Голос из бездны

Крик души

Глава 26. Крик души Она сидела в углу комнаты, прижав колени к груди, и считала секунды. Это был единственный способ сохранить рассудок. Одна секунда. Две. Три. Тишина давила так сильно, что Муза начала слышать собственное сердцебиение. Оно было громким. Слишком громким для этой пустоты. Она уже потеряла счёт времени. Минуты? Часы? Дни? Здесь не было света, не было окон, только серая тьма, которая обволакивала её, как одеяло. Она слышала, как в голове начинают появляться голоса. Сначала тихие, потом всё громче. Это были не настоящие голоса. Просто её собственный разум начинал распадаться на части. «Ты умрёшь здесь.» «Никто не придёт.» «Ты всегда была одна.» Она закрыла глаза, зажала уши руками, но голоса не уходили. Они были внутри. Они были частью её. А потом она услышала шаги. Тихие, осторожные. Они приближались к двери. Муза подняла голову, вглядываясь в темноту. Сердце забилось быстрее. Дверь открылась. Набу. Он выглядел живым. Не так, как раньше — не роботом, не пустой оболочкой. В его глазах появилась искра. Он вошёл, быстро оглянулся и прикрыл дверь за собой. Муза вскочила на ноги. — Набу? — голос дрожал. Он подошёл к ней, приложив палец к губам. — Тихо. Она может услышать. — Она не здесь? — Она далеко. Готовится. — он сел рядом с ней на пол. — У нас немного времени. Муза придвинулась к нему. — Ты настоящий? Ты помнишь меня? — Да. Я помню всё. — его голос был тихим, почти шёпотом. — Я здесь уже очень долго. Она думает, что я сломлен. Что я подчиняюсь. Но я просто ждал. — Ты притворялся? — в изумлении спросила она. — Да. Я видел, как она забирает голоса других. Как мучает их. Я не мог ничего сделать. Но я ждал шанса. — он посмотрел на неё. — И ты пришла. Муза сжала его руку. — Ты знаешь, как отсюда выбраться? Набу покачал головой. — Не знаю. Я здесь так долго, что уже перестал верить. Но я знаю кое-что другое. — он замолчал. — Я знаю, что держит её здесь. Муза затаила дыхание. — Что? — В тронном зале есть предмет. Старый. Она хранит его рядом с собой. Я не знаю, что именно, но я видел, как она касается его, когда думает, что никто не смотрит. — Это её слабость, — прошептала Муза. — Да. — он вздохнул. — Если ты сможешь уничтожить его, она потеряет силу. — Но как я узнаю, что это? — Ты узнаешь. — он посмотрел на неё. — Она всегда носит это с собой. Или прячет очень близко. Муза замолчала. Потом спросила тихо: — Набу... ты знаешь что-нибудь обо мне? Я имею в виду... ты был здесь так долго. Может, ты слышал что-то... обо мне? О том, что она хочет со мной сделать? Он опустил глаза. — Она хочет забрать твой голос. Как у всех. Но с тобой — по-другому. Она сказала, что ты — Хранительница. Что твоя сила особенная. Что ты можешь дать ей больше, чем другие. — Что именно? — Она не говорила. Но она боится тебя. Я видел. Когда ты разбила зеркало, она была в ярости, потому что не ожидала сопротивления. — он поднял взгляд. — Ты сильнее, чем думаешь. Муза опустила голову. — Я не чувствую себя сильной. — Это нормально. — он слабо улыбнулся. — Я тоже не чувствовал. Но когда я увидел тебя, я понял: ты не сдашься. Они сидели в тишине несколько мгновений. — Набу, — тихо сказала она. — Я вытащу тебя отсюда. — Я знаю. — он сжал её руку. — Я верю в тебя. Набу сжал её руку и заглянул в глаза. Серьёзно, без улыбки. — Слушай. Ты должна подыграть ей. — его голос был твёрдым. — Пусть Эрналин почувствует, что выиграла. Что ты сдалась, что сломлена. Она перестанет быть настороженной, и тогда у нас появится шанс. — Что значит «подыграть»? — спросила Муза. — Не сопротивляйся, когда она начнёт. Сделай вид, что у тебя нет