False Fears

Звук стекающей из крана воды ещё никогда не был настолько раздражающим. Капли медленно, словно издеваясь, скапливаются в аэраторе, создавая определённую форму, и с глухим стуком падают вниз. Кап. Кап. Кап. Стучит в висках, заставляя сжимать кулаки от бессильной злобы. Кап. Кап. Кап. Дополняет повисшую тишину и совершенно безрадостную картину. Аарон в один миг подскакивает к осточертевшей раковине, проворачивая вентиль до конца. Стук прекращается. Теперь в темноте кухни не раздаётся ни единого звука, кроме тяжёлого прерывистого дыхания. Блондин мешком падает на пол, стискивая в пальцах отросшие светлые пряди. Мысли-демоны усиленно атакуют его и без того чугунную голову, закидывая тысячей вопросов и рухнувших надежд. Защитник не хочет думать об этом. Он в принципе не хочет быть. Сейчас больше всего на свете Аарон желает упасть лицом в кровать и не двигаться до самой осени, а лучше до весны. Он ещё не готов встретиться лицом к лицу с собственными сомнениями и страхами. Пока нет. Человеку вроде него вообще запрещается носить под сердцем хоть какое-то подобие надежды. Он не должен забывать, что вещи, похожие на счастье и уют никогда не смогут быть ему доступны. Совсем недавно блондин, рискуя всем, ступил на эту запрещенную территорию, вдыхая свободу полной грудью. И что теперь? Ещё вчера, казавшееся таким родным и близким, тепло окутывало его с головы до ног, а сегодня вместо него остались лишь привкус пепла и соль в уголках глаз. Они с Кейтлин расстались. Да, решение было обоюдным, принятое совместными усилиями и долгим, до ломоты в груди болезненным разговором. Вот только легче от этого совершенно не становится. Аарон видел, замечал слишком давно, что рано или поздно это должно было закончиться именно так. Он усердно закрывал глаза на все сигналы тревоги, каждый день поворачиваясь спиной к горькой правде. Но это не спасло ни его, ни Кейт от неизбежного краха. Сейчас Миньярд лихорадочно копался в чертогах разума, стараясь выискать и посмотреть на тот момент, когда всё скатилось к хуям. Кейтлин была первой серьёзной увлечённостью Аарона, это факт. Совсем скоро спортивный интерес перерос во что-то большее, заставляя сердце предательски сжиматься в груди каждый раз, когда она попадала в поле его зрения. Блондин страшился праведного гнева брата в условиях заключённой сделки, поэтому не спешил афишировать их отношения, справедливо опасаясь за жизнь и здоровье девушки. Защитник вспомнил роковой разговор с Эндрю. В голове сам по себе возник образ вратаря, так старательно запихивающего слепую ярость себе же в задницу, что Аарон надтреснуто усмехнулся. О, как он был горд в тот момент. Выиграть в битве за право самостоятельно распоряжаться своей жизнью оказалась чертовски сложно, но ради Кейтлин Аарон был готов на всё. Вырвав с мясом разрешение на совместный быт, они долго не могли поверить своему счастью, стараясь каждую свободную минуту проводить вместе. А потом всё пропало. Так резко, словно ничего никогда и не было. Миньярд ежедневно начал ловить себя на странных и пугающих мыслях о том, что пожар в его груди перестал гореть при мысли о грядущей встрече, что он больше не носится по общежитию как ужаленный, считая часы, что глядя в родные и некогда любимые глаза, ему становится всё равно. И вот тогда это рухнуло. Аарон больше не мог игнорировать слона в комнате. Он слишком любил Кейт, чтобы скрывать от неё правду. Она выслушала его и поддержала, как всегда делала. Призналась, что сама стала замечать за собой подобное. Блондин был уверен, что после тяжёлого разговора с братом, всё станет только лучше. Они с Кейтлин наконец познают все прелести отношений, когда не нужно прятаться в углах библиотеки. Но жизнь снова рассмеялась ему в лицо, жестоко и бескомпромиссно напомнив, что бывает, если хотя бы на минуту потерять голову. Пелена слишком быстро спала с глаз, открывая совершенно новую чудовищную картину. Мокрые поцелуи под фонарным столбом, быстрая разрядка и совместное времяпровождение оказались не такими захватывающими и мимолётными, когда в спину не дышала необходимость скрываться. Пытаясь узнать друг друга лучше после всего, очень скоро выяснилось, что они находятся на разных концах экватора. Аарон летел к своей любви, как Икар, и она его опалила. Их ёбаные отношения всё это время держались на игре в шпионов и встречах под покровом ночи. Миньярд шумно выдыхает, откидывая голову. Всё это в конечном счёте больше не имеет смысла. Он бьётся затылком о дверь кухонного гарнитура, методично считая про себя. — Если ты продолжишь это делать, что-нибудь из вас треснет. Аарон вздрагивает от неожиданного звука, резко разворачивается к его источнику так сильно, что хрустит шея и таращится на фигуру брата, застывшего в дверном проёме. Эндрю, по своему обыкновению, выглядит пустым и безразличным ко всему окружающему. Он молча проходит к столу и ставит на него начатую бутылку виски. Затем, к невообразимому удивлению защитника, разворачивается и садится на пол прямо напротив него, подтягивая колени к груди. Никто из них не произносит ни слова минуту, час или целую вечность. Аарон смотрит на своё отражение в глазах брата, который, кажется, даже не моргает. Они совсем недавно взяли след на непроторенную тропу искалеченного взаимопонимания. Само собой, не без помощи Би. Знать, что у тебя есть брат, ощущать это не только физически, но и ментально оказалось лучше, чем в самых смелых мечтах. И пускай, до статуса "счастливой семьи" им ещё как от Луны до Марса, эти крохотные шажки на пути к примирению шевелят в душе разные нити, которые Аарон считал давно мёртвыми. "Постарайся быть с ним честным" прозвучал в голове голос Добсон и он решил, что готов пойти на новый риск. — Мы с