Новая жизнь

Когда туман рассеялся, оказалось, что Гарри сидит на скамье в Большом зале. «…Повисла долгая пауза: Дамблдор оторопело взирал на пергамент, а весь зал взирал на Дамблдора. Затем он прочистил горло и прочитал: — Гарри Поттер…» Юноша поднялся со своего места, оглянувшись на удивленные лица. Он точно знал куда попал и что ждет его дальше. Вот только, в этот раз он сделает все правильно. Гарри предвкушающе усмехнулся и подошел к Дамблдору, который смотрел на гриффиндорца с недоверием и каким-то затаенным страхом. Но то, что произошло дальше совершенно выбило Поттера из колеи. Вместо привычной гнетущей тишины, которая должна была сопровождать выбор четвертого чемпиона, весь Большой зал, а особенно красно-золотой стол разразился бурными овациями и громогласными выкриками. Юноша огляделся по сторонам, совершенно не понимая, что происходит. — Что ж, раз так вышло, то тебе стоит пройти к остальным чемпионам, — сказал Дамблдор. Директор все еще находился в легком замешательстве, что еще больше насторожило Гарри. Парень ощущал, что что-то изменилось и откровенно боялся этого. Одно дело вернуться в уже знакомое прошлое и исправить собственные ошибки. И совершенно другое — оказаться в незнакомой обстановке. Открывая дверь в комнату, где собрались избранные чемпионы Гарри был готов к презрению и недоверию, но только не к удивлению. — Этого не может быть, — мрачно выдал Крам. Флёр же выдала нечто на французском, но это явно был какой-то вопрос. Юноша лишь многозначительно пожал плечами, оглядываясь в поисках Седрика. Но чемпион от Хогвартса в комнате отсутствовал. — Это просто возмутительно! — пробасила мадам Максим, входя вслед за Дамблдором. — И тем не менее, Кубок сделал свой выбор. Видимо, я недооценил изобретательность мистера Поттера, — ответил Альбус, озабоченно качая головой. В первое мгновение Гарри хотел заявить, что не бросал свое имя в Кубок, но опыт пересилил порыв. Ведь сколько раз юноша пытался доказать, что его подставили. Сколько раз пытался довериться взрослым в целом и Дамблдору — в частности. И всегда терпел неудачи. Единственный кто хоть как-то поддерживал Гарри был Сириус. И юный маг решил первым делом озаботиться судьбой своего крестного. — Кажется, нужно вызвать опекуна мистера Поттера. Уверен, что только он сможет вразумить юношу, — заявил Снейп, появляясь откуда-то из-за спины Альбуса. На удивление, в голосе Северуса не было ненависти, а его глаза, хоть и смотрели холодно, но без явной неприязни. Все это заставило Гарри растеряться еще больше. Ведь у юноши никогда не было опекунов, кроме Дурслей. А их ну никак не могли вызвать в Хогвартс, что бы он не натворил. Да и поведение зельевара не вписывалось в привычную картину мира. Снейп всегда ненавидел Поттера, даже когда старался его защитить или помочь. — Что ж, это, наверное, здравое решение, — вздохнул Альбус, призывая Фокуса и что-то тихо говоря фениксу. — Возрастный ограничения были введены только в этом году, поэтому я совершенно не возражаю, что от Хогвартса выступит более младший ученик, — заявил Каркаров. Было видно, что ему даже нравится, что другая школа оказалась в затруднительном положении. — Мы тоже не будем возражать против участия мальчика, — басовито выдала мадам Максим. Такие заявления более чем устроили Людо Бэгмена и Барти Крауча, которые тут же отвели чемпионов в сторону и принялись объяснять правила. Ничего нового сказано не было, а потому Гарри лишь кивал, делая серьезное лицо. Юношу больше занимало происходящее. Казалось бы, он снова вернулся назад во времени, но все происходящее довольно сильно отличалось от того что помнил Поттер. Парню срочно требовалось понять кому и что можно говорить, чтобы не попасть в неловкую ситуацию. — Какие существуют ограничения на применяемую магию во время прохождения испытаний? — поинтересовался Гарри, когда пришло время задавать вопросы. В небольшой комнатке повисла звенящая тишина. Лишь огонь в камине потрескивал, слегка разбавляя гнетущую атмосферу. Людо побледнел