сил. Она должна поверить, что победила. Только тогда мы сможем ударить. Муза кивнула, хотя внутри всё сжалось. — Я поняла. Набу поднялся. — Я должен идти. Она не должна знать, что мы говорили. — он посмотрел на неё в последний раз. — Ты справишься. Он вышел, и дверь за ним закрылась. Прошло немного времени. Муза сидела в углу, притворяясь, что смотрит в пустоту. Когда дверь открылась, она не подняла головы. Она знала, кто вошёл. Эрналин остановилась в центре комнаты. Её белые волосы струились в неподвижном воздухе. Она смотрела на Музу с холодным удовлетворением. — Всё готово, Хранительница, — сказала она. — Обряд начнётся. Тебя ждёт новая жизнь. Тихая. Она протянула руку, и нити на запястьях Музы сжались, заставляя её подняться. Муза не сопротивлялась. Она позволила вести себя, опустив голову. Они прошли через коридор. В тронный зал. Он был огромным. Высокий свод, уходящий в темноту. Стены покрыты серебристыми кристаллами. В центре стоял трон, высеченный из чёрного камня. Рядом с ним — ваза. С ней было что-то не так. Муза заметила это сразу. Ваза была полна перьев. Тех самых, что лежали у неё в квартире в последний день. Серебряные, металлические, с холодным отливом. Но одно перо выделялось. Оно лежало посередине, в самом центре вазы, и было другим. Более тёмным, тяжёлым. Казалось, оно дышит. «Вот она. Её слабость.» Эрналин подвела её к центру зала. На полу уже был начерчен круг. Муза встала в него, опустив голову. Она притворялась сломленной. Эрналин подняла руки. Она начала говорить древние слова. Голос её стал глубже, громче. Свет в зале начал мерцать. Она подошла к Музе. В руке у неё появился острый нож. Она взяла руку Музы и провела лезвием по ладони. Кровь выступила на коже. Муза вздрогнула, но не отстранилась. Она сжала зубы и продолжала смотреть в пол. Эрналин приложила её руку к холодной поверхности рядом с кругом. Кровь потекла по камню, и свет стал ярче. Начался обряд. Муза почувствовала слабость. Сначала небольшую, потом сильную. Словно из неё что-то вытягивали. Она боролась с этим изо всех сил, делая вид, что проигрывает. Эрналин удовлетворённо улыбнулась. Она видела, что ритуал работает. Она думала, что победила. Набу стоял рядом, как солдат. Он смотрел на Музу, и в его глазах мелькнуло отчаяние. Он уже начинал терять надежду. А затем распахнулись двери. Свет ворвался в тронный зал. Огромный, золотой. В нём стояли они. Все. Блум, Стелла, Лейла, Флора, Текна. И Ривен. С мечом в руке. Эрналин замерла. Её глаза расширились от ярости. — Что?! Муза не ждала. В тот миг, когда Эрналин отвлеклась, она рванулась вперёд. Её взгляд упал на стоящий рядом котелок с бурлящей жидкостью — очевидно, для обряда. Она схватила его и с силой швырнула в Эрналин. Жидкость разлетелась, заливая тёмную фигуру, и та взвыла от ярости. — Ты посмела! Набу сделал шаг вперёд. Его глаза загорелись. Он схватил камень, лежащий рядом, и бросился к Музе. — Я помогу тебе! Всё началось одновременно. Блум ударила огнём. Стелла ослепила светом. Лейла взмахнула морской волной. Флора обвила ноги Эрналин корнями. Текна создала магический барьер. Битва была яростной. Эрналин сражалась как дикий зверь. Тени вырывались из её рук, стремясь схватить Винкс. Кто-то падал, кто-то уворачивался. Но все держались. Муза не участвовала в битве. Она бежала к вазе. Эрналин заметила это. Её глаза расширились. — Нет! Она бросилась к Музе, но Ривен встал у неё на пути. Его меч сверкнул, и он отбросил её назад. — Не подходи к ней! Муза дотянулась до вазы. Она схватила то самое тёмное перо. Оно было тяжёлым, тёплым, пульсирующим. Она попыталась сломать его. Бесполезно. Оно не