Кейтлин расстались, - выпалил защитник, стискивая в руках край толстовки в ожидании приговора. Эндрю потемнел. Его кулаки сжались до побелевших костяшек, брови сдвинулись к переносице, образуя заметную складку, глаза метали молнии. Аарон подумал, что ещё немного и из его ушей повалит пар. — Нет, Эндрю, - блондин поднял руки в знак полной капитуляции и продолжил: —Мы вместе это решили. Никаких проблем. Такой ответ устроил его собеседника. Искрящее раздражение и осязаемое напряжение в комнате начали рассеиваться, постепенно выходя с воздухом в приоткрытое окно. Молчание затянулось. Миньярд не хотел себе в этом признаваться, но после откровенного признания густая и чёрная жижа наконец отлепилась от его груди, позволяя глубоко вдохнуть впервые за весь вечер. Конечно же Эндрю это заметил. Его вздёрнутая бровь безмолвно просила пояснений. От комичности ситуации Аарон рассмеялся. Как бы его не приняли за сумасшедшего. — Ничего, просто, - защитник умолк, подбирая слова. — Ты выиграл, - наконец заключил он с грустной улыбкой на губах. — Нахуй мне не сдалась такая победа, - буркнул Эндрю, поднимаясь. Аарон молчал. Слова брата в секунду вышибли весь воздух из лёгких, заставляя задуматься, а не послышалось ли ему. Степень его ошеломления сейчас нельзя было измерить ни одним известным прибором. Миньярд наблюдал, как брат достаёт два чистых бокала, разливая по ним янтарную жидкость, и отпивает из своего. Затем цепляет второй стакан свободной рукой и протягивает защитнику. Аарон не стал отказываться. Первый глоток обжигает горло, приятным теплом обволакивая пищевод, и помогает ненадолго забыть весь накопленный за день стресс. Эндрю двигается к нему и садится рядом, едва касаясь плечом. — Заканчивай наматывать сопли на кулак и возьми себя в руки, - бросает он, поднося напиток к губам. Поразмыслив над сказанным, Миньярд наконец отвечает: — Хорошо. Потягивая виски в ночной тишине, Аарон думает о том дерьме, с которым ему довелось столкнуться и как он будет это разгребать. Голова опять тяжелеет и блондин, незаметно для самого себя, опускает её на плечо брата. Замечает это только тогда, когда тело под ним напрягается и уже хочет отстраниться, но на затылок ложится твёрдая рука, возвращая на место. Аарон молчал. Потому что ещё не придумали слов, которыми можно описать всё то, что сейчас рвётся из груди, грозя уничтожить находящееся рядом. Защитник находит в себе силы только на одно, но такое важное сейчас слово: — Спасибо. Спустя бесконечно долгую минуту, Эндрю кивает. Аарону тепло.                                           *** За всё хорошее в этой жизни приходится платить. И едва Аарон открывает глаза, спину простреливает острая боль, словно его возраст за одну ночь прибавил пару десятков. Голова раскалывается, перед глазами всё плывёт, а в горле сухо настолько, что глоток чистой воды сейчас кажется священным граалем. Блондин собирает себя в кучу и приподнимается с кровати. На большее сил не хватает. Он стискивает зубы и обращается к завалам в своей голове, стараясь отыскать воспоминания вчерашнего вечера. Первой на ум приходит Кейтлин, заставляя сердце болезненно сжаться в груди. Но следующий фрагмент скоростным поездом врезается в память, за секунду сдувая все мысли о бывшей девушке. Эндрю. Голова Аарона на его плече. Бутылка виски и уютное молчание, разделённые на двоих. Миньярд думает, что ещё не протрезвел. Воспалённый большими порциями алкоголя мозг просто решил поиздеваться над своим хозяином, выдавая желаемое за действительное. Но с каждой секундой, к собственному страху и трепету, Аарон находит в себе если не эмоциональные, то физические подтверждения реальности происходящего. Он уснул прямо на дощатом полу и этим отлично объясняется боль во всём теле. Гудящая голова и обезвоживание являются следствием выпитого накануне спиртного. Аарон осматривается и обнаруживает себя  закутанным в одеяло на скорую руку. Эндрю донёс его до кровати и укрыл, чтобы тот не замёрз. Наверное, он провалился в какую-то другую реальность. Параллельная вселенная, мать её. Потому что ни в каком из миров это не может быть правдой. Аарон думает, что его больше ничем нельзя удивить, но чёртов Кевин Дэй приоткрывает дверь его комнаты и заносит огромный стакан воды, аккуратно держа кружку на вытянутой руке. Нападающий поднимает голову и их глаза сталкиваются. — Доброго утречка, - насмешливо бросает зеленоглазая задница, протягивая напиток. Блондин мог бы послать его к чёрту, обложить трёхэтажным матом, выпроводить за дверь на худой конец, но сейчас он проглатывает свою гордость и хватается за стакан, как утопающий за соломинку, осушая его в три глотка. — Воу, воу, полегче, - смеётся Кевин, присаживаясь напротив. — Иди к чёрту, - бросает Миньярд охрипшим голосом. — Уже, - возвращает Дэй, складывая руки на груди. Аарон награждает его самым тяжёлым взглядом из своего арсенала, который полностью игнорируется. Вместо ответа нападающий начинает заламывать пальцы и отводить глаза. Он всегда так делает, когда смущается или не уверен в чём-то. Миньярд не хочет разбираться, откуда это знает. — Иии? - подталкивает защитник, ожидая продолжения. — Я.. - тихо начинает Кевин и шумно выдыхает, очевидно злясь на самого себя. — Я понимаю. Это дерьмо никогда не было простым. И всё в порядке, если тебе нужно время. Я просто пытаюсь сказать, что ты можешь это пережить и если тебе нужно не ходить на тренировки какое-то время, то хорошо. Скажу остальным, чтобы тебя не трогали, - на одном дыхании произносит Дэй и откидывается назад, прикрывая глаза, словно эта короткая речь выжала из него все соки. Аарон не находится с ответом. Он вообще забывает, что может говорить. Как и дышать, двигаться, просто существовать. Кевин Дэй