Possessed

Настя стояла у двери квартиры, сжимая ключи в руке. Она не хотела заходить. Она хотела убежать. Хотела исчезнуть. Хотела никогда больше не видеть его лица. Но она знала — если она не вернется, он найдет ее. Он всегда находит. Она сделала глубокий вдох, открыла дверь и вошла. В квартире было темно. Только одна лампа горела в гостиной. Глеб сидел в кресле, лицом к двери, и смотрел на нее. — Ты вернулась, — сказал он, и голос его был ровным, почти спокойным. — Я уже начал волноваться. Настя замерла в прихожей. Она чувствовала его взгляд на себе, и внутри нее разрастался страх. — Я была в кафе, — сказала она. — Встречалась с Евой. — Я знаю, — ответил он, и в его голосе появилась холодная усмешка. — Я знаю, где ты была. Я всегда знаю, где ты. Он встал и медленно пошел к ней. Каждый его шаг отдавался эхом в тишине. Настя стояла неподвижно, не в силах пошевелиться. — Ты думала, я не узнаю? — спросил он, подходя ближе. — Ты думала, я не замечу, что ты ушла без разрешения? — Я не знала, что мне нужно разрешение, — прошептала Настя. Он усмехнулся. — Ты всегда знала. Ты просто решила проверить, далеко ли ты сможешь уйти. — Он остановился прямо перед ней. — И что ты поняла? Настя молчала. Она не знала, что сказать. — Ты поняла, что никуда не уйдешь, — сказал он, и его рука легла на ее плечо. — Ты моя. Ты всегда была моей. Настя смотрела в его темные глаза и чувствовала, как внутри нее все обрывается. — Я не хочу быть твоей, — прошептала она. Ей казалось, что она говорит чужим голосом. Глеб засмеялся. Тихий, издевательский смех. — А ты думаешь, у тебя есть выбор? — спросил он. — Ты думаешь, ты можешь уйти? Куда? Кто тебя примет? У тебя нет денег, нет документов, нет работы. Ты никому не нужна. Только мне. Настя почувствовала, как слезы подступают к глазам. Она боролась с ними, но они все равно потекли по щекам. — Не плачь, — сказал Глеб, вытирая ее слезы большим пальцем. — Ты же знаешь, я не люблю, когда ты плачешь. Это портит твое лицо. Он взял ее за руку и повел в гостиную. — Садись, — сказал он, указывая на диван. — Нам нужно поговорить. Настя села. Глеб сел напротив, в кресло, и смотрел на нее. Его взгляд был холодным и оценивающим. — Я знаю, что ты пытаешься сбежать, — сказал он. — Я знаю, что ты говорила с Евой. Я знаю, что ты ищешь квартиру. Я знаю все. Настя замерла. Как он мог знать? Она никому не говорила. Она была так осторожна. — У тебя есть браслет, — сказал он, указывая на ее руку. — Ты думала, это просто украшение? Там встроен GPS. Я всегда знаю, где ты. Настя посмотрела на браслет. На золотую цепочку с маленьким ключом. Она думала, это просто подарок. Дорогой, но безобидный. Но он был ее клеткой. — Ты теперь никуда не уйдешь, — сказал Глеб. — Ты будешь здесь, со мной. Ты будешь делать то, что я скажу. И ты будешь улыбаться. Настя смотрела на него и чувствовала, как внутри все сжимается. Она была в ловушке. В настоящей ловушке. — Ты понимаешь? — спросил он. Она кивнула. Она не могла говорить. — Хорошо, — сказал он, улыбаясь. — Я рад, что мы поняли друг друга. Он встал и подошел к ней. Он взял ее за подбородок и посмотрел в глаза. — Ты моя, — сказал он. — Ты всегда будешь моей. И если ты попытаешься сбежать, я сделаю так, что ты пожалеешь об этом. Он поцеловал ее в лоб, и Настя почувствовала, как от его губ по коже пробегает холод. — А теперь иди в спальню, — сказал он. — Я скоро приду. Настя встала и пошла в спальню. Каждый шаг давался с трудом. Она чувствовала, как ноги дрожат, как сердце бьется где-то в горле. Она легла на кровать и уставилась в потолок. Она не знала, что делать. Она не знала, как сбежать. Глеб пришел через десять минут. Он лег рядом и притянул ее к себе. — Ты моя, — прошептал он. — Никогда не забывай этого. Настя закрыла глаза. Внутри нее было пусто. Только страх и отчаяние. Она не знала, сколько еще сможет так жить. Но она знала одно: она не сдастся. Она найдет выход.