поддавалось. — Оно не ломается! — закричала она. Эрналин засмеялась. — Глупая. Ты думаешь, что сможешь уничтожить меня? Но Набу уже был рядом. Он поднял тяжёлый камень и, размахнувшись, со всей силы ударил по перу. Раздался треск. Тонкий, но отчётливый. Перо треснуло посередине. Эрналин закричала. Крик был пронзительным, нечеловеческим. Её тело начало сжиматься, сворачиваться, будто из неё выходила вся тьма. Свет в зале стал ярче. Потолок начал светиться. Тени отступали. А затем, вместо чёрной фигуры, на полу осталась стоять маленькая девочка. Рыжеволосая, с веснушками, в простом платье. Она смотрела на свои руки, не веря. Глаза её были живыми, испуганными, но человеческими. — Я... — прошептала она. — Я... я здесь. София. Вокруг неё, словно из-под земли, начали появляться люди. Сначала неясные силуэты, потом они становились плотнее, чётче, теплее. Те, кого она превратила в насекомых. Те, кого она превратила в камни. Они вновь становились людьми. Кто-то плакал. Кто-то смеялся. Кто-то просто стоял и смотрел на свет, которого не видел много лет. Муза упала на колени, держа сломанное перо в руках. Она смотрела на Софию. На людей. На свет. А потом она почувствовала его. Ривен. Он подошёл к ней. Медленно, будто боялся спугнуть. Он опустился рядом с ней на колени, взял её за руки — исцарапанные, в крови — и прижал их к своей груди. — Ты жива, — прошептал он. — Ты жива. Муза подняла глаза. И увидела его. Она хотела сказать что-то, но слова застряли в горле. Вместо этого она просто упала в его объятия, и они обняли друг друга так крепко, как будто хотели срастись навсегда. — Я думала, что умру здесь, — прошептала она. — Я не позволил бы, — ответил он. — Я никогда больше не позволю. Они сидели на полу, обнявшись, пока вокруг них медленно оживал мир. В нескольких шагах от них Лейла стояла неподвижно. Её глаза были широко раскрыты. Она смотрела на него — живого, настоящего, стоящего перед ней. Набу улыбнулся. — Привет, — сказал он. Лейла не ответила. Она просто сделала шаг. Потом другой. А затем рухнула в его объятия, зарыдав так громко, как никогда не позволяла себе. — Ты... ты жив... — шептала она. — Ты жив... Набу обнимал её и молчал. Слёзы текли по его щекам. — Я здесь, — сказал он. — Я больше не уйду. А потом свет стал ярче, и в пещере зазвучала музыка. Как будто сама земля радовалась освобождению. В центре всего этого стояли двое. Ривен и Муза. Она подняла голову, и он заглянул в её глаза. — Я люблю тебя, — сказал он. — Я всегда любил. Прости меня. Прости, что ушёл. Прости, что не был рядом. Она не ответила словами. Она просто притянула его к себе и поцеловала. Глубоко. Долго. Как будто это был их первый поцелуй. Как будто это мог быть последний. Вокруг них всё затихло. Только свет и тишина. Но теперь она была другой. Доброй. Живой. Они выжили. Свет в пещере становился всё теплее. Люди из деревни медленно приходили в себя — кто-то сидел на земле, кто-то уже поднимался, оглядываясь с изумлением. Винкс стояли рядом, глядя друг на друга. Они не виделись почти десять лет. Блум шагнула вперёд первой. Она обняла Музу, прижимая к себе так крепко, что та едва могла дышать. — Я так рада, что ты жива, — прошептала Блум. — Прости, что мы не приехали раньше. Муза обняла её в ответ. — Вы приехали. Это главное. Стелла подошла следующей. Она улыбалась, но в глазах блестели слёзы. — Ты только посмотри на себя. Вся в крови, с растрёпанными волосами. — она усмехнулась. — Как в старые времена. — Ты всё та же, — ответила Муза. — Конечно. Я же Стелла. Флора подошла тихо, но её объятие было самым тёплым. Она пахла цветами и солнцем. — Мы так скучали