только что поддержал его и разрешил отсутствие на поле. Какого хуя? — Какого хуя? — Ты слышал, - раздражённо бросает нападающий, возвращаясь в своё привычное амплуа. — Вы все сговорились что ли? - допытывается блондин. — Откуда ты вообще знаешь? — Эндрю. Ну, с этим разобрались. Вот только вопросы ещё остались. — Не замечал за тобой такой тяги к душевным разговорам, - язвит Аарон, ожидая в ответ колкость, оскорбление, что угодно, лишь бы получить хоть мнимый намёк на то, что это было не серьёзно. Но Кевин отказывается играть по его правилам. Он выглядит уверенно и в миг как будто прибавляет несколько сантиметров в росте. Зелёные глаза прожигают в Миньярде дыру и защитник ловит себя на мысли, что хочет сжаться и стать меньше под таким пристальным взором. Вместо этого он расправляет плечи, демонстрируя собственный авторитет. Дэй усмехается и блондин понимает, что выглядит глупо. Он хмурится, больше всего на свете желая придушить Кевина собственными руками. — Я бы хотел, чтобы тогда мне это сказали, - заявляет нападающий, глядя прямо в глаза. Аарон мысленно восстанавливает цепочку событий, вспоминая, что не так давно Тея бросила Кевина самым мерзким из любых возможных способов, выставив его идиотом на глазах у всех. Миньярд не хочет разбираться, почему это вызывает в нём необъяснимую злость. Дэй тяжело переживал подобный выпад девушки. Он опустошил алкогольные запасы тренера подчистую всего за несколько дней. Почти не ел, а спал и того меньше, проводя всё свободное время на поле. К концу месяца он выглядел как оживший труп. Только спустя приличное количество времени Кевину удалось вернуться к самому себе. И сейчас он говорит это Аарону, потому что не хочет, чтобы Миньярд проделал тот же путь. Защитник не может остановить румянец, медленно, но верно расплывающийся по его щекам. Кевин смеётся. И это не тот смех, который он позволяет увидеть журналистам, фанатам и толпам других людей. Этот настоящий. Немного хриплый, неуверенный, словно Дэй ещё не понял, как это работает. Но Аарон замечает и краснеет ещё сильнее. Чёртов Кевин, чёртово утро, чёртова жизнь. — Съебись, Дэй, - шипит Миньярд, звуча как лопнувшая труба с высоким напряжением. Он старается прикрыть этим настоящие чувства, но нападающий видит. Зелёные глаза насмешливо блестят на солнце и Аарон впервые замечает в них тёмные крапинки, которые, ужаснувшись от собственных мыслей, хочет разглядеть. Это всё неправильно и слишком странно. По закону классики жанра, сейчас из угла должны вылезти Лисы, начать смеяться и сказать, какой Аарон идиот. Блондин серьёзно ждёт этого минуту, две, десять, не отводя взгляда от зелёных омутов. Он не замечает, что перестаёт думать над чем-либо, находя новое пристанище в глазах Кевина. Миньярд проваливается, как в болото. Плывёт по течению, качаясь на волнах. Чувствует себя так, словно вернулся домой. Стоп. Аарон моргает, силясь понять, какого хрена только что произошло. Дэй молчит, наблюдая за ним. Но всё его существо кричит о том, что он знает и ничего не упустил. Лицо Миньярда начинает гореть. В одночасье воздух из комнаты начинает куда-то пропадать. Он лихорадочно подыскивает слова, которыми можно разбить возникшую тишину и доказать, что он только что не пялился на Кевина. Аарон заведомо знает, что проиграет в этой битве. Нападающий сидел прямо напротив и не мог не заметить произошедшего. Блондин не понимает, почему сам Дэй за это время не произнёс ни слова. — Не засыпай больше на полу, - неожиданно подаёт голос Кевин и это настолько странно, что блондин на секунду забывает обо всём. — Чего? — Кости потом ломит, неприятно. Ты оказался гораздо легче, чем я думал. - заканчивает Дэй уже у двери. Аарон не останавливает его. Только через несколько минут до него доходит, что Эндрю его в кровать не относил. Чёртов Кевин, чёртово утро, чёртова жизнь.                                           *** Наверное, в прошлой жизни Аарон был на редкость ужасным человеком. Иначе он не знает как объяснить, почему судьба продолжает смеяться над ним, закидывая проблемами разной степени тяжести. Миньярд ищет кнопку "стоп" в этой лотереи невезения, но каждый раз с треском проваливается. После того сумасшедшего утра его собственный поезд из странностей и непонятного поведения набрал чудовищную скорость. Уже ставшие ненавистными за это время, ярко-зелёные глаза преследуют его во сне и наяву. Аарон больше не просыпается от кошмаров. Он подскакивает на постели с каменным стояком и плетётся в ванную, смывая с глаз образ ночного мучителя. Ему снятся крепкие руки, что поддерживают за талию, отблески оливковой кожи в лунном свете и лисья ухмылка на пухлых губах. Ему снится Кевин-мать-его-Дэй каждую чёртову ночь. Блондин отказывается думать об этом и вообще приписывать подобным мыслям какое-то значение. Ничего не происходит. Это просто ёбаный бред. Он не так давно расстался с девушкой и его организм требует удовлетворения своих потребностей, а Кевин так некстати оказался рядом. Вот и всё. Но почему-то каждый раз, когда Миньярд старается успокоить бушующее в груди желание, закрывая глаза, он видит странно-знакомый зелёный цвет. И хоть Кевин позволил ему не посещать тренировки столько, сколько потребуется, Аарон всё равно приползает с утра, прихватив с собой багаж из хлама в голове и смутных сомнений по поводу своей ориентации. На поле эмоциям не место и это отличный способ избежать любых лишних мыслей на пару часов. Блондин почти заканчивает переодеваться, когда дверь раздевалки открывается и в неё заходит причина его расшатанной нервной системы. Аарон поднимает голову и уже готовится начать словесный понос, когда взглядом натыкается на оголённый торс. Сердце подскакивает к горлу и начинает биться где-то под