The Dark Spark of Renewal (Тёмная Искра Возрождения)

      — Что значит влечение?       Для Микаэлы последние пару дней тянулись долгой мучительной чередой. Она знала наверняка: если кто-то мог спасти Алексис, то только Рэтчет. После нескольких нервных часов ожиданий, когда всех выпроводили из лаборатории, то ни для кого не стал удивлением появившийся из лаборатории медик Автоботов с ярко горящей оптикой, которая давала надежду на хорошие новости.       — Она пойдёт на поправку. И, кажется, осложнения тоже позади.       За всё это время Микаэлу не отпускал болезненный удушающий спазм в мышцах и лёгких. Чувство оцепенения засело глубоко под кожей. Она как будто задержала дыхание без возможности сделать выдох. Услышав слова Рэтчета, её резко настигло чувство облегчения. Воздух стал слаще и чище, раскрывая лёгкие на полную и даруя свободу.       Микаэла с нескрываемым юмором наблюдала, как Бамблби в очередной раз пытается пробиться в палату к Алексис. На этот раз его жёстко остановил манипулятор.       — Бамблби, ей нужен покой. Она без сознания, и пробудет в таком состоянии ещё какой-то период времени.       — Я просто хочу взглянуть… Правда…       — Би, она никуда не денется, — в разговор вклинился Сэм, твёрдо положив руку на ступинатор Бота. — Давай ты отвезёшь нас с Микаэлой за вкусненьким? — парень бросил умоляющий взгляд на свою девушку, — мы целую вечность не ели!       Бамблби какое-то время смотрел на своего подопечного. На его гармоничном фейсплейте чётко прослеживалась внутренняя борьба. Автобот повернулся к медику, готовый стоять на своём, вопреки привычному согласию на желания Сэма.       — А если одной оптикой? — умолял Би.       Рэтчет покачал шлемом и одарил взглядом Микаэлу. Та лишь молча пожала плечами, склонила голову набок и приподняла бровь. Не найдя поддержки, Рэтчет сдался:       — Я направляюсь с отчётом к Оптимусу. Когда вернусь в лабораторию — чтобы никого там не было, кроме моей пациентки. Это понятно? — не теряя времени, медик начал удаляться. Микаэла выбежала перед ним и быстро коснулась корпуса:       — Поедешь потом с нами?       Голубой свет оптики мягко упал на её силуэт. Микаэле нравилось, когда Рэтчет смотрел на неё. Полностью. Словно видел сквозь гламурную внешность настоящую личность. Он был одним из немногих, кто мог видеть её насквозь. И, если честно, Микаэле хотелось, чтобы это происходило чаще.       — Благодарю, Микаэла, но я склоняюсь к продолжительному отдыху. Возможно, у нас получится в другой раз?       Улыбка невольно засияла на её губах. Мика качнулась с пятки на носок и убрала руки за спину. Она почти забыла о Сэме. На щеках девушки играл лёгкий румянец, когда тот потянул её за руку в другую сторону от медика. Микаэла бросила виноватый взгляд на Рэтчета:       — Обязательно, — ответ она почти прошептала в надежде, что Рэтчет её услышал.

