Кровавое томоэ

«Конец сентября — начало октября» Дома он бывал редко, а сейчас так вообще не появлялся. Иногда в голову лезли мысли, зачем вообще париться и снимать квартиру, если можно жить на работе или, на крайний случай, в машине. В сто раз удобнее. Возможно, в будущем блондин купит себе дом на колёсах и вырвется из этого несчастного Токио. Слишком много неудач и головной боли оно приносит. Наруто вообще перестал различать день и ночь — бывали только редкие часы, когда организм сам протестовал и отключался. В разных местах — в машине, на диване в кабинете или за кухонным столом — с тлеющей сигаретой в руках. После моргов и бюро пошла тяжёлая артиллерия — карта промышленных зон. Не центр, не жилые кварталы, а места, куда никто не заходит без причины. Склады, ангары, временные помещения, арендованные на месяц-два и снова брошенные. Он не искал конкретный адрес. Он искал чужие ошибки. Тело не хранят долго. Его либо находят, либо избавляются настолько тщательно, что шансов не остаётся. Там, где никто не задаёт лишних вопросов и не оставляет следов. Толку с его поисков не было, никакого результата. Узумаки не приближался к разгадке, и это его вымораживало. Были мысли отдать это дело Шикамару или сказать Учихам о возможной смерти, закрыть дело, но блондин никогда так не поступал. Нужны доказательства. Если от него требуют — он оправдает ожидания. Если в нём нуждаются — он поможет. Если труп не всплыл, значит, его не оставляли в городе. Детектив зажмурил глаза, вдавливая глазные яблоки пальцами. Поплыли звёзды. Глаза жгло так, будто в них насыпали песка. Взглянув на часы, Наруто обнаружил, что уже полночь. Поднявшись, он прошёлся до своей кухни, наливая себе дополнительную порцию кофе. Уже холодного. За окном была полнейшая темнота. Пару минут парень потратил на то, что смотрел в окно, запивая горечь неудач горьким кофе. Следующие дни Узумаки смотрел договоры аренды, пролистывал списки поставок, отмечал те, где фигурировали технические растворы, строительная химия, промышленные очистители. Слишком много или слишком мало. Всё либо чисто, либо замаскировано под обычную рутину. Так что метод избавления от тела с помощью химии становился маловероятным. Где-то глубоко появилась блеклая надежда. Это не было делом дилетанта. Он переключился на камеры. Второстепенные дороги и те, где поток машин редкий, а освещение слабое. Детектив смотрел записи ночами, проматывал кадры, останавливался на моментах, где фары выхватывали асфальт и тут же исчезали. Машины ехали спокойно. Без рывков и суеты, никакой спешки не было. Наруто отметил несколько участков, где камеры не работали — технические окна, обслуживание, а самое главное — странные совпадения по времени. Он не делал выводов, а пока что просто собирал пробелы, как если бы они были такими же уликами, как и найденные вещи. Чем дальше он заходил, тем тяжелее и очевиднее была мысль, что, если Саске убили, это сделали быстро. Без лишних движений. Без свидетелей. Его не тащили через полгорода и не бросали в первом попавшемся месте, а делали всё аккуратно и профессионально. Его не оставляли на произвол судьбы. Наруто откинулся назад и закрыл глаза. В голове не было образов — ни крови, ни криков. Только холодная пустота и белый шум, в которых не за что зацепиться. Он не чувствовал облегчения от отсутствия тела. Наоборот — это давило сильнее. – Закончу с этим и полечу отдыхать, — с тихой злостью сказал голубоглазый, не открывая глаз, и мечтательно вздохнул, — в Испанию или Италию, шик. И где-то между складами, пустыми дорогами и чёрными провалами на карте он начал понимать, что обязан найти маленькую, почти незаметную трещину в идеально выстроенной картине. Такие трещины всегда есть. Просто не сразу видно, где именно.

