Сказ о цельной душе

      Каждый из стоящих был в ступоре. Никто не знал и не ожидал после звукового хаоса такого итога. Повисла долгая, мучительная и давящая тишина. Нарушали её только Джонни с Райей, которые вставали после ударной волны. Затем вся пятёрка подошла по ближе к тому, во что трансформировался их общий друг. Ребёнок, точнее около годовалый младенец с венком на голове. И пока все с непониманием смотрели на него, Андрей посмотрел на Джонни, опять что-то говоря ему. А тот в свою очередь тихо кивнул и взял копьё, которое Коблов ему протянул. И вот с освобождёнными руками учёный аккуратно поднял полноценное слияние Ло и Джона.       [Нам всем придётся принять, что Лололошки, как и Джона, больше нет,] — на удивление тон сказанного был спокойным для человека, что лишился своего друга, — [да каждый из нас хотел бы провести с ним чуть подольше, но вот такая вот судьба-злодейка. И единственное, что мы можем сделать — это дать счастливую жизнь его продолжению... да, продолжению.] — парень повернулся к лицом к стоящим. Лицо было серьёзным. — [Всё-таки он изменил жизнь каждого из нас в лучшую сторону, но в обмен на это отдал свою.]       Было принято решение, что малец будет проживать в Палеогене. Одна комната бункера была выделена и обустроена под него. Сама комната была светлой и просторной. В ней уже располагалась кроватка и всё необходимое малышу.       И за время этого решения новорождённый пару раз просыпался. Вроде бы, что такого? Разве что помимо него самого ещё оживал венок, буквально. Это было большим шоком для всех, кроме Андрея.       В первый раз Райя, Джонни и Окетра пытались как-то угомонить малыша. И пустынная дама схватила это растительное чудо и ребёнок заплакал. И все долго не могли найти причину плача, пока не подошёл Коблов и не сказал выпустить венок и на радость всем слёзы прекратились.       — Какое имя мы ему дадим? — задала уместный вопрос Райя, пока малыш засыпал.       — А почему бы не оставить имя Лололошка? — Окетре эта идея показалась отличной.       — [ Нет!] — разразились три голоса ей в ответ.       — А, л-ладно. — дама впала в ступор от такого резкого ответа.       — Я думаю, что Андрей и Джонни должны дать ему имя. — к такому умозаключению пришла наместница этого мира. — Они знакомы с Лололошкой очень давно и побольше нас знают что лучше подойдёт.       — Хм, — Колбая немного смутила эта логика. — спасибо?       Когда безымянный малец был накормлен и спал, Джонни с Андреем куда-то телепортировались, а Окетра ушла по делам в Миср. И в комнате оставалась Райя, что оберегала сон того, кто в прошлом являлся ей близким другом и любовью. Она понимала, что уже не сможет ни помочь Лололошке, ни подбодрить его. Но она может окружить заботой его, так сказать, «перерождение», что хоть и является слиянием двух альтернатив, но фактически является отдельной целостной личностью. Без предрассудков, желаний и мыслей Ло и Джона.       И пока Райя-Прайм поглаживала по голове спящего в комнату вошёл Ровоам. Он хотел уже что-то сказать, но синеволосая быстро проговорила по внутреннему каналу связи: «Тихо». И дальнейший диалог начался через компьютер, чтобы не разбудить дитя.       — Знаешь, мне бы тоже хотелось бы поговорить с Лололошкой. — голос учёного был рассеянным. — Хотелось бы сказать спасибо за то, что... спас меня от себя.       — Ну он считай и меня спас, — Райя мягко улыбнулась. — если бы он тогда не появился в лаборатории, то была бы я просто железкой.       — А вот что ты думаешь о Джодахе?       — В смысле? Ты про его странное поведение к слиянию?       — И про это тоже. Знаю, что не лучше него, но я хотя бы просто так не поглощал чужие души.       — Если честно, первое время я вообще ничего не понимала. Во время создания Схождения Джодах торопил меня с Джоном. Ну и Окетра, конечно, тоже нагнетала, но она, в отличии от всех нас, попросту не обладала нужными знаниями и навыками, чтобы помочь в строительстве. А Ангел Смерти именно что сидел в стороне, хотя мог кое-где и помочь своим полётом. — Райя повернула голову в сторону мальца. — Затем появились Джонни с Андреем и от них стало более ясно о прошлом Ло и, в отличии от Джодаха, ничего не скрывали.       — Как-то всё запутанно с ним, какой-то зловещий этот Ангел Смерти. И вроде бы его можно понять, всё-таки Лололошка для него тоже стал, в какой-то степени, другом. А затем случилось такое.       — Однако это не оправдывает его презрение к нему. Вот этот ребёнок, — наместница показала на спящего ладонью. — разве он виноват в том, на что не мог никак повлиять, на своё рождение? — поток мыслей выливался из неё без остановки.       — Тут ты безоговорочно права. — Ровоам хоть и не испытывал особых чувств к безымянному, но банальное сострадание к другим в себе сохранил, — Какая-то печальная картина получается: между тобой и Ло было всё, чтобы проживать спокойную жизнь и возможно стать семьёй, но не повезло оказаться в такой череде событий. — подытожил Кэлхун. — Понимаю, что скажу дурость, но ты, Андрей и этот малой как семья выглядите. Ха, мать, отец и сын.       — Ну ты и нашёл что сказать. — в голосе Райи было смущение.       — Прости, сказал не подумав. — Ровоам виновато посмотрел на пол.       — Ладно уж, проехали. Теперь остаётся ждать, когда Джонни и Андрей придумаю имя. — Райя не переставала смотреть на дитя, что было как родное. Её особенно зацепил цвет глаз у ребёнка, точнее их двухцветность, два цвета ровно делили глаза по горизонтали: голубой цвет сверху и зелёный снизу.

