Волчьи тропы

      Когда их самолет приземлился в аэропорту Санкт-Петербурга, небо снаружи грозно хмурилось. Колючий февральский ветер задувал в рукава снег, и Рена зябко куталась в тёплое твидовое пальто, которое Галъяр купил для неё в поездку. Махнув рукой, Зария остановил такси; старенькая девятка с шашечками, отчаянно тарахтя, повезла их в город.       Пока черноволосый усатый водитель увлечённо обсуждал с Зарией правительство, цены и штрафы, Рена, прислонившись виском к стеклу, разглядывала проносящиеся за окном пейзажи.       На юге весна была на пороге, а здесь в самом разгаре была зима. Черные стволы деревьев и пушистые лапы елей перемежались белоснежными полями, над которыми низко нависло серое небо. Изредка из-за гонимых ветром свинцовых туч выглядывало солнце, и снег искрился в его лучах будто кто-то рассыпал в нём драгоценные камни.       Вскоре поля и леса начали сменяться домами, и чем ближе они подъезжали к городу, тем причудливее казался Рене их вид: среди старинных каменных зданий тут и там мелькали новые – из стекла и бетона, словно ребёнок, играя, высыпал на ковёр все свои игрушки. Таксист высадил их на широком шумном проспекте, и Рена на мгновение опешила от буйства звуков и красок. Будь она одна – непременно заблудилась бы среди людей, домов и ярких рекламных вывесок, но Зария – взяв её под руку, он уверенно повёл её вперёд.       А дальше день превратился в круговорот красок, звуков и незнакомцев. В бутике с многозначительным названием «Тщеславие» две улыбчивые девушки битый час подбирали Рене платье и туфли. Наконец, услышав довольное «Оно!» Зарии, Рена облегченно выдохнула, но не тут-то было. Наскоро пообедав неожиданно вкусным тушеным мясом в ресторанчике, казалось, застрявшем одновременно в прошлом и позапрошлом столетии, они направились в салон красоты. Только когда солнце, ненадолго выглянув из-за туч и озарив город теплым оранжевым светом, спустилось к горизонту, они, наконец, снова вышли на улицу. Зария искоса бросил на неё быстрый взгляд:       - Не вешай нос, волчонок! Нам осталась ещё одна - самая важная! - остановка, и можем, ехать!       - Зачем все это? – устало спросила Рена, с трудом удерживаясь от того, чтобы не облизнуть напомаженные губы. – Разве мне так нужны это платье, и туфли, и прическа…       - Это – твой костюм, - подмигнул ей Зария. – Твоя маска.       Рена вздохнула, но, покорно поковыляла за ним на непривычно высоких каблуках.       - Ты был другим, - задумчиво протянула она, поглядывая на Зарию.       - М-м?       Рена задумчиво закусила губу, пытаясь подобрать слова. Она успела привыкнуть к его новому облику, но его поведение ничем не напоминало того Зарию, которого она знала. Везде, куда бы они не пошли, он был подчеркнуто любезен, улыбчив и обходителен, везде Рена замечала очарованные взгляды, обращенные к нему.       - Ты был таким... вежливым. Дома ты обычно ведешь себя иначе…       Он искоса взглянул на неё:       - Хочешь сказать, я грубиян?       Рена открыла рот, чтобы возразить, но Зария рассмеялся:       - Бессмысленная трата усилий. Пока Галъяр вожак, его стае так или иначе придётся со мной мириться.       Рена чуть склонила голову набок.       - Мне кажется, они приняли бы тебя, даже если бы Галъяр не был вожаком.       - Мне нет до них дела, - равнодушно пожал плечами Зария.       Они остановились у невысокого крыльца, и Зария открыл тяжелую деревянную дверь. «Самой важной остановкой» оказался ювелирный магазин. Среди десятков драгоценных украшений всех видов и форм, выбор Зарии пал на жемчужное колье с крупным тёмно-синим сапфиром посередине. Он застегнул его у Рены на шее, и в тот момент ей отчего-то вспомнился холод металлического ошейника. Едва заметно нахмурившись, она постаралась отогнать воспоминания.       - То, что нужно, - шепнул ей на ухо Зария, встречаясь с ней в зеркале взглядом. – Идеально! Рена подняла руку, коснувшись крупных, молочно-белых жемчужин и выпалила первое, что пришло в голову:       - Оно, наверное, очень дорогое…       На самом деле, она хотела спросить о другом – о магии, которую ощущала под пальцами… Но вместо этого смолчала, решив ему довериться.       - Дамам не следует беспокоиться о деньгах.       В предвкушении предстоящего вечера он явно пребывал в прекрасном расположении духа. Уже давно стемнело, когда они свернули в один из узких переулков в самом центре города. Одинокий латунный фонарь тускло мигал жёлтым светом, выхватывая из темноты очертания некогда роскошных, а теперь обветшавших каменных домов. Почти повиснув на Зарии, Рена мелко семенила за ним в неудобных туфлях. Они поднялись по скользким каменным ступеням неприметного трёхэтажного дома и остановился перед обшарпанной деревянной дверью.       