***

      — Что значит влечение?       Вопрос опять повторился. Микаэла вынырнула из мыслей. С момента, когда Би, Сэм и Микаэла увидели Алексис спящей — ребята не расставались. Пусть она не просыпалась сорок семь часов и напоминала тень самой себя, но показатели здоровья фиксировали улучшения с каждым днём. Насчёт дней — Бамблби постоянно напоминал им, сколько времени прошло. За вечер они посмотрели уже три фильма. Микаэла, прижавшись к Сэму, почти задремала. Но стоило вопросу вновь повиснуть в воздухе, как она сразу же открыла их. Сэм слегка пошевелился рядом.       — Смотря к кому или чему, Бамблби. К человеку, месту или вещи?       Они находились в гостиной. Микаэла и Сэм уютно устроились на диване, а Би сидел чуть поодаль. Его жёлтая броня отчётливо выделялась в полумраке помещения.       — К человеку.       — Не знаю… Наверное, когда ты считаешь девушку симпатичной. Или красивой, — он бросил игривый взгляд на Микаэлу, — сексуальной?       — Ты считаешь Микаэлу привлекательной?       Сэм в ответ на вопрос Автобота рассмеялся, закатив глаза:       — Думаешь, мы бы встречались, если бы не нравились друг другу?       Бамблби задумался. Приподнял оптогрань:       — Вы, люди, часто поступаете нелогично и противоречиво. У вас слова и действия всегда расходятся. Я не понимаю, зачем вы тянетесь к физической близости.       — И ты прав, Би, — вступилась Микаэла. — У нас бывают странные способы выражать привязанность. Но ты хочешь знать совсем не это, я права?       Бамблби подошёл ближе. Он воровато пробежался взглядом по комнате. Неподалёку двое Автоботов были увлечены какой-то сложной настольной игрой, а в дальнем, полутёмном углу Айронхайд в одиночестве сидел и попивал что-то из металлического цилиндра.       — Похоть.       — Э-э-э? Чего-чего? — ошалел Сэм.       Микаэла невольно заулыбалась. Сэм проводил с Би гораздо больше времени, чем она, поэтому её удивляло, что он до сих пор не привык к подобным вопросам. Особенно к тем, которые Бамблби умудрялся задавать в самые неподходящие или, наоборот, самые интересные моменты. Но девушка могла понять: для Бамблби это важно. Он мог найти ответ в базах данных или интернете, если уже не сделал этого. И всё же, Автобот спросил их мнение, потому что ему важно, какой смысл в эти чувства вкладывают его друзья.       Друзья.       Прошло не так много времени с момента их знакомства, но даже за эти несколько месяцев произошло столько событий, что Автоботы и люди успели прикипеть друг к другу. И Микаэла искренне была рада иметь такого друга, несмотря на их различия. От этой мысли в груди девушки разлилось приятное тепло.       — Похоть. Или сексуальное влечение. Что это? — Бамблби повторил свой вопрос.       Сэм взглянул на неё, и на его лице расплывалась улыбка, столь же непристойная, сколь и очевидная. Она знала, что бы он ни собирался сказать, это, скорее всего, будет…       — Это когда ты хочешь… — Он сделал всем известный неприличный жест руками, — с кем-то, но без обязательств.       Микаэла уже была готова возразить против грубого ответа, но ей не дали такого шанса.       — А любовь? — продолжил Бамблби.       — А это, когда ты хочешь… — Сэм повторил жест, но в этот раз активнее. — …С кем-то, но хочешь обязательств.       От таких ответов Микаэла выпала в осадок, недоверчиво качая головой. Она резко встала с дивана, повернувшись спиной к Бамблби, и сосредоточила всё внимание на Сэме.       — Вот как ты рассуждаешь? — в её тоне звучало явное оскорбление, от чего Сэм моментально напрягся, упёршись в спинку дивана: — Что всё вертится вокруг секса? — возможно, Микаэла не хотела повышать голос, но так вышло, что её слова разнеслись по всей комнате. Сэм, в виду отсутствия у многих парней ума и дальновидности, совершил то, что не должен был: не смог вовремя заткнуться.

***

      Микаэла потеряла счёт времени и не поняла, как быстро всё может закрутиться на автоботской базе. Прошёл день, как Алексис пошла на поправку и вернулась в свой отсек. Она давно не видела родителей, поэтому решила составить компанию новоиспечённой подруге, которая собиралась домой. И хотя Рэтчет не сильно возражал насчёт поездки Алексис, но всё же медик не хотел, чтобы пациентка уезжала далеко. Поэтому, Мика предложила погостить у себя.       — Если что, живу я в полной дыре.       — Не переживай, всё будет нормально, — Алексис широко улыбнулась — в последнее время она делала это чаще. «Вот так трансформация!» — думалось Микаэле. Казалось, вся тьма покинула Алексис, оставив после себя лишь светлое, заразительное настроение, которое с каждым днём становилось только сильнее, а вместе с ним — удивительное спокойствие. Поначалу Микаэла даже не знала, как на это реагировать.       — Не волнуйся. Это по-настоящему, — Алексис решила как-то прокомментировать свою перемену.       Она сидела на кровати, поджав под себя ноги, и смотрела на Мику так спокойно, словно всегда была именно такой.       — Ты и правда выглядишь радостной. Ты же понимаешь, что тебя чуть не убили… Снова?       Алексис опустила взгляд. На её губах появилась едва заметная улыбка. Через мгновение она вновь подняла голову. Зелёная пара глаз встретилась с голубой.       — Знаю. Наверное, когда такое случается не в первый раз, начинаешь понимать, насколько бессмысленно жалеть себя… Впадать в уныние. И, если честно, я никогда не испытывала такого покоя. Может быть, потому, что ещё никогда не была так близка к смерти. Не знаю… Я просто… — Алексис пожала плечами. — Чувствую себя по-другому. Более нормальной. И по-настоящему счастливой от того, что жива. Вот только на этот раз я хочу, чтобы это чувство осталось со мной, — она добавила с неожиданным пылом.

