Погибшая королева и дева другого мира, - одна душа и разное прошлое.

      Спускаясь со скалы меня осенило, я сломала ногу, когда дралась с Азогом. Пришлось с героическим видом слезать, при этом, стараясь не морщиться и не хромать. Оин заметил мои взгляды на правую ногу и спросил все ли хорошо. На что я ответила положительно. Дальше Дори повторил вопрос. И получил тот же ответ. Затем заговорил Торин.       — Александра, у тебя все хорошо? — спросил он.       — Да, все в порядке. И, ребят, зовите меня Саня, — сказала я. Просто уже становится неловко от того, что мужчины старше меня зовет полным именем.       Дальше я, каким-то неведомым образом, споткнулась и упала. Сильно ударив больную ногу. Едва сдержавшись, чтобы не то чтобы застонать от боли, я даже судорожно не вдохнуть, я попыталась встать. Что вышло не очень удачно. Потом поняв ситуацию, положила руки на ногу и через минуту она перестала болеть. Видимо я срастила свои кости. Кивнув гномам, которые наблюдали за этим, пошла дальше с легкой душой.       Через какое-то время мы отправили Бильбо на разведку. Когда он вернулся, то доложил весьма неудовлетворительные новости. Стая близко, да еще и какой-то огромный медведь рядом. Затем Гэндальф сказал про хижину недалеко. Но ее хозяин либо поможет, либо убьет всех, и выбора у нас нет. Нам пришлось бежать полтора, полтора чертовых часа. Только после этого показалась хижина. Вдруг сзади послышался медвежий рев.       Когда мы наконец добежали до дома, я встала сильно позади. Надо мне еще в эту толпу лезть, сами разберутся. В итоге Торин нашел таки щеколду и гномы кучей ввалились в дом, я же просто спокойно зашла в дом. Ветки резко закрыли дверь за моей спиной и закрыли балку изнутри.       — Что это было? — спросил Ори.       — Это хозяин дома, — ответил Гэндальф. — Его зовет Бьерн. И он оборотень. Ингода он громадный черный медведь, а иногда громадный могучий человек. Медведь непредсказуем, а с человеком можно договориться. И он недолюбливает гномов.       — Что можно сказать, повезло да и только. Надеюсь за то что мы вломились в его дом, он не открутит нам головы, — сказала я с недовольством.       — Ложитесь как все спать да поживее. Этой ночью вам ничего не угрожает, — сказал Гэндальф и отвернувшись прошептал еле слышно: — Я надеюсь.       Все легли спать. Мне приснилась сон. Некромант. Он в Дол Гулдуре. Набирает силы. Шепот. Он что-то мне шепчет. Что? «Дриада. Принцесса дриад. Я знаю что в твоем разуме воспоминания о будущем этого мира. Я предлагаю тебе сделку! Я подарю тебе власть после падения Средиземья, а ты переходишь на мою сторону», говорить он. «Ка-тись в А-Д!», пошипела я и резко проснулась. Открыв глаза, я прикрылась ладонью. Уже утро и солнце уже слепит.       Я подошла к столпившимся у двери на задний двор отряду. Гэндальф уже объяснял план, но слушать я его не стала. Я вышла во двор и пошла в сторону великана. Было чуть-чуть боязно.       — Здравствуйте, — сказала я. Великан обернулся. — Меня Александра зовут. Я хотела сказать вам спасибо и извините. Извините за то, что вломились. И спасибо что дали возможность спокойно выспаться.       — Здравствуй, — ответил оборотень. — Вломились?       — Да. Я тут с отрядом. Из тринадцать гномов, мага и полурослика.       — Гномы?!       — Да, мы идем на Эрибор. Нам понадобиться ваша помощь. Нам нужно добраться до горы до конца осени, и поэтому мы идем через Лихолесье. Но я не смогу рассказать вам все, поэтому вам нужно поговорить с Гэндальфам Серым. Он знаком с Радагастом Бурым. Он тебе все объяснит. Последнее, что я могу вам, это то, что на нас охотится Азог Осквернитель, а точнее, за Торином Дубощитом, — после моих слов Бьерн кивнул, а я облегченно вздохнула.       