так, что казалось вот-вот упадет в обморок, а Барталамеус сделался еще мрачнее, чем был до этого. — Само собой, не допускается применение Непростительных, — после минутной паузы ответил Крауч. — В остальном же, вы вольны использовать любую магию, которую сочтете необходимой для успешного прохождения испытаний. — Значит, если я случайно сожгу школу, то мне за это ничего не будет, — неожиданно, даже для самого себя, выдал Поттер. Вообще юноша не собирался говорить это вслух, но мысли как-то сами-собой вырвались. Комната погрузилась в еще более гнетущее молчание, которое было прервано Северусом. — Боюсь, мистер Поттер, за такое Вас, все же, отчислят. После окончания турнира, разумеется, — многозначительно сказал Снейп. На его лице, всего на мгновение, отразилось что-то очень похожее на улыбку. Гарри просто замер, пытаясь осознать увиденное и услышанное. — Гарри Поттер-Блэк! Ты в своем уме! — именно с таким возгласом в комнату ворвался злющий Сириус. За его плечами развевалась алая мантия, предавая мужчине еще более воинственный вид. — Мистер Блэк, попрошу Вас сдерживать эмоции, пока Вы не останетесь со своим воспитанником наедине, — вежливо попросил Альбус. — Идем! — рявкнул Блэк, коротко кивнул Снейпу, и, не оглядываясь, покинул комнату. Гарри последовал за Сириусом. Мысли в голове у юноши путались. Казалось, что все происходящее какой-то дурной сон или предсмертный бред. Просто то, что происходило сейчас, казалось настолько же нереальным, как если бы родители Поттера оказались живы. Возвращение во времени подразумевает исправление будущего, путем переписывания прошлого. Вот только, у парня складывалось полное ощущение, что это не его прошлое. Но ведь никто и никогда не говорил, что могут быть другие реальности. Волшебники, которые проводили хоть какие-нибудь эксперименты со временем всегда возвращались в свое прошлое, создавая временные петли. Конечно, Гарри прекрасно понимал, что перемещение на столь длительный период уже само по себе неимоверно, но все остальное было еще более невероятно. — Заходи, — уже куда спокойнее сказал Сириус, пропуская парня в один из неиспользуемых классов. — Гарри, я, конечно, понимаю, что мы поссорились и ты решил мне и себе что-то доказать. Но влезать в смертельно опасный турнир было крайне глупо. Я хорошо обучил тебя, но это не повод пытаться меряться силами с лучшими выпускниками других магических школ, — покачал головой мужчина, усаживаясь на ближайшую парту. — Сириус, ответь мне на один вопрос, — осторожно начал юноша, пытаясь подобрать слова. Блэк лишь иронично вздернул брови. — Тебя оправдали или ты все еще в бегах? — Что? С тобой точно все в порядке? В каких еще бегах? — поинтересовался мужчина, сбитый с толку. — Ты ведь сбежал из Азкабана. — С тобой точно все нормально? Я никогда не был в Азкабане. Точнее, по долгу службы, я, конечно, периодически доставляю туда заключенных, но не более того, — покачал головой Блэк, который совершенно растерялся. — Значит, все по-другому, — покачал головой Поттер, плюхаясь на пыльный стул. — Что происходит?! — потребовал мужчина, который никогда не отличался терпением. — Я все расскажу, но только не здесь. У тебя есть возможность забрать меня из школы хотя бы на день? — поинтересовался Гарри. Юноша был прекрасно осведомлен, что скрыть что-либо от Дамблдора в стенах школы было крайне сложной задачей. А Альбусу Поттер не доверял. Возможно, здесь директор и хороший человек, но в воспоминаниях юноши он так и оставался лживым манипулятором. — Да, думаю, что это можно устроить. Идем к Дамблдору. Уверен, что он отпустит тебя на пару дней. Тем более, что как участнику турнира тебе не обязательно посещать занятия, — кивнул Сириус. Блэк чувствовал, что нужно как можно скорее поговорить с крестником. Работа в Аврорате научила мужчину доверять своим инстинктам, которые с годами службы становились все острее. Гарри что-то знал и это что-то касалось парня, которого Сириус поклялся оберегать и воспитывать после гибели лучшего друга и его жены.