***

«Воскресенье, 2 октября, 11:42» Всегда приятно видеть старых друзей после долгого времени разлуки, но сейчас Наруто испытывал только нервозность. Ладошки предательски потели, а нога нервно дёргалась под столом. Парень в своём лучшем виде — без синяков под глазами и с приемлемой укладкой. Остальное было неважно. Ресторан, в котором сидел блондин, славился своей итальянской кухней и важными персонами, которые часто сюда захаживали. Интерьер не показывал свою роскошь напрямую, но она была скрыта в дорогом дереве, шёлковой скатерти и вежливом персонале. Если честно, Узумаки особо не понимал, что тут делает, но вчера в сухой переписке Сабаку просто скинул нужный адрес и время. Опаздывал он уже на десять минут, что вообще не в его характере. Голубые глаза скучающе обвели обстановку в помещении, примечая редких гостей, расслабленно общающихся. Наконец-то взгляд зацепился за яркую копну волос, которая подходила к его столику. – Рад тебя видеть, — Гаара обворожительно улыбается ему, пока один из работников относил его пальто в гардероб. Наруто же сидел, скинув свою куртку на спинку стула. Узумаки пожал протянутую руку и сделал глоток. Улыбался он по-настоящему, впервые за долгое время. Возможно, так влияет компания старых друзей. – И я, — отвечает легко и переводит свой взгляд на молодую официантку. Девушка принимает заказ и удаляется, чтобы предоставить клиентам возможность поговорить наедине, — тебя не было на встрече, обманщик. – Я надеялся, что ты забыл об этом, — с тяжёлым выдохом отвечает Сабаку, но в его голосе чувствуется сарказм. Весело ему. – Эй, я не помню, когда последний раз мы отдыхали вместе, а ты просто избегаешь меня, да? — Наруто поддерживает его весёлый тон, отвлекаясь от остальных забот. Ему нравилось непринуждённое общение с красноволосым. Если бы Узумаки спросили, то он бы смело ответил, что его другу надо было поступать на психолога: никакого давления, полное понимание и умение отвлекать от проблем. В подростковый период Гааре пришлось несладко. У него были вечные проблемы с агрессией и ужасное самокопание, но долгая терапия смогла помочь встать ему на ноги. Оттуда зеленоглазый и нахватался всяких заумных фраз, умения выходить из любой ссоры. Собрал свою личность по кусочкам. Наруто был за него рад. – Я бы всё отдал, чтобы вернуться в прошлое и бездумно прогуливать уроки в туалете. С тобой, — парень махает головой из стороны в сторону, показывая свою лёгкую тоску по прошлому. – О нет, с туалетом у меня плохие воспоминания. Ты меня один раз там побил, — фыркает блондин, закатывая глаза, и переводит тему, — когда улетаешь? – Оказывается, дел у меня тут побольше, чем на две недели, — тема о работе высасывала все силы, — придётся задержаться на месяц, если не больше. – Думаю, в этом есть плюсы. Чур, теперь собираемся исключительно мужской компанией! — Наруто воодушевлённо кивает головой и не обращает внимания на официантку, принесшую зелёный чай для бизнесмена, — о, и я лично за тобой заеду. Как тебе идея сгонять в бар? Или бильярд, о, боже, я давно хотел там побывать. – Серьёзно, бильярд? Почему не боулинг тогда? — Сабаку прыскает со смеху и хватается за свою чашку. Ему нравились такие беззаботные рассуждения своего друга, потому что он видел, как далеко детектив сейчас погряз в работе. – Я слишком стар для этого дерьма, — он отмахивается как от назойливой мухи, но в следующую секунду его выражение лица меняется. Осенило, — придумал. Поедем на пейнтбол или лазертаг. – Заткнись. Я бы поспорил сейчас с тобой, что твои двадцать три года — это ещё рассвет сил, но пейнтбол мы не осилим, — сдаётся парень, — бильярд звучит лучше всего. – О, так бы сразу, — Наруто улыбается во все тридцать два зуба и с лёгким хитрым прищуром глаз, — но, поскольку у меня скоро День Рождения и желание именинника — закон, пейнтбол. – Я уезжаю завтра, — тон Сабаку становится не на шутку серьёзным, и он хватается за свой телефон, демонстративно показывая, что заказывает билеты. Они оба заражаются неподдельным смехом. – Гаара, молю, я не продержусь без тебя в этом месте и несчастного дня, — Узумаки успокаивается и отбивает пальцами по столу. Его собеседник же слегка напрягся, откидываясь на спинку стула и скрещивая руки на груди. – Я хотел поговорить. Для расслабленного Наруто это звучало как приговор к смерти. Его быстро спустили