по тебе. Лейла стояла рядом с Набу. Она всё ещё держала его за руку, будто боялась, что он исчезнет, если отпустит. Но она улыбалась. Впервые за долгие годы. — Мы вернулись, — тихо сказала она. Набу перевёл взгляд на своих старых друзей, на Винкс, которые смотрели на него с изумлением. — Я знаю, что это звучит безумно. Но я тоже здесь. Текна подошла последней. Она улыбнулась — сдержанно, но искренне. — Я рада, что вы порядке. Муза,ты была смелой и сильной. — Спасибо, — ответила Муза. Ривен стоял рядом, и она чувствовала его руку на своей спине. Тёплую, тяжёлую, настоящую. Кто-то из мужчин — кажется, Скай — предложил: — Может, уже пойдём на корабль? Нам нужно возвращаться. Там нас ждут. — Да, — согласилась Блум. — Дети уже, наверное, заждались. Муза моргнула. — Дети? Она перевела взгляд с Блум на Стеллу, на Лейлу, на Флору. — У вас... у всех есть дети? Повисла пауза. А потом все заговорили одновременно. — У нас дочь, Ирия. Ей три года — сказала Стелла. — Я усыновила мальчика. Ему три, — добавила Лейла. — У нас близнецы, Элиан и Лили. Четыре года. — улыбнулась Флора. — У нас тоже двое, — тихо сказала Блум. — старшему уже три,а младшей только годик. Муза смотрела на них и не верила. Она видела, как светятся их лица, когда они говорят о детях. Как они улыбаются. Как их глаза становятся мягче. — Я не знала, — сказала она. — Я... я ничего не знала. — Мы не говорили, — призналась Стелла. — Думали, что тебе будет больно. Муза опустила взгляд. А потом почувствовала, как рука Ривена сжала её плечо. — Мы можем поговорить об этом позже, — сказал он. — Когда будем дома. Она подняла голову и посмотрела на него. — Дома? Он улыбнулся. — Да. Пойдём. Они двинулись к выходу из пещеры. Свет становился всё ярче, воздух — теплее. Впервые за долгое время Муза чувствовала, что у неё есть будущее. Они вышли из пещеры, и свет ударил в глаза. Настоящий, тёплый, золотой — не холодное серебро Безмолвия, а живой свет. Небо было чистым, голубым, и где-то вдалеке пели птицы. Мир просыпался. У входа в пещеру стоял старик. Седой, сгорбленный, опирающийся на палку. Его руки дрожали, когда он смотрел на них. Он ждал. И тогда из пещеры выбежала маленькая девочка. София. Она увидела старика, остановилась, не веря своим глазам. — Папа? — крикнула она. Старик раскрыл объятия. Она бросилась к нему, и он прижал её к себе, плача — громко, без стеснения. — Девочка моя... моя маленькая... София обнимала его, и её плечи тряслись. Она плакала. Слёзы текли по её лицу, но она улыбалась. — Я вернулась, папа. Я вернулась. Все стояли и смотрели на них. Никто не говорил. Только ветер и тихие всхлипы отца и дочери. Рядом, на камне, сидела Изма. Она улыбалась, вытирая глаза рукавом. — Хорошо, — сказала она. — Всё хорошо. Муза подошла к ней. — Ты останешься здесь? Изма кивнула. — Здесь мой дом. Я никогда не хотела уходить. Теперь я могу остаться. — она посмотрела на неё. — Спасибо, девочка. Ты подарила мне жизнь. — Это ты помогла нам. — Мы помогли друг другу, — поправила Изма. — Это важно. Они двинулись к кораблю. Ривен шёл рядом с Музой, и его рука лежала на её плече. Она чувствовала его тепло, его дыхание, и ей казалось, что она снова жива. — Ты как? — спросил он. — Устала, — честно ответила она. — Но я в порядке. — Мы скоро будем дома. Она подняла на него взгляд. — Где ты живёшь? — В Калифорнии. На берегу океана. — он улыбнулся. — Дом большой. Там много комнат. И окна выходят на воду. — Звучит красиво. — Это красиво. Но без тебя там было пусто. Она опустила глаза. — Я не знаю, что будет дальше. — Я знаю, — ответил он. — Ты переедешь ко мне. Мы начнём всё заново. Вместе. Она