Вокруг было тихо, но Рену охватило неясное, смутное беспокойство, какое бывает, когда видишь на горизонте тучу, предвещающую бурю. Зария снял перчатку и скользнул пальцами по облезлой поверхности двери. Затаив дыхание, Рена наблюдала, как вслед за его ладонью на дереве вырисовываются выжженные линии. Когда он закончил, витиеватый узор вспыхнул золотом и исчез, будто его и не было. В тот же миг дверь с тихим скрипом приоткрылась.       - Куда мы идем? – беспокойно спросила Рена, всматриваясь в темный проем.       Он многозначительно улыбнулся и, крепче сжав её локоть, шагнул вперед. Мир закружился, окунулся в темноту, а потом - взорвался светом. Всё вокруг зазвенело магией, и сердце Рены затрепетало. Сама не помня, как зажмурилась, она распахнула глаза: особняк, снаружи казавшийся заброшенным, вовсе таковым не являлся. Просторный холл был залит теплым голубоватым светом, стены в нём были расписаны фресками, изображавшими осенний лес, и чем дольше Рена всматривалась в них, тем отчетливей слышала шорох серебристой травы, чувствовала тепло солнечных лучей, пробивавшихся сквозь огненно-золотистые кроны исполинских деревьев. На потолке раскинули крылья птицы, в их круглых блестящих глазах сверкали драгоценные камни. В рельефе белоснежных колонн ухмылялись и скалились никогда не виданные Реной существа.       Вдруг перед ними, словно из воздуха, возник невысокий светловолосый мальчик, одетый в парадный голубой камзол с узором из желтых и фиолетовых ромбов.       - Ваше приглашение, пожалуйста.       Зария вытянул вперёд руку и прямо на его ладони расцвёл белоснежный цветок с длинными изогнутыми лепестками. Мальчик учтиво поклонился, и Зария вставил цветок в петлицу на левом лацкане пиджака.       - А госпожа?       - Она – моя спутница.       Мальчик снова поклонился и, забрав у них верхнюю одежду, проводил их к ширкой полукруглой лестнице в дальнем конце холла.       - Прошу вас пройти в концертный зал - представление скоро начнётся.       Зария подал Рене руку, и по ковровой дорожке, будто сотканной из лунного света, они поднялись на второй этаж.       - О чём задумалась, волчонок?       Рена рассеянно улыбнулась:       - У этого мальчика на входе был такой забавный костюм!       - Думаешь?       - В детстве у меня была стеклянная елочная игрушка – отец привёз мне её из города – кудрявый мальчик в лиловом камзоле, только вместо ромбов на нём были звёзды. Мама называла её маленький паж.       Они поднялись на второй этаж, и взгляд Рены тут же метнулся к высоким, под самый потолок окнам. Взглянув в них, она остановилась и застыла в изумлении – город снаружи исчез. Вместо асфальтовых улиц – извилистые тропы, вместо машин и людей – ираэ. Их причудливые дома всех видов и мастей тут и там выглядывали среди деревьев как подосиновики в траве, а за ними, насколько хватало взгляда простирались покрытые лесом горные хребты. Вопреки предположению Рены на особняке не лежало никаких чар. Их и самих больше в том особняке не было – они лишь воспользовались его дверью.       - Где, мы, Зария? – едва слышно выдохнула Рена.       Он мягко увлек её дальше по коридору, бросив на неё лукавый взгляд.       - А ты как думаешь?       - За… За завесой?       Зария рассмеялся, но в его смехе за весельем ей почудилась горечь.       - Ах если бы это было так легко, волчонок! Нет, всего лишь «под холмами» - как говорят люди, - он остановился у неприметной двери и потянул на себя поблескивающую золотом ручку. – Но будем надеяться, что сегодня завеса покажется нам чуточку тоньше.       За дверью оказалась ложа бельэтажа - два широких мягких кресла, обитых тёмно-синим бархатом стояли по обеим сторонам от круглого кованного столика с мраморной столешницей. Зария устроился в одном из них и выудил из кармана пиджака трубку.       - Располагайся, волчонок. Спектакль скоро начнётся… - он подмигнул ей. - А наш – уже начался.       - Что ты имеешь в виду?       Вместо ответа он обернулся как бы невзначай, и, проследив за его взглядом, Рена увидела в центральной ложе шестерых - трех мужчин и трех женщин, в струящихся одеждах, с драгоценными камнями, сверкающими в длинных, похожих на шелк волосах. Одна из девушек звеняще рассмеялась, взмахнув рукой, и с её пальцев, будто ненароком, слетели разноцветные искры, гаснущие, едва коснувшись земли. И так они были красивы, так горды и веселы, что, глядя на них, Рена невольно затаила дыхание.       - Чудо, – шепотом выдохнула она.       Зария хмыкнул и оперся локтем о столик. Только сейчас Рена с удивлением обнаружила неизвестно откуда взявшийся хрустальный графин и пару бокалов. Вероятно, их принёс слуга пока она разглядывала фаэри.       - Это, волчонок – хозяева вечера. Те, кого нам, - он заговорщицки понизил голос, - сегодня предстоит одурачить. И будь уверена, они наверняка уже приметили новые лица: фаэри тщеславны, как никто другой! – он откинулся на спинку кресла и продолжал с игривой улыбкой на губах. - А ещё высокомерны, горделивы и беспечны… И это – их главное достоинство!       Рена недоуменно приподняла брови.       - Почему?       - Ты чувствуешь, сколько здесь магии, волчонок? – посмеиваясь, отозвался Зария. - Это – заслуга фаэри. Магия вокруг них всегда льётся рекой, потому что они не позволяют себе цедить её по капле. Вот только по эту сторону завесы магии так мало, что им приходится использовать свою. И если таким как я она нужна как воздух, то таким как они – как вода. Как долго без воды может прожить, ну скажем, волк?       Рена нахмурилась, окинув взглядом центральную ложу, гостей в зале.       - Они… умирают?       Зария выпустил изо рта колечко сизого дыма:       - Без магии все ираэ умирают... Просто фаэри делают это чуть быстрее, чем могли бы. Они сжигают свои жизни, чтобы освещать залы. Раскрашивать фрески. Ловить звёзды в ладони.       Рена опустила глаза. После слов Зарии это место и этот вечер стали видеться ей иначе.       - Это грустно, - тихо произнесла она, наконец. – И… Галъяр бы, наверное, сказал, что неразумно…       - А ты что скажешь?       - Не знаю. Галъяр…       - Галъяр не видит на камнях знаки, - отрезал Зария. - Не слышит, о чём говорит северный ветер.       Некоторое время Рена молчала, рассеянно водя пальцем по кружевам на рукаве платья, а потом вдруг спросила:       - Почему ты взял меня с собой?       Зария вынул изо рта трубку и повернулся к ней, игриво сверкнув глазами:       - Чтобы ты увидела представление! Говорят, ему нет равных даже по ту сторону завесы…       - Правда? – Рена перевела взгляд на сцену, скрытую за белым, усыпанном золотыми звёздами занавесом. – Что это будет за представление? Театральная постановка? Балет?       - Последнее прибежище настоящего искусства, - меланхолично отозвался Зария, разглядывая тлеющий в трубке уголёк. Встретив её непонимающий взгляд, он по-мальчишески усмехнулся. – Цирк, волчонок!       В этот момент занавес пошёл рябью, и, вместо того чтобы разъехаться в стороны или подняться вверх, растворился, как утренний туман. Под потолком вспыхнули разноцветные огни, озарив светом сцену, и высокого рыжеволосого мужчину на ней. Одетый в зелёный клетчатый костюм, он, скрестив длинные ноги, небрежно опирался на крепкую дубовую трость с малахитовым набалдашником.       - Дамы и господа! – громко провозгласил он звонким, энергичным голосом. – Прежде чем мы начнём, позвольте спросить вас: чем можно удивить тех, кто держит в ладонях самое изумительное, что есть в нашем мире? Что может до глубины души поразить тех, кто видел тысячи трагедий и комедий жизни? Как ухватить комету за хвост? – он сделал театральную паузу, прислушиваясь к раздавшимся смешкам. - На все эти вопросы в голову приходит лишь один ответ: «Позвольте, это ведь совершенно невозможно!» И на этом мы могли бы закончить наше представление… - По залу пронесся смех, переливчатый, как весенняя капель. - Но мы всё-таки постараемся невозможное совершить!       Расплывшись в ослепительной улыбке, юноша широко развёл руки:       - Добро пожаловать на наш спектакль!       Сказав это, он гулко стукнул тростью по деревянным доскам и в тот же миг сцена за его спиной преобразилась, а за ней - и весь зал. Подняв голову, Рена не увидела потолка – только усыпанное звёздами небо и белоснежную, круглую луну. Воздух гудел, вибрируя магией. Словно во сне, она протянула руку и звёзды посыпались ей в ладони.       Сцена растворилась в тенях, вместо неё из темноты выступили очертания залитого солнцем луга. Тёплый весенний ветерок колыхал зелёную траву, играл молодыми листьями на деревьях. Высоко в небе лениво плыли облака, а по лугу степенно бродила стая тучных пестрых фазанов. Внезапно среди коричневых перьев и красно-синих голов, Рена увидела маленькую юркую птичку с малиновыми крыльями и пышным, будто ажурным хвостом. Она тоже ходила по лугу, будто пытаясь подражать фазанам, вышагивала степенно, но всё норовила ускорить шаг, и длинный её хвост всё время путался под ногами. Время от времени она взмахивала своими малиновыми крыльями, будто танцуя, и фазаны, поглядывая на неё, то клекотали восторженно, то кудахтали недовольно.       