с небес, заставляя барахтаться в грязи, утопая. Тон Сабаку и его закрытая поза ему не понравились. – Слушаю. – Что происходит у Учих? — красноволосый выглядит так, словно искренне не понимает обстановку в компании. Ну, оно и очевидно. Детектив же тут не он. Но всё же пытается ли он подловить блондина? – А что у них происходит? — парень падает на дурака, задумчиво облизывая пенку латте с чайной ложечки. – Я не вижу Саске с самого приезда, — незаметные брови Гаары хмурятся, и он опирается подбородком о руку, — я вёл почти все дела с ним или через него, а сейчас мне надо объяснять всё людям, которые не в курсе происходящего, и это занимает много времени. – Дела идут туго? — этого Узумаки и боялся. Он не хотел лишнего шума вокруг сложившейся ситуации, но этот разговор удачно подвернулся ему под руку. – Можно и так сказать, — в согласии кивает, — я сумел связать твоё появление в компании с этим. – Какие дела ты вёл с Учихой, что он перечислял тебе деньги с личного счёта? — Наруто осмеливается задать вопрос в лоб, отчего Гаара сразу же стушевался, не понимая, при чём тут это и откуда у парня вообще такая информация. – Не знаю, как это связано с моим вопросом, но полагаю, что тебе это важно, — решается ответить спустя пару секунд размышлений, — Саске хотел вложиться в проект не через корпорацию и не через имя Учиха, а через меня. Только, Наруто, эта информация может принести много неприятностей, так что— Его прервали. – Он пропал, — после таких громких слов в помещении будто бы всё затихло. Словно каждый посетитель теперь пытался прислушаться к чужому разговору. Наруто моргнул и избавился от глупых мыслей. Сабаку застыл со смешным выражением лица — удивлением, которое не отыграешь, — прямо в день твоего прилёта в Токио. На лице друга смешивались разные эмоции: замешательство, непонимание и через секунду осознание. – Ты подозреваешь меня? — спрашивает прямо, потому что юлить было незачем. Красноволосый скидывает наваждение. Блондин же коротко кивает, показывая, что сам не в восторге от таких перспектив, — и ты подумал, что те деньги были взяткой, угрозами или шантажом. – Всё выходит именно так, — кивок. – Я понимаю, — было видно, что парню такие перспективы не улыбались. Это могло испортить их дружбу? Однозначно, — но какой мотив? Если Саске уберут — деньги зависают, проект останавливается. Это огромный риск. – Ты теряешь партнёра, — с выдохом соглашается детектив, осознавая, что такой исход не выгоден для его друга, — всё, что тебе нужно — держать его в поле зрения. И это самый логичный вариант, который мог быть в голове у Наруто. Гаара бы не завёл разговор о брюнете, если бы был причастен к этому. Зачем выдавать себя раньше времени? – Единственное, что я могу сказать — Саске не принимал это решение в одиночку. Итачи знал об этом, и мне было бы глупо оставлять лишних свидетелей, — зеленоглазый ведёт свою логическую цепочку, будь он виновником, — Итачи опасен для меня — слишком хитёр. Обмануть его, чтобы он не заметил? Хах. – Ты записан у Саске как «G». Это подозрительно, не находишь? — Наруто мог бы смириться со своими ошибками, но покоя не давала та несчастная переписка. – Учиха писал мне либо на почту, либо созванивался, — легко пожимает плечами Гаара, вводя Узумаки в ступор, — он мне не пишет. В крайних случаях — через Итачи. У него отсутствует желание социальных взаимодействий. Дальше его уже никто не слушает, пока детектив роется в своей сумке и не находит телефон пропавшего. Молится, чтобы не оказался севшим. 37%. Отлично. Найти ту переписку труда не составляет, она осталась такой же. Наруто тыкает экраном в лицо другу. Вопросительный взгляд так и требует от Сабаку, чтобы тот дал ответ. – Наруто, а ты номер проверил? – Скрыт, Неджи пробил, но отследить симку мы не смогли. На лице Гаары нет никакого волнения, разве что подогретый интерес ко всему происходящему. Он аккуратно забирает телефон Учихи, вбивает что-то и разворачивает экран к Узумаки. Там красовался контакт «Сабаку Гаара». Голубоглазый в прошлый раз не обратил на это внимания. – И кто тогда этот «G»? — риторический вопрос остаётся без ответа. Его друг мягко переводит тему, и они больше не возвращаются к этим загадкам. Остаток дня прошёл в приподнятом настроении. Опасения по поводу Гаары были ложными, а это значит, что выбирать между работой и узами не придётся.