остановилась. — Ривен, я не хочу, чтобы ты делал это из чувства вины. — Я делаю это не из вины. — он взял её за руку. — Я делаю это, потому что люблю тебя. И я хочу, чтобы ты была со мной. Она посмотрела на него долгим взглядом. Потом улыбнулась. — Хорошо. Он выдохнул, как будто держал воздух внутри целую вечность. — Тогда решено. Ты переезжаешь ко мне. — А моя работа? — В Алфее есть порталы. Ты сможешь преподавать, если захочешь. Я не буду тебя ограничивать. Она наклонила голову. — Ты уже всё придумал? — Я придумывал это три года, — честно сказал он. — Каждую ночь. Муза ничего не сказала. Она просто прижалась к нему, и они пошли дальше. Весь путь до корабля он рассказывал о своей жизни. О том, как построил бизнес, как жил в Калифорнии, как иногда просыпался и смотрел на океан, думая о ней. — Там есть место, где можно играть на флейте. Я специально сделал комнату с хорошей акустикой, — сказал он. — Для тебя. — Ты сделал комнату для меня, даже когда меня не было рядом? — Я надеялся, — ответил он. — Я всегда надеялся, что ты вернёшься. Она сжала его руку. — Я вернулась. Они подошли к кораблю. Все уже были на борту. Лейла и Набу стояли у входа, держась за руки. Флора смотрела вдаль, в сторону своего дома. Стелла уже кричала что-то о тёплой ванне. Ривен помог Музе подняться на борт и тихо сказал: — Я покажу тебе океан. Мы будем сидеть на террасе и смотреть на закат. И ты будешь играть на флейте. — А ты будешь слушать? — Конечно. Корабль поднялся в воздух. Алфея ждала их впереди. И новая жизнь. Муза стояла у иллюминатора, глядя на проплывающие облака, и улыбалась. Впервые за долгие годы ей не было страшно.

***

Корабль приземлился на площадке перед Алфеей. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в тёплые золотые оттенки. У входа стояла Фарагонда, рядом с ней — Эвелина и её брат Дан. Чуть поодаль, с нетерпением переминаясь с ноги на ногу, стояли дети Винкс. Когда трап опустился, всё смешалось. Крики, объятия, слёзы. Ирия бросилась к Стелле, вцепившись в неё мёртвой хваткой. — Мама! Ты вернулась! — Конечно, моя хорошая, — Стелла подхватила её на руки, прижимая к себе. — Я же обещала. Близнецы Флоры повисли на ней, как маленькие обезьянки. Флора смеялась и гладила их по головам. — Мы скучали, мама! — кричал Элиан. — Я тоже, мои хорошие, я тоже. Кай, сын Лейлы, стоял чуть поодаль, сжимая в руках маленькую игрушку. Он смотрел на мать, но не спешил подходить — рядом с ней стоял незнакомый мужчина. — Мама? — тихо позвал он. Лейла присела на корточки. — Кай, иди сюда. Я хочу познакомить тебя с кое-кем. Мальчик нерешительно подошёл. Лейла взяла его за руку и повернула к Набу. — Это Набу, — сказала она. — Тот самый человек, о котором я тебе рассказывала. Кай моргнул. — Тот, по которому ты грустила? Лейла сглотнула, но улыбнулась. — Да. Он мой... он тот, кого я любила. И он вернулся. Набу опустился на одно колено, чтобы оказаться на уровне глаз мальчика. — Привет, — сказал он тихо. Кай посмотрел на него с любопытством. — Ты будешь моим папой? Набу замер, а потом улыбнулся шире. Он посмотрел на Лейлу. Она кивнула. — Если ты этого хочешь, — ответил он. — Да. Кай подумал секунду, а потом бросился к нему в объятия. Набу обнял его, прижимая к себе, и Лейла обняла их обоих. Ривен стоял рядом с Музой, и его рука лежала на её талии. Он оглядывал толпу, когда заметил незнакомого мужчину — высокого, с тёплой улыбкой, который направился прямо к Музе. — Муза! — воскликнул Дан, раскрывая объятия. Она улыбнулась, отпустила руку Ривена и шагнула к нему. — Привет, старый друг.