***

      — Всё нормик, Бамбл. Я не уезжаю далеко… Просто с Микаэлой едем к ней. Это не так, что ты не сможешь видеть меня.       — Не понимаю, почему ты не можешь остаться со мной и Сэмом. Я просто уверен, что его родители не откажут тебе и Микаэле. Я нравлюсь его маме, она точно будет «за».       — Это, правда, очень мило. Но у нас с Микаэлой уже наметились планы.       Уже в третий раз Мика мысленно давала себе пощёчину и напоминала, что не подслушивает, но не её вина в том, что дверь в отсек была открыта, и оттуда всё слышно. А прерывать разговор ей не хотелось, потому что в девушке заиграло любопытство. Би находился в своей голоформе — тот её использовал только рядом с Алексис. Она могла бы ему позавидовать — Би действительно был красавцем. Но, как бы то ни было, ей достался Сэм. Тот, кого, как Мика была уверена, всё же любила.       Микаэла зашла в отсек.       Би стоял перед Алексис, заметно расстроенный и растерянный. Оба перевели взгляд на Микаэлу. Алексис подошла к кровати и взяла свои сумки.       — Пора ехать? — спросила она.       — Да. Рэтчет уже ждёт нас.       Микаэла наблюдала, как Би вдруг надул губы. Его лицо приобрело такое выразительно хмурое выражение, что она едва сдержала улыбку. Засунув руки в карманы джинсов, он печально посмотрел на Алексис.       — Я всё ещё настаиваю отвезти вас обеих. Уверен, это будет быстро — Сэм не успеет собрать вещи, как я уже вернусь на базу.       Алексис повернулась к нему. Несколько секунд она молча смотрела на Би, затем медленно поставила сумки на пол. Подойдя ближе, она неожиданно обняла ошеломлённого Автобота. Когда Алексис разомкнула объятия, на её губах появилась озорная улыбка.       — Увидимся через пару часов. Ты же потом обещал покатать нас, помнишь?       Би ничего не ответил.       Микаэла никогда бы не поверила в такое, если бы не увидела всё своими глазами: Алексис сумела лишить Бамблби дара речи.       Подхватив одну из сумок Алексис, Мика похлопала Бамблби по плечу, выходя из комнаты. Судя по всему, он этого даже не заметил.