Вдруг посреди этой идиллической картины начало назревать беспокойство – фазаны занервничали, нахохлились, и тут на поляну выскочил лис. Огненно-рыжий с чёрными треугольными ушами и горящими как пара солнц глазами, он пронёсся по поляне всполохом пламени, взрывая лапами траву, распугивая чинных фазанов. Птичка оказалась прямо на его пути, но вместо того, чтобы броситься в кусты вместе с остальными, она взмахнула крыльями и взлетела вверх, приземлившись на ветку старого вяза. На мгновение лис замер, провожая птичку взглядом, а после, взмахнув пушистым рыжим хвостом, скрылся в лесу.       Рена не могла оторвать взгляд от разворачивающейся на сцене истории, но больше прочего её увлекла музыка и пленительный голос певца. Временами он нарастал, заполняя зал, временами - стихал до едва слышного шепота, и её сердце, откликаясь ему, рвалось из груди. Позабыв о том, где находится, она тоже запела, вторя ему, и продолжала петь до тех пор, пока прохладная ладонь не накрыла её губы.       - Ш-ш, - в темноте она увидела, как блеснули в улыбке зубы Зарии. – У лис острый слух, волчонок.       Рена моргнула, будто стряхивая с себя остатки сна, и, стиснув губы, коротко кивнула, её взгляд снова обратила к сцене.       Наступила ночь, а птичка всё сидела на ветке, глядя на лес, в котором скрылся лис. На следующий день на поляне снова наступил покой, но она всё прислушивалась к каждому звуку, будто надеясь услышать в нём лающий лисий смех.       Лето успело смениться осенью, когда земля задрожала от топота. Фазаны успели попрятаться в кустах, а птичка вспорхнуть на ветку, когда на луг выскочил рыжий лис, а за ним по пятам – черные гончие и всадники с луками наперевес. Поначалу Рене показалось, что лис дрожал от страха, но, приглядевшись, она поняла, что он трясся от смеха. Птичка, с волнением наблюдавшая за погоней, вдруг сорвалась с ветки. Захлопали крылья, напугав лошадей. Начался переполох, собаки, кони и люди смешались в кучу, а птичка и лис, позабытые всеми, скрылись в лесу.       Луг, фазаны и преследовавшие его охотники остались далеко позади, а лис всё мчался вперёд, смеясь на бегу, и птичка кружила над ним, будто танцуя.       Белоснежный занавес туманом затянул сцену. Рена, не сдержавшись, вскочила на ноги, аплодируя и смеясь. В своем восторге она была не одинока – прекрасные фаэри, разом растеряв всё свое горделивое величие, превратились в смешливых детей, самозабвенно хлопающих в ладоши уличным фокусникам.       - Это было так здорово, Зария! – воскликнула она, её глаза счастливо блестели.       - Я надеялся, что тебе понравится, - улыбнулся Зария и, лукаво сощурившись, подмигнул ей.       - Что ж, теперь моя очередь выступать!       - Что мне нужно делать?       - Ты уже всё сделала, волчонок, - заверил Зария. Они вышли из ложи, и он неспешно вёл её под руку по длинному коридору. – Я ведь говорил - фаэри тщеславны. Если бы я пришёл сегодня в одиночестве, почтенная публика, которую я сегодня буду водить за нос, отнеслась бы ко мне с пренебрежением. Но такая прелестная спутница, как ты – совсем другое дело. Фаэри, что смог приручить волка, достоин уважения, не так ли?       Рена закусила губу, обдумывая его слова. Теперь она понимала, что это была одна из причин, по которой Галъяр не хотел, чтобы она учувствовала в «представлении» Зарии – едва ли ему пришлась по душе такая её роль.       Они подошли к высоким, распахнутым настежь дверям и оказались в залитом светом зале.       - Подожди меня здесь, волчонок. Ешь, пей, развлекайся, главное – постарайся не потеряться… - сощурившись, он многозначительно улыбнулся. – А впрочем, даже если потеряешься, я все равно тебя найду.       Сказав это, он махнул на прощание рукой и вальяжной походкой направился к лестнице в дальнем углу зала. Наверху его уже ждал тот самый мальчик, который встречал их у входа. Чуть поклонившись Зарии, он распахнул перед ним неприметную деревянную дверь.       Оставшись в одиночестве, Рена огляделась. Вдоль стен стояли столы с угощениями, в нише у окна разместились музыканты, а в центре зала гости в воздушных струящихся одеждах, танцевали, будто паря, и вокруг них – среди них – схиа ходили кругами, водили хороводы. Воздух звенел музыкой, весельем и магией, и Рена, не колеблясь, присоединилась к ним. Потеряв счет времени, она танцевала, кружилась и смеялась, пока чужие цепкие пальцы не схватили её за руку. Рена вздрогнула, сбившись с шага, и в этот момент в её второе запястье тоже вцепились мёртвой хваткой. Перед Реной словно из воздуха появились двое детей.       Их блестящие чёрные волосы спадали на узкие плечи, жёлто-зелёные глаза сверкали золотом в свете огней. Они были похожи, как близнецы и только по их одежде можно было догадаться, что один из них – мальчик, а вторая - девочка.       - Привет! – поздоровалась девочка, расплывшись в широкой зубастой улыбке. – Пойдём с нами!       Смятенная внезапным напором, Рена только и смогла спросить:       - Куда?       - К нашим! – фыркнул мальчик, будто это было само собой разумеющимся.       Близнецы казались Рене смутно знакомыми, и в памяти вдруг всплыли жёлто-зелёные глаза гончих, гнавших по поляне лиса.       - Вы - артисты! – догадалась она.       - Узнала, наконец! - хихикнула девочка. – Я – Дали!       - А я – Ивас!       Рена открыла рот, чтобы представиться, но Дали опередила её, нетерпеливо воскликнув:       - Пойдём уже - все хотят с тобой познакомиться!       - Со мной? – растерянно переспросила Рена, не двигаясь с места. – Почему?       Девочка потянула её за руку, заставив наклониться, и заговорщицки шепнула ей на ухо:       - Рёма слышал, как ты поешь…       В памяти Рены всплыли слова Зарии, и она невольно отпрянула, но близнецы не отпустили её, крепче вцепившись в её запястья.       - Ты, что боишься? – снисходительно спросил Ивас.       - Наши просто хотят познакомиться с тобой, - добавила Дали. - Здесь недалеко. На чердаке.       Рена закусила губу. Настойчивость близнецов сбивала с толку, но она не испытывала тревоги - сегодня её спутником был фаэри, и едва ли кто-то из труппы рискнул бы перейти ему дорогу.       - Если я пойду с вами, - осторожно начала она, - я смогу вернуться, когда захочу?       - Конечно! - подтвердил Ивас.       - Если захочешь, - игриво добавила Дали.       Поколебавшись ещё мгновение, Рена кивнула. Довольно рассмеявшись, близнецы потащили её из зала. Втроем они мчались по извилистым коридорам и длинным лестницам старого особняка. Не прошло и пары минут, как причёска, над которой так долго корпел в салоне мастер, растрепалась; светлые пряди рассыпались у Рены по плечам.       Наконец, все трое остановились у двери, ведущей на чердак. Переведя дух, Рена подняла глаза и взглянула в небольшое круглое окно под крышей, за которым виднелся лоскут звездного неба.       На лестнице было темно и тихо, но стоило мальчику распахнуть дверь, как они снова окунулись в какофонию голосов, смеха и звона бокалов. Просторный чердак был завален лежащими друг на друге шерстяными коврами всех цветов и размеров. С потолка свисали разноцветные атласные занавески, на мягких шелковых подушках, изящных деревянных креслах и широких парчовых диванах сидели и полулежали артисты.       Стоило троице ступить внутрь, как гул голосов стал тише, большинство голов тут же повернулось в их сторону.       - А, вы привели её! – воскликнул высокий темноволосый мужчина, направляясь к ним. – Ну наконец-то!       Рена взглянула в яркие бирюзовые глаза, и ей вспомнились набегающие на берег волны. «Сирена», - молнией пронеслось у неё в голове, и её сердце встрепенулось от восторга, стоило ей понять, что это его пение она слышала, но свою догадку Рена решила не озвучивать.       - Прости мои манеры – я ведь даже не представился. Меня зовут Мелиос. - Мужчина улыбнулся ей уголками губ.       - Я - Рена.       - Но что же мы стоим - позволь предложить тебе угощений! Выступление было длинным – ты наверняка проголодалась.       С этими словами он взял её за локоть, увлекая вглубь чердака. В отличие от близнецов тонкие длинные пальцы держали её аккуратно, почти нежно, но что-то подсказывало Рене, что попытайся она вырваться из этой хватки, ей едва ли это бы удалось.       Прежде, чем смутное беспокойство, охватившее её, успело перерасти в страх, они подошли к небольшому дивану у круглого, наполовину задернутого цветастой шторой окна. Близнецы увязались следом, а большая часть труппы вернулась к своим разговорам, лишь изредка с любопытством поглядывая в их сторону.       Как только Рена устроилась на диване, Мелиос подал ей серебряный поднос, на котором лежали разноцветные, усыпанные сахарной пудрой желейные кубики. Она аккуратно взяла один и, отправив его в рот, сощурившись от удовольствия.       - Вкусно!       - Подарок наших нанимателей.       Мелиос сел в кресло напротив, откупорил стоявшую на столике рядом бутылку и разлил по бокалам светлое вино – такое же, какое было в их с Зарией ложе.       - Празднуете без меня? – раздался откуда-то позади веселый девичий голос.       Рена обернулась и встретилась взглядом со смеющимися глазами молодой девушки, на вид немногим старше её самой.       - Яся, у нас гости, - мягко пожурил её Мелиос. – Знакомься, Рена, это – Ярослава, наша главная звезда.       - Скажешь тоже – звезда, - хихикнула девушка и улыбнулась. – Зови меня Ясей.       