языком. Под гладкой кожей Дэя перекатываются крепкие мышцы, приковывая к себе. Верёвки в животе Миньярда вьются сильнее, затягиваясь в узел. Спустя неизвестное количество времени защитник возвращает себе самообладание и осторожно выглядывает из-под ресниц. Глаза сразу находят лукавую усмешку нападающего. Он издевается над ним. Аарон задумывается об убийстве. — Если ты сейчас же не закроешь дверь с той стороны, я придушу тебя, - предупреждает Миньярд, сжимая кулаки. — Скажи это палатке в своих штанах, - подмигивает Кевин. — Я вообще пришёл спросить, уверен ли ты в том, что делаешь, но лучше пойду, - Дэй разворачивается, демонстрируя голую спину и салютует двумя пальцами, скопировав жест у Эндрю. Аарон бросает в дверь кроссовок, едва та успевает закрыться и смотрит вниз. Член действительно стоит, натягивая ткань тренировочных шорт. Ёб твою мать. Миньярд глубоко дышит несколько минут, а после хватает перчатки и идёт на поле, яростно хлопнув дверью. Тренировка проходит как обычно. Лисы носятся по полю, перекидывая мяч, Ваймак кричит на всё, что движется, Дэй засыпает других советами и колкостями. Привычная картина помогает успокоиться. Кевин поначалу порывался сделать пару замечаний Аарону, но тот в ответ лишь показывал средний палец и целился мячом нападающему в голову. Вскоре он отстал. Утренний забег почти заканчивается, когда Дэй выхватывает у Элисон мяч и несётся к воротам, желая забить последний гол. Он не бежит, парит над полем, крепко сжимая клюшку в руках, и Аарон снова теряет контроль. Следит за каждым движением, взмахом и шагом, перерисовывая картину в памяти. Кевин наносит удар, но Эндрю блокирует его. Защитник этого не видит. Его глаза прикипели к фигуре нападающего, подмечая каждую мелкую деталь. Кажется, к нему кто-то обращается, он не слышит. — Миньярд! - на весь стадион орёт тренер. — Хватит пялиться на Кевина! Проваливайте отсюда. Блондин оживает, возвращаясь в реальность. Лисы переглядываются, задавая друг другу немые вопросы, но ответов ни у кого нет. Защитник разворачивается и позорно сбегает с поля, делая вид, что не слышал счастливого визга Ники и не чувствует тяжёлого взгляда брата прямо между лопаток.                                          *** Вечером того же дня Аарон стоял над зеркалом, рассматривая своё отражение, вцепившись пальцами в края раковины. По его лицу и пальцам стекала ледяная вода. — Что, блять, с тобой не так? - спрашивает Миньярд у двойника в прозрачной глади сквозь стиснутые зубы. Тот Аарон молчал. Блондин саданул кулаком по стене и вылетел из душевой. На кухне стоял Кевин, что-то помешивая в сковородке. Он подпевал какому-то незамысловатому мотиву в наушниках, стуча пальцами по краям столешницы. Только через пару минут боковым зрением нападающий заметил нежданного гостя. — Хей, - сказал Дэй, вытаскивая один наушник. —  Я сделал что-то смутно похожее на ризотто, будешь? Защитник подумывал отказаться, чтобы избежать провождения времени с Кевином сверхурочно, но желудок громким гулом напомнил своему хозяину, что тот не ел ни крошки со вчерашнего дня. Нападающий рассмеялся. — Буду, - бросил Аарон себе под нос и ушёл обратно в комнату. Вскоре дверь его пристанища открылась, пропуская сначала две тарелки, а потом самого Дэя. Зеленоглазая бестия прошагала к столу и поставила одну порцию Миньярду под нос, а вторую к противоположному краю. Когда Кевин сел на своё место, Аарон взмолился всем известным богам, чтобы это закончилось как можно скорее. Ризотто, или скорее простой рис с овощами и курицей оказался на удивление вкусным. Они ели в уютной тишине, изредка нарушаемой стуком вилки по краю посуды. Как бы Аарон не хотел и не пытался отсрочить этот момент, ужин закончился. Кевин отставил свою тарелку в сторону и блондин последовал его примеру. Они оба не произнесли ни слова, не зная наверняка, о чём сейчас можно поговорить. Пожар в груди Миньярда разгорался с каждой секундой, захватывая новые территории. Когда кровь начала приливать к щекам, Аарон встал. — Спасибо. Это было.. неплохо, - наконец произнёс он и уже намеревался уйти, как запястье обхватили длинные тёплые пальцы. Аарон резко развернулся, но не предпринял никакой попытки вырваться. Дэй поднялся со стула и шагнул в его личное пространство, нависая тенью и не отпуская его руки. Большой палец Кевина путешествовал по костяшкам и поглаживал нежную кожу на тыльной стороне. Он поднял вторую руку и заправил отросшую светлую чёлку за ухо. Аарон перестал дышать. Горячая ладонь опустилась на его щёку, подушечки пальцев заскользили по скуле. Нападающий смотрел на блондинистые волосы и робко улыбался. — Тебе так больше идёт, - прошептал Кевин. Миньярд не знал, что ответить. Его глаза нашли чужие, ярко-зелёные даже в полумраке комнаты. Дэй смотрел прямо в душу так, словно хотел найти ответы на все свои вопросы. Его брови сдвинулись к переносице, образуя почти невидимую складку и Аарон, не отдавая отчёта в собственных действиях, протянул руку и разгладил её. Пальцы покалывало от призрачного ощущения тепла на них. Кевин снова посмотрел на него, а после обхватил за затылок и притянул к себе. Аарон понимал, что Дэй собирается сделать, но не обнаружил в себе никакого желания предотвратить грядущее. Когда его губ коснулись другие, он ожидал почувствовать отвращение, смятение, на крайний случай ничего и ни в каком из вариантов не думал, что у него подогнутся колени. Миньярд хрипло выдохнул и приоткрыл рот, что Кевин счёл зелёным светом. Нападающий слегка прикусил его губу и проскользнул языком внутрь. Аарон не сразу заметил, что отвечает на поцелуй. Его тело действовало на автомате, когда он привстал на носки кед, желая быть ближе. Руки нашли идеальное место в каштановых кудрях. Когда Кевин