Дальше мы зашли в дом, Бьерн посадил всех за стол и начал говорить с Торином и Гэндальфом. Он согласился нам помочь, но сказал, что гам лучше побыть в его доме несколько дней. Гномы стали расходиться и заниматься своими делами, а я подошла к оборотню и спросила, можно ли помыться. Он сказал, что на заднем дворе есть тропинка в лес, которая ведет к реке. Предупредив отряд, я направилась поплавать.       Вода в речке была, уже, достаточно прохладной. Смыв суточную грязь с тела, стала отмывать волосы. Использую растение, сок которого можно использовать для мытья головы. Потратив на купание около тридцати минут, я надела новый костюм, а старый выстирала. Нам еще с пауками биться, поэтому оставлю его до этого момента. А уже потом выкину. Потом, когда вернулась, стала чистить оружие от гоблинской крови. Когда руки дошли до лука и стрел, подошла к Кили и попросила научить меня стрелять. Тот охотно согласился и обозначив мишень, сказал встать в стойку и поправил ошибки. Затем сказал стрелять. Попала я недалеко от центра.       Кили сказал, что это хорошо для новичка. После сказал дальше стрелять в мишень, пока стрелы не кончатся. Я так и сделала. Стреляла и около часа или больше. Вдруг ко мне подошел Двалин и предложил под натаскать мне бой на мечах. И уже я с радостью приняла это предложение. Нам еще в Битве пяти воинств сражаться. Если с пауками еще можно на отвали драться, то вряд ли в орками такое прокатит. Я еще помню, как болела сломанная нога.       Сначала Двалин показал правильную стойку и правильное положение меча в руке. Дальше он показывал приемы боя, посмотрел на мои попытки повторить его движения и решил перейти к практике. В начал он сражался шутя и играючи, но когда он стал бить серьезнее, мне пришлось снова полагаться на изворотливость. Вскоре он стал биться примерно в пол силы, я чуть ли не на максимум. Когда я думала что еще секунда и все, во мне будто открылось второе дыхание. Удары Двалина стали казаться не опаснее удара пластиковой лопаткой. Для меня он стал двигаться очень медленно. Тут меня осенило, это еще одно моя новая способность. Вдруг я поняла, что я бьюсь играючи, а Двалин уже во всю силу. Я решила нанести удар в пол силы и посмотреть, что будет дальше. А дальше Двалин упал и я приставила к его горлу острее меча.       — Сдаюсь, — произнес он запыхавшимся голосом. Я отступила назад, затем из земли выянулся корень. Он помог Двалину встать. — Ты друг начала так быстро двигаться. В чем причина?       — Я постепенно открываю свои новые силы. Например раньше я не умела лечить. Ладно, я еще в магии попрактиковаться хотела. Бывай, — крикнула я убегая к чаще, по той же тропе.

***

      В таком ритме прошла неделя. Бьерн дал нам своих пони, но сказал отпустить их, когда мы прибудем к лесу. Он и Гэндальф долго разговаривали, о Некроманте, орках, гробницах и враге. Мы скакали примерно четыре часа. Мы уже были не границе леса. Гномы начали отпускать пони, Гэндальф зашел лес, стоял там, и вышел, затем начла говорить с Бильбо. Я же стояла, закрыв уши, чтобы не слышать ничего. Когда мы только остановились, я начала слышать деревья, как и всегда. Но эти деревья совсем другие. Одни стонали, другие кричали, третьи вообще перестали дышать. Пока Гэндальф давал наставления гномам, я встала рядом с деревом и положила руку на его ствол. В пару мгновений дерево ожило и позеленело.       Когда маг уехал, мы зашли в лес. Через час у меня появилось необходимое желание обернуться. После того, как я это сделала, я поняла. Нам незамеченными не пройти. По тем местам, где я наступала на землю, росла зеленая трава и цвели цветы. Это не хорошо, это очень не хорошо. Лес очень сильно реагирует на мою магию, и частично очищается от Тьмы, стоит мне сделать шаг. Плохо, плохо, плохо. Все плохо.