***

      Это был один из множества миров где был Лололошка. До потери памяти Ло любил необычно называть миры, в которых бывал. Данный мир — «Рандомные Приключения». Там был обустроен постоянный дом состоящий из камня, диорита, андезита и гранита. А внутри всё больше напоминало склад в виду огромного количества сундуков. В глубине здания Джонни Флэк сидел на стуле и перебирал старые записи. Андрей же вычитывал, что было в той книге написанной умирающим дуэтом. Копьё было запечатано в колбе из обсидиана.       — Когда-нибудь я переведу всё в редстоун. — со стоном говорил Колбая.       [А я же тебе ещё когда говорил, что на бумаге всё не сохранишь.] — упрекал Андрей.       — Да знаю я, знаю, — уже откровенно жаловался Джо. — но ты же меня знаешь. Я ленивый как шалкер.       [Тихо! Не мешай.]       — Ладно-ладно, потом покажешь, что там.       [А что показывать-то? Здесь просто описано всё приключение Лололошки и Джона по Архею. Ну, разве что они вновь создали противоядие от заражения.]       — Да ну не может быть, без всей информации что мы так долго узнавали о этой хуйне? — Джонни посмотрел на друга, а тот лишь кивнул, — У меня уже маты кончаются для выражения эмоций. — Колбая обратно повернулся к бумагам, а на лице застыло удивление.       Через день был собран список архейских и просто интересных имён из других миров.       «Так, что же тут по именам есть. Гервасий? Не, не очень звучит. Эберхард? Вроде и да, но тоже как-то не то...» — и началась нудная, для Джонни, часть выбора имени.       Колбая во время перебора имён раздумывал ещё и о фамилии, но быстро отказался от этой идеи. Во-первых, а чью фамилию он будет носить? Во-вторых, а нужна ли она ему?

