Ты — моё отражение

Лестрейд мне написал, что я могу во время своей работы в этом деле не приходить в офис, раз я буду с Шерлоком работать. Отлично, я немного даже рада, потому что до Бейкер-стрит мне ехать на 10 минут короче, чем до Скотланд Ярда. На улице сегодня похолодало, поэтому я надела ботильоны на низком каблуке, своё тёмно-синее пальто и красный берет. Салли когда-то узнала, что у меня, как у парижанки, ни разу не было берета, и она подарила его мне на день рождения. Сначала я почти разозлилась, потому что меня до чёртиков раздражают стереотипы, связанные со страной и городом моего происхождения. Но потом я надела красный берет в сочетании с этим пальто и поняла, кого я сама себе напоминаю… всё того же Паддингтона! Да, у меня гиперфикс на этом персонаже, что с того? Мне понравился этот «символизм», что мой стереотипный образ француженки в пальто и с беретом так сочетается с цветовой палитрой персонажа-иммигранта, близкому мне по духу. Однако у меня под пальто достаточно «неженственный образ»: джинсы и джемпер всё того же синего цвета. В шкафу есть такая кэжуал одежда или одежда для работы. Но у меня висят 10 красивых платьев, которые совершенно некуда надеть. На работу – слишком откровенно и празднично, на прогулку – не стоит, потому что нельзя рассчитывать на любезность погоды в Лондоне. Одно из них, красное в пол и с открытыми плечами больше подходит для свадеб и других светских мероприятий и праздников, на которых я… нечасто появляюсь. Взяла с собой кожаную сумку, куда вмещается в том числе ноутбук для работы, и поехала до дома, где живёт мой напарник. Пока ехала в автобусе, подслушивала обсуждения пассажиров о том, что вчера в одно из издательств пришли с обыском и изъяли всё, что необходимо для расследования и, пока ещё, работа издательства остановлена. Я старалась сдержать улыбку, потому что знала, что это всё началось из-за меня. Я бы с радостью проверила новости прямо в автобусе на телефоне, но надо соблюдать безопасность, особенно в Лондоне, потому что карманников здесь ого-го. Не первый год здесь живу, и знаю, как сохранить технику, кошелёк и ключи в безопасности. Приехав на Бейкер-стрит, меня сначала встретила Миссис Хадсон и без лишних слов привела в гостиную на второй этаж и… О боги, я впервые здесь… Я понимаю, бардак лютейший, но… в этом есть что-то очаровательное. Зелёный, красный, чёрный и белый цвета, какие-то бумаги на стене, рандомные предметы типа черепа или головы рогатого скота на стене в наушниках напоминают мне те самые кофейни с максималистическим интерьером со всякими деталями для атмосферы, где просто приятно посидеть. Я в раю, обожаю такие места, когда мне в них не надо жить. — Жёсткий диск с необходимыми файлами лежит на столе. — раздался из-за спины голос приближающегося Шерлока. Я напугалась и содрогнулась немного от такой внезапности, но не подала виду. Он подошёл к захламлённому столу, взял упоминаемый жёсткий диск с проводом и протянул мне его. Это ж сколько файлов там, что вместо флэшки мне нужно будет работать с жёстким диском? Чёрт, к нему на «ты» или на «вы» обращаться?.. Ах да, в английском это одно местоимение, тяжело это всё… В голове я обычно думаю про него на «ты», ну значит на «ты», хоть мы и не близкие друзья. — Спасибо. — я взяла диск из рук. — Во-первых, что ты сейчас будешь делать, пока я совершаю компьютерно-лингвистическую работу? А во-вторых, где мне можно сидеть в этой гостиной? Со вздохом он снова начал тараторить ответ. Основную мысль я уловила, и она примерно такая: — Сидеть можно где угодно кроме кровати в спальне и того кожаного кресла. Сам же буду изучать в интернете, как работает книжная индустрия. — А зачем тебе моё присутствие? — Твоё присутствие здесь важно, просто чтобы … чтобы мне быть на чеку. Честно говоря, такой фиговой отмазки я давно не слышала, даже передать не могу. Аргумент «собака съела моё домашнее задание» у школьника звучит более логичным, чем то, что Шерлок сказал только что. Я не стала ему об этом говорить: в гостиной я готова сидеть чисто из-за атмосферы старой библиотеки, кофейни и тех самых преподавательских комнат в университетах, где с одной стороны бардак, а, с другой стороны, как-то даже уютно. — Я тогда пока буду приводить файлы тогда, а потом начну с ними работать. — я села на диван, открыла ноутбук и начала приводить файлы к единому виду. Утомительная работа, на которую ушло три часа. Из-за утомляющей тишины я ещё в самом начале надела наушники и включила на фон музыку из «Отверженных». Работала-работала-работала, пока не заметила, как тень чья-то (интересно чья же это тень…) тень закрыла мне свет. Достала наушники и понимаю, что я работала за ноутбуком сначала сидя, потом легла на диван, а потом поза стала такой, чтобы мои ноги лежали на спинке дивана. Вот что бывает, когда ты погружаешься в работу за ноутбуком с головой, даже не замечая, как твоё тело ищет удобную позу. Я нормально села на диван и вынула наушники: — Прости, я была в наушниках, что надо? — Чай. — Шерлок перестал закрывать мне обзор, и я увидела на столике возле камина чайник и две чашки. Напротив его кресла появилось другое кресло, более мягкое и такое тканевое-тканевое, а не кожаная. Когда я только зашла в гостиную, то его не было тут… Я забыла про ноутбук и села на это потрёпанное кресло напротив Шерлока. Мы пока молчали, но мой болтливый язык решил разрядить обстановку: — Когда я вошла, кресла не было, откуда оно? Шерлок вскинул брови и поставил чашку на блюдце. «Вдох-выдох» и он ответил: — Вообще, оно всегда здесь стояло. Я убрал его неделю назад, потому что обзор на кухню загораживал. Перед тем как заварить чай, я вернул на место, иначе было бы не эффективно предлагать чай. Я уж было сказала: «Так ведь есть кухня», но тут я увидела, в каком она беспорядке и все вопросы отпали. Везде были пробирки, колбы и прочие вещи для лабораторной работы раскиданы, как и по столешнице, так и по столу в центре. — А что случилось неделю назад? — Джон женился. — он устало уставился в кружку, словно гадалка, пытающаяся в чаинках что-то прочитать. Чёрт, опять я ударила по больному.  — Одиноко? — спросила осторожно. Я предполагала, что после такого животрепещущего вопроса я услышу «Пошла к чёрту» или «Отвали», но вместо этого Шерлок просто промолчал и вздохнул. Информативно, надо сказать, вместо тысячи слов. — На самом деле раздражает тишина, — он продолжил свой ответ, — хотя обычно меня раздражает посторонний шум. — Шерлок снова отпил чай и уже я стала жертвой расспросов. — почему ты слушаешь «Отверженных» на английском? — Музыка была слышна сквозь наушники? ... — я перебила, а потом дослушала вопрос и ответила другим вопросом. — А почему вопрос про язык, кстати? Шерлок в ответ закатил глаза и откинул голову, будто бы мои вопросы были раздражающими. Но голос был даже спокойным, даже слишком уставшим для первого часа дня (в целом простительно): — Конечно музыка была слышна, я не мог до тебя дозваться так, что мне пришлось сделать два шага до твоего дивана. Вообще, у тебя слышится французский акцент несмотря на твоё произношение: интонация выдаёт и некоторые слова, которые присутствуют в обоих языках, звучат скорее по-французски, чем по-английски. А ещё ты не разбираешь мою речь, когда я говорю быстро, поэтому сейчас я говорю медленнее, но и про твою особенность я тоже забываю. — он запил свой монолог чаем, наверное, во рту пересохло. — Кстати, как ты продвигаешься? — Стыдно признаться, я всё это время сводила файлы к общему виду, чтобы с ними можно было работать, — закрыв глаза, массирую на веки, в качестве гимнастики для глаз. — Это не дело на один день, буду честна, займёт примерно две недели непрерывной работы… возможно придётся на столько же взять отпуск после этого дела. — Почему две недели? — Помимо того, чтобы с помощью кода проверить примерно посмотреть, сильно ли похож авторский слог этого бестселлера на предыдущие работы; спросить филолога, похожа ли структура сюжета на сюжеты предыдущих работ; с помощью внутренних переписок и заметок проверить, если было вмешательство в текст или в идею, то чьё и так далее. — Есть идея сразу поговорить с маркетологами, потому что издательству же выгоднее сделать пиар книги, особенно такой. — Думаю, что это надо делать в последнюю очередь и я бы начала с текстов, потому что моя теория такова, что подозреваемыми могут быть: Джозеф Кэмпбэлл, являющийся серым кардиналом; редактор или редакторы; главный редактор; и…. — И, возможно, людей, рассказавших ему историю. — Шерлок в итоге допил свою порцию чая и поставил кружку на журнальный столик. — Пока ты обрабатывала файлы, я узнал, что автор не всегда берёт рассказы из ниоткуда: он разговаривает с бывшими преступниками, читает разного рода форумы, изучает преступления других стран и более данных времён в архивах и прочее. Я поставила кружка на столик, и легла с головой себе на колени. То есть помимо жёсткого диска почти со всеми файлами издательства, полученных во время обыска, мне нужно будет ещё находить источники, которыми вдохновлялся