***

      Вместе им жилось очень даже неплохо. Микаэла была оптимистично настроена изначально. Она искренне полюбила Алексис за то недолгое время их общения. Ещё одним приятным плюсом в копилку совместного сожительства стало умение Алексис готовить. Микаэла уверена, что её откормили до пары лишних сантиметров в талии. Прошла уже неделя — весёлая неделя, наполненная ночными разговорами, долгими прогулками и несколькими пробежками по парку рядом с домом. Алексис, казалось, искренне радовалась возможности снова свободно заниматься физической активностью. Микаэла не могла её за это винить. Общение с подругой и возможность наблюдать, как та вновь наслаждается тем, чего была так долго лишена, заставили её перестать воспринимать обычные повседневные вещи как нечто само собой разумеющееся.       А потом приехали родители Алексис.       Микаэла невольно почувствовала стыд за свой дом: за его бедную обстановку, продавленный диван и тонкий, потёртый ковёр. Но стоило ей открыть дверь, как все эти внезапные переживания отошли на второй план. Двое приятных незнакомцев встретили её с такой теплотой и доброжелательностью, что, едва познакомившись с ней, каждый заключил её в объятия.       Дональд и Грейс были красивой парой, и Микаэла сразу поняла, что перед ней родители Алексис. От матери девушке достался нос, от отца — подбородок. Именно Грейс излучала ту особую теплоту и доброту, которые Микаэла уже успела заметить в Алексис. У неё была стройная фигура и прекрасные волосы рыжеватого оттенка, чем-то напоминавшие волосы дочери. Дональд выглядел более суровым: его лицо скрывала седая борода, а большие круглые глаза смотрели внимательно и спокойно.       — Мама, папа, это Микаэла. Микаэла, это мои мама и папа.       После знакомства она проводила гостей на кухню, где их уже ждали закуски. Все долго разговаривали, пока Микаэла наконец не извинилась и не ушла, оставив их наедине.       Мысли закружились сами собой.       Она вспомнила отца, которому в очередной раз отказали в досрочном освобождении. Несмотря ни на что, он всё равно пытался ей помочь, сумев прислать немного денег на оплату дома. Но даже этого оказалось недостаточно — финансовые трудности никуда не исчезли.       По крайней мере, так было до того дня, когда из почтового ящика она достала ипотечное письмо. Страх мгновенно сжал сердце. Пальцы дрогнули, когда она торопливо вскрывала конверт. То, что оказалось внутри, стало для девушки полной неожиданностью.       Дом был полностью выплачен.       Кем именно — в письме не говорилось. Но у Микаэлы были свои подозрения. В тот день она сразу же позвонила отцу и рассказала ему эту новость. Она давно не слышала, чтобы в его голосе было столько надежды и облегчения. И, пожалуй, услышать это было для неё даже важнее, чем узнать, что дом наконец принадлежит ей.       Она знала, что у отца было немало проблем, и понимала, что он далеко не идеален. Даже когда тот был рядом, он постоянно ввязывался в аферы, к сожалению, иногда втягивая в них и её. Но при всём этом отец всегда старался находить для дочери время и действительно делал всё, что было в его силах. Возможно, этого было недостаточно. И всё же, она скучала по нему.       — Микаэла?       Примерно через час в дверь постучали. Она лежала на кровати, просматривая что-то в интернете, но мысли по-прежнему были заняты семьёй. Микаэла всё больше погружалась в меланхоличные размышления, поэтому была даже рада, что её отвлекли.       — Да?       Алексис вошла в комнату и закрыла за собой дверь. Микаэла села на кровати, отложила ноутбук в сторону и закрыла его. Поправив рубашку, она привычным движением расправила ожерелье, застёжка которого съехала набок.       — Мои родители приглашают нас на ужин. Поедешь?       — Прямо сейчас?       — Да.       — Конечно, — она легко соскочила с кровати. Взяв расчёску, огляделась в поисках туфель. — Дай мне пару минут.       Микаэла не собиралась упускать возможность бесплатно поужинать. К тому же в обществе родителей Алексис она чувствовала себя на удивление свободно, поэтому согласилась без колебаний.