проскользнул под край его толстовки и сжал поясницу, блондин не сдержал тихого стона. Это нехило раззадорило Дэя. Он углубил поцелуй и провёл языком по нёбу, срывая с губ защитника ещё один звук. Аарон не чувствовал собственного тела. Голова до отказа забилась ватой, превращая мысли в тягучий мёд. Сердце стучало в груди настолько сильно, словно хотело пробить рёбра. Миньярд дрожал от накала температур, сильнее сжимая волосы нападающего. Но неожиданно Кевин резко отстранился, сразу отходя на несколько шагов. Дэй выглядел как полный беспорядок. Он тяжело дышал, словно только что пробежал марафон, щёки сделались пунцовыми, а зелень его глаз уже было не разглядеть за тёмными зрачками. Аарон со стыдом понял, что испытывает недовольство из-за такой остановки. — Этого ты хочешь? - поразительно серьёзно для такой ситуации спросил Кевин. Миньярду потребовалось время, чтобы осознать, что вопрос адресован ему. — О чём ты? - севшим голосом поинтересовался он. — Я так не хочу, Ро, - на грани слышимости ответил Кевин. Аарон почувствовал, как ему в грудь вошла игла. Ро. Никто и никогда не называл его так и защитнику не хватит слов, чтобы описать насколько это было приятно. Ноги снова начали слабеть. — Ты сам не знаешь, чего хочешь, - тем временем продолжал нападающий. — И я не собираюсь пользоваться тобой. Только не так. Дай знать, когда решишь, - заключил он и вылетел из комнаты. Аарон остался наедине с нахлынувшим потоком мыслей, комком в горле и безымянной болью в груди. Снова. Он однозначно влип.                                          *** За следующими днями Аарон наблюдал, словно находился под толщей воды. Люди, звуки, места, всё слилось в один белый шум. Вакуум, через который мало что проходило. Миньярд утратил аппетит, тягу к самым любимым вещам и спокойный сон. Кевин больше не посещал его грёзы, нашёптывая тихие приятные вещи на грани сознания. К защитнику вернулись кошмары. Он видел мать, что безжалостно терзала его до тех пор, пока пелена не будет застилать глаза. Видел окровавленную клюшку в своих руках. Но самым худшим был Дрейк. Аарон смотрел как эта мразь истязается над его братом, мерзко посмеиваясь, и ничем не мог это остановить. Ноги словно прибивали к полу. Всё, что ему оставалось - крик. С ним в основном он и просыпался. Подозрительно часто из цепких лап уродливых сновидений его стал выдёргивать Эндрю. Брат встряхивал его, как куклу, поил водой и ложился рядом, абсолютно всегда спиной к стене. Миньярд не хотел рассказывать ему, за чем наблюдает в кошмарах. Только не Эндрю. Несколько раз он заставал Кевина, спящего прямо под его дверью и достаточно долго не мог себе это объяснить. Пока до него не дошла простая истина. Дэй не может войти сюда, потому что его не пускают. Не составило труда догадаться, кто именно. Защитник с ужасом осознал, как это выглядит со стороны брата. Сначала Аарон прячется по углам, сбегая от нападающего как только тот появляется в поле его зрения, а по ночам кричит, словно его режут. Со стороны картина действительно складывается, вот только в корне неверная. При таком раскладе становится интересно, почему Кевин до сих пор жив. Нутро подсказывало, что если Миньярд в ближайшее время не объяснит всё Эндрю, Дэю осталось недолго. И эта мысль была дерьмовой с любой точки зрения. Следующий день наступил слишком быстро. Аарон сполз с кровати, шёпотом проклиная всё сущее, и взглянул на часы. Уже почти вечер. Ну нихрена себе. Ему нужно найти брата. Миньярд открыл шкаф и занялся поиском любой чистой вещи. Из самого угла торчал рукав какой-то кофты, что при ближайшем рассмотрении оказалась толстовкой Кевина. Блондин не знал, как она сюда попала, но был безмерно благодарен за это. Он поднёс ткань к носу, вдыхая полной грудью знакомый запах и почему-то ему стало немного легче. Недолго думая, Аарон нацепил на себя такой ценный подарок и вышел в общую комнату. Гул голосов тут же стих и Миньярд ощутил по меньшей мере несколько взволнованных взглядов. У Ники тряслась нижняя губа, будто он едва удерживался, чтобы не заплакать. Мэтт отводил глаза, видимо не желая доставлять неудобств, но и его молчание говорило громче любых слов, Элисон хмурилась, растеряв всё своё изящество и выглядела готовой разбить чьё-то лицо. Кевин... Кевин. Лицо Дэя - каменная маска, словно он одолжил её у Эндрю. Челюсть и кулаки стиснуты, об плечи наверняка можно камни разбивать. В него как будто закрутили пружину и при этом сильно перестарались. Механизм едва держится, чтобы не взорваться и не разнести всё вокруг. Правда Аарон не знал, хочет Кевин избить его или кого-то другого. Судя по всему, выглядел он больше, чем хуёво. — Плохенький видок, - прокомментировала Элисон, словно прочитав его мысли. — Даже новая кофточка твоего мальчика не спасает. Услышав это, Дэй стыдливо опустил глаза и Миньярд последовал его примеру. Они оба сделали вид, что вспыхнувших искр в глазах Хэммика и Рейнольдс от этого зрелища не было. — Где Эндрю? - Аарон задал свой главный вопрос. — Гуляет по крышам вместе с любовью всей своей жизни, - мечтательно протянул в ответ Ники. А вот это уже плохо. Крыша была постоянным пристанищем его брата и Джостена. Пускай правило негласное, но когда Кевин случайно решил посетить это место в период рефлексии и застал этих двоих в компрометирующем положении, дорогу туда забыли. Аарон не хотел повторять опыт своего неудавшегося любовника. Да, с помощью Би и глобальной работы над собой, блондин пересмотрел свои взгляды на это и  всё же вмешиваться в чужую личную жизнь он не собирался. Но выбора не было. Защитник выполз из комнаты и направился к пожарной лестнице, словно шёл на каторгу. Пожалуй, судьба решила устроить одноразовую акцию и смиловаться над ним, потому что