***

В отражении виски Наруто видел свои синяки под глазами. Цвет кожи растерял свою румяность из-за неприветливой погоды, а волосы потускнели, больше не переливаясь золотом на солнце. Он ненавидел осень. Откинувшись на спинку кресла в своём домашнем кабинете, Узумаки со стоном прикрыл глаза, ощущая, как даже тусклый свет давит на него, углубляя головную боль. Но это не было преградой к хорошему настроению. Внутри было пусто, и из-за этого легко. Завтра у него были особые планы, которые, скорее всего, закончат его дело. Блондин бы пошутил, что и жизнь, но такой бред не хотелось озвучивать даже у себя в голове.

***

«Понедельник, 3 октября, 14:09» Понедельник — день бездельник. В детстве хотелось в это верить, но сейчас дни недели вообще не имели значения. Никакого чёткого расписания, плана действий или задач, которые нужно выполнить. Никаких подсказок от коллег или весёлых корпоративов. Только если корпораты, прямо как в киберпанке. Наруто передёрнулся всем телом и остановился на огромном крыльце около стеклянных дверей. «U&H» — громкая аббревиатура. Его уже легко пропускали через ресепшен и сказали двигаться в направлении десятого этажа. Ради своего детского интереса Узумаки считал, за какое время лифт доедет туда. На нужном этаже люди попадались редко. Стеклянные стены отгораживали офисных планктонов, создавая иллюзию приватности. Пф. Детектив прошёл к нужной двери и без стука вошёл внутрь. Привычка. Солнца сегодня почти не было, как обычно — только хмурые тучи. В кабинете ютился прямоугольный стол в центре. На противоположной стене от двери красовались панорамные окна. В центре этого стола уже сидели двое — Шисуи во главе стола и Сакура по левую сторону от него. Девушка нервно перевела на него взгляд, как только блондин появился в комнате. Она сжала край своей юбки, нервно приглаживая ткань. Шисуи же склонился над своим телефоном и что-то печатал. Добродушный приём. – Наруто, — розоволосая кивнула ему и пыталась выдавить что-то наподобие улыбки, но получалось у неё слабовато. Парень же заметил у неё странные перемены в настроении. В начале она еле держалась в здравом уме со слезами на глазах, затем Узумаки видел её в стальном образе бизнес-леди со слабоватыми следами горя под глазами. На последней их встрече Харуно выглядела лучше всего, позабыв на вечер о своей трагедии. Сейчас всё вернулось в начальную точку. Гигиеническая помада не спасала искусанные губы. Наруто кивнул ей в ответ, и в кои-то веки брюнет обратил на него внимание, улыбаясь уголками губ. Молчаливое пожатие руки, и детектив садится напротив Сакуры, сканируя её любопытным взглядом. – Прошло больше трёх недель, — первым нарушает тишину Шисуи, — мы бы хотели услышать хоть какие-то новости по поводу Саске. Этого имени стало слишком много в его жизни и в разговорах с другими людьми. Наруто сдержался, чтобы не скривиться. Он в последний раз взглянул на Харуно, прикидывая, выдержит ли девушка последующую информацию. Перевёл взгляд на единственного Учиху, который вызывал мизерное доверие. – Саске не был в Ота, откуда Итачи забрал его машину. Вместо него был Сай, который по просьбе Учихи отвёз туда машину, — Наруто делает секундную паузу, переводя дух. Он всё ещё поглядывает на розоволосую с опаской за её психику, — он уехал из спортзала в свою вторую квартиру. Я был в ней где-то неделю назад. Все слушали его молча. Харуно накручивала прядь волос на палец, чуть ли не вырывая её. – Саске там, очевидно, не оказалось, — продолжил Наруто, — но лужи крови в той квартире говорят о том, что его шансы на выживание равны нулю. Сакура замерла. Её глаза медленно расширились, будто он только что вбил последний гвоздь в крышку гроба. Шисуи лишь тяжело сжал челюсть, не произнося ни слова. – Я всё ещё в поисках неопровержимых доказательств, — добавил Узумаки уже тише. – Ты