— сказала Муза, улыбнувшись. Они обнялись — как давние друзья, как родные. Ривен замер. Внутри него что-то сжалось. — Это Дан, — сказала Муза, повернувшись к нему. — Мы с ним знакомы с детства. — Понятно.. — процедил Ривен сквозь зубы. Дан посмотрел на него с лёгкой улыбкой. — Ты, наверное, Ривен. Я много слышал о тебе. — он протянул руку. — Приятно познакомиться. Ривен медленно пожал её. Он смотрел на Дана, и его челюсть была сжата. — Взаимно. Муза нахмурилась. — Что-то не так? — Всё отлично, — ответил Ривен слишком быстро. Дан усмехнулся и наклонился к Музе. — Он ревнует. — Я не ревную! — возмутился Ривен. — Конечно, — улыбнулся Дан. — Я пойду, помогу остальным. — он подмигнул Музе и отошёл. Муза посмотрела на Ривена. — Ты серьёзно? — Я просто в первый раз его вижу,мало кто он. — Мы друзья. — Теперь я знаю. Он вздохнул и притянул её к себе. — Просто я не хочу ни с кем тебя делить. Даже со старыми друзьями. Она обняла его в ответ. — Ты только что сказал «делить»? — Да. — Мило. Вечер проходил в Алфее. Зажгли огни, накрыли столы. Дети бегали вокруг, смеялись. Фарагонда сидела в стороне, наблюдая, и в её глазах стояли слёзы радости. В какой-то момент Ривен отвёл Музу в сторону. Они стояли у старого дуба, там, где когда-то гуляли в студенческие годы. — Помнишь это место? — спросил он. — Конечно, — она улыбнулась. — Мы здесь часто сидели. — Я помню, — тихо сказал он. — Я помню каждое мгновение. Он полез в карман и достал маленькую бархатную коробочку. Муза замерла. — Ривен... — Я знаю, что это быстро. Я знаю, что мы только что вернулись. Я знаю, что я ушёл. Я знаю, что я сделал много глупостей. — он открыл коробку. Внутри лежало кольцо. Простое, золотое, с маленьким камнем — не броское, но настоящее. — Но я хочу провести с тобой всю жизнь. Я хочу просыпаться рядом с тобой. Я хочу слышать твою музыку. Я хочу быть твоим мужем. Она смотрела на кольцо. Потом на него. — Ты серьёзно? — Я никогда не был серьёзнее. Всё вокруг замерло. Муза посмотрела на кольцо, потом на него, потом снова на кольцо. И улыбнулась. — Да, — сказала она. — Да, я выйду за тебя. Он надел кольцо ей на палец и поцеловал. Никто не видел их. Только дуб и тишина. Но они знали: это было начало. В это же время, в другом конце сада, Набу сидел на траве с Каем на коленях. Лейла сидела рядом. — Расскажи мне ещё, — просил Кай. — Как ты был героем? — Я не был героем, — улыбнулся Набу. — Мама говорит, что был. Лейла улыбнулась. — Он был. Он спас всех нас. Набу посмотрел на неё. Её глаза блестели. — Я скучал по тебе, — тихо сказал он. — Я тоже. — она взяла его за руку. — Теперь ты здесь. Навсегда. — Навсегда, — повторил он. Кай заснул у него на руках. Они сидели в тишине и смотрели на звёзды. Всё было хорошо. Ночь прошла в разговорах. Они сидели за длинным столом в большом зале Алфеи, пили вино, смеялись, вспоминали. Дети уже спали в соседней комнате — Фарагонда наколдовала им мягкие кровати. — Мы должны собираться чаще, — сказала Блум, обводя всех взглядом. — Десять лет — это слишком много. — Согласна, — кивнула Стелла. — Мы так долго не виделись, что я уже забыла, как вы выглядите. — Ты забыла, как я выгляжу? — усмехнулась Лейла. — Я выгляжу так же, как и десять лет назад. Только устала. — И у тебя есть сын, — напомнила Флора. — И у тебя двое. Мы все изменились. Муза слушала их, чувствуя, как тепло разливается в груди. Она смотрела на своих подруг, на их лица, на их улыбки. Она скучала по этому. Ривен сидел рядом, и его рука лежала на её руке. Она чувствовала его пальцы, сжимающие её ладонь. — У нас есть новости, — сказала она, и голос её дрогнул от волнения. Все замолчали. — Мы помолвлены, — добавил Ривен, поднимая их соединённые руки. На