствовал боли. Только страх. Поднявшись, он продолжил бежать. Когда он добрался до пограничного холма, перед глазами все поплыло. Воздух стал тяжелым, дышать было трудно. На вершине неподвижно лежал Рафики. — Рафики! Симба подбежал к нему. Старый мандрил был жив, но без сознания. Симба осторожно поднял его за загривок. — Рафики! Очнись! Мандрил медленно открыл глаза. — Симба... — Времени нет. Забирайся мне на спину. Держись крепче. Рафики почти не чувствовал лап. С трудом перебравшись на спину льва, он вцепился в его гриву. Именно в этот миг гора взорвалась вновь. Второй взрыв оказался во много раз страшнее первого. Казалось, исчезла половина горы. Над ней взметнулся исполинский столб огня, раскаленного камня, дыма и земли. Он поднимался все выше, пока не превратился в чудовищный гриб, закрывший полнеба. День начал стремительно темнеть. По склонам понеслись огненные реки. Вслед за ними в небо полетели раскаленные глыбы. А затем вся эта гигантская стена дыма, огня и пепла медленно двинулась в сторону Земель прайда. Симба больше не смотрел назад. Он побежал. Изо всех сил. Земля продолжала дрожать. В небе раздался свист. Что-то огромное пронеслось над самой головой. Раскаленная глыба упала впереди, подняв столб огня и камней. Симба даже не замедлил бег. Свист повторился. Теперь совсем рядом. Краем глаза он увидел второй раскаленный камень, падавший прямо на них. Инстинкт оказался быстрее мысли. Симба резко отпрыгнул. Глыба ударила в огромное дерево. Оно вспыхнуло мгновенно, словно было сухой травой. Вокруг уже занимались новые пожары. Небо быстро затягивало черным дымом. Еще несколько прыжков — и впереди показалась Скала Прайда. Возле нее оставались только Сараби и несколько львиц. Увидев Симбу, Сараби бросилась ему навстречу. — Симба! Слава Богу... Ты жив! Симба тяжело дышал. — Где... остальные?.. — Ушли, как ты приказал. Я осталась встретить тех, кто еще может вернуться. — Тогда... уходим... Он с трудом перевел дыхание. — Наша … земля... горит... Словно в ответ на его слова небо снова прорезал свист. Огромный огненный шар ударил прямо в пещеру Скалы. В следующее мгновение вся Скала озарилась пламенем. Изнутри вырвался огонь. Львицы оцепенели. — За мной! — рявкнул Симба. Он первым бросился к северной границе. Все побежали следом. Они пробирались сквозь охваченную огнем Землю прайда. День превратился в сумерки. Черный дым застилал глаза. Каждый вдох обжигал легкие. Позади непрерывно гудела земля. Иногда этот гул перекрывал свист новых раскаленных камней. Когда впереди показалась река, Симба невольно остановился. Берега были заполнены животными. Импалы. Антилопы. Зебры. Буйволы. Газели. Гепарды. Леопарды. Все бежали вместе. Никто уже никого не преследовал. Хищники и их добыча спасались бок о бок. Переправа превратилась в хаос. Животные сталкивались. Падали. Их затаптывали свои же. Другие тонули. И только крокодилы уже начали пир. Река постепенно окрашивалась в темно-красный цвет. И тогда небо вновь засвистело. Симба поднял голову. Десятки раскаленных камней неслись прямо к переправе. — Назад!.. Но было поздно. Три глыбы ударили по противоположному берегу. Еще три — по этому. А остальные рухнули прямо в гущу бегущих животных. Мир взорвался. Огонь. Камни. Крики. Пылающие звери падали в воду. Другие в ужасе бросались в стороны, сталкивая соседей. Многие уходили под воду. Крокодилы рвали тех, кто еще пытался выбраться. Над переправой стоял единый крик боли. Симба понял. Переходить здесь нельзя. Это верная смерть. — За мной! Он резко повернул на северо-запад, вдоль