хочешь найти его труп? После этих слов бедная Сакура срывается с места и выскакивает из кабинета, громко хлопая за собой дверью. Беспокойный взгляд карих глаз брюнета заставил запереживать и Наруто тоже. Они забыли о разговоре и рванули к двери, но неожиданно столкнулись с Хинатой и Ино. – Боже мой, что происходит? — Хьюга в панике смотрит на них, подходя к кабинету, но её серые глаза быстро переключаются на коридор, по которому убежала её подруга. Яманака смотрит с открытой злостью на детектива, выказывая одним взглядом всё, что о нём думает. Только вот детектив не понимал, в чём на этот раз виноват. Секунды три — и блондинка сорвалась с места, наплевав на неудобные каблуки и тупых мужиков. Озадаченный взгляд Узумаки прошёлся по Шисуи, который устало смотрел им вслед. Словно они в какой-то драматичной комедии. – Что вы тут делаете? — истерика Сакуры уже не так волновала, потому что Яманака явно справится с успокоением подруги лучше, чем остальные. – Мы собирались встретить Сакуру после вашей встречи и поехать в кафе. Видимо, опоздали, — глухо откликается Хината, и в её глазах плещется отчаяние и сожаление.

***

Её никогда не охватывала такая сильная паника и чувство беспомощности. Даже в детстве, когда родители ссорились и расходились по разным комнатам, Сакура лишь героически скрывала свои мокрые глаза под чёлкой и уходила к себе в комнату. Даже когда родители запрещали встречаться с мальчиками, угрожая не выпускать её из дома, пока подросток не сделает все уроки. Она была прилежной ученицей, послушной дочерью, заботливой подругой, но никогда — никем любимой. Колени больно опускаются на плитку в туалете, пока Харуно судорожно пытается привести дыхание в порядок. Её рука держится за воротник блузки, пытаясь то ли сорвать, то ли расстегнуть, чтобы не задохнуться. Голова наливается свинцом, а она ничего не видит из-за потока слёз. Хотелось кричать, но разве она может себе такое позволить? Она должна быть сильной, а не плакать из-за... Саске. Они знакомы очень давно. Ещё в старшей школе им пришлось привыкнуть друг к другу на светских встречах, пока родители строили их жизнь. Без них самих. Ей пришлось подавлять свои желания по поводу будущего и стать отличным врачом. Она стала примерной женой и авторитетной бизнес-леди. Но любил ли её Саске? От этих мыслей сердце застучало быстрее, выбиваясь из привычного ритма. Нет, не любил. Они были хорошей командой, партнёрами по бизнесу и друзьями, но не любовниками. Муж не мог ответить взаимностью на её наивные чувства. Иногда Сакура ощущала, что это просто потребность из-за нехватки любви в детстве, но она быстро переросла в привязанность к Учихе. А сейчас... лёгкие горели огнём, горло сжималось, и она не могла сделать ни вдоха. Саске могли убить, и тому есть доказательства. Харуно не хотела верить в это и истерично замотала головой, прогоняя нелепые догадки. Она не верила. Ей всегда хотелось быть ближе к нему, чтобы он почувствовал её заботу и поддержку и проникся чувствами, но спустя полгода отношений стало ясно, что фиктивный брак искривил душу Учихи. Из-за контракта семей он не мог расценивать её как девушку. А она любила: тихо, без слов и истерик. В голову лезли все хорошие моменты: он помогал ей с отчётами, заступался перед семьёй Харуно и никогда не игнорировал её мнение. С его пропажей в сердце поселилась пустота, перерастающая в тьму. С каждым днём слёзы становились всё чаще, она выплакивала свою душу вечерами под бокал вина и захаживала в пустующий кабинет Саске, смотрела на лёгкий беспорядок и чувствовала его усталость. Сакура вспоминала те редкие моменты, когда приносила ему кофе или что-нибудь перекусить, иначе брюнет вообще не отвлекался от работы. Она стала ему хорошей подругой. Она для всех была хорошей. Подругой, невесткой или соседкой. В семье Саске было больше любви