Рена не сводила с неё глаз. Во время представления вокруг было слишком много магии, но теперь она видела отчетливо – Яся была человеком. Рена даже носом повела для верности и всё равно - человек!       - Как же хорошо, что ты пришла – Рёма только о тебе и говорит! – воскликнула Яся, не обращая внимания на Ренин пристальный взгляд, обращенный на неё.       - Кто такой Рёма? – спросила Рена, вспомнив, что уже слышала это имя от близнецов.       - Хозяин цирка и наш бессменный шпрехшталмейстер!       - Лис…       - Точно! А угадаешь, кем я была?       Рена склонила голову набок, снова сосредоточенно оглядев Ясю:        - Птичка?       - Верно! – рассмеялась она. - Ты – молодец, мало кто догадывается… В конце концов, иллюзии Индриса – великолепны.       Яся улыбнулась сидевшему неподалеку полному мужчине с пенсне на носу. Зардевшись, тот склонил голову в поклоне, пряча в усах довольную улыбку.       Яся снова посмотрела на Рену:       - Ну что, понравилось тебе наше представление?       - Очень, - честно призналась та. – Оно было чудесным: музыка, иллюзии, история...       - Историей мы обязаны Ясе! – вставила Дали.       - Ты её написала? – с любопытством спросила Рена.       - Она её прожила! – ответил за неё Ивас.       Яся легко рассмеялась:       - Мы, конечно, её хорошенько приукрасили – иначе зрители заснули бы от скуки!       С этими словами она совсем неэлегантно плюхнулась рядом с Реной на диван. Яся оказалась прекрасным собеседником: она шутила, рассказывала об их выступлениях, о местах, в которых им довелось побывать, и Рена слушала её с жадным интересом.       Когда в разговоре возникла пауза, и Мелиос подлил всем ещё вина, Яся вдруг протянула, глядя на Рену из-под полуопущенных ресниц:       - Рёма сказал, что у тебя чудесный голос… Так жаль, что я не слышала!       Рена открыла рот, собираясь ответить, но Яся её опередила:       - А, может, споёшь нам сейчас?       - Отличная идея, - подхватил Мелиос и, заметив сомнение, промелькнувшее в глазах Рены, добавил. – А я спою вместе с тобой.       Предложение было заманчивым: Рене отчаянно хотелось, чтобы он спел ещё раз, хоть представление и закончилось совсем недавно. Вот только её не покидало ощущение, что перед ней разыгрывалось ещё одно, цели которого она не знала…       В конце концов, желание снова услышать пение сирены пересилило сомнения. Глубоко вздохнув, Рена кивнула. Яся радостно захлопала в ладоши.       Круглолицый мужчина с длинными закрученными на кончиках усами уселся за неизвестно как оказавшийся на чердаке рояль. Грянули первые аккорды – и Мелиос запел. Рена почувствовала дрожь, пробежавшую по телу при звуках его голоса, и, прикрыв глаза, присоединилась к нему.       Если бы кто-то спросил её, что за песню они пели – она не смогла бы вспомнить. Голос Мелиоса, нежный, как объятия матери, заполнил её сердце, и Рену захлестнула такая чистая радость, будто сама она никогда не знала горя.       Когда музыка смолкла, на чердаке на несколько мгновений установилась тишина. Распахнув глаза, Рена увидела, что артисты, все до одного, смотрели на них. А после – комната утонула в овациях.       - Потрясающе! Великолепно!       Хлопая в ладоши, рыжеволосый мужчина в клетчатом костюме приблизился к ним и похлопал Мелиоса по плечу:       - Похоже, у тебя появилась конкурентка.       Рена с жаром помотала головой:       - Это не так! - она перевела на Мелиоса блестящие от слёз глаза. – Спасибо.       Она хотела бы сказать ещё тысячу слов, но не могла найти ни единого. Мелиос улыбнулся ей и впервые с тех пор, как она встретила его, улыбка коснулась его глаз:       - И тебе спасибо, Рена. Нам обоим есть чему друг у друга поучиться.       - И у вас будет на это предостаточно времени, если милая леди присоединится к нашему цирку! – громогласно объявил Рёма.       Рена удивленно взглянула на него:       - Я? Но… зачем?       - Как зачем? Волчица с таким голосом станет отличным дополнением к нашей труппе, - глаза Рёмы сверкнули. - И, сдается мне, это не единственный твой талант…       Рена обвела взглядом артистов, прислушивавшихся к разговору. Если бы только она встретила их раньше, если бы Рёма сделал своё предложение до того, как... Что ж, теперь у неё был только один ответ.       - Спасибо… Но нет.       - Отчего же? Если ты переживаешь из-за своего… спутника, то не волнуйся: он нас не догонит.       - Это правда, – подтвердила Яся. – Умчимся быстрее пурги!       - Какое прекрасное сравнение! – воскликнул сидевший за роялем мужчина.       - Только придётся снять твое ожерелье, - добавил Рёма. – Такая жалость – оно подходит к твоим глазам!       Пальцы Рены рассеянно коснулись сапфира.       - Я не хочу убегать.       - Правда? - Рёма сощурился. - Но ведь мы можем бежать куда захотим! Хоть до самой завесы… и дальше.       Сердце Рены пропустило удар. Зария был прав – этот цирк и впрямь был удивительным, раз они могли шагнуть через грань... На мгновение Рена позволила себе представить это – смех, как перезвон бубенцов, искрящееся веселье, опьяняющая, неудержимая свобода, и магия, магия, магия!.. – но в тот же миг перед её внутренним взором всплыли ласковые жёлтые глаза, и видение развеялось как дым, оставив после себя лишь тихую печаль.       В третий раз Рена покачала головой:       - Спасибо. Но я не могу.       Рёма молча смотрел на неё. Под его лукавым, пронзительным взглядом её не покидало ощущение, что ответ его ничуть не удивил. Лис понимающе улыбнулся и преувеличенно тяжко вздохнул:       - Что ж – ничего не поделаешь. Похоже, леди влюблена, а любовь порой бывает притягательнее чудес, - Смешинки в его глазах плясали как солнечные зайчики. – Сдаётся мне, правда, что влюблена она совсем не в своего спутника…       Рена встревоженно нахмурилась. Заметив выражение её лица, Рёма примирительно рассмеялся:       - Не беспокойся, милая - дела фаэри меня не интересуют. Я вовсе не собираюсь портить твоему спутнику его представление… - он загадочно улыбнулся. – Только надеюсь, что однажды наши дороги сойдутся снова. А пока – шампанского всем! Давайте праздновать!       И они праздновали - чокались хрустальными бокалами, обменивались шутками и колкими остротами, читали стихи (хорошие и не очень). Их веселье было не таким неистовым и безудержным, как у фаэри, танцевавших внизу, но оттого - не менее искренним.       Опомнилась Рена, лишь когда старинные часы с кукушкой пробили два. Попрощавшись с артистами, она, в сопровождении близнецов, поспешила обратно в зал. Едва они вошли в высокие двери, как Рена заметила Зарию и бросилась к нему.       - А вот и мой волчонок! Я уж было собрался тебя искать…       - Всё равно не нашёл бы, - фыркнула Дали.       Зария приподнял бровь, окинув близнецов ироничным взглядом.       - Ты успела завести друзей?       - Я…       Прежде, чем Рена успела ответить, Дали перебила её:       - Лучше бы тебе не обижать её, фаэри…       - А то мы заберём её с собой, - закончил за неё Ивас.       Зария сощурился:       - Приму к сведению.       Рена повернулась к близнецам и опустилась перед ними на колени:       - Спасибо, что проводили меня. Я была очень рада с вами познакомиться… И буду скучать.       Они по-кошачьи боднули её лбами.       - Мы ещё встретимся! – пообещала ей Дали.       - Обязательно! – подтвердил Ивас.       Помахав на прощение руками, они юркнули в толпу и растворились среди гостей.       - А я ведь говорил тебе, не теряться, волчонок, - пожурил её Зария, помогая ей подняться на ноги.       - Так ведь я и не терялась… - возразила Рена и, вспомнив, наконец, о цели их визита, с беспокойством спросила. - Твоя встреча прошла хорошо?       - Не беспокойся, волчонок, - снисходительно улыбнулся Зария. – Возможно я не так талантлив, как твои друзья, но на парочку фаэри хватит.       Рена хихикнула и взяла его под руку. Вдвоём они вернулись в холл, где светловолосый мальчик с учтивой улыбкой помог им надеть пальто. Как только они перешагнули порог особняка, шум и музыка стихли, а дверной проём снова погрузился в темноту - словно весь этот вечер был всего лишь сном.       Рена подняла глаза и замерла, с восторгом глядя на крупные белые снежинки, сыпавшие с неба. Ветер гнал их по улице, закручивал в вихри и ни людей, ни домов не было видно в этой снежной вьюге.       - Прогуляемся, волчонок?         Она энергично закивала, и они неспешно двинулись по узкому переулку.       - Ну же, расскажи мне, чем ты занималась, пока я трудился в поте лица? – поддразнил её Зария.       Рена подняла на него глаза: снежинки липли к его ресницам, отчего его лицо напомнило ей портрет заколдованного Кая в книжке, которую ей в детстве читала мама.       - Я познакомилась с труппой…       - И получила одно заманчивое предложение, не так ли?       - Откуда ты знаешь?       - Я кое-что слышал о лисе, который заправляет этим цирком. Такие как он, точно сороки: любят то, что блестит. Драгоценные камни. Лошадей, которые могут обогнать ветер. Певчих птичек.       Зария многозначительно посмотрел на неё ей. Рена вытянула руку, ловя на ладонь снежинки.       - Разве в мире мало птиц?       - Иногда – заприметишь одну, и все другие станут не нужны. Поэтому я и принял меры предосторожности…       Рука Рены невольно потянулась к колье у неё на шее:       - Мое ожерелье?..       - В яблочко! – с некоторым удивлением хохотнул Зария. – И как ты догадалась?       - Рёма сказал, что его придётся снять, если я захочу уйти с ними…       На лице Зарии промелькнуло странное выражение:       - Попробуй, волчонок.       Она нахмурилась, её пальцы торопливо нащупали застёжку, но как она ни старалась, не могла расстегнуть её. Что-то подсказывало ей, что вздумай она разорвать его, у неё бы тоже ничего не вышло. Вновь, как и в магазине в памяти всплыл холод ошейника, но на этот раз воспоминания не хотели отступать, и Рена в смятении взглянула на Зарию.       - Сними его, пожалуйста, - тихо попросила она, её голос предательски дрожал.       Зария успокаивающе улыбнулся, мазнув холодными пальцами по её шее. Ожерелье легко упало ему в ладонь, и Рена почувствовала, что снова может дышать.       - Когда я сменю облик, магию некому будет поддерживать, и ожерелье станет просто ожерельем… Но пока я могу найти его, где бы оно ни было, - он подмигнул ей, - и того, кто его носит.       Рена посмотрела на него с укором. Зария с улыбкой пожал плечами.       - Я обещал Галъяру вернуть тебя домой. А этот лис… Он предложил тебе присоединиться к его цирку?       Она кивнула, не глядя на Зарию.       - И это не всё, не так ли? Ну же, волчонок, что ещё он сказал? Я сгораю от любопытства! Рена искоса взглянула на него и, увидев жалобное выражение его лица, не сдержавшись, рассмеялась. На губах Зарии заиграла довольная улыбка.       - Он предложил пройти сквозь завесу, - тихо сказала она.       - Значит, это не просто слухи, - протянул Зария с нечитаемым выражением лица. -Они и впрямь могут шагнуть через грань... Что ты ответила?       Рена нахмурилась, озадаченно вкинув брови:       - Я отказалась. Как иначе?       - Как иначе… - с тихим смешком повторил Зария, глядя на неё так, будто пытался решить какую-то головоломку. - Волчонок, ты знаешь, что он предлагал тебе? – в глазах Зарии на миг мелькнула тоска. - Может быть, вы ещё встретитесь. Такие, как он терпеливы - они умеют ждать… Может быть, он повторит свое предложение, и, может быть, в тот раз у тебя на шее не будет ожерелья… Что ответишь тогда?       - Меня не оно удержало.       Зария остановился. Некоторое время он молча смотрел на нее, на его лице застыло странное, задумчивое выражение.       - Если так подумать, мы с тобой чем-то похожи… - пробормотал он себе под нос.       Рена улыбнулась, чуть склонив голову набок:       - Потому что ты тоже остался?       Зария непонимающе нахмурился:       - О чём ты?       Снег всё сыпал, заметая мир.       - Ты тоже можешь пройти через завесу, правда?       Улыбка на губах Зарии напоминала острый лунный серп. Наконец, он беззаботно пожал плечами:       - Сейчас? Кто знает… Магии здесь не становится больше.       - Но когда-то мог. Галъяр как-то сказал, что однажды чуть не ушел из стаи. Не думаю, что он захотел бы уйти просто так… Это ведь случилось, когда он встретил тебя? Ты предложил Галъяру уйти с ним, а когда он отказался - остался сам.       - И зачем бы мне было это делать? – поинтересовался Зария.       - Потому что «любовь бывает притягательнее чудес»!       Зария скривился, словно целиком проглотил дольку лимона:       - Опять этот циркач?       Рена с улыбкой кивнула. Зария закатил глаза и откинул со лба прядь золотых волос, пряча за ладонью усмешку. Окинув Рену озорным взглядом, он вдруг схватил её за руку:       - Пойдём-ка!       Прежде, чем она успела спросить куда, он прибавил шаг, увлекая её за собой. Вскоре они вышли к набережной. Серый асфальт под ногами, чугунные верхушки фонарей, тёмные воды покрытой льдом реки – всё вокруг было укутано снегом. Не отпуская её ладони, Зария опёрся о гранитный парапет и зубами стянул со свободной руки кожаную перчатку. По-мальчишески ухмыляясь, он поднял руку ладонью вверх и с силой дунул на неё. В то же мгновение, словно рожденные его дыханием, с его пальцев слетел сноп мерцающих искр. Гонимые ветром, они взметнулись в небо, полетели вперёд, пока не оказались середине реки, повисли надо льдом, разгораясь всё ярче. А потом закружили в хороводе. Рена охнула и сжала руку Зарии.       - Что, если кто-то увидит?       Он беззаботно фыркнул:       - Решат, что это фейерверки, или световое шоу… или что угодно ещё, кроме того, чем оно является. - С этими словами он поднял их сплетенные руки и подмигнул ей. - Хочешь спрятать что-то от людей – положи им под нос.       От его озорной улыбки, Рене стало так легко и свободно, что она заливисто рассмеялась, и, набрав в грудь воздуха, подула на их ладони. А потом - снова. И еще.       И, хотя мало кто видел это, той снежной февральской ночью сотни разноцветных огней плясали над замёрзшей Невой, пока вся набережная не озарилась их светом.