мгновение повисла тишина. А затем взрыв эмоций. — Что?! — закричала Стелла, вскакивая с места. — Вы серьёзно?! — Да, — улыбнулась Муза. — Наконец-то! — Блум обняла её. — Я так рада! — Поздравляю, — тихо сказала Флора, сжимая её руку. — Когда свадьба? — спросила Лейла. — Мы не знаем, — ответил Ривен. — Сначала нужно устроить жизнь. Завтра мы уезжаем в Калифорнию. — Завтра? — удивилась Стелла. — Так быстро? — Мы не хотим больше ждать, — сказала Муза. — Мы потеряли слишком много времени. Все переглянулись, но никто не стал спорить. — Тогда расскажи нам, — попросила Блум. — Как ты встретила Набу? Что там было? Ты сказала, что у него был пришит рот... Муза вздохнула. Она опустила взгляд, вспоминая. — Это было... страшно, — начала она. — Я очнулась в тёмной комнате. Мои руки были обмотаны красными нитями. Они впивались в кожу, когда я пыталась двигаться. И там был он. — Набу? — тихо спросила Лейла. — Да, — кивнула Муза. — Он стоял у стены. Его рот был зашит той же нитью. Он не мог говорить. Не мог двигаться. Только смотрел на меня пустыми глазами. Лейла закрыла лицо руками. Набу сжал её плечо. — Я не знала, что он жив, — продолжила Муза. — Думала, что это просто призрак. Но потом я поняла: он внутри. Он всё ещё там. Просто не мог выбраться. — Как ты его освободила? — спросила Стелла. Муза посмотрела на свои руки. — Я притворилась, что сдалась. Играла по правилам Эрналин. А потом, когда она отвела меня в комнату для обряда, я увидела подсвечник. Я бросила его в зеркало. Осколки разлетелись. Я взяла один и разрезала нить у его рта. — Это было опасно, — сказала Текна. — Я знаю. Но я не могла оставить его там. — она посмотрела на Лейлу. — Я знала, что он нужен тебе. Лейла подняла голову. Её глаза блестели. — Спасибо, — прошептала она. — Спасибо, что спасла его. Муза улыбнулась. — Мы спасли друг друга. Ночь тянулась долго. Они говорили о прошлом, о будущем, о том, что изменилось. Дети просыпались, снова засыпали. Кто-то плакал от счастья, кто-то смеялся. А под утро все разошлись по комнатам.

***

На следующий день у ворот Алфеи стояла небольшая группа провожающих. Солнце только вставало, и воздух был свежим и прозрачным. Муза и Ривен стояли с небольшими сумками. Они не брали много — только самое необходимое. Всё остальное оставалось позади. — Ты уверена, что хочешь уехать прямо сейчас? — спросила Блум. — Да, — улыбнулась Муза. — Я уверена. Стелла обняла её. — Ты будешь скучать по нам? — Буду, — честно ответила Муза. — Но я буду приезжать. — Ты обещаешь? — Обещаю. Флора подошла и подарила ей маленький цветок. — Это «Цветок Дружбы». Он будет расти, даже если за ним не ухаживать. Как наша дружба. — Спасибо, — Муза прижала его к груди. Лейла обняла её, и они долго молчали. — Я буду скучать, — тихо сказала Лейла. — Я тоже. Набу подошёл и пожал Ривну руку. — Береги её, — сказал он. — Буду, — ответил Ривен. — Обещаю. Дан стоял поодаль, но когда Муза подошла к нему, он улыбнулся. — Ты заслуживаешь счастья, — сказал он. — Спасибо. Эвелина стояла рядом, сжимая руки. — Я буду ждать ваших писем, — сказала она. — Я напишу, — пообещала Муза. Дети Винкс стояли рядом с родителями. Ирия держала Стеллу за руку. — Тётя Муза, вы вернётесь? — Конечно, милая, — Муза присела на корточки. — Я приеду на твой день рождения. — Правда? — Правда. Ривен взял Музу за руку. — Пора, — тихо сказал он. Она кивнула. Сделала шаг к порталу. Обернулась в последний раз. — Я люблю вас, — сказала она. — Всех. — Мы тебя тоже, — ответили все хором. Портал замерцал, и они шагнули в него. Свет поглотил их. Алфея осталась позади. Впереди была Калифорния. Океан. Новая жизнь. Конец.