и заботы, чем в её. Микото-сан всегда относилась к ней как к собственной дочери. Итачи всегда заносил им какие-то гостинцы и болтал с ней за чашечкой чая. Шисуи всегда наставлял, помогал и давал советы в том, где она не разбиралась. Даже Обито в редкие моменты трепал её по голове и говорил, что она молодец. Из-за этого на душе стало так гадко, что Сакура прислонилась лбом к грязной плитке и пыталась восстановить дыхание. – Сакура! — чужой голос слышался словно из-под воды. В ушах только звенело. Её схватили за плечи и заставили отстраниться от пола. Перед заплаканными глазами была Ино, и на её лице читалось беспокойство, которое Харуно никогда не хотела бы видеть. Слишком много проблем она приносит людям и заставляет их переживать, ненавидеть или соболезновать. Вся её сильная натура хрустнула под заботливые поглаживания Яманака по плечам. Блондинка вытирала ей слёзы вперемешку с тушью салфетками, поправляла волосы и говорила, что всё хорошо. Сакура плохо её слышала. – Он умер, — одними губами произнесла зелёноглазая, заставляя подругу поджать губы до побеления. Ино никогда не любила Учиху, и все это знали. За каждый его промах по отношению к Сакуре он получал от неё, а не от своей законной жены. Харуно знала, как тяжело девушке выказывать соболезнования и поддержку на эту тему, но была благодарна. Сакура уткнулась ей в плечо, пачкая сиреневую блузку своим потёкшим макияжем. – Чёрта с два! Не мог этот засранец так просто сдохнуть, — её белые брови сошлись над переносицей, и вторая девушка лишь весело хмыкнула, сдерживая своё нытьё. Было тяжело ориентироваться во времени и узнать, сколько они тут просидели, но никто сюда больше не заходил, и Сакура могла позволить себе выплакать всю жидкость из организма в лёгкую ткань блузки. – Его могли пытать, — она ужаснулась от своих же слов и вздрогнула, пряча взгляд, — Ино, он был в опасности, пока я ничего не подозревала. – Могли? Значит, у Узумаки нет никаких доказательств этому? — яд сочился в её голосе, а отборные маты — в голове, — он просто так сделал выводы и пришёл поделиться с вами? – Есть, но Саске так и не нашли, — Харуно на конце фразы перешла на шёпот. Яманака нежно перебирала её бледные волосы и массировала голову, точно зная, что после истерики та раскалывается. – Сакура, всё будет хорошо, я тебе обещаю, — она хватает чужое лицо в свои ладони, мягко поглядывая в зелёные глаза. Сакура надеялась на правдивость её слов, но знала, что чудес в этой жизни не бывает.

***

– От чего она так? — Хината без конца поправляла свою чёлку, боясь поднимать глаза на мужчин. Узумаки с Учихой перекинулись красноречивыми взглядами и понимали, что Харуно и так расскажет об этом брюнетке, так что смысла таить не было. Это раздражало Наруто. Слишком много людей по счастливой случайности теперь знают то, что детектив хотел бы хранить до конца. – Я лишь сказал, что, вероятно, Учиха умер, — девушка испуганно подняла глаза на блондина в неверии. Она открыла рот и закрыла, как рыба, не находя подходящих слов. – Как? — единственное, что она смогла выдавить из себя после минуты молчания. Наруто напрягся ещё больше, нервно поглядывая на Учиху. Тот не против такому откровению? – Ещё не знаем точно. Узумаки займётся этим, да? — брюнет всё-таки взял на себя роль говорящего, спасая детектива от расспросов. Карие глаза впиваются в него, изучая. Если Шисуи хочет, чтобы он продолжил, то так этому и быть. – Да, — Наруто перевёл взгляд на открывающуюся дверь. Первой показалась недовольная Ино, а за ней хвостиком шла вторая девушка, не отрывая глаз от пола. – Я не верю в его нелепую смерть, — Яманака разразилась гневной тирадой, склоняясь над Узумаки. Тот поднялся со стула и оказался зажат между девушкой и столом, не имея возможности избежать этого диалога, — ты как всегда приходишь и несёшь какую-то