Джозеф Кэмпбэлл? Я не вывезу, я не вывезу, я не вывезу… или уже не вывожу всё это… Иногда занятие криминальной лингвистикой меня удручает, потому что, каким-то чёртом я должна одна со всем этим справиться и попросить помощи сейчас не у кого. Шерлок встал с кресла и начал играть на скрипке вступление из «Лебединого озера». Ничего лучше сейчас не подходит для моего состояния, просто, вместо тысячи слов. Я, усмехнувшись, подняла голову и улеглась на спинку кресла наблюдать его игру. Шерлок играет почти эмоционально, но ни движения, ни язык тела, ни лицо не выражают и тех чувств, которые испытываешь при прослушивании этого исполнения. Ноты словно касаются всех возможных нервных окончаний и костей: высокие ноты пускают импульс от пяток и ладоней к прямо к телу, а низкие ноты пробираются прямо по позвоночнику прямо в мозг, заставляя выпрямить спину на месте. Жаль я не умею танцевать балет. После игры я тихо начала робко аплодировать, чтобы не разрушить момент. — Спасибо, очень в настроение попало! — сказала я. — Мне просто стало скучно — сказал он и сел обратно в кресло, всё ещё держа скрипку и смычок. Посидев примерно минуту, он спросил меня: — Дарси, а Майкрофт к тебе часто обращается? — Только когда это дело, которое он дал тебе и мне, а что? — Что за идиотская привычка отвечать вопросом на вопрос, — пробормотал он, потирая переносицу. — Прости… — Не извиняйся, — он снова сделал паузу, затем вздохнул и продолжил. — Одиночество стало меня съедать, когда Джон и Мери съехались. До свадьбы они всё ещё приходили сюда: то дела раскрывать, то к свадьбе готовиться. А по ночам… — он уставился на стену, где, по всей видимости (из-за зрения плохо видно), была схема рассадки гостей. — Точнее нет, в часы, когда они отсутствовали дома, я сначала чувствовал себя спокойнее: не так много шума, меньше движущихся объектов по комнате и из комнаты в комнату, а потом… А потом я начал сходить с ума от шума. Мне начали чудиться будто бы кто-то что-то пробормотал или кто-то появился вдруг в комнате, а потом замечаю, что это не Джон: ни его присутствие, ни его голос. Иногда это была Миссис Хадсон. — и тут он пробормотал себе под нос, — После этого я снова вернулся к кокаину. Я кивнула, в знак того, что слушаю. Получается этот слух точно был правдой… С одной стороны, мне ужасно не нравится, что такой человек так с собой поступает, с другой… — Иногда я специально задерживаюсь на работе, чтобы не встречаться с этой тишиной в своей однушке. — сказала я шёпотом. Шерлок посмотрел мне в глаза, и я инстинктивно отвела взгляд. Я не привыкла держать с малознакомыми людьми долгий зрительный контакт. Чаще всего я смотрю во время диалога куда угодно, кроме самих глаз. Обычно ощущаю себя загнанной в угол. Однако во взгляде Шерлока прочиталось что-то в роде узнавания и… сочувствия? Я не знала, умеет ли он сочувствовать, но я сама с трудом читаю чужие эмоции. Его взгляд изучил меня ещё несколько секунд, и он продолжил: — Пару дней назад Майкрофт устроил у меня в квартире обыск и изъял всё, что всё, что лежало на видном месте или было спрятано. Однако, несмотря на попытки объяснить, что мне было скучно, он случайно узнал про дело, с которым мы теперь работаем. Причина была такая, что «тут точно скучно не будет и напарник будет обеспечен». Я не ожидала, что он так раскроется… Мы с ним едва знакомы очно, а он рассказал, как он себя… чувствовал(?), когда была подготовка к свадьбе и вот сразу после свадьбы. Я даже слегка расслабилась от того, что мы рассказали друг другу об уязвимом факте о себе, и что мы не одиноки в своём одиночестве. Потом я снова села за ноут возиться с файлами (теперь их осталось только обработать в таком виде, чтобы было удобнее с ними работать). Шерлок, закатив рукава, под которыми прятались пластыри для борьбы с курением, и продолжил что-то делать за ноутом. Так как мои наушники заряжались, я решила включить «Отверженных» заново так, чтобы ему тоже было слышно. Он не сказал ничего против музыки на фоне. Из забавного, во время песни «Do You Hear the People Sing?» мы стучали в такт мелодии: я по дивану, а он по столу. Атмосфера в его квартире и так была приятной, но после такого диалога она стала чутка расслабленнее. Мне не хотелось уходить вечером отсюда, но, тем не менее, я боялась поздно возвращаться домой, поэтому в полдевятого я попрощалась и пошла домой. Мотивацией возвращаться домой был тот факт, что кроме того чая днём, я больше ничего за день не ела и не пила: было неловко просить еды, будучи в гостях.