***

      — Это твоя машина?       Микаэла невольно облизнула губы. Все остановились возле Рэтчета.       Алексис бросила на неё быстрый взгляд, ясно давая понять, что им лучше поскорее уехать. Как назло, именно сегодня главным сопровождающим оказался Рэтчет. Насколько понимала Микаэла, он присматривал за Алексис как её опекун, хотя деликатностью никогда не отличался. Впрочем, среди Автоботов таких было немало.       — Да.       Честного способа объяснить ситуацию не существовало. Микаэла была уверена, что родители Алексис удивятся, как ей удалось позволить себе такую машину, живя в столь скромных условиях. Однако, к счастью, они об этом даже не подумали. Правда, пришли к совершенно другому выводу — и не менее ошибочному.       — Ты работаешь в пожарной части? — Дональд подошёл ближе, коснулся двери Рэтчета и с любопытством посмотрел на эмблему Автоботов, прежде чем заглянуть внутрь. — Тебе и правда выдали отличную машину. И оборудована она превосходно.       — Да, — улыбнулась Микаэла, осторожно лавируя между вполне безобидной ложью и правдой. При этом ей с трудом удавалось сдерживать смешок: слова Дональда можно было понять сразу в нескольких смыслах.       — Готова поспорить, все сразу замечают, когда ты на ней приезжаешь. Начальство разрешает оставлять её у себя, когда ты не на дежурстве? — спросила Грейс, с любопытством глядя на Микаэлу своими каре-зелёными глазами.       — Мам, пап, вы собираетесь и дальше восхищаться её машиной или всё-таки поедем ужинать?       Микаэла уже было почувствовала облегчение, как отец Алексис снова заговорил:       — Никогда не ездил на такой машине. Может, отвезёшь нас в ресторан, Микаэла?       Все взгляды тут же обратились к ней.       За спинами родителей Алексис отчаянно махала руками и энергично качала головой, безмолвно умоляя её отказаться. Словно почувствовав это, родители одновременно обернулись. Алексис успела остановиться за мгновение до того, как они могли её заметить. Микаэла не знала, что ответить. Она была почти уверена, что Рэтчет не стал бы возражать, но…       В следующую секунду автомобиль с рёвом завёл двигатель, а дверные замки сработали. Микаэла едва не подпрыгнула от неожиданности. И снова все посмотрели на неё. Сообразив, что происходит, она быстро достала из кармана брелок, прекрасно понимая, что никаких ключей от Рэтчета у неё нет. К счастью, родители Алексис этого не знали.       — Э-э… конечно. Поехали?       — Ничего себе! Она сама заводится и отпирает двери, — восхищённо произнёс Дональд, с интересом глядя на брелок, который, как он был уверен, Микаэла только что нажала. — А какой у неё расход топлива?       На этот вопрос у Микаэлы ответа точно не было.

***

      Родители Алексис оказались очень добрыми людьми, но у них была привычка почти в любой разговор вплетать Бога. Они рассказывали о его сыне, Иисусе Христе, задавали Микаэле вопросы, которые сами по себе не вызывали у неё дискомфорта, однако она всё равно старалась по возможности уходить от ответов. Сама Алексис никогда раньше не заводила подобных разговоров. Хотя, оглядываясь назад, Микаэла понимала, что в поведении подруги были едва заметные намёки, которым она, возможно, должна была придать больше значения.       Они гостили пару дней. Чуть ли каждый день родители приглашали девушек то на обед, то на ужин, а пару раз даже на завтрак. В промежутках они успели побывать ещё в нескольких местах. Микаэла показала им местные достопримечательности, прекрасно понимая, что самая впечатляющая из них — база Автоботов — затмевает все остальные. Вот только поехать туда вариантов нет вообще.       Тем же вечером у неё состоялся запоминающийся разговор с мамой Алексис. И, как ни странно, произошёл он прямо в ванной комнате. Так получилось, что обе зашли туда за салфетками и неожиданно разговорились.       — Я хочу поблагодарить тебя, Микаэла, — начала Грейс, прислонившись к дверному косяку.       Микаэла повернулась к ней и оперлась бедром на тумбочку возле раковины.       — Мы так переживали за Алексис. Когда она лишилась Дианы в автокатастрофе, нам казалось, что вместе с ней мы потеряли и нашу дочь. Мы думали, что она больше никогда не захочет заводить новых друзей и не сможет жить дальше. Но мы не переставали молиться за неё, и, похоже, Бог услышал нас. Мы всегда верили, что однажды Он вернёт ей прежнюю жизнь, и каждый день благодарили Его за это. И лично я благодарна Ему за то, что Алексис встретила такого особенного человека, какой являешься ты.       Микаэле хотелось тут же возразить. Объяснить, что вовсе не она стала причиной этих перемен. Если бы родители только знали, через какие ужасные испытания пришлось пройти их дочери, чтобы стать такой, какой она была сейчас, возможно, они не испытывали бы такой благодарности.       Но в этот момент раздался звонок в дверь.       Извинившись, Микаэла поспешила выйти, втайне радуясь, что ей не пришлось ничего отвечать. Она сразу поняла, кто пришёл, едва услышала знакомый сигнал Би. Сэм по собственным меркам был нарядно одет: в бежевые классические брюки и новую тёмно-синюю идеально-выглаженную рубашку. Поцеловав Микаэлу в щёку, он сделал комплимент её элегантному чёрному платью. Покупку оплатили родители Алексис, когда взяли их обоих на шопинг. Оно тоже ей очень понравилось. Платье было более закрытым, чем её привычная одежда, вероятно, потому, что рядом были Дональд и Грейс. Однако ткань мягко переливалась в свете ламп, а изящный крой платья заставлял её чувствовать себя немного утончённее, чем обычно.       После новых представлений родители Алексис тепло поприветствовали Сэма.       Все собрались за столом, который Микаэла и Алексис накрыли и украсили ещё пару часов назад. Всё выглядело настолько изысканно и уютно, что ей с трудом верилось, будто это собственный дом. Горели свечи, а их тёплый свет переливался в гранях хрустальных ваз, озаряя стоявшие в них цветы и пространство вокруг мягким золотистым сиянием. На столе уже стояли бефстроганов, запечённая в душистом масле морковь и хрустящие булочки. Весь дом наполнился аппетитными ароматами.       У Сэма, можно сказать, отвисла челюсть, когда к ним вышла Алексис. Трудно не заметить его реакцию, но очень легко можно понять: впервые девушка показалась перед ними при полном параде. И впечатлять тоже умела. Лёгкая глянцевая ткань на вид довольно простого зелёного платья идеально обрамляла женственный силуэт, подчёркивая все его прелести. Микаэла ранее особо не обращала внимание на то, что фигура у Алексис была весьма красивой.       Она обняла родителей и поприветствовала Сэма, их компания несколько минут обменивалась любезностями, после чего наконец они сели за стол, чтобы насладиться спокойным семейным ужином — тем, чего в доме Микаэлы не было уже очень давно.