чушь. Без доказательств, прошу заметить! – Я могу лично показать тебе результаты экспертизы, — Наруто расплывается в улыбке, которая ещё больше производит впечатление на девушку, — хочешь в этом поучаствовать? Позади неё так и осталась стоять Сакура. Детектив мельком осмотрел её, замечая красные и пухлые глаза. К ней почти сразу же подскачила Хьюга и попыталась вывести на свежий воздух. Харуно покорно кивнула головой, неуверенно помахала Узумаки, и девушки вышли. Он остался один на один с львицей, грызущей глотки, не включая Шисуи, с интересом наблюдающего за этим представлением. – О, Узумаки, поверь, я выдержу, — она смотрела на него с насмешкой и вжала его сильнее в стол, — я просила быть мягче, а ты? Яманака потрясла своей рукой, и на ней зазвенел браслет. По спине прошёлся холодок. Голубые глаза прищурились, и Наруто вдруг понял, что разговаривает один на один с возможной заказчицей. Ему стоило проверить, где была Ино во время той несчастной записи в «Yurei Express». – Помягче с ней будет её парень в постели, — детектив шикнул и отстранил её руку от себя. Девушка опешила от такой наглости, но было поздно — Узумаки уже направлялся к двери, а догонять его — втоптать свою гордость в грязь. Как вдруг он остановился, поворачивая голову на неё. — Или это относится больше к тебе? Попроси у Сакуры мой номер, помогу. Фраза вылетела как родная, и только после хлопка двери Наруто осознал, какую дурость вообще произнёс. Женщины ещё никогда так не выводили его из себя. Ужасно хотелось выпить, но под рукой не было баров. Пришлось наслаждаться кофе из автоматов. Пальцы быстро тыкали по кнопкам, не глядя, и блондин остался ждать американо, нервно постукивая ногтем по автомату. Рядом послышались разговоры, переходящие на шёпот. Если бы не это, то Наруто не заинтересовался бы. В детстве он мечтал быть вампиром, у которых отличный слух и зрение. Сейчас такие навыки не помешали бы. – Да, и он отправил его в командировку, чтобы не мешался под ногами, — какие-то девушки остановились в метрах десяти от детектива, не обращая на него никакого внимания. Они были увлечены сплетнями, и Узумаки уже собирался бросать это плёвое дело, пока не услышал следующее, — Итачи-сан никогда брата и не любил, а тут поссорились, и терпеть он его больше не стал. Вот тут что-то заставило напрячься. Кофе уже был готов, но уходить со своего места засады не хотелось. – Ну так, я лично слышала, как тот выгонял Саске-куна из кабинета, — вторая девушка воодушевилась ещё больше, увеличивая громкость, — он просто почувствовал конкуренцию со стороны брата! Даже тот уже в браке, пока Итачи-сан до сих пор один. Наруто чуть ли не засмеялся. Завидовать этому браку он бы никогда не стал. – Жалко Харуно, а если они из-за неё и ссорятся? — собеседница посмотрела на неё со скепсисом, приподняв бровь, — ну а что? Умная, красивая, воспитанная и успешная. Каждый парень хочет себе такую в жёны. На лице второй отразилось понимание, и она кивнула, переваривая. – А куда именно уехал Саске-кун? Он долго не появляется. – Не знаю, может, в Йокогаму или Киото, — девушка засомневалась, поправляя прядь волос, — надо будет спросить Карин из его отдела, она-то должна знать. Тут Узумаки еле сдержался, чтобы не прыснуть со смеху — только недавно думал о Киото. – Возьмём кофе? Нам сегодня до восьми тут торчать, а это только понедельник, — усталость и разочарование в их голосах слышались за милю, и Наруто поспешил отойти от автомата, заходя за угол, чтобы на него никто не обратил внимания. Стаканчик был горячим, и держать его можно было с трудом. Блондин почти обжёг язык, пока выходил из лифта. Итачи отлично обыграл сказку про командировку так, чтобы никто и не задумался о большем, но сильнее всего напрягла ссора, о которой Наруто ни сном ни духом. Он не мог вспомнить, откуда уже слышал про эти города.