как только он подошёл к ступеням, сверху раздались шаги, а через секунду перед ним появился очень озадаченный Нил. Аарон без труда разглядел припухшие губы и красные щёки нападающего, стыдливо опуская глаза. — Извинимнеоченьнуженэндрю, - не совсем разборчиво промямлил блондин. — Эм... - тоже не очень уверенно начал Джостен, потирая затылок. — Он всё ещё там. — Спасибо, - прошептал защитник, всё ещё опасаясь поднимать глаза. — Эй, Аарон, - вдруг позвал рыжий. Миньярд поднял голову и наткнулся на едва заметную улыбку. — Всё нормально, - заключил Нил, пожимая плечами. — Да. Ещё раз спасибо. Джостен кивнул, уходя в комнату, и Аарон вернулся к первоначальной цели. Едва он толкнул тяжёлую железную дверь, холод и сырость окутали его с головы до ног. Промозглый ветер пробирал до костей и блондину пришлось приложить усилия, чтобы не застучать зубами от резкого перепада температур. Он не знал, как его брат и Джостен проводят здесь по несколько часов. — Что-то забыл, наркоман? - насмешливо донеслось откуда сбоку. Как только глаза нашли фигуру брата на самом краю крыши, дышать стало немного легче. — Нет, - ответил Миньярд. Эндрю развернулся так резко, что все органы защитника разом ухнули вниз. По тяжёлому взгляду брата он догадался, что ему здесь не очень рады. Не было никаких причин обижаться на это. Аарон сам чувствовал себя так, словно влез на чей-то чужой двор. Крыша была личным местом этих двоих. — Я знаю, - прошептал Аарон, почему-то уверенный, что его услышат. — Я не хотел вам мешать или когда-нибудь входить сюда, но мне нужно поговорить с тобой. Вратарь смягчился. Он повернулся обратно к краю, выудил из пачки две сигареты и хлопнул рукой по месту рядом с собой. Миньярд поспешил в указанном направлении. Сидеть на парапете было не очень приятно, но если есть хоть малейший шанс на то, что брат поймёт его, Аарон сможет потерпеть. Ему в руки сунули цилиндр табака и зажигалку. Не то чтобы защитник был некурящим. В особо плохие дни тот часто поджигал подобную отраву, пропуская яд в организм. Сейчас именно такой случай. Блондин подносит колыхающийся на ветру огонёк ко рту и вдыхает горький дым. Сначала лёгкие стянуло стальным обручем с непривычки, но потом становилось всё проще. Аарон понимал, что ему стоит начать говорить, но не мог подобрать слова. Благо, брат решил всё за него. — Что он сделал? - строго, с ноткой ненависти спросил Эндрю. — Ничего, - тут же нашёлся защитник. — Точнее, сделал, но.. это было по согласию. — Всё это? - продолжал давить вратарь. — Да, Эндрю, всё. Брат, не изменяя себе, и бровью не повёл, но всё равно выглядел человеком, у которого гора с плеч упала, как бы не старался это скрыть. В душе Аарона снова зашевелилось что-то тёплое. — Тогда в чём проблема? - снова затянувшись, поинтересовался брат, и Миньярд от неожиданности выронил сигарету. Тлеющий кончик попал прямо на палец и Аарон сдавленно зашипел, ладонью растирая обожжённый участок кожи. — Я не знаю, - наконец ответил защитник, когда к нему вернулся дар речи. — Не знаешь или не хочешь знать? — Скорее второе, - немного подумав, сказал блондин. — Ты идиот, - констатировал брат. Аарон проглотил оскорбительные комментарии, вертевшиеся на языке. Как бы ему не хотелось это признавать, Эндрю был прав. — Дам совет, - продолжил вратарь. — Прекрати вести себя как маленькая сучка и начни трезво смотреть на вещи. Закончив, Эндрю спрыгнул с бетонного края и, пальцами подцепив ворот толстовки Аарона, потащил его за собой.                                          *** Блондин сидит на подоконнике у настежь открытого окна. По-летнему тёплый воздух шевелит пряди волос, облизывает щёки и гуляет по губам. Прямо перед глазами картина, достойная руки самого умелого художника. Мазки алого, розового и тёмно-синего сливаются на небесном полотне, завораживая взгляд. Аарон смотрит вверх, туда где звёзды и ищет ответ. Его голова нещадно болит уже вторые сутки от бесконечного потока мыслей. Они прыгают друг на друга, ложась неровным слоем, разбегаются или вовсе плывут без конца, не давая покоя. Но главный герой его тяжёлых дум всегда один - Кевин, чтоб его, Дэй. Защитник сбился со счёта, сколько раз ментально он обращался к образу нападающего, задавая себе один единственный вопрос: "Чего я хочу?" Варианты всегда были разные. Придушить, поцеловать, натравить Эндрю, обнять, убить. Миньярд окончательно запутался в собственных желаниях, потому и устроил себя нещадный мозговой штурм. Одно стало ясно почти сразу - без Кевина хуёво. Ломает, выворачивает наизнанку, заставляет забыть обо всём, что не связано с ним напрямую. Когда Дэя нет рядом, Аарон превращается в собаку. Скулит, ходит кругами, хочет бросаться на всех и вот-вот завоет. Яркая зелень глаз стала новым наркотиком. Дышит в спину, зовёт к себе и, сука, не отпускает. Защитник цепляет эту мысль за хвост и все остальные замолкают, как по команде. А разве это не тот самый ответ? "Дай знать, когда решишь" Ну вот и решил.                                          *** Кевина он находит почти сразу. Тот сидит на своей идеально заправленной кровати, держа в руках очередной, потёртый временем, томик по истории. На носу очки красивой круглой формы. Аарону они нравятся. Дэй поднимает глаза и замирает, увидев, кто стоит прямо на пороге. Миньярд почти уверен, что со стороны напоминает какого-то безумного учёного. Горящий снаружи и внутри, немного дёрганый, почти на грани. Плевать. Кевин поймёт. Потому что всегда понимает. — Ро? - тихо спрашивает этот кошмар и снимает круглую оправу с переносицы. Ро. Аарон чувствует, как внутри что-то оживает, пуская корни глубоко в сердце. Он даже не думал, как сильно на самом деле хотел услышать это снова. Прямо сейчас он думает, что может летать. Миньярд осторожно подходит ближе и начинает хриплым, сорванным голосом: — Ты такая ёбань, Кевин. Я бы смог прикончить тебя одной рукой, если бы захотел. Потому что это невозможно. Ты, сука, везде. На поле, в комнате и в моей ебучей голове. Не знаю, как ты это делаешь, мать твою, но мне мерещится твой блядский светлый лик абсолютно везде. Я уснуть не могу, не вспомнив о тебе. Это так сильно заебало, Дэй. Но фишка в том, что я, судя по всему, псих или мазохист, не знаю, называй как хочешь, потому что я этого хочу. Мне нужно. Всё это дерьмо перестаёт иметь значение, если ты рядом, слышишь? Ты просил от меня ответа и я даю его как умею. Понятия не имею, что будет дальше и как мы справимся с этим. Но я хочу, чтобы "мы" были. Я сдаюсь, Кев. Я сдаюсь, - последние слова произнесены едва различимым шёпотом в звенящей тишине. Аарон добровольно сложил голову на плаху, ожидая следующего шага своего палача. Кевин перед ним застывает как ледяная глыба. Не двигается совсем, видимо пародируя столб. Он молчит так долго, что защитник успевает несколько тысяч раз пожалеть о своей тираде. Но наконец это заканчивается. Дэй медленно, слишком медленно кладёт книгу на прикроватную тумбочку и встаёт. Весь его вид в момент начинает кричать о лавине сдерживаемых эмоций. Аарон видит любимую зелень напротив и думает, что ему достаточно. Просто вот так стоять и каменеть под гипнозом его глаз. — Насрать мне на то, что будет дальше, - срывающимся голосом сообщает нападающий. — Всё, чего я хочу - ты. Миньярд выдыхает поразительно громко и срывается с места. Кевин встречает его на половине пути. Губы сталкиваются в отчаянном, яростном и таком правильном поцелуе. Чувствуя тепло родного тела, приятно обволакивающего каждую клеточку, Аарон забывает совершенно обо всём. Дэй кладёт ладони на его щёки, захватывая в капкан эмоций. Он кусает, лижет и посасывает, окончательно срывая крышу. На губах явственно ощущается металлический привкус крови, но никто из них не обращает на это внимания. Кевин целует глубоко, мокро и страстно. Словно дорвался и отдаёт всего себя. Защитник стонет, извивается и плавится в крепких руках, стекая по пальцам. Нападающий отрывается от изрядно измученных губ, переключаясь на шею. Дэй прикусывает нежную кожу и Аарон прилагает нечеловеческие усилия, чтобы не сорваться на крик. Ему так хорошо, что скоро разорвёт. Язык Кевина следует по ярёмной вене, проходит по очертаниям кадыка, вынуждая Миньярда дёрнуться и снова простонать. Зеленоглазая бестия находит самые нужные и чувствительные точки на его теле, заставляя пожар в груди гореть в разы сильнее. Когда Дэй подбирается к мочке уха, блондин понимает, что окончательно сошёл с ума. — К-е-е-в, - задыхается защитник в голову нападающему. Кевин будто слышит его молчаливый призыв и поднимается. Снова глядя в эти совершенно невыносимые глаза, Аарон осознаёт, что нашёл свой конец. — Ты уверен? - сипит Дэй, выискивая любые признаки дискомфорта на его лице. Блондин знает, что он ничего не найдёт. — Только попробуй снова от меня сбежать, - угрожает защитник, но услышав себя со стороны, подмечает, что это больше похоже на мольбу. Пусть так. Кевин улыбается ярко и открыто, словно проглотил солнце. Подхватывает Аарона под бёдра, возвращает поцелуи на своё законное место, снова отключая мозг Миньярда, и осторожно укладывает на кровать. Руки Дэя превращаются в змей. Плывут по талии, бёдрам и груди, задерживаясь везде и нигде одновременно. Он приподнимает кофту защитника и осторожно, будто тот сделан из хрусталя, снимает её. Затем прямо перед носом блондина появляется кудрявая голова. Аарон чувствует первый поцелуй на груди, ближе к соску и давится стоном. Цепочкой трепетных, нежных прикосновений Дэй опускается по торсу, обводя языком невообразимые узоры на коже, разбирая Миньярда на части. Защитник закатывает глаза, пребывая где-то на краю сознания и что есть сил хватается за плечи нападающего. Он уверен, что уже утром на них появятся следы, но в данную секунду это совершенно неважно. Кевин продолжает пытку, тенью нависая над блондином. Впивается в губы, выпивая Аарона по капле. Руки движутся всё ниже и ниже, пока не находят молнию на джинсах. Звук расстегивающейся ширинки разбивает нервную систему Миньярда до основания. Он приоткрывает глаза, стараясь сморгнуть сладкий плен и натыкается на вопрос в зелёных радужках. — Да, Кев, - сбивчиво шепчет Аарон, внутренне сжимаясь. И больше ничего не надо. Дэй снимает с него штаны вместе с бельём, открывая вид на колом стоящий член, давно истекающий смазкой. Нежно, будто блондин действительно сделан из стекла, касается головки и проводит рукой по всей длине. Аарон вскрикивает и видит звёзды. Дыхание окончательно теряет любой ритм по мере осторожных неторопливых движений. Защитник стонет имя нападающего как молитву, пытаясь контролировать дрожащие колени. Его спина изгибается красивой дугой, когда Кевин находит особенно хорошее место. Дэй продолжает подниматься вверх и вниз, подобрав нужный темп. Аарон теряется в череде издаваемых звуков, превращаясь в оболочку человека. Горло давно охрипло и пересохло от перенапряжения, но сейчас это кажется достойной платой. — Ро, - пробивается голос через пелену наслаждения. Миньярд, совершенно не имея какого-бы то ни было желания, возвращается с небес. Кевин выглядит действительно взволнованным и блондин интуитивно напрягается. — Ты хочешь продолжать? - чеканя каждый слог, спрашивает нападающий. Аарон расслабляется и кладёт трясущуюся руку на его колено. — Да, Кев. Я хочу. Дважды повторять не пришлось. Дэй наклонился, оставляя на пухлых от продолжительного сеанса поцелуев губах целомудренный поцелуй и стянул водолазку через голову. Потянулся к собственным