***

      После ужина все вышли на улицу. Алексис проводила родителей до их арендованной машины, где ещё немного постояла с ними, прощаясь перед предстоящим возвращением домой. Микаэла и Сэм устроились на багажнике Би и тихо переговаривались. Мика не возражала, что взгляд Сэма то и дело задерживался на её ногах или губах, а внимание время от времени ускользало от разговора. По его глазам она прекрасно понимала, о чём тот думает.       Они затем наблюдали, как Алексис наконец обняла родителей и проводила до дверей машины. У двери матери она задержалась дольше. Грейс сказала что-то, из-за чего Алексис вынужденно отступила на несколько шагов назад. Распущенные волосы колыхнулись на ветру, когда она резко обернулась в сторону друзей.       Микаэла почувствовала, как Би слегка пошевелился под ней, явно заметив перемену. Её родители уехали. Алексис медленно подошла к товарищам. В темноте ночи было трудно разглядеть выражение её лица, но, когда она остановилась перед ними, всё стало ясно: она побледнела, а руки слегка дрожали.       Микаэла спрыгнула с Би. Сэм следом соскользнул вниз.       — Что случилось? — спросил он, взяв Алексис за локоть с явным беспокойством. Он осторожно подвёл её к Би. На мгновение она прислонилась к нему, но почти сразу снова выпрямилась. В её беспокойных, суетливых движениях чувствовалось напряжение, когда она перевела взгляд на Микаэлу.       — Мама… она только что похвалила патруль в твоём районе.       — Патруль? — Микаэла нахмурилась и приподняла брови. Это, вообще-то, звучало неплохо. Алексис сильно прикусила губу — кажется, даже слишком сильно, — потому что тут же поморщилась от боли.       — Она сказала, что каждый раз, когда они бывали здесь, мимо всегда проезжала патрульная машина, — девушка тяжело сглотнула и внезапно оглянулась, словно ожидала увидеть что-то за спиной. — И что машина выглядела довольно новой. И что, наверное, такие становятся всё более распространёнными, потому что в их районе какое-то время тоже была похожая. Мама упомянула, что на ней был какой-то дурацкий логотип, над которым они каждый раз смеялись, когда его видели.       — Только не говори мне… — Микаэла вцепилась в Сэма, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Она ощутила движение за своей спиной — Бамблби начал трансформироваться. Но она словно застыла, не в силах обернуться и предупредить его о возможных свидетелях.       — Карать и порабощать.       — Нет…