***

      Прошло ещё четыре дня, а Джонни всё также перебирал имена, лишь изредка разговаривая с Андреем и узнавая от него про мальца. За всё время странствии по мирам скопилось не мало интересных имён. Также Коблов полностью дочитал о всех похождениях дуолошек по Архею в книге. Было там и про печальное состояние этого места, и про смерть «Начала» и Эграсселя, и про лишение Тадмавриэля источника сил.       — Ну и паршивая ситуация у Эграссы была. Мало того, что столько времени провёл в агонии и сдерживал своего Отца-мудака, так ещё и умер от рук его близкого друга что не помнит его. — вынес итог мужчина, не сдерживаясь в выражениях, — И ведь он ещё не знал, что другие «Первые» вместо решения беды, просто съебались по другим реальностям. — голос наполнялся злостью. — Честно, я вообще не понимаю почему Ло так страдал по ним всё это время.       Андрей лишь тихо кивнул с тоской в глазах и растворился в серых частицах. Пошёл проведать что в Палеогене. А через пять часов список имён из других миров стал наскучивать.       «...ну Бьёрн это уже как-то странновато. Так, стоп. БОЭ рДЛ? Чё? Откуда и когда я это записал? — зрение Джонни помутнело от такого количества имён, — Ладно, надо глянуть всё под другим углом. А как бы сам Ло захотел бы себя переименовать? — темнокожий в красных очках поджёг пальцем и затянул самокрутку с неизвестным содержимым и взял лист с архейскими именами, — О, вспомнил, Ло же прежде чем полностью изучать другие миры, сначала вдоль и поперёк осмотрел Архей. И вроде бы... — держа папиросу в зубах, он схватил один дневник, — вот! В он нашёл совсем уж древний город Фличнёков, а там было много писем на катархейском языке, ну так он его назвал. Ну-с, где-то и имена должны здесь быть.» — самодельное курево было кинуто в окно, а взор опустился на расшифрованные письмена, пока не зацепился за одно имя, единственное подчёркнутое имя.       Прошло двенадцать часов. Джонни и Андрей стояли перед суперкомпьютером в ожидании Райи-Прайм и Ровоама. Окетра хоть и была занята в Мисре, но уже знала о имени, так как к ней ненадолго заявился учёный принёсший ей эту весть. И вот у компьютера сначала появился Кэлхун.       — А где Райка? — Колбаю уже не терпелось рассказать о наилучшем выбранном имени, которому бы сам Ло был рад.       — Ну... — учёный в очках пытался сформулировать что происходит у Прайм. — мне проще вам показать.       Затем Ровоам повёл их в комнату ещё неназванного ребёнка. Он заранее предупредил их быть тише. И вот они стояли у открытой двери. Увиденное там смешило и умиляло: сам малец спал в кроватке, а его «природная» половина располагалась прямо на голове Райи, словно зелёная корона. Сама же девушка неподвижно сидела в кресле. Она лишь взглядом поприветствовала их.       [А вот мы пришли с именем малому.] — на руку сыграло то, что Андрей мог разговаривать так не только, чтобы его слышали все, но и чтобы слышал кто-то определённый, в этом случае слышно его было только Райе и Кэлхуну. — [Саламандр, так его будут звать.]       «Саламандр, — наместница мира радостно приняла это имя. — такое же необычное имя как Лололошка.»

***

      И вот проходили месяца ребёнок рос и развивался. Он учился разговаривать, познавал окружение и себя. Разве что плохо распознавал лица. Но в основном всё было замечательно. Веселился на прогулках, пробовал вкусности и просто жил.       А когда ему исполнилось шесть лет, относительно дня объединения двух его «половин», он уже мог почти ясно говорить, хоть и с ошибками. Ещё и пристрастился к рисованию. Всё-таки влияние аж трёх учёных в окружении благотворно повлияло на его умения. Его растительная часть тоже росла, а её действия были более разумными. Вместо бессмысленного метания туда-сюда, венок мог порой выкрасть еду с кухни и принести их Саламандру.       И вот в очередную встречу, весь родительский состав, состоящий из Андрея, Райи, Ровоама, Джонни и Окетры, спокойно сидел на кухне. Коблов что-то объяснял Кэлхуну, Колбая показывал фотографии из предыдущих приключений Окетре и Райе. На столе были дивные блюда из других миров. Их принёс Джонни. Также были сладости принесённые Окетрой. По мере разговоров стали пропадать конфеты и никто не понимал почему, пока в один момент Ровоам не увидел улетающий венок с теми самыми конфетами.       Райя-Прайм пошла за этой половиной Саламандра в комнату, чтобы посмотреть сколько итого он успел набрать. Зайдя в комнату она увидела как мальчишка в зелёной футболке и чёрных шортах доедал последние целые сладости, а вокруг него кружился венок.       — Ну какой хитрец! — Джонни расплылся в ехидной улыбке и смотрел в след уходящей учёной.       [Скорее уж сладкоежка.]       — И всё же это довольно странно что это кольцо из листьев как-то связанно с телом. — Ровоам никак не мог себе представить, хоть какую-нибудь, логическую версию данной анатомической особенности у Саламандра.       [Ну если сравнивать со всеми существующими видами то, венок будет казаться нормой.]       — Даже боюсь спрашивать какие особенности у других. — на мгновение Кэлхун ужаснулся.       — Да ладно, не так уж и жуткие существа. Некоторые с виду страшные, но безобидные, вот как Саламандр... — Флэк Колбая на мгновение призадумался и затем растерянно развернулся к Коблову. — Андрюх, а случаем ли он не относится к ⍑𝙹ᒲ𝙹 ᓭᔑ!¡╎ᒷリᓭ !¡ꖎᔑリℸ ̣ ᔑ∷⚍ᒲ?       [А я-то уж думал и не спросишь. Да, по всем признакам относится.]       — А что не так с... этим видом? — Окетра Аяз, не смотря на мироходческий переводчик в виде искры, не поняла последние три слова. Кэлхун, с вопросом во взгляде, смотрел на Джонни с Андреем.       [⍑𝙹ᒲ𝙹 ᓭᔑ!¡╎ᒷリᓭ !¡ꖎᔑリℸ ̣ ᔑ∷⚍ᒲ уже как семьдесят тысяч лет считаются вымершими,] — спокойно объяснял молчаливый гений, — [но это не точно. Есть вероятность что они просто разбрелись по краям реальности.]       — Какой ужас! — Окетра помрачнела лишь от мысли пребывания единственным представителем своего вида.       — Не так уж всё печально, — голос Джонни был ровный. — при контакте с другим видом есть шанс в сорок семь процентов что потомство будет иметь гены этого вида.       — А с любым видом могут? — заинтересовался Кэлхун.       [Не со всеми, но с большинством, Рова. А при потомстве от человека наследуемость возрастает до девяноста одного процента.] — дополнил Андрей.       И вот прошло пару часов. Все начали расходиться, сначала ушла Окетра, а затем и Флэк с Кобловым. И в бункере остались лишь Райя, которая регулировали происходящее в мире, а также уже спящий мальчик.