джинсам, высвобождаясь из них и, едва касаясь, раздвинул ноги Аарона, подтягивая его ближе, а после устроился между. Одной рукой потянулся куда-то за голову Миньярда. Блондин соображал плохо, но отчётливо различил звук выдвинутого ящика и какое-то копошение. Через секунду перед затуманенным взором показались тюбик смазки и квадратная фигура презерватива. Кевин бросил ещё один взгляд, фиксируя окончательное подтверждение согласия. Затем открыл маленькую бутылочку и выдавил прозрачную жидкость себе на пальцы. Аарон почувствовал, как к его входу прикоснулось что-то прохладное и постарался расслабиться. Кевин помог, свободной рукой проводя по члену сразу в верном направлении. Миньярд снова начал отключаться, но дискомфорт в районе сфинктера заставил заземлиться. Первый палец вошёл с трудом, но всё ещё не очень болезненно. Блондин нахмурился, стараясь переждать неприятное ощущение. Дэй старался отвлечь от этого поцелуями в районе ключиц и медленными толчками на паховой области. Через несколько минут нападающий начал осторожно двигаться. Когда Аарон тихонько постанывал, он почувствовал второй палец. Уже представляя, как это будет, Миньярд полностью отпустил себя. На этот раз боли почти не было. Кевин осторожно растягивал его, раздвигая упругие стенки медленными движениями. Защитник поймал себя на том, что стонет громче и тогда нападающий согнул пальцы, подушечками задевая какую-то точку. Аарон громко вскрикнул и увидел, как перед глазами взорвалась сверхновая. Блондин был готов поставить все свои деньги на то, что не испытывал ничего подобного ни разу в жизни. Волна бешеного удовольствия огнём прошлась по всему телу, сметая всё на своём пути. Когда Дэй сделал это снова, Миньярд начал задыхаться. Он с трудом осознал, что в нём двигаются уже по меньшей мере три пальца. Стоны становились всё громче, каждый раз набирая амплитуду. Неожиданно защитник почувствовал пустоту, которая ощущалась слишком резко на контрасте всех чувств и промычал в знак своего негодования. Кевин рассмеялся, подбирая с покрывала презерватив, разрывая его зубами и стягивая бельё. Аарону открылся сумасшедший вид на достоинство Дэя. Щёки вспыхнули. Нападающий продолжал глупо улыбаться, когда раскатывал защиту по всей длине, обильно смазывая. Кевин взял его под коленями и наклонился, втягивая в ещё один страстный поцелуй. Миньярд руками запутался в тёмные волосы, слегка оттягивая у корней. Дэй одобрительно замычал. — Большая кошка, - усмехнулся блондин. Нападающий прожёг его взглядом. — Да? — Да. Кевин направил себя и вошёл сразу наполовину, низко простонав, встречая такой же звук на губах Аарона. Защитник решил, что это лучшая музыка для его ушей. Дэй коснулся его руки, переплетая пальцы и начал двигаться. Сначала осторожно, боясь причинить малейший дискомфорт. Но Миньярд извивался, сипел и хныкал, поэтому вскоре скорость начала расти. Блондин упёрся головой в подушку, глуша особенно громкие стоны в перерывах между рваными вдохами. Нападающий входил под идеальным углом, пытаясь отыскать самую чувствительную точку. Когда цель была достигнута, Аарон уже не мог сдерживать крики и всхлипы от сумасшедшего удовольствия. Низ живота ощутимо тянуло, сладко скручивая внутренности. Собственное тело ощущалось как что-то инородное. Всё, что имело значение - хриплые грудные стоны Кевина прямо на ухо, что только подталкивало к краю пропасти и сумасшедший ритм сердца, разделённый на двоих. Из последних сил Аарон скрестил лодыжки на спине Дэя, образуя новый, чудовищно приятный угол. Комната заполнилась громкими стонами, сбитым дыханием и шелестом простыней. Когда Аарон увидел смутные очертания белой пелены перед глазами, предупреждающей, что он уже на грани, Миньярд стиснул руку Кевина в железном капкане. Дэй понял правильно. Нападающий подхватил его под спину и несколько раз вошёл достаточно сильно, чтобы последние предохранители блондина слетели к чертям. Откинувшись назад и раскрыв рот в немом крике, Аарон излился себе на живот. Ещё несколько движений и Кевин последовал за ним, прикусив мочку уха защитника. Они тяжело дышали, стараясь вернуть себе контроль над собственным телом. Дэй осторожно вышел из него, снимая презерватив и относя его в урну, а после упал рядом с Миньярдом, прижимая к себе изо всех сил. Аарон широко улыбнулся, целуя своего возлюбленного в мокрый лоб. Блондин чувствовал, как комок напряжения и страха рассасывается, оставляя после себя лишь блёклое воспоминание. Он взглянул в глаза Кевина, находя в них ответное чувство и поцеловал его в уголок губ. Нападающий усмехнулся, пряча лицо в светлых прядях и через несколько минут затих. Аарон уложил голову ему на плечо и тоже уснул.                                          *** Проснулся Миньярд один, но почему-то не испытал тревоги или сомнений. Он точно знал из всего случившегося, что Кев уже никуда не денется. Они встретились позже у стадиона и единогласно решили, что меняют свой социальный статус на партнёров. Взамен Аарон получил нежный поцелуй. Уже вечером, собравшись в комнате старших на очередной вечер кино, защитник заметил странности в поведении своих друзей и членов семьи. Приглушенный свет в комнате не скрыл, как по рукам ходили деньги от одного к другому. Если блондин всё правильно понял, нехило наварились Элисон, Рене, конечно же Ники и... Нил. На своей памяти Аарон не нашёл ни одного инцидента, когда Джостен принимал участие в ставках. Вот же сукин сын. Десятый номер университетской команды Пальметто обладал отличным слухом, даже если никто ничего не говорил. Поэтому, развернувшись, рыжий нахально подмигнул ему и сразу же вернул всё своё внимание Эндрю. Аарон на это только фыркнул, откидываясь обратно на спину Кевина и спрятал улыбку в кулаке.