***

      У девушек было десять минут, чтобы собрать всё необходимое, пока Би оставался у дома Микаэлы, охраняя его.       Потребовалось немало времени, чтобы убедить его снова принять форму автомобиля, но в конце концов, он всё же подчинился. Алексис и Микаэла не медлили, и уже через несколько минут вышли на улицу. Сэм всё это время оставался у двери, настороженный и решительный. Подхватив сумки девушек, он повёл их к Камаро. Поместив вещи на заднее сиденье, Сэм сел рядом с водителем. Через мгновение он обернулся к ним. Его голос звучал серьёзно и напряжённо, пока машина медленно выезжала с парковки и набирала скорость.       — Би только что связался с базой. Они сказали, что в этом районе не обнаружено никаких сигналов Десептиконов. Но это уже не первый раз, когда они скрывают свои сигналы, — в голосе Сэма появились мрачные нотки, и Микаэла сразу поняла, о чём он говорит. Он явно имел в виду нападение Старскрима.       Она медленно кивнула, с трудом сглотнув.       Казалось, они ехали целую вечность. Маршрут постоянно менялся: они сворачивали на побочные улицы, объезжали привычные дороги, то ускорялись на поворотах, то снова сбрасывали скорость, словно пытались убедиться, что за ними никто не следит. В какой-то момент Микаэла почувствовала: Сэм и Би что-то знают и скрывают — нечто похуже, чем возможную угрозу со стороны Баррикейда. Их реакция была бы другой. Потому что, несмотря на все меры предосторожности, они ехали не так быстро, как, возможно, должны были.       И только спустя некоторое время, когда она встретилась взглядом с Сэмом, её подозрения подтвердились. В его глазах читалось беспокойство — паническое напряжение, которое не исчезало по мере приближения к базе. Напротив — оно становилось только сильнее. Микаэле хотелось что-то сказать. Хотелось спросить, что происходит. Но Алексис и без того выглядела слишком потерянной в мыслях и отстранённой — не хотелось усугублять ситуацию тревожными разговорами. До Микаэлы потом дошло: их ждали не просто плохие новости, а целая катастрофа.       Сайдсвайп встретил ребят на полпути в альтформе и пристроился позади, сам Бамблби ускорился. Микаэла почувствовала облегчение, когда впереди показалась база. Они проехали через ворота и плавно остановились внутри просторного гаража. Массивные створки за ними надёжно закрылись.       Трое вышли из Камаро. Би тут же трансформировался, после чего подошёл к Сайдсвайпу, и они быстро обменялись парой слов. Сэм уже направлялся прочь, уводя девушек за собой. Бамблби поспешил догнать их.       Да. Что-то не так.       Что-то…       Только когда они вышли в просторный холл, Микаэла наконец осознала. Есть угрозы страшнее Баррикейда. Потому что он был прямо перед ними — всего в нескольких метрах. Айронхайд грубо удерживал пленника, не давая двинуться с места, а рядом стоял неизменно бдительный Проул, готовый вмешаться в любой момент. Вокруг расположились другие Автоботы. Они держали оружие наготове и не сводили с него прицелов, не ослабляя позиций, хотя объект их внимания, похоже, не собирался никуда уходить в ближайшее время.       Микаэла давно его не видела. Но даже сейчас, лишённый одного крыла, покрытый множеством царапин и вмятин — он по-прежнему оставался смертельно-опасным. Не только своей силой, но и холодным коварством и вероломностью, которые делали их врага куда более непредсказуемым. Он мастерски наносил удары в тот момент, когда никто не ждал. В её глазах он был достоин только глубокого презрения. Враг словно ожил, почувствовав их присутствие.       Фигура внезапно дёрнулась. Металлический корпус напрягся, опущенный шлем резко поднялся, и тёмная холодная оптика вспыхнула алым.       Его пристальный взгляд моментально выцепил Алексис.       Перед ними был Старскрим.