***

      Андрей и Джонни стояли на крыше дома. Флэк Колбая сидел на корточках, делая самокрутку из бумаги и странного красного нароста. Молчаливый гений же просто стоял рядом и погружался в пучину своего обширного сознания. И всё вроде бы было отлично, впервые за столько времени пришло ощущение спокойствия. Однако в голове темнокожего мужчины был один, сильно терзающий, вопрос с момента появления Саламандра.       — Андрей, — Джонни всё же решился рассказать. Но названный не откликнулся. — Андрей!       [Хм? Что такое?]       — А вот тебя не смущает внезапное исчезновение пернатого после того дня?       [Да вот тоже интересно, чего это так Джодах ушёл. С другой же стороны, не думаю что он положительно бы сказался на жизнь мальца.]       — Тоже верно, просто как бы потом ему моча в голову не ударила и он не решил и Саламандра в эти его ролевые игры по "сохранению баланса Вселенной", которого никогда и не было. А учитывая его реакцию на то, что Ло это и есть междумирец, боюсь, есть большой шанс его возвращения. — пессимистично раздумывал Джонни.       [Даже если и явится, то без боя не пройдёт.]       — Ага, — Колбая всё ещё тревожила эта мысль. — если по его вине что-то случится с мальчишкой, то я его же зубочисткой крылья ему отрублю. — самодельная сигара была готова и уже тлела. — Всё же зря я ему рассказал про «масочную» сторону Ло.       [Успеешь ещё, сейчас наша главная цель — научить мальца всему, чтобы он смог за себя постоять.] — голос Андрея был бодр. — [Ладно, давай о нём пока забудем и про что-то другое ещё поболтаем. И, кстати, как ты вообще додумался использовать незерский нарост в качестве составляющей в сигаре?]       — Ну... а я сам уже не помню. — мужчина развёл руками, — Да и про что говорить-то? А, ну, разве что подмечу что Райя прям радушно приняла пацана. Я, конечно, знаю что она очень близка с Ло была, но не думал что так быстро всё произойдёт. — дальнейшие размышления рекой вытекали из Джонни. — Да и сам Саламандр тоже больше радуется ей, чем остальным.       [Ну, а по другому и быть не могло. Они буквально воплощение парадокса пересобранного чанка.] — выдал краткое объяснение Коблов. — [Вот и тянутся друг другу.]       — Опять ты заумные термины вставляешь. — взгляд за красными очками молил, чтобы этот молчаливый гений не начал очередную долгую лекцию, — Пойдём уже, надо бы выспаться перед завтрашним днём. — докуренная самокрутка полетела с крыши.

***

      В белом пространстве сидело человекоподобное существо с шестью чёрно-красными крыльями. На лице застыла гримаса из непонимания, нарастающего безумия и злобы.       «И чего же они его так оберегают? Оберегают преступника что решил спрятаться за этим телом. Пусть он и не помнит совершённые грехи, но в любом случае их придётся искупить.».