течения. Нужно было добраться до места, где в большую реку впадала северная. Но сначала — вырваться из кольца пожаров. Впереди мелькнул узкий проход между двумя стенами огня. — Быстрее! Они успели. Через несколько мгновений языки пламени сомкнулись позади. Теперь они бежали вдоль реки. Жар постепенно слабел. Свист в небе стал реже. Симба понял — самое страшное осталось позади. Но останавливаться было нельзя. Добравшись до устья северной реки, группа повернула вдоль нее. И тут Симба услышал новый грохот. Позади неслись огромные табуны. Обезумевшие животные сметали все на своем пути. — Холм! Быстрее на холм! Все бросились вперед. Львицы одна за другой успевали запрыгнуть на узкую тропу. Симба бежал последним. Каждый вдох отдавался болью. Рафики все еще лежал у него на спине, крепко вцепившись в гриву. Табун приближался. Еще немного... Еще... Они успели. Через мгновение по тому месту, где только что стоял Симба, пронеслись сотни копыт. Симба сделал последний шаг. Поднялся на вершину. И рухнул без сознания. Он очнулся от осторожных прикосновений. Кто-то ласково облизывал его морду. Симба открыл глаза. Перед ним была Нала. Все тело сотрясала сильная дрожь. С огромным усилием он приподнялся. Вокруг стояли Кову, Киара, Сараби, Рамзес, Сарафина и несколько львиц. Многие были обожжены. Шерсть местами почернела от огня. Рядом неподвижно лежал Рафики. Симба медленно огляделся. Не хватало львиц. Не было Тимона. Не было Пумбы. Сердце болезненно сжалось. «Нет...» Перед глазами все потемнело. И он снова потерял сознание. Когда он очнулся вновь, первое, что он увидел, — полную луну над головой. Воздух был чистым. Ни запаха дыма, ни гари. Он лежал в высокой степной траве. Некоторое время Симба молча смотрел в небо, пытаясь понять, где находится. — Где... я?.. — наконец тихо спросил он. — Возле Долины, — спокойно ответил Рамзес, лежавший неподалеку. — Думаю, до ее границ уже совсем недалеко. Симба медленно повернул голову. — Сколько... — Два восхода. Ты был без сознания. Мы несли тебя по очереди. Симба попытался подняться. Тело словно налилось камнем. — Что... с Землями прайда? Рамзес опустил взгляд. — Их больше нет. После долгой паузы он тихо добавил: — Почти весь наш дом сгорел. Уцелела лишь небольшая часть на севере. Симба закрыл глаза. Перед ним снова возникла переправа. Огонь. Крики. Животные, исчезающие под водой. Пылающие деревья. Зазу... Он больше не смог сдерживаться. Из глаз покатились слезы. — Я видел... как погибали сотни... Голос сорвался. Рамзес молча придвинулся ближе и положил лапу ему на плечо. — Плачь, Симба. Он говорил почти шепотом. — Не держи это в себе. Некоторое время слышались только всхлипывания. Потом Симба глубоко вдохнул и постепенно успокоился. — Что... с нашим прайдом? Рамзес едва заметно улыбнулся. — Киара держится. Это сейчас самое главное. Улыбка быстро исчезла. — Но переход дался ей очень тяжело. Мы должны быть готовы, что львята появятся на свет раньше срока. Возможно, прямо в степи. Симба тревожно посмотрел на него. — Кову? — Все время рядом с ней. — Нала? — Тоже. Симба облегченно выдохнул. — А остальные? Рамзес долго молчал. — Мы недосчитались четырех львиц... Эти слова прозвучали почти шепотом. Симба опустил голову. — И еще... Он поднял глаза. — Тимон и Пумба. Симба вздрогнул. — Они... погибли? — Не знаю. Рамзес покачал головой. — Очень надеюсь, что нет. Возможно, они успели уйти к своему оазису. Мы искали их, звали, обходили окрестности... Но никого не нашли. Симба закрыл глаза. Они спасли ему жизнь. И теперь, когда пришла беда... Он не смог спасти их. — Простите меня... — едва слышно прошептал он. Некоторое время оба молчали. Потом Рамзес сказал: — Рафики уверен, что они живы. Симба резко поднял голову. — Правда? — Да. — Откуда он знает? — Он говорит, что видел это. Симба долго молчал. Потом тихо сказал: — Тогда я найду их. Обязательно найду. Как только мы сможем вернуться. Он посмотрел на Рамзеса. — Мы ведь вернемся? — Конечно. — Тогда первым делом пойду за ними. Он глубоко вздохнул. — Но сейчас... сейчас главное — Киара. Если она родит в дороге, ей понадобится безопасное место. Он немного помолчал. — Мы идем в Долину? Рамзес медленно покачал головой. — Нет. — Тогда куда? Рамзес спокойно посмотрел ему в глаза. — Ты и сам знаешь. Симба застыл. — К... Шторму? — Да. — Нет... Он сразу покачал головой. — Это невозможно. — Почему? — Потому что он не хочет меня видеть. Симба тяжело вздохнул. — Одно дело — прийти в гости. Совсем другое — привести к нему весь прайд. Мы будем жить рядом. Постоянно встречаться. Он меня не простил, Рамзес. Это плохо кончится. Он решительно покачал головой. — Нет. Лучше пойдем в Долину. Ты говорил, что мой дед когда-то жил там. Может... — Твоих родственников там давно нет. — Тогда хотя бы к Тео. Он ведь не откажет тебе. — Не откажет. Рамзес ненадолго замолчал. — Но дело совсем не в этом. — А в чем? — В Долине еще есть враги, что помнят твоего дедушку Ахади. Нам не нужно искать убежище там, где они легко смогут достать тебя. Он выдержал паузу. — Шторм примет тебя. — Нет. Мы все же попытаем счастье. Там, где есть враги, найдутся и друзья... Переждём там беду. — Шторм примет…. — Он меня не простил! Нет. В Долину. Рамзес устало прикрыл глаза. Он слишком долго хранил эту тайну. Теперь скрывать ее больше нельзя. Иначе они так никогда и не встретятся. — Он простил…. Симба замер. — Что?.. — Уже давно. Наступила тяжелая тишина. Рамзес понял, что отступать было поздно. Он спокойно рассказал Симбе обо всем. О разговоре со Штормом. О его замысле. О том, почему тот отказался публично простить его. Когда рассказ закончился, Симба долго сидел неподвижно. Будто разучился дышать. Потом медленно поднял голову. В его голосе звучали боль, растерянность и обида. — Он... снова использовал меня. Он горько усмехнулся. — Использовал вслепую... Рамзес тяжело вздохнул. — Да. Он не стал спорить. — Мне самому не нравится то, что он сделал. После короткой паузы он добавил: — Но, может быть... именно так ты наконец стал тем королем, которым должен был стать. Симба ничего не ответил. Внутри него словно столкнулись две силы. Одна понимала слова Рамзеса. Другая — кричала от боли. Шторм не верил в него. Он снова решил все за него. Снова использовал его, не сказав правды. Играл в свои игры. А ведь мог остаться... Мог просто поговорить. Мог дать ему шанс. В памяти всплыл тот вечер у реки почти шесть лун назад. Те слова. Та уверенность. Та боль, которую Симба тогда видел в его глазах. «Он простил меня...» Но если простил — почему продолжал скрывать правду? Симба чувствовал усталость. Слишком много всего произошло за последние дни. Гибель Зазу. Пожар и потеря дома. Тимон и Пумба, судьба которых была неизвестна. И теперь еще это. Он хотел что-то сказать, но сил уже не осталось. Симба лег и вскоре провалился в тяжелый сон. Утро пришло тихим и холодным. Симба проснулся одним из первых. Некоторое время он просто лежал, глядя на небо, потом медленно поднялся и потянулся. Вокруг уже начинали просыпаться остальные. Кто-то проверял раны. Кто-то помогал тем, кому было тяжело идти. Симба подошел к Рафики. Мандрил уже не спал и спокойно сидел, глядя вдаль. — Ты знал про план Шторма?! Рафики посмотрел на него. — Доброе утро, Симба. Он улыбнулся. — Спасибо, что спас меня. Симба на мгновение смягчился. — Рафики... это был мой долг. Потом снова стал серьезным. — Но ты уходишь от ответа. Ты знал? Мандрил некоторое время молчал. — Да. — Кто еще? — Кову. Рафики сделал паузу. — Сарафина и… Симба резко поднял голову. — Нала?! — Симба... Рафики спокойно выдержал его взгляд. — Они дали слово молчать. Не потому, что хотели обмануть тебя. А потому, что считали это необходимым. — Так Нала знала?! — Да. Он тяжело вздохнул. — Для нее это было очень трудно. Но она понимала, что должна пройти это испытание. Испытание доверием к отцу. Симба ничего не сказал. — Рамзес прошел его, Симба. Нала увидела, что он способен держать слово даже тогда, когда это причиняет ему боль. Рафики посмотрел на него внимательнее. — Кто рассказал тебе? — Рамзес. Мандрил медленно покачал головой. — Я чувствую, ты злишься. Он сделал паузу. — Но попробуй поставить себя на место Шторма. Симба отвел взгляд. — Может быть... — Возможно, ты тоже ушел бы. Симба долго молчал. — Может быть. Рафики мягко улыбнулся. — Тогда сейчас ты думаешь не о том, Симба. Симба посмотрел на него. И медленно кивнул. — Ты прав. Он повернулся к остальным. — Все, поднимайтесь! Львы и львицы начали вставать. Симба оглядел свой прайд. Уставший. Израненный. Потерявший дом. Но живой. — Мы пережили самое страшное, что может случиться с прайдом. Он говорил громко, чтобы слышали все. — Наш дом уничтожен. Мы потеряли друзей и тех, кого любили. Их память навсегда останется с нами. Симба сделал паузу. — Но мы выжили. Он посмотрел на каждого. — Мы все еще прайд. В его голосе появилась уверенность. — Перед нами будут новые трудности. Нам придется жить далеко от нашей земли. Нам придется начинать сначала. Он посмотрел туда, где за горизонтом осталась его Земля прайда. — Но мы вернемся. Несколько львиц подняли головы. — Пройдут сезоны дождей. Там, где сейчас лежит пепел, снова появится трава. Вернутся стада. Вернется жизнь. Симба вдохнул. — Наше Королевство уже никогда не будет таким, каким было раньше. Он сказал это спокойно. — Но оно возродится. Наступила тишина. — Сейчас нам нужно быть едиными как никогда. Он посмотрел на Кову. — Мы идем туда, где нас примут. Симба сделал короткую паузу. — Я знаю про Шторма. Некоторые львицы удивленно переглянулись. Он поднял голову. — Мы идем в его земли. Симба повернулся к Рамзесу и Кову. — Мне нужно поговорить с вами о дороге. Потом обратился ко всем: — Остальным готовиться. Скоро отправляемся. Рамзес и Кову подошли к нему. Кову первым опустил голову. — Прости меня, Симба. Я... — Не надо. Симба остановил его. — Это мое дело со Штормом. Он посмотрел на молодого льва. — Возможно, даже хорошо, что вы мне не сказали. Кову удивленно поднял глаза. — Но когда я встречусь с ним... Симба сделал паузу. — Тогда я сам с ним поговорю. Он повернулся к дороге впереди. — А сейчас главное — выжить. Он посмотрел на Рамзеса. — Вы с Кову поведете прайд. Вы знаете путь. Затем перевел взгляд на Кову. — Я буду рядом с Киарой. И немного подумав, добавил: — Еще одна просьба. Возьми Рафики на спину. Мандрил довольно улыбнулся. — С удовольствием. Симба оглядел всех. — Тогда идем. И вскоре прайд двинулся в путь. Впереди шли Рамзес и Кову. На спине молодого льва, словно настоящий всадник, удобно устроился Рафики. Позади оставался их погибший дом. А впереди была неизвестность